пошук  
версія для друку
07.04.2004

20 - 25 вересня 2001 р

   

ПРАВА ЛЮДИНИ

Катування і жорстоке поводження в правоохоронних органах

До попередньої інформації:

В ночь с 6 на 7 сентября нынешнего года муж Николай и сын Виталий первого секретаря Ореховского (Запорожская обл.) райкома Социалистической партии Украины Наталии Пономаренко, а также несовершеннолетний учащийся ПТУ Максим Лебедь были задержаны работниками РО УМВД и через несколько суток после пыток в милицейских застенках попали на больничную койку.

Примерно в 4 часа утра, пишет в заявлении прокурору Ореховского района Максим Лебедь, два милиционера достали из сейфа боксерские перчатки и начали бить. Били по почкам, в грудь, в живот, лицо и затылок, пока парень не упал. Падая, он ударился о стенку головой и потерял сознание.

Из заявления Виталия Пономаренко прокурор Ореховского района узнал, что, кроме боксерских перчаток, на нем “орлы” испытали палки и противогаз.

Николаю Пономаренко нанесли удары в грудь, живот и пах.

Максим Лебедь и Виталий Пономаренко госпитализированы с сотрясением мозга. М. Лебедь написал прокурору: “Опасаясь за свою жизнь и здоровье, я сказал: “Давайте подпишу все, что захотите”. И подписал, хоть и не осознавал, что, не читая...”. В. Пономаренко тоже подписал то, что требовали. Не эти ли доказательства предъявят суду начальник РО УМВД Ю. Подлиянов и прокурор района О. Васюк? (Напомним, что им предлагалось признаться в нераскрытых кражах).

Следователь РО УМВД Римма Казимирчук на жалобу избитых милиционерами, улыбнувшись, спросила: “Хотите, чтобы я сама вас всех била?”. В больнице конвоир сказал дежурному врачу: “Какие могут быть жалобы, им в милиции еще придется ночевать”. Не торопится проводить служебное расследование и начальник Ореховского РО УМВД Юрий Подлиянов.

(“Товарищ”, №38, вересень 2001 р.)

***

Сейчас на постах ГАИ появились усиленные наряды спецподразделений милиции, которые в пылу борьбы с международным терроризмом и наркоторговлей в старых совдеповских традициях “шмонают” автомобили и личные вещи пассажиров, обыскивают и облапывают женщин.

На днях в Харькове произошел случай, весьма типичный и для других регионов и постов. Гаишник остановил автомобиль, проверил документы у водителя, после чего передал эстафету бойцу “Беркута”. Двухметровый “шкаф” попросил у водителя разрешения осмотреть автомобиль, после чего стал самостоятельно рыться в багажнике и личных вещах пассажиров. Водитель решил поинтересоваться, на каком основании это все происходит. Тут же на него вылили ведро непечатных идиоматических оборотов и стали “винтить в кандалы”. Все это происходило средь бела дня, на посту. В присутствии изрядного количества людей ни в чем не повинный человек в глазах общественности вдруг стал преступником, бандитом или, хуже того, террористом. Дальше были звонки, вызволение из кандалов, “разбор полетов” у начальства. Ясное дело, что “беркутовское” начальство стало выгораживать своего, ссылаясь на кучу статей в законе о милиции, должностные инструкции, необходимость борьбы с преступным миром и мировым терроризмом.

И тут возникает несколько вопросов. Вопрос первый — конституционный .

Конституция Украины (ст. 30) не допускает проникновение в жилище или в иное владение лица, осмотр или обыск иначе, как по мотивированному решению суда. Конституция является Основным законом страны, а потому все иные законы и инструкции, которые ей противоречат, — вне закона.

Вопрос второй — “по понятиям”. Как можно объяснить заявление того же бойца “Беркута” с харьковского поста, что он воевал в Чечне? Наемник, что ли, и на чьей стороне? Разве наемников у нас принимают в органы внутренних дел? И еще: как вам нравится угроза пострадавшему водителю, сделанная в приватной беседе: “Я сниму форму, и мы с братками придем тебя пристрелим!”... Оборотень? Кто у нас отвечает за рядовых сотрудников милиции? Таких оборотней кто-то же принимает на работу? Понесет ли какое-либо наказание этот боец, а заодно и его командир, в соответствии с законом?

Вопрос третий — идейный . Понимает ли милиция, что она относится к сфере обслуживания, с тем лишь отличием, что она предоставляет специфический вид услуг — безопасность, а платит за это нация в целом? Думается, нет. Потому что верят они в свою безнаказанность. Потому что судиться с милицией очень тяжело.

(“Харьковскій телеграфЪ”, №27, 24.09-30.09 2001 р.)

***

В суде Ватутинского района Киева завершается рассмотрение уголовного дела по обвинению двух сотрудников районного управления милиции в избиении судьи Апелляционного суда Киева Василия Шиманского. Адвокат подсудимых выразил желание увидеть журналиста газеты “Сегодня”, пристально следившей за развитием этого дела. В суд идти пришлось. Это заняло полдня. Тревожит мысль: если этот почин подхватят другие адвокаты, то всем журналистам, берущимся освещать острые темы, грозит дефицит рабочего времени.

(“Сегодня”, №211, 21 вересня 2001 р.)

***

И вот приговор оглашен. Судья Ирина Дегтярь признала милиционеров виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 365 ч. 2 УК Украины “Превышение власти или служебных полномочий, сопровождаемое насилием...”. Оба стража порядка приговорены к 3-м годам лишения свободы, но с испытательным сроком. Оба виновника остались без своих званий — один без офицерского, другой без сержантского. После испытательного срока экс-милиционеры не смогут работать в правоохранительных органах в течение еще 3-х лет. Осужденные, по всей видимости, будут обжаловать приговор.

(“Сегодня”, №214, 25 вересня 2001 р.)

Соціально-економічні проблеми

На диспансерном учете по туберкулезу в Украине находятся 658 120 человек, реальная же цифра в несколько раз больше. Заболеваемость возросла почти в два раза, при этом все меньше больных выздоравливают.

По словам заместителя директора Института фтизиатрии и пульманологии Василия Петровича Мельника, в 1990 году у нас было вдвое меньше больных, и в 80% случаев они полностью излечивались. В прошлом году выздоровело лишь 66%, у остальных болезнь приняла хроническое течение, и они продолжают заражать окружающих. Есть пациенты, у которых лекарственно-устойчивая форма туберкулеза. Сейчас у 40-70% больных из-за перебоев в лечении развился устойчивый к лекарствам туберкулез. 5 июля этого года Президент Украины подписал закон о борьбе с туберкулезом. И если страдающий открытой формой туберкулеза отказывается от лечения, участковый врач должен подать на него иск в суд, чтобы больного принудили к лечению.

(“Факты”, №169, 21 вересня 2001 р.)

***

Госкомстатистики сообщил, что 1 апреля сего года в нашей стране проживало 49 млн. 184 тысячи человек, к 1 июля это число уменьшилось ровно на 100 тысяч. Три недели назад население Украины составляло 49 млн. 18 тыс. человек. Ежемесячно число жителей уменьшается примерно на 33 тысячи. В первом полугодии родилось 184 тысячи, а умерли 372 тысячи человек.

(“Сегодня”, №212, 22 вересня 2001 р.)

***

По словам председателя Совета по национальной безопасности и обороне Украины Евгения Марчука, ежедневно на шахтах Украины случается 300-800 нештатных ситуаций; травмируется до 80 человек, в том числе один — смертельно.

(“Сегодня”, №212, 22 вересня 2001 р.)

***

Украина по производственному травматизму и смертности среди шахтеров находится на втором месте в мире после Китая, занимая при этом 10-е место по добыче угля.

(“Комсомольская правда в Украине”, №175, 25 вересня 2001 р.)

***

Рівень зареєстрованого безробіття в Україні станом на 1 вересня 2001 р. становив 3,65% населення працездатного віку. Минулого року на цю дату було 4,24%.

(“Україна молода”, №172, 21 вересня 2001 р.)

 

СВОБОДА ВИСЛОВЛЮВАНЬ

Злочини проти журналістів

Раніше пропущені імена:

В 2000 году погиб Виктор Романенко, телеоператор программы ГТРК “Крым” “12 минут новостей”, с. Веселое.

Было совершено нападение: 26 января 2000 года на Османа Пашаева, Симферополь, 9 мая 2000 года на Дмитрия Орлова, Севастополь, 19 апреля 2001 года на Рахима Губатова, Алупка.

Преследованию и задержанию подвергся Станислав Гальчинский, Севастополь.

(“Популярные ведомости”, №38, 20 вересня 2001 р.)

***

22 вересня о 13.30 у Луганську легковий автомобіль ВАЗ-2101 із невстановленими номерами здійснив наїзд на заступника редактора місцевої газети “ХХІ век” Олександра Юрова. За попередніми даними, у постраждалого — струс мозку, ушкодження лівої частини тіла. О. Юров знаходиться у лікарні.

(“Сільські вісті”, №114, 25 вересня 2001 р.)

***

По словам Александра Юрова, машина была достаточно далеко, но едва он ступил на проезжую часть, как водитель тут же прибавил скорость. После происшествия водитель с крылся с места.

Вполне возможно, что происшествие связано с публикациями “ХХІ века”. Газета находится в оппозиции к руководству Луганской области, публикует статьи, касающиеся злоупотреблений госчиновников и сотрудников правоохранительных органов, правозащитные материалы.

(“Комсомольская правда в Украине”, №175, 25 вересня 2001 р.)

***

Два месяца назад корреспондент “Телеграфа” Дмитрий Губин был избит своим соседом. В результате он до сих пор лишен трудоспособности, вынужден лечиться. Этот факт, однако, не стал причиной возбуждения уголовного дела, а Дмитрию предлагается непосредственно с частным иском апеллировать к суду. Незадолго до инцидента, приведшего к травмам журналиста, в его доме побывал наряд милиции, получивший информацию о возникшем конфликте. Однако последующие события милиционеры не предотвратили.

(“Харьковскій телеграфЪ”, №27, 24.09-30.09 2001 р.)

***

У Києві скоєно напад на студента Інституту журналістики Антона Степ’ юка, який працював у газеті “Коммерсант-Украина”. Він перебуває в одній із київських лікарень з важкими ножовими пораненнями у живіт та в область серця, його стан залишається важким. Правоохоронці ніяк не пов’язують напад з професійною діяльністю Антона Степ’ юка. Проте Інтернет-газета “Форум” пише, що Антон Степ’ юк товаришував із журналістом Сергієм Лихоманенком, який нещодавно написав скандальний матеріал про обставини закриття видання “Коммерсант-Украина” (опубліковано на сайті інтернет-видання “Подробности” 18 вересня).

Журналісти цього видання припускають, що друзів могли переплутати.

(“Україна молода”, №174, 25 вересня 2001 р.)

ЗМІ і влада

Негосударственная организация “Институт массовой информации”, занимающаяся защитой свободы слова, обратилась к Генеральному прокурору Украины Михаилу Потебенько с просьбой взять под защиту главного редактора ивано-франковского журнала “Тижневик Галичини” Ярослава Ткачевского. ИМИ представляет в Украине международную правозащитную организацию “Репортеры без границ”.

7 июля и 11 сентября “Репортеры без границ” получили от Ткачевского официальные обращения, в которых он жалуется на шантаж, запугивание и угрозы расправы в его адрес. Главный редактор сообщил о ведении за ним наблюдения, грубом отношении милиции к его жене, проведении серии обысков в его частном жилище, серии принудительных допросов. Ярослав Ткачевский уже 7 раз официально обращался к Генеральному прокурору по этому вопросу, но ответа до сих пор так и не получил.

(“Комсомольская правда в Украине”, №175, 25 вересня 2001 р.)

***

У листі від Інституту масової інформації (ІМІ) йдеться й про те, що “проти Ярослава Ткачівського та інших співробітників часопису було порушено кримінальну справу, спричинену перерозподілом майна “Тижневика Галичини”, найтиражнішого обласного видання, на користь газети облради “Галичина”. Всі намагання редакції “Тижневика Галичини” оскаржити дії облради в суді дотепер не дали результату, справи не розглянуті”.

(“Україна молода”, №174, 25 вересня 2001 р.)

***

До попередньої інформації:

Отношения между крымскими журналистами и властью приобретают все более экзотические формы. И.О. вице-премьера Крыма Владимир Тутеров, по своей последней додепутатской профессии — тракторист, вызвал к себе “на ковер” автора сюжета о пресс-конференции заместителя министра внутренних дел Украины Михаила Корниенко — шеф-редактора программы “12 минут новостей” ГТРК “Крым” Елену Рожен. Е. Рожен тогда не знала, что Тутерову в новом правительстве поручено курировать вопросы прессы и информации. Зато услышала от него массу неожиданных вещей на предмет того, как надо “фильтровать базар”. Кроме того журналистка подверглась допросу с пристрастием по поводу того, кто задавал на пресс-конференции вопросы о “депутатских репутациях”. Узнав, что это Лилия Буджурова, член правительства попросил Елену передать Буджуровой, что он ей “закроет рот”. Отреагировал на случившееся новый крымский премьер Валерий Горбатов, созвав специальное заседание правительства, посвященное вопросам взаимоотношений с прессой.

Вскоре милиция, сообщив, что “деяния” Тутерова не подпадают под уголовную ответственность, посоветовала ему извиниться. Подробности скандала — в материале Л. Буджуровой в проекте Георгия Гонгадзе “Украинская правда”.

(“Популярные ведомости”, №38, 20 вересня 2001 р.)

***

Про конфлікт між мером міста Сакі, Крим та журналістом Михайлом Шишлянніковим, в тому числі й записи на диктофоні їхніх розмов — див. “Популярные ведомости”, №38, 20 вересня 2001 р.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори