пошук  
версія для друку
07.04.2004

14 - 19 грудня 2002 р

   

ПРАВА ЛЮДИНИ

1.1. Проблеми правозахисту
Наприкінці листопада у Києві проходив Міжнародний просвітницький семінар «Європейські стандарти стосовно свободи мирних зборів та свободи асоціацій та вдосконалення українського законодавства». Тема гарантій для акцій протесту, мирних зборів, свободи об’єднань в Україні набуває дедалі більшої гостроти.
У європейському контексті права людини є невід’ємними від іншої абстракції — «громадянське суспільство», тоді як азіатські демократи пов’язують поступ своїх країн виключно із мудрістю та освіченістю державних керманичів. Які повинні силою влади опікуватися добробутом своїх відданих. З позиції концепції громадянського суспільства дотримання прав людини, передусім, захист від сваволі держави, неможливе без дотримання конституційного принципу багатоманітності суспільного життя, наявності великої кількості різних за цілями та спрямуванням приватних організацій.
Євген Захаров (Харківська правозахисна група) наводив дані, що, незважаючи на численні порушення елементарних прав під час проведення «контрзаходів» з боку влади на противагу акціям політичної опозиції, перешкоджання проведенню мирних зборів, застосування судами нормативно-правових актів, які явно суперечать Конституції, не знайшлося жодної людини, приватної організації, які б довели відповідні справи до Верховного Суду, створили абсолютно необхідний «правовий прецедент». У такій поведінці чітко простежується тотальна недовіра до «держави» (частиною якої є суд) як цілого і віра у те, що достатньо замінити «поганого» керівника «добрим», щоб життя змінилося на краще — тобто установка, типова для азіатських цивілізацій.
Допоки ж в Україні не усвідомлюватимуть справжньої цінності громадянського суспільства, ми продовжуватимемо «протягувати» через парламент дивовижні та хвилюючі норми, які пояснюватимуть нам, що таке «мітинг», «наметове містечко», «пікетування»...
(«Юридичний вісник України», №49, 7-13 грудня 2002р.)
***
Согласно социологических исследований Института социологии НАНУ, переживание слабости законодательной защиты отражается в субъективной оценке людьми собственной незащищенности перед возможным нарушением их законных прав и интересов. На протяжении последних девяти лет процент респондентов, считающих, что ничего не смогли бы сделать в случае нарушения их прав правительством Украины, практически не меняется. Если в 1994 году таких было 65,1%, то в 2002-м — 65,8%. Беззащитными чувствуют себя люди и перед неправомерными действиями местных администраций. Здесь неспособность противостоять беззаконию также чувствует большинство (соответственно 56,1% и 55,9%). В то же время оценка респондентами изменений в данной сфере за последний год свидетельствует, что средний балл, характеризующий субъективное переживание защищенности от своеволия власти, чиновников, постепенно растет. Если в 1994 году он составлял по пятибалльной шкале 1,88, то в 2002-м — 2,35 балла.
Характерно, что в массовом сознании бытует мнение о том, что люди, призванные защищать законные интересы граждан, сами в довольно сложных отношениях с правовым полем. Они находятся как бы «над законом», вследствие чего могут манипулировать им. Остальные же граждане, по мнению респондентов, находятся «под» властью закона. Это различие позиций приводит к формированию у населения стереотипного образа чиновника, который преимущественно нарушает закон, и рядового гражданина, который обычно этот закон соблюдает. Это и вызывает распространенное чувство беззащитности перед своеволием чиновничества. Рядовой гражданин, с одной стороны, должен соблюдать закон, даже если это ущемляет его личные интересы, с другой, закон не защищает его права, т.к. правовые институты не гарантируют в современном украинском обществе равенство перед законом всех граждан.
(«Зеркало недели», №49, 21-27 грудня 2002 р.)

1.2. Резонансні справи
Национальный банк Украины просит Конституционный суд разъяснить права Комитетов Верховной Рады, ее временных следственных комиссий и отдельных депутатов вмешиваться в работу НБУ. НБУ отмечает, что депутаты постоянно обращаются к нему с запросами о предоставлении информации, которая содержит банковскую тайну, дают поручения о проведении надзора и применении мер влияния к банкам и лицам, которые охватываются надзорной деятельностью НБУ. Нацбанк расценивает такие обращения как грубое вмешательство в его деятельность.
(«Киевские ведомости», 15 листопада 2002 р.)
***
Колишній генеральний директор корпорації «Єдині енергетичні системи України» Геннадій Тимошенко (свекор Юлії Тимошенко) переведений із Київського СІЗО на Лук’янівці у СІЗО Чернігова. Про це повідомив «Українським новинам» голова Чернігівської обласної організації партії «Батьківщина» Валерій Дудко. За його словами, ще троє інших працівників ЄЕСУ, що проходять у цій справі, також були розміщені у різних СІЗО.
(«Україна молода», №214, 16 листопада 2002 р.)
***
Высший совет юстиции Украины открыл производство относительно освобождения от должности за нарушение присяги судьи Киевского апелляционного суда Юрия Василенко, который возбудил уголовное дело против Президента Украины Леонида Кучмы. Производство открыто по представлению члена ВСЮ Валерия Евдокимова.
(«Киевские ведомости», 3 грудня 2002 р.)
***
Как рассказал на последнем брифинге начальник УМВДУ в Одесской области Юрий Ивушкин, по подозрению в убийстве руководителя исполкома Одесской областной организации партии «Реформы и порядок» Андрея Татарчука в настоящее время задержан житель Одесской области, который, по данным милиции, был бизнес-партнером Андрея.
(«Сегодня», №286, 18 грудня 2002 р.)
***
Апелляционный суд Севастополя приговорил майора запаса Александра М. к 5-ти годам лишения свободы за разглашение сведений, который «могли нанести вред национальной безопасности государства в сфере обороны». Он собрал и подготовил секретные материалы, но передать их не успел, сообщила пресс-служба СБУ,
(«Сегодня», №285, 17 грудня 2002 р.)
***
В истории независимой Украины это третий судебный процесс над государственным изменником. Первый состоялся в 1993 году. Тогда курсант военного училища Ткаченко, обвиняемый в передаче иностранной разведке инструкции по эксплуатации ракетной установки ПВО, был приговорен военным апелляционным судом Центрального региона к 8 годам лишения свободы. Правда, до сих пор у многих вызывает сомнение секретность инструкции, к которой мог иметь доступ любой курсант.
«Шпионом №2» стал полковник в отставке Тарас Бублик, приговоренный в феврале нынешнего года к 7 годам лишения свободы.
Майор запаса Александр Молчанов до сентября 1996 года занимал различные должности в подразделениях топографической службы ВС Украины и имел доступ к работе с документами, представляющими государственную тайну.
(«Факты», №235, 18 грудня 2002 р.)
***
Голова Комітету Верховної Ради з питань свободи слова та інформації Микола Томенко підготував повторний запит до Генерального прокурора «в надії дізнатися, в який спосіб інформація про можливі хабарі суддям Верховного Суду з метою забезпечити обрання на посаду Голови ВС Василя Онопенка потрапила до програм Першого національного каналу та телеканалу «1+1». Він вважає необгрунтованою відповідь Генпрокуратури на свій перший запит, де, зокрема, інформується, що «проведено бесіди з суддями, на яких були посилання у повідомленні, вони не заперечували вищевказані обставини, але писати офіційно заяви відмовились, у зв’язку з чим проведення перевірки припинено». М. Томенко повідомив, що у повторному запиті вимагатиме вказати, з ким із суддів було проведено бесіди, а також з’ясувати, «чи був причетний до цього Генеральний прокурор, слідчий, або, можливо, Адміністрація Президента України».
(«Юридичний вісник України», №50, 14-20 грудня 2002р.)
***
Військовий апеляційний суд Західного регіону визнав утримання під вартою пілота СУ-27 Володимира Топонаря законним. Як повідомлялося, 4 грудня місцевий військовий суд Львівського гарнізону задовольнив подання Генеральної прокуратури про продовження затримання В.Топонаря до 4 місяців.
Адвокат Топонаря Олена Іващук акцентувала увагу суду на тому, що утримання її підзахисного під вартою є незаконним, оскільки поки не встановлено причину авіакатастрофи 27 липня у Скниливі — несправність літака чи помилка пілота. Окрім того, за її словами, стан здоров’я затриманого є настільки важким, що він іноді не може давати свідчень.
(«Юридичний вісник України», №50, 14-20 грудня 2002р.)
***
За словами заступника Генерального прокурора України Василя Присяжнюка, стосовно адвоката Андрія Федура порушено кримінальну справу за ст. 190 КК України. В зв’язку з цим Федур уже не захищатиме у судовому процесі Миколу Замковенка. Його, за клопотанням прокуратури, відсторонено від захисту.
(«Україна молода», №228, 6 грудня 2002 р.)
***
Генеральная прокуратура отстранила адвоката Андрея Федура от ведения дела об убийстве журналиста Георгия Гонгдзе, в котором он представляет интересы матери погибшего — Леси Гонгадзе. Генпрокуратура мотивировала свое решение тем, что в отношении Федура возбуждено уголовное дело за подделку и использование поддельных документов.
(«Время», Харків, 17 грудня 2002 р.)
***
4 декабря с.г. Апелляционный суд г. Киева рассмотрел апелляционную жалобу адвоката Андрея Федура на определение Печерского районного суда г. Киева от 11 октября 2002 года по иску А. Федура к Генеральному прокурору Украины Святославу Пискуну и газете «2000». 6 сентября с.г. в газете «2000» была опубликована статья «Свободным можно быть, лишь став рабом закона» (Генеральный прокурор о громких делах, верховенстве права и о себе) с подзаголовком «Реве та стогне джип «Чероки», в которой содержались сведения об адвокате Федуре, не отвечающие, по его утверждению, действительности, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию. В связи с этим 9 октября с.г. Андрей Федур обратился в Печерский районный суд г. Киева с иском к Генеральному прокурору Украины Святославу Пискуну и газете «2000» о защите чести, достоинства и деловой репутации. А. Федур требовал опубликовать на страницах газеты «2000» опровержение относительно приведенных высказываний, не предъявляя никаких имущественных претензий. 11 октября с.г. Печерский суд г. Киева вынес определение об оставлении искового заявления без движения в связи с отсутствием в заявлении места проживания ответчика. Поскольку С. Пискун является Генеральным прокурором Украины, установить его домашний адрес не представляется возможным, а на момент подачи апелляционной жалобы никаких ответов из Генеральной прокуратуры по этому вопросу не последовало. Определение Печерского суда было признано правомерным в связи с тем, что истец не выполнил требование суда и не предоставил сведения о месте проживания ответчика — Генерального прокурора Святослава Пискуна. Адвокат намерен продолжить дело.
(«Юридическая практика», №50, 10 грудня 2002 р.)
***
В Україні з березня 1998 року порушено 277 кримінальних справ за фактами торгівлі людьми, а на початок 2002 року за 52-а кримінальними справами винесені вироки. Про це сказав народний депутат України, член Комітету Верховної Ради з питань боротьби з організованою злочинністю і корупцією Георгій Буйко. Він зазначив, що ця кількість справ не відповідає тій ситуації, яка склалася в Україні.
("Молодь України", №159, 12 грудня 2002 р.)
***
У результаті здійснення співробітниками СБУ і органів МВС оперативно-розшукових заходів та проведення спільної операції затримано групу осіб, причетних до споєння тяжких злочинів. Вилучено саморобні вибухові пристрої, гранати, вогнепальну зброю і набої до неї, які вони планували використати для вчинення ряду терористичних актів. Органами прокуратури порушено кримінальну справу за ст. 258 КК України (терористичний акт) за фактом створення терористичної групи та участі в ній, яку передано для подальшого провадження досудового слідства в СБУ.
("Урядовий кур’єр", №237, 19 грудня 2002 р.)
***
Членов преступной группировки — троих одесситов и одного гражданина России — сотрудники СБУ и милиции задержали в Николаеве. Эта группа подозревается в подготовке нескольких террористических актов на территории Украины. Во время задержания они ранили сотрудника СБУ.
(«Сегодня», №287, 19 грудня 2002 р.)

1.3. Правоохоронні органи
В органах дознания постоянно скапливается достаточно большое количество так называемых «фактовых» уголовных дел, сроки давности привлечения к уголовной ответственности по которым еще не истекли, а производство по ним приостановлено в связи с неустановлением лица, совершившего преступление. Время от времени органы прокуратуры, осуществляющие надзор над следствием и дознанием, проверяют эти дела и дают указания активизировать работу по их расследованию. Как правило, указания прокуроров дознаватели стараются игнорировать из-за большого количества находящихся у них в производстве уголовных дел. С другой стороны, скопление большого количества уголовных дел в органах дознания снижает показатели их работы, одним из которых является количество дел, переданных следователям. В какое-то время сотрудниками уголовного розыска либо другой службы определенное лицо задерживается непосредственно при совершении преступления. В процессе работы с подозреваемым появляется версия о том, что он может быть причастным к совершению и других подобных преступлений. Но конкретных доказательств этого нет. Вот тут и начинается изучение «фактовых» уголовных дел о подобных преступлениях. Сам этот процесс имеет своей целью отобрать наибольшее количество уголовных дел, схожих с преступлением, за которое задержан данный подозреваемый. После чего у подозреваемого изымается явка с повинной по каждому преступлению, уголовное дело о котором было отобрано в процессе изучения. Проводится ряд необходимых процессуальных действий. После этого лицо, совершившее ряд ранее не раскрытых преступлений, считается установленным, необходимые следственные действия проведенными, и дознаватель выносит постановление о передаче уголовного дела для проведения досудебного следствия. Дальше за дело берется следователь. Составляется обвинительное заключение и дело передается в суд. Обвинительный приговор почти гарантирован. Если даже по каким-то причинам суд направит дело на дополнительное расследование, суть последнего будет состоять лишь в более тщательной «шлифовке» дела.
Интересен сам по себе тот факт, что сегодня находится достаточно много желающих признать себя виновными в преступлениях, которых они не совершали. Но ничего необычного тут нет. Главное — это правильный подход к конкретному человеку. Так, с ранее судимыми лицами, с наркоманами, алкоголиками работать достаточно легко. Как правило, у этой категории людей нет защитников. Кнут методов работы очень разный, и самый универсальный из них — это метод «кнута и пряника». Например, наркоман за дозу наркотиков может довольно охотно «признаться» в тех преступлениях, которые он никогда не совершал.
Основной причиной этих явлений являются проблемы статистики. Сегодня, как и десять, и двадцать лет назад, в основе оценки деятельности подразделений милиции лежит критерий раскрываемости преступлений. Определенное значение имеет и тот факт, что у оперативных и следственных подразделений органов внутренних дел сущетсвуют разные показатели их работы. У оперативных подразделений уголовного розыска основной показатель работы — возбуждение следователем уголовного дела, а также предъявление обвинения. Единственным показателем работы следователя является количество уголовных дел, направленных им в суд.
Может ли следователь, получив уголовные дела от органа дознания и установив для себя, что они сфабрикованы, прекратить их в отношении лица? Юридически может, а фактически нет. Несмотря на то, что следователь милиции является процессуально независимым и самостоятельным при расследовании уголовного дела, в ведомственном плане он полностью подчинен начальнику органа внутренних дел, который и есть орган дознания. Прекратить эти дела — значит испортить все статистические показатели органа внутренних дел.
Помимо того, что в результате такой системы регистрации, учета и раскрытия преступлений появляются конкретные жертвы (потерпевшие и обвиняемые), негативной стороной является и то, что общество не знает, сколько в действительности совершается преступлений и каких именно, и сколько их раскрывается. Обмануты конкретные потерпевшие, обмануто общество, обмануто государство. Само государство и способствует латентной (скрытой) преступности.
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Старший лейтенант из Киевского райотдела милиции Одессы вымогал 6 тысяч долларов от родителей 13-летнего школьника, которому «юные информаторы» по команде офицера подкинули в портфель наркотики. И этих денег (собранных к сроку 2-х тысяч долларов из 6-ти) милиционер выделил своим помощникам «гонорар». За участие в операции каждый из них получил от 20 до 50 долларов. Заплатив часть вымогаемой суммы, родители побежали в милицию с заявлением. Узнав об этом, старший лейтенант подал рапорт об увольнении, который мгновенно был удовлетворен. Управление внутренней безопасности при УМВДУ в Одесской области передало материалы служебного расследования в прокуратуру, где по данному факту возбуждено уголовное дело. Аналогичная история произошла и в Суворовском райотделе. Там два сотрудника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков вымогали с родителей 200 долларов за «прикрытие» уголовного дела в отношении их детей. Взяточникам «светит» ст. 368 ч.2 УК Украины.
В 2 тысячи долларов оценил оперуполномоченный уголовного розыска свои усилия по розыску угнанной «Мазды 626». Водитель заплатил эти деньги, не подозревая, что автомобиль найден и стоит на штрафплощадке. Другой офицер милиции, не дождавшись взятки, арестовал человека и поместил в собственную тюрьму, расположенную в подвале дома. Бедолагу он приковал наручниками к трансформатору. Клиент вырвался на свободу вместе с трансформатором. Сейчас это дело рассматривается в областной прокуратуре. Одессу захлестнула волна милицейских рапортов об увольнении. Буквально на днях сразу четверо сотрудников Малиновского райотдела написали рапорты об увольнении. Оказывается, что на них поступило заявление, нашедшее подтверждение, о том, что они вымогали 8 тысяч долларов. Парни от греха подальше решили уйти с органов.
(«Комсомольская правда в Украине», №232, 18 грудня 2002 р.)
***
Только по инициативе Генеральной прокуратуры к дисциплинарной ответственности привлекают каждого десятого сотрудника спецподразделений наших правоохранительных органов. По данным Генерального прокурора Украины Святослава Пискуна, за текущий год «досталось» почти 500-м правоохранителям, а 8 стражей правопорядка привлекли к уголовной ответственности.
(«Сегодня», №284, 16 грудня 2002 р.)
***
За половину жовтня покарано 28 правоохоронців, повідомив начальник УМВСУ в Чернігівській області Михайло Манін. Їх покарали за неповагу до людей, укриття злочинів, порушення наказів і зловживання службовим транспортом. Окрім цього, 10 працівників обласної міліції були звільнені.
("Сіверщина", Чернігів, №44, 1 листопада 2002 р.)

1.4. Система виконання покарань
Сегодня в Украине отбывают наказание 198 тысяч осужденных. Среди них более 20 тысяч убийц, 145 осужденных за убийство по заказу, 894 — за бандитизм, 13 — за захват заложников. 791 человек отбывает пожизненное заключение. Только с начала текущего года в учреждения исполнения наказаний поступило свыше 58 тысяч осужденных.
(«Сегодня», №283, 14 грудня 2002 р.)
***
В украинских СИЗО в настоящее время содержится 43,6 тысяч человек, что на 6 тысяч больше, чем, согласно нормам, могут вместить помещения следственных изоляторов. 18,8 тысяч человек отбывают наказание в украинских ИТУ за разбой и грабежи. В исправительных учреждениях и СИЗО сложной остается ситуация с ВИЧ/СПИД и туберкулезом. Так, с 1997 года до сегодняшнего дня в тюрьмы поступило более 9 тысяч ВИЧ-инфицированных. В этом году также выявлено 3 тысячи человек, больных открытой формой туберкулеза.
В украинских местах лишения свободы, в том числе СИЗО, по состоянию на 1 декабря содержится 198,4 тысячи человек, сообщил начальник штаба Госдепартамента по вопросам исполнения наказаний Владимир Серов.
(«День», №231, 14 грудня 2002 р.)

1.5. Катування та жорстоке поводження
Власть и правоохранительные органы по-прежнему не признают природу и масштабы распространения пыток в Украине и фактически игнорируют рекомендации Европейского комитета по предупреждению пыток.
С целью выяснения отношения сотрудников органов внутренних дел к пыткам научные сотрудники Национальной академии внутренних дел в 2002 году опросили 84 должностных лица (руководящих сотрудников угрозыска и следствия). Практически все опрошенные правильно определили понятие пытки как причинение физической боли и морального страдания, нанесение побоев, мучение, запугивание и унижение достоинства задержанных граждан. 30% опрошенных подтвердили, что пытки в Украине применяются довольно часто, 36% считают, что они применяются иногда, 33% — очень редко, и только 3,5% ответили отрицательно.
Среди методов пыток, применяющихся в Украине (о которых опрошенные слышали), были названы, кроме причинения физической боли и морального страдания, нанесение побоев и телесных повреждений, мучение, запугивание, унижение достоинства, угрозы, насмешки, обман, истязание голодом, жаждой, отказ в отправлении естественных потребностей.
57% опрошенных признали приемлемость пыток в исключительных случаях.
77% согласились с мнением о том, что многие в Украине верят в факт применения милицией пыток.
39% считают, что милиция не может эффективно работать без применения время от времени пыток.
32% высказались за применение запрещенных методов допроса при отсутствии выбора.
57% считают, что, за исключением очень серьезных инцидентов, офицеры должны защищать друг друга в случае возникновения подозрений относительно применения пыток.
45% согласились, что иногда полезно временно прекратить действие принципов защиты прав человека для достижения блага для всех.
50% опрошенных склоняются к мысли, что власть в Украине знает об использовании правоохранительными органами методов «третьей степени», однако мало делает для предупреждения их применения.
33% верят в то, что многие сотрудники милиции применяют методы «третьей степени» для усиления закона.
61% опрошенных уверены: многие руководители органов милиции в Украине соглашаются с тем, что права можно нарушать или пренебрегать ими для надлежащего выполнения оперативно-служебных заданий, однако не признают это.
56% убеждены в том, что преступники заслуживают все, что получают, и считают, что большинство населения поддержало бы побои или «грубую справедливость» в таких случаях.
Свыше 78% опрошенных высказали желание работать со всеми своими коллегами и в любом другом заведении для искоренения пыток или общественного неприятия их в Украине.
В 2001 году Украинско-американское бюро защиты прав человека провело комплексный социологический опрос среди 869 осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на предмет получения информации о нарушении сотрудниками милиции их законных прав и применении пыток при задержании и заключении в изоляторах временного содержания и СИЗО. Проведенное исследование выявило случаи применения пыток и других неправомерных методов психологического давления на подозреваемых или задержанных с целью получения нужных «признаний». Приводятся данные лишь респондентов, ответивших на поставленные вопросы.
Почти 72% респондентов отметили, что их лично били или подвергали пыткам сотрудники правоохранительных органов с целью признания ими своей вины в совершении преступления или взятия на себя прямой ответственности за чужие преступления. Причем преимущественно такое влияние осуществляется на первом этапе задержания сотрудниками МВД и следователями (в 81,1% случаев применения досудебного насилия). Осужденные (задержанные) часто преувеличивают страдания, через которые им пришлось пройти, но необходимо учитывать и другое — на противоправное влияние на них указали 614 из 857 респондентов. Со времени выделения из МВД (в 1999 году) Государственного департамента исполнения наказаний в самостоятельную структуру количество сообщений о насилии и истязаниях в СИЗО начало постепенно уменьшаться. Нужно учитывать и то, что подавляющее большинство респондентов — осужденные — во время исследования находились в полной зависимости от сотрудников департамента и поэтому могли утаивать отрицательные свидетельства против сотрудников СИЗО. 51% из 614 респондентов пострадали от неправомерных действий следователей в ходе процедур дознания. Показательно и то, что 6 респондентов указали, что их лично бил начальник районного/городского отделения милиции, 4 назвали одно из районных управлений г. Киева. По данным респондентов, предложения (обещания) со стороны сотрудников правоохранительных органов во время проведения допросов были достаточно разнообразны — освободить немедленно, улучшить условия пребывания, уменьшить срок наказания, отпустить на подписку о невыезде.
Опрос выявил целый ряд нарушений конституционных прав и свобод подследственных (задержанных). Так, согласно Конституции Украины (ст.29), об аресте или задержании следует немедленно сообщить родственникам арестованного или задержанного. Ст.161 УПК гласит, что об аресте подозреваемого или обвиняемого и его месте нахождения следователь обязан сообщить его жене (мужу) или другому родственнику, а также известить по месту его работы. Это право на практике нарушается. По данным опрошенных, содержащихся в местах лишения свободы, родственникам о факте их задержания (ареста) сообщили в среднем через 18 суток.
Ст.29 Конституции Украины обязывает разъяснять каждому арестованному или задержанному его права и предоставлять возможность с момента задержания защищать себя лично и пользоваться услугами защитника. 56,3% респондентов никаких разъяснений относительно своих прав от сотрудников МВД не получали. Только 109 респондентов из 869 (12,6%) отметили, что у них была возможность проконсультироваться со своим защитником перед первым допросом. Адвоката, реально пытавшегося защитить интересы клиента, смогли пригласить лишь высокообразованные и обеспеченные в материальном плане респонденты. Подавляющее большинство (47,4%) респондентов встретились со своим адвокатом при закрытии дела, то есть после того, как были использованы все возможности досудебного следствия для обвинения подследственного.
Исследование выявило также неэффективность существующего прокурорского надзора. Только 46 из 869 респондентов удалось по их требованию встретиться с прокурором. Подавляющее большинство респондентов (590 человек) вообще отказались отвечать на этот вопрос, считая его неуместным.
Из 614 человек, к которым применялось насилие во время следствия, лишь 162 написали жалобу или заявили об этом в суде. К объективным причинам этого следует отнести и такой факт: в подавляющем большинстве случаев суд не обратил внимание на такое заявление, особенно, когда человека привлекали к ответственности вторично или в третий раз, а для некоторых подсудимых назначал даже более суровое наказание, трактуя жалобу как попытку избегнуть уголовной ответственности.
Почему же, несмотря на законодательное и ведомственно-нормативное закрепление обязательности соблюдения прав задержанного, эти права довольно часто сразу же нарушаются? Сегодня правоохранительные органы все еще выполняют функцию защиты власти от преступных посягательств, а не защиты конкретного человека. Правовое обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина в основном лишь декларируется. Раскрытие преступления как ведущий показатель деятельности органов досудебного следствия связывается не столько с судебным приговором, в соответствии с которым лицо признается совершившим преступление, сколько с решением следователя о привлечении лица как обвиняемого. Следователи нередко раньше времени, без наличия достаточных оснований и доказательств, привлекают лиц как обвиняемых к делу, а в дальнейшем пытаются любым способом получить от них признание в совершении преступления. Одним из «эффективных» методов получения необходимых свидетельств является помещение лица в изолятор временного содержания или взятие под стражу на срок от 2 до 18 месяцев, где условия изоляции задержанного, физическое и психическое насилие, шантаж, запугивание подталкивают даже неоднократно осужденных сознаваться и свидетельствовать против себя.
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Примечательно, что даже довольно высокий социальный статус и непосредственная близость к властным структурам не может служить здесь защитой. В числе последних примеров тому история Андрея Артеменко, президента футбольного клуба ЦСК, советника киевского городского головы.
Беда свалилась как снег на голову в виде громил с автоматами в черных масках, которые ранним апрельским утром 2002 года вломились в дом Андрея Артеменко. Это были доблестные бойцы отряда «Сокол», явившиеся взять под стражу подозреваемого в финансовых преступлениях. Десятилетней дочери Андрея пришлось в результате пройти серьезный курс лечения, чтобы сгладить последствия пережитого нервного потрясения. У няни трехлетнего сына начался сердечный приступ, потом ей пришлось не одну неделю провести на больничной койке. Сейчас эта женщина снова находится в больнице. Андрей Артеменко в больницу не попал. Он оставался в камере СИЗО даже после того, как его жестоко избили, добиваясь признания в совершении преступлений, которые он не совершал. В настоящее время его адвокаты добились возбуждения уголовного дела по этому факту. В прессе была развернута массированная кампания, десятками публиковались порочащие материалы. Никто даже не заботился о проверке публикуемой информации. В итоге Андрею Артеменко приписали не только бездоказательные обвинения, но и кучу движимого и недвижимого имущества, принадлежащего в действительности его однофамильцам. После семи с лишним месяцев следствия «с пристрастием» в суд было передано обвинительное заключение.
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Майже 120 студентів Одеського державного аграрного університету пікетували вуз, вимагаючи звільнення коменданта одного з гуртожитків та поліпшення умов проживання у ньому. Пікетники стверджують, що в інститутському гуртожитку студентів б’ють, над ними знущаються та закривають у карцер. У зв’язку з цим Одеська прокуратура почала розгляд заяв про порушення кримінальної справи за фактами побиття та протизаконного позбавлення волі. У ректораті звинувачують у всьому коменданта — колишнього військового, який встановив в гуртожитку порядки штрафної роти
("Вісник & К°", №52, 12 грудня 2002 р.)
***
В прокуратуре Приморского района Одессы возбудили уголовное дело против коменданта одного из общежитий Аграрного университета. Как передает ТРК «Глас», в ходе досудебного следствия подтвердился только один случай так называемого «карцера», что уже грозит тремя годами заключения для обвиняемого. После митинга студентов прокуратура запросила все документы по делу из милиции и занимается расследованием самостоятельно.
(«Сегодня», №287, 19 грудня 2002 р.)

1.6. Армія
З повідомлень Секретаріату Уповноваженого Верховної Ради України з прав людини:
Михайло Б. з Тернопільщини заочно навчався в інституті, за релігійними переконаннями мав усі законні підстави на альтернативну службу у Збройних Силах України. Проте юнак вирішив добровільно виконати конституційний обов’язок. З перших днів він зустрівся в армії з печерним ставленням до людини. «Другого ж дня служби, — говорить він, — мене вже називали «бидлом», «недоноском», всіляко принижували. Коли я запротестував проти цього, проти «зеківських» ритуалів у армійському побиті, мене почали бити». У тій частині Михайло прослужив рік, щоразу потрапляючи до шпиталю — або через травми на службі, або через побої «дідів». Потім Михайла, як такого, що не хотів миритися з «традиціями», перевели до іншої військової частини. Проте її командування закрило очі на те, що після переведення Михайла на Полтавщину, навздогін з попереднього місця служби надійшов лист від «дідів» з вимогою «доламати» непокірного тернополянина. Відомо, що лише у місцях ув’язнення таким чином діє «тюремна пошта», супроводжуючи «опущеного». Але ж це армія, де мають бути забезпечені конституційні права військовослужбовця, висока військова дисципліна, порядок. Михайла знову було жорстоко побито. Переважно били по голові, знаючи, що в нього вже є черепно-мозкова травма. Не дивно, що після цього брат солдата звернувся до Уповноваженого з прав людини Ніни Карпачової з проханням захистити право Михайла на життя, на честь і гідність. Уповноважений з прав людини відкрила провадження і здійснила оперативну перевірку фактів безпосередньо з виїздом на місце разом з військовим прокурором гарнізону. Перевірка підтвердила факти жорстокого, нелюдського ставлення до військовослужбовця та байдужості до цих випадків командування частини, яке намагалося подати справу як буденний випадок. Аби приховати надзвичайну подію, тяжко побитого Михайла п’ять днів свідомо тримали в казармі, аби не виносити сміття з хати, хоча медики наполягали на його госпіталізації. Зараз потерпілий перебуває у військовому шпиталі. Загроза життю солдата відступила. Втручання Уповноваженого з прав людини за фактом жорстокого побиття під час проходження строкової військової служби Михайлом Б. спонукало прокурора гарнізону порушити кримінальну справу.
(«Інформаційний бюлетень», №53, 5 грудня 2002 р.)
***
Из военной части А-1175, расположенной близ Кременчуга, Полтавской области, сбежал рядовой Владимир Тетеря, который был призван на срочную службу в Инженерные войска в мае нынешнего года из села Червоне Чутовского района Полтавской области. Оставив ранним утром боевой пост, он прихватил с собой автомат Калашникова с двумя магазинами патронов. В 20.20 16 декабря в районе села Щербаки, в 10-ти километрах от Кременчуга, удалось задержать сбежавшего солдата. Дезертир был ранен в процессе задержания. Сейчас он находится в реанимации в тяжелом состоянии. Начато следствие. Военная прокуратура возбудила против В. Тетери уголовное дело по ст. 148 ч.2 УК Украины (дезертирство с оружием), которая предусматривает лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.
(«Факты», №235, 18 грудня 2002 р.)

1.7. Соціально-економічні проблеми
Станом на 1 листопада 2002 року в Україні офіційно зареєстровано близько 50 тисяч ВІЛ-інфікованих і понад 92 тисячі ВІЛ-позитивних людей. Серед ВІЛ-інфікованих майже 4 тисячі — діти, у тому числі, 123 дитини, хворі на СНІД. Майже 2 тисячі дорослих і 72 дитини померли від цієї хвороби.
Більшість інфікованих в Україні становить молодь від 20 до 30 років.
(«Україна молода», №219, 23 листопада 2002 р.)
***
Луцк шокирован: в один день от переохлаждения в своем доме умерли 83-летняя Агапия Пеленская и ее 51-летняя дочь Валентина Еременко, которая уже третий год не могла самостоятельно передвигаться. Газ в их доме отключили прошлой осенью. Не было возможности погасить долг в 1,5 тысячи гривен. Семья жила только на пенсии матери и дочери. Муж Валентины не работал. За истекший год они сумели внести в счет долга за газ только 190 гривен, но газ не подключили.
(«Сегодня», №284, 16 грудня 2002 р.)
(14 - 19 грудня 2002 р.)

2. Свобода висловлювань

2.1. Право на інформацію
Керівник Головного управління інформаційної політики Адміністрації Президента Сергій Васильєв у відкритому листі до редакторів видань, які згадували його ім’я у негативному контексті, заявив про готовність виступити на їх сторінках з обстоюванням своїх позицій. Серед цих видань — "Вечірні вісті", "Україна молода", "Сільські вісті", "Політика і культура", "Свобода", "Товариш", "Комуніст".
"Упродовж останніх місяців на сторінках ваших видань неодноразово згадувалося моє ім’я у контексті, пов’язаному з так званими "темниками", цензурою, утисками свободи слова і т.д.", — говориться у листі.
"Видання, котрі насправді сповідують принципи свободи слова, об’єктивності і неупередженості, а не просто використовують ці поняття як політичне гасло, подають точку зору усіх зацікавлених сторін. І хоча я далекий від думки, що по відношенню до мене ви вдалися до свідомої дезінформації, перекручування фактів, а чи й брехні, факт залишається фактом: ваші видання не звернулися до мене за коментарями, роз’ясненнями чи проханням про інтерв’ю щодо обговорюваних тем", — зазначає Сергій Васильєв.
За його словами, "зайве доводити, що це — ненормально, що так не годиться чинити у справді демократичній країні".
"Як людина, що стала об’єктом публікацій вашого часопису, як колега, що має своє розуміння ситуації, як громадянин. що має право на обстоювання власної позиції і точки зору, готовий виступити на сторінках очолюваного вами видання у тій формі подачі матеріалу, який ви запропонуєте", — заявляє С. Васильєв.
("Урядовий кур’єр", №233, 13 грудня 2002 р.)
***
Із листа редактора газети "Свобода" Олега Ляшка:
"...По-перше, позиція самого С. Васильєва неодноразово висвітлювалася авторами "Свободи" — у вигляді цитат з його виступів та викладу його заяв. Можливо, таке висвітлення сам С. Васильєв вважає недостатнім, і в цьому є резон, — але таке незалежне видання, як "Свобода", не може дозволити собі розкіш у вигляді штатних кореспондентів, котрі могли б узяти ексклюзивне інтерв’ю у С. Васильєва, М. Томенка, М. Погребінського, А. Шевченка чи будь-кого з-поміж головних диспутантів у питанні щодо стану свободи слова і наявності цензури в Україні. Тому ми охоче запрошуємо С. Васильєва до безпосередньої участі у дискусії про свободу слова на сторінках «Свободи».
По-друге, соціологічні опитування доводять, що позиція постійних авторів "Свободи" щодо стану свободи слова і наявності цензури в Україні збігається з думкою щонайменше 60% українських громадян, тоді як позиція С. Васильєва — щонайбільше з позицією 15-20%. Враховуючи, що більшість громадян не має можливості оприлюднити свої погляди на провідних телеканалах чи у найтиражніших виданнях, а погляди однодумців С. Васильєва широко представлені в українських ЗМІ, ми віддали перевагу поглядам мовчазної більшості. Але охоче надамо слово і найяскравішим представникам меншості, до яких належить і сам С. Васильєв..."
("Свобода", №46, 17-23 грудня 2002 р.)

2.2. Злочини проти журналістів
Происшествие с Александром Паничем — сотрудником газеты «Донецкие новости» — подтверждает, что от расправы не застрахованы даже те журналисты масс-медиа, которые верой и правдой служат провластным группировкам. По заданию редакции Александр вел настоящую войну против бывшего гендиректора Мариупольского металлургического комбината им. Ильича, а ныне народного депутата Украины Владимира Бойко по поводу приватизации комбинатом Комсомольского рудоуправления. В марте по распоряжению Президента Кучмы Кабинет Министров передал обанкротившееся предприятие в управление ММК им. Ильича, что прямо затрагивало интересы структур, близких к главенствующему в крае «Индустриальному союзу Донбасса». В результате начавшейся между кланами войны погиб капитан спецназа МВД Сирота, принимавший участие в штурме мехдвора в селе Привольном. Расследованием этих событий и занимался Панич. Более того, на проходившем 1 октября в Донецке «круглом столе», посвященном теме свободы слова, именно Александр обвинял Владимира Бойко. Но после того, как по президентскому оклику война кланов прекратилась, журналист стал не нужен. Кроме того, он очень много знал. Например, кто заказчик компромата на депутата Бойко. Интересно, что журналист прекратил появляться на работе, а затем и вовсе был уволен якобы за прогулы после того, как прекратилась активная фаза противостояния между двумя враждующими группировками. Не в этом ли следует искать разгадку случившегося?
(«Свобода», №46, 17-23 грудня 2002 р.)
***
На этой неделе стало известно, что парламентская следственная комиссия по делу Георгия Гонгадзе намерена поднимать вопрос об отставке Генерального прокурора. Действия прокуратуры в этом направлении можно назвать, по меньшей мере, странными: предъявляются обвинения мелким чиновникам на таращанском уровне и при этом отсутствует, например, информация о претензиях со стороны ГП к г-ну Шупику, по-прежнему являющемуся главным судмедэкспертом страны. И это несмотря на то, что им лично давалась «200- процентная гарантия», что тело, обнаруженное под Таращей, не принадлежит Гонгадзе. Всплыл и Николай Джига, украсив собой украинский Интерпол. Тот самый Николай Джига, который заверял депутатов в том, что «тарашанское» тело «перезимовало». Не в претензии прокуратура и к своему бывшему шефу — Михаилу Потебенько. Не приходится говорить о пресловутых 99,6%, а также многочисленных свидетелях, видевших, по словам Потебенько, живого Гонгадзе. Есть основания полагать, что заявления Генерального прокурора, а также его первого зама г-на Шокина далеко не всегда совпадают с реальными результатами расследования убийства Георгия Гонгадзе, проводимого следователями Генпрокуратуры. Они движутся разными путями. Первые — к исполнению политико-президентского заказа, вторые — к сути происшедшего.
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Людмила Коломиец, супруга директора агентства «Українські новини», заявила, что в январе нынешнего года муж говорил ей, что подвергся психологическому давлению со стороны людей, которые принудили его к разговору и угрожали в связи с профессиональной деятельностью. По ее словам, Коломиец не назвал имен и не уточнил, как собирается реагировать на угрозы. «Сказал только, что если что-то еще случится, звони Хорошковскому», — сообщила Людмила. После исчезновения Михаила она рассказала об этом следователю.
(«Сегодня», №285, 17 грудня 2002 р.)
***
За словами Генерального прокурора України Святослава Піскуна, нещодавно було притягнуто до дисциплінарної відповідальності прокурора Донецької області за незабезпечення нагляду за розслідуванням справи щодо вбивства журналіста Ігоря Александрова. Заступника прокурора переведено на іншу ділянку роботи.
(«Урядовий кур’єр», №235, 17 грудня 2002 р.)

2.3. Порушення права на професійну діяльність
Влада на Чернігівщині прагне придбати до рук якомога більше ЗМІ. В її розпорядженні вже аж три найбільш тиражні обласні газети. А протягом якогось року виконавча влада, цебто райдержадміністрації, поспіхом увійшли у співзасновники (а значить, співвласники) практично всіх районних газет. "Осічка" трапилася у Городянському районі щодо газети "Новини Городнянщини". Ось про що пишуть у поданні до Комітету ВР України з питань свободи слова і інформації депутати райради:
"Газета, яка має власний погляд на речі, звичайно, не може задовольнити голову Городнянської райдержадміністрації Слісаренка Л.Д., думка якого стала давно вже законом для підлеглих. Щоб мати вплив на газету, адміністрація докладає всіх зусиль, щоб увійти у склад співзасновників. Тричі це питання виносилося на розгляд сесій минулого скликання, вдруге воно виноситься на розгляд райради нинішнього скликання. трудовий колектив редакції на зборах прийняв рішення проти входження адміністрації до складу співзасновників газети. Депутати райради також кожного разу приймають рішення про відмову адміністрації у спів засновництві...".
Цей лист датований 30-м жовтня. Завдяки підтримці народного депутата України Владислава Атрощенка, райрада не дала дозволу адміністрації підім’яти під себе газету.
("Сіверщина", Чернігів, №47, 22 листопада 2002 р.)
***
З призначенням два тижні тому нового програмного директора ДТРК "Крим" Людмили Хорошилової (голови місцевої організації НСЖУ) у журналістів інформаційної програми "12 хвилин новин" почалися проблеми. За словами керівника програми Олени Рожен, телевізійне керівництво вирішило запровадити банальну цензуру. держзамовлення на новини, "наряди" на зйомку телесюжетів. Колектив дружно взявся до спротиву, на що начальство моментально відреагувало попередженням про можливе звільнення керівника програми. У відповідь 22 телевізійники зібрали установчі збори, на яких створили незалежну профспілку працівників ЗМІ автономії "Команда". Черговим підтвердженням того, що політична цензура існує, зазначено у зверненні членів "Команди" до колег, стала заборона появи у телеефірі 27 листопада сюжету відомої журналістки Лілі Буджурової, голови Асоціації вільних журналістів Криму. Привід стандартний — позиція автора не збігалася з особистою думкою програмного директора.
("Україна молода", №224, 30 листопада 2002 р.)
***
Коллектив программы «12 минут новостей» ГТРК «Крым» выступил с инициативой создания стачкома, который на основании законодательства Украины «будет защищать права журналистов программы». Об этом на пресс-конференции в Симферополе заявила шеф-редактор программы Елена Рожен. Как передает корреспондент УНИАН, она подчеркнула: поводом для создания стачкома стало заявление генерального директора ГТРК «Крым» Валерия Низового на пленарном заседании Верховной Рады Крыма, что отношения с программой «12 минут новостей» будут складываться по принципу «госзаказа». То есть, подчеркнул В. Низовой, сотрудники программы новостей будут получать «наряды», что именно снимать. В ответ на это журналисты заявили, что «новости не могут быть предметом госзаказа» и расценивают заявление гендиректора как политическую цензуру. Кроме того, коллектив информпрограммы не соглашается с распоряжением В. Низового от 19 ноября о переводе в режим записи информационно-публицистической программы «Вибір», которая с февраля с.г. дважды в месяц выходит на телеканале в прямом эфире. Журналисты подчеркивают, что это решение «не коллегиальное и не подтверждено решением художественного совета ГТРК». Действия генерального директора журналистский коллектив расценивает как «попытку личного давления на журналистов и политцензуру, антидемократическую акцию», из-за которой телезрителей лишат возможности прямого диалога с участниками передачи
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Юрий Шептицкий, бывший редактор телекомпании «Миг», г. Южный, Одесская обл.:
«Все началось в январе, когда я поместил в очередном выпуске новостей одноминутное интервью с экс-вице-мэром Морозовым, которого вдруг почему-то невзлюбил мэр Южного Александр Журавель. После этого директор компании прямо на планерке предложила мне уйти в отпуск... Я понял — меня решено удалить с ТВ на период избирательной кампании. Так и вышло. А в начале апреля ситуация повторилась, только на этот раз от меня уже потребовалось заявление об уходе с работы».
И когда основатель компании наотрез отказался, его стол и стул бесцеремонно выставили из кабинета в коридор. Сделано это было, убежден Шептицкий, «по согласованию с руководством исполкома».
(«Зеркало недели», №46, 30 листопада-6 грудня 2002 р.)
***
Не остался без внимания и отказ Генеральной прокуратуры в аккредитации Интернет-издания «Украинская правда» по причине «необъективного освещения деятельности Генпрокуратуры». Оказалось, что подобным образом пресс-служба ГП относилась и к представителям иных изданий и телеканалов. Такое поведение не имеет под собой никакой правовой основы, но в отношении «Украинской правды» жест прокуратуры является еще и крайне аморальным. Поскольку соратники Георгия Гонгадзе, работающие в «Украинской правде», имеют к прокуратуре на порядок больше объективных претензий, чем последние к «УП».
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Засновник газети "Панорама Севастополя", колектив якої оголосив 9 грудня про страйк на знак протесту проти втручання влади і нового редактора у професійну діяльність журналістів та невиплати зарплати, готується звільнити страйкарів. Таку попередню інформацію Інституту масової інформації повідомила співголова Севастопольської правозахисної групи Ольга Кононенко. За її словами, страйком газети залишився фактично відрізаним від зв’язку з колегами — у редакції відключено телефони та Інтернет.
("Молодь України", №161, 17 грудня 2002 р.)

2.4.Судові процеси за участю ЗМІ
Мэр портового Южного (Одесская обл.) Александр Журавель и управделами исполкома Надежда Шумейко в начале текущего года вместе затеяли судебную тяжбу против местного еженедельника «Вексель» под надуманными, по мнению многих юристов, предлогами. Чтоб выяснить суть конфликта, в Южном побывали и представители «Репортеров без границ», Радио «Свобода». Тихоплав ведь известен не только как строптивый редактор — еще недавно он представлял интересы южненцев в облсовете. В итоге выяснилось: раньше проблемные статьи «Векселя» руководство Южного чаще всего старалось «не замечать». Однако накануне мартовских выборов отношения «власть-газета» изменились. Вместо делового реагирования на публикации «Векселя» городское руководство удостоило газету в начале года тремя судебными исками. Как рассказал редактор, «накануне выборов осмелилась газета задать «первому лицу» города два неудобных вопроса». И тем самым, оказалось, унизила мэрскую честь и нанесла моральный урон на 10 тысяч гривен. Вскоре признала себя обиженной и г-жа Шумейко, высказав желание о сатисфакции в размере 9999 гривен. Вслед за ней ощутила себя оскорбленной и директор коммунального рынка...
Выездной миссии «Репортеров без границ» в течение двух дней удалось встретиться только с сотрудниками «Векселя», его читателями да управделами Шумейко. А все попытки побеседовать с мэром оказались тщетными...
Руководителя газеты «Вексель» властям пока не удается ни разорить, ни полностью ограничить в доступе к информации о хозяйственной деятельности, хотя С. Тихоплав уже дважды обращался в горпокуратуру, требуя привлечь к ответственности руководство исполкома за умышленно чинимые препятствия в доступе к информации, в том числе, попытку воспрепятствовать присутствию на сентябрьском заседании исполкома, где находились коллеги из провластных изданий. Однако прокуратура, как следует из ответа, не усмотрела состава преступления в приведенных фактах и отказала в возбуждении уголовного дела.
(«Зеркало недели», №46, 30 листопада-6 грудня 2002 р.)
***
Судебные исполнители начали опись имущества газеты «Правда Украины». Причина — долги по аренде. Судебная эпопея между арендатором — издательством «Пресса Украины» и газетой длится два года. Очередная апелляция ждет решения в одном из столичных судов.
(«Киевские ведомости», 7 грудня 2002 р.)
***
Групою представників Уповноваженого Верховної Ради України з прав людини, які вивчали ситуацію в місцях позбавлення волі Кримської автономії, було встановлено, що затриманий на той час редактор газети «Евпаторийская неделя» Володимир Лутьєв, який є інвалідом другої групи, утримувався в одній із найгірших камер, майже без природного світла та свіжого повітря. Замість триразового харчування їжа надавалася лише один або два рази на добу. Володимира Лутьєва проти його волі вже у день переведення до СІЗО було пострижено, причому волосся було вистрижене клаптями, в окремих місцях пошкоджено шкіру голови. Такі дії працівників ізолятора тимчасового тримання ГУВС міста Сімферополя Уповноважений з прав людини розцінює не тільки як застосування фізичного насилля, а й як приниження людської честі й гідності. Зі слів журналіста, працівники ІТТ вилучили у нього папір, ручку, Кримінально-процесуальний кодекс, кілька разів безпідставно не допускали адвоката, не надавали необхідної медичної допомоги, зокрема, не передавали отримані від родини ліки від головного болю («Спазмалгон»), на який він страждає після кількох тяжких травм голови. Постановою суду від 20 листопада для подальшого тримання під вартою Володимир Лутьєв мав бути переведеним до СІЗО, однак керівництво ІТТ постанову не виконало, і заарештований перебував там фактично до вечора 26 листопада. У цій справі було відкрите провадження Уповноваженого з прав людини, яка вважає, що керівництво ІТТ поставилося упереджено до умов тримання Лутьєва, і це може бути розцінене як грубе порушення прав людини.
(«Юридичний вісник України», №49, 7-13 грудня 2002р.)
***
Міський суд Тернополя розглянув новий позов начальника обласної міліції Віталія Максимова до ТзОВ "ТРК "Тернопіль", газети "Репортер" та шеф-редактора тижневика Ореста Муца. За неправдиві відомості про В.Максимова, опубліковані в "Репортері" 6 листопада, суд під головуванням Юрія Демковича ухвалив стягнути з "Репортера" 10 тисяч, а з Ореста Муца — 20 тисяч гривень моральної шкоди на користь позивача.
("Вісник & К°", №52, 12 грудня 2002 р.)

СВОБОДА ВИСЛОВЛЮВАНЬ 

1.1. Проблеми правозахисту
Наприкінці листопада у Києві проходив Міжнародний просвітницький семінар «Європейські стандарти стосовно свободи мирних зборів та свободи асоціацій та вдосконалення українського законодавства». Тема гарантій для акцій протесту, мирних зборів, свободи об’єднань в Україні набуває дедалі більшої гостроти.
У європейському контексті права людини є невід’ємними від іншої абстракції — «громадянське суспільство», тоді як азіатські демократи пов’язують поступ своїх країн виключно із мудрістю та освіченістю державних керманичів. Які повинні силою влади опікуватися добробутом своїх відданих. З позиції концепції громадянського суспільства дотримання прав людини, передусім, захист від сваволі держави, неможливе без дотримання конституційного принципу багатоманітності суспільного життя, наявності великої кількості різних за цілями та спрямуванням приватних організацій.
Євген Захаров (Харківська правозахисна група) наводив дані, що, незважаючи на численні порушення елементарних прав під час проведення «контрзаходів» з боку влади на противагу акціям політичної опозиції, перешкоджання проведенню мирних зборів, застосування судами нормативно-правових актів, які явно суперечать Конституції, не знайшлося жодної людини, приватної організації, які б довели відповідні справи до Верховного Суду, створили абсолютно необхідний «правовий прецедент». У такій поведінці чітко простежується тотальна недовіра до «держави» (частиною якої є суд) як цілого і віра у те, що достатньо замінити «поганого» керівника «добрим», щоб життя змінилося на краще — тобто установка, типова для азіатських цивілізацій.
Допоки ж в Україні не усвідомлюватимуть справжньої цінності громадянського суспільства, ми продовжуватимемо «протягувати» через парламент дивовижні та хвилюючі норми, які пояснюватимуть нам, що таке «мітинг», «наметове містечко», «пікетування»...
(«Юридичний вісник України», №49, 7-13 грудня 2002р.)
***
Согласно социологических исследований Института социологии НАНУ, переживание слабости законодательной защиты отражается в субъективной оценке людьми собственной незащищенности перед возможным нарушением их законных прав и интересов. На протяжении последних девяти лет процент респондентов, считающих, что ничего не смогли бы сделать в случае нарушения их прав правительством Украины, практически не меняется. Если в 1994 году таких было 65,1%, то в 2002-м — 65,8%. Беззащитными чувствуют себя люди и перед неправомерными действиями местных администраций. Здесь неспособность противостоять беззаконию также чувствует большинство (соответственно 56,1% и 55,9%). В то же время оценка респондентами изменений в данной сфере за последний год свидетельствует, что средний балл, характеризующий субъективное переживание защищенности от своеволия власти, чиновников, постепенно растет. Если в 1994 году он составлял по пятибалльной шкале 1,88, то в 2002-м — 2,35 балла.
Характерно, что в массовом сознании бытует мнение о том, что люди, призванные защищать законные интересы граждан, сами в довольно сложных отношениях с правовым полем. Они находятся как бы «над законом», вследствие чего могут манипулировать им. Остальные же граждане, по мнению респондентов, находятся «под» властью закона. Это различие позиций приводит к формированию у населения стереотипного образа чиновника, который преимущественно нарушает закон, и рядового гражданина, который обычно этот закон соблюдает. Это и вызывает распространенное чувство беззащитности перед своеволием чиновничества. Рядовой гражданин, с одной стороны, должен соблюдать закон, даже если это ущемляет его личные интересы, с другой, закон не защищает его права, т.к. правовые институты не гарантируют в современном украинском обществе равенство перед законом всех граждан.
(«Зеркало недели», №49, 21-27 грудня 2002 р.)

1.2. Резонансні справи
Национальный банк Украины просит Конституционный суд разъяснить права Комитетов Верховной Рады, ее временных следственных комиссий и отдельных депутатов вмешиваться в работу НБУ. НБУ отмечает, что депутаты постоянно обращаются к нему с запросами о предоставлении информации, которая содержит банковскую тайну, дают поручения о проведении надзора и применении мер влияния к банкам и лицам, которые охватываются надзорной деятельностью НБУ. Нацбанк расценивает такие обращения как грубое вмешательство в его деятельность.
(«Киевские ведомости», 15 листопада 2002 р.)
***
Колишній генеральний директор корпорації «Єдині енергетичні системи України» Геннадій Тимошенко (свекор Юлії Тимошенко) переведений із Київського СІЗО на Лук’янівці у СІЗО Чернігова. Про це повідомив «Українським новинам» голова Чернігівської обласної організації партії «Батьківщина» Валерій Дудко. За його словами, ще троє інших працівників ЄЕСУ, що проходять у цій справі, також були розміщені у різних СІЗО.
(«Україна молода», №214, 16 листопада 2002 р.)
***
Высший совет юстиции Украины открыл производство относительно освобождения от должности за нарушение присяги судьи Киевского апелляционного суда Юрия Василенко, который возбудил уголовное дело против Президента Украины Леонида Кучмы. Производство открыто по представлению члена ВСЮ Валерия Евдокимова.
(«Киевские ведомости», 3 грудня 2002 р.)
***
Как рассказал на последнем брифинге начальник УМВДУ в Одесской области Юрий Ивушкин, по подозрению в убийстве руководителя исполкома Одесской областной организации партии «Реформы и порядок» Андрея Татарчука в настоящее время задержан житель Одесской области, который, по данным милиции, был бизнес-партнером Андрея.
(«Сегодня», №286, 18 грудня 2002 р.)
***
Апелляционный суд Севастополя приговорил майора запаса Александра М. к 5-ти годам лишения свободы за разглашение сведений, который «могли нанести вред национальной безопасности государства в сфере обороны». Он собрал и подготовил секретные материалы, но передать их не успел, сообщила пресс-служба СБУ,
(«Сегодня», №285, 17 грудня 2002 р.)
***
В истории независимой Украины это третий судебный процесс над государственным изменником. Первый состоялся в 1993 году. Тогда курсант военного училища Ткаченко, обвиняемый в передаче иностранной разведке инструкции по эксплуатации ракетной установки ПВО, был приговорен военным апелляционным судом Центрального региона к 8 годам лишения свободы. Правда, до сих пор у многих вызывает сомнение секретность инструкции, к которой мог иметь доступ любой курсант.
«Шпионом №2» стал полковник в отставке Тарас Бублик, приговоренный в феврале нынешнего года к 7 годам лишения свободы.
Майор запаса Александр Молчанов до сентября 1996 года занимал различные должности в подразделениях топографической службы ВС Украины и имел доступ к работе с документами, представляющими государственную тайну.
(«Факты», №235, 18 грудня 2002 р.)
***
Голова Комітету Верховної Ради з питань свободи слова та інформації Микола Томенко підготував повторний запит до Генерального прокурора «в надії дізнатися, в який спосіб інформація про можливі хабарі суддям Верховного Суду з метою забезпечити обрання на посаду Голови ВС Василя Онопенка потрапила до програм Першого національного каналу та телеканалу «1+1». Він вважає необгрунтованою відповідь Генпрокуратури на свій перший запит, де, зокрема, інформується, що «проведено бесіди з суддями, на яких були посилання у повідомленні, вони не заперечували вищевказані обставини, але писати офіційно заяви відмовились, у зв’язку з чим проведення перевірки припинено». М. Томенко повідомив, що у повторному запиті вимагатиме вказати, з ким із суддів було проведено бесіди, а також з’ясувати, «чи був причетний до цього Генеральний прокурор, слідчий, або, можливо, Адміністрація Президента України».
(«Юридичний вісник України», №50, 14-20 грудня 2002р.)
***
Військовий апеляційний суд Західного регіону визнав утримання під вартою пілота СУ-27 Володимира Топонаря законним. Як повідомлялося, 4 грудня місцевий військовий суд Львівського гарнізону задовольнив подання Генеральної прокуратури про продовження затримання В.Топонаря до 4 місяців.
Адвокат Топонаря Олена Іващук акцентувала увагу суду на тому, що утримання її підзахисного під вартою є незаконним, оскільки поки не встановлено причину авіакатастрофи 27 липня у Скниливі — несправність літака чи помилка пілота. Окрім того, за її словами, стан здоров’я затриманого є настільки важким, що він іноді не може давати свідчень.
(«Юридичний вісник України», №50, 14-20 грудня 2002р.)
***
За словами заступника Генерального прокурора України Василя Присяжнюка, стосовно адвоката Андрія Федура порушено кримінальну справу за ст. 190 КК України. В зв’язку з цим Федур уже не захищатиме у судовому процесі Миколу Замковенка. Його, за клопотанням прокуратури, відсторонено від захисту.
(«Україна молода», №228, 6 грудня 2002 р.)
***
Генеральная прокуратура отстранила адвоката Андрея Федура от ведения дела об убийстве журналиста Георгия Гонгдзе, в котором он представляет интересы матери погибшего — Леси Гонгадзе. Генпрокуратура мотивировала свое решение тем, что в отношении Федура возбуждено уголовное дело за подделку и использование поддельных документов.
(«Время», Харків, 17 грудня 2002 р.)
***
4 декабря с.г. Апелляционный суд г. Киева рассмотрел апелляционную жалобу адвоката Андрея Федура на определение Печерского районного суда г. Киева от 11 октября 2002 года по иску А. Федура к Генеральному прокурору Украины Святославу Пискуну и газете «2000». 6 сентября с.г. в газете «2000» была опубликована статья «Свободным можно быть, лишь став рабом закона» (Генеральный прокурор о громких делах, верховенстве права и о себе) с подзаголовком «Реве та стогне джип «Чероки», в которой содержались сведения об адвокате Федуре, не отвечающие, по его утверждению, действительности, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию. В связи с этим 9 октября с.г. Андрей Федур обратился в Печерский районный суд г. Киева с иском к Генеральному прокурору Украины Святославу Пискуну и газете «2000» о защите чести, достоинства и деловой репутации. А. Федур требовал опубликовать на страницах газеты «2000» опровержение относительно приведенных высказываний, не предъявляя никаких имущественных претензий. 11 октября с.г. Печерский суд г. Киева вынес определение об оставлении искового заявления без движения в связи с отсутствием в заявлении места проживания ответчика. Поскольку С. Пискун является Генеральным прокурором Украины, установить его домашний адрес не представляется возможным, а на момент подачи апелляционной жалобы никаких ответов из Генеральной прокуратуры по этому вопросу не последовало. Определение Печерского суда было признано правомерным в связи с тем, что истец не выполнил требование суда и не предоставил сведения о месте проживания ответчика — Генерального прокурора Святослава Пискуна. Адвокат намерен продолжить дело.
(«Юридическая практика», №50, 10 грудня 2002 р.)
***
В Україні з березня 1998 року порушено 277 кримінальних справ за фактами торгівлі людьми, а на початок 2002 року за 52-а кримінальними справами винесені вироки. Про це сказав народний депутат України, член Комітету Верховної Ради з питань боротьби з організованою злочинністю і корупцією Георгій Буйко. Він зазначив, що ця кількість справ не відповідає тій ситуації, яка склалася в Україні.
("Молодь України", №159, 12 грудня 2002 р.)
***
У результаті здійснення співробітниками СБУ і органів МВС оперативно-розшукових заходів та проведення спільної операції затримано групу осіб, причетних до споєння тяжких злочинів. Вилучено саморобні вибухові пристрої, гранати, вогнепальну зброю і набої до неї, які вони планували використати для вчинення ряду терористичних актів. Органами прокуратури порушено кримінальну справу за ст. 258 КК України (терористичний акт) за фактом створення терористичної групи та участі в ній, яку передано для подальшого провадження досудового слідства в СБУ.
("Урядовий кур’єр", №237, 19 грудня 2002 р.)
***
Членов преступной группировки — троих одесситов и одного гражданина России — сотрудники СБУ и милиции задержали в Николаеве. Эта группа подозревается в подготовке нескольких террористических актов на территории Украины. Во время задержания они ранили сотрудника СБУ.
(«Сегодня», №287, 19 грудня 2002 р.)

1.3. Правоохоронні органи
В органах дознания постоянно скапливается достаточно большое количество так называемых «фактовых» уголовных дел, сроки давности привлечения к уголовной ответственности по которым еще не истекли, а производство по ним приостановлено в связи с неустановлением лица, совершившего преступление. Время от времени органы прокуратуры, осуществляющие надзор над следствием и дознанием, проверяют эти дела и дают указания активизировать работу по их расследованию. Как правило, указания прокуроров дознаватели стараются игнорировать из-за большого количества находящихся у них в производстве уголовных дел. С другой стороны, скопление большого количества уголовных дел в органах дознания снижает показатели их работы, одним из которых является количество дел, переданных следователям. В какое-то время сотрудниками уголовного розыска либо другой службы определенное лицо задерживается непосредственно при совершении преступления. В процессе работы с подозреваемым появляется версия о том, что он может быть причастным к совершению и других подобных преступлений. Но конкретных доказательств этого нет. Вот тут и начинается изучение «фактовых» уголовных дел о подобных преступлениях. Сам этот процесс имеет своей целью отобрать наибольшее количество уголовных дел, схожих с преступлением, за которое задержан данный подозреваемый. После чего у подозреваемого изымается явка с повинной по каждому преступлению, уголовное дело о котором было отобрано в процессе изучения. Проводится ряд необходимых процессуальных действий. После этого лицо, совершившее ряд ранее не раскрытых преступлений, считается установленным, необходимые следственные действия проведенными, и дознаватель выносит постановление о передаче уголовного дела для проведения досудебного следствия. Дальше за дело берется следователь. Составляется обвинительное заключение и дело передается в суд. Обвинительный приговор почти гарантирован. Если даже по каким-то причинам суд направит дело на дополнительное расследование, суть последнего будет состоять лишь в более тщательной «шлифовке» дела.
Интересен сам по себе тот факт, что сегодня находится достаточно много желающих признать себя виновными в преступлениях, которых они не совершали. Но ничего необычного тут нет. Главное — это правильный подход к конкретному человеку. Так, с ранее судимыми лицами, с наркоманами, алкоголиками работать достаточно легко. Как правило, у этой категории людей нет защитников. Кнут методов работы очень разный, и самый универсальный из них — это метод «кнута и пряника». Например, наркоман за дозу наркотиков может довольно охотно «признаться» в тех преступлениях, которые он никогда не совершал.
Основной причиной этих явлений являются проблемы статистики. Сегодня, как и десять, и двадцать лет назад, в основе оценки деятельности подразделений милиции лежит критерий раскрываемости преступлений. Определенное значение имеет и тот факт, что у оперативных и следственных подразделений органов внутренних дел сущетсвуют разные показатели их работы. У оперативных подразделений уголовного розыска основной показатель работы — возбуждение следователем уголовного дела, а также предъявление обвинения. Единственным показателем работы следователя является количество уголовных дел, направленных им в суд.
Может ли следователь, получив уголовные дела от органа дознания и установив для себя, что они сфабрикованы, прекратить их в отношении лица? Юридически может, а фактически нет. Несмотря на то, что следователь милиции является процессуально независимым и самостоятельным при расследовании уголовного дела, в ведомственном плане он полностью подчинен начальнику органа внутренних дел, который и есть орган дознания. Прекратить эти дела — значит испортить все статистические показатели органа внутренних дел.
Помимо того, что в результате такой системы регистрации, учета и раскрытия преступлений появляются конкретные жертвы (потерпевшие и обвиняемые), негативной стороной является и то, что общество не знает, сколько в действительности совершается преступлений и каких именно, и сколько их раскрывается. Обмануты конкретные потерпевшие, обмануто общество, обмануто государство. Само государство и способствует латентной (скрытой) преступности.
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Старший лейтенант из Киевского райотдела милиции Одессы вымогал 6 тысяч долларов от родителей 13-летнего школьника, которому «юные информаторы» по команде офицера подкинули в портфель наркотики. И этих денег (собранных к сроку 2-х тысяч долларов из 6-ти) милиционер выделил своим помощникам «гонорар». За участие в операции каждый из них получил от 20 до 50 долларов. Заплатив часть вымогаемой суммы, родители побежали в милицию с заявлением. Узнав об этом, старший лейтенант подал рапорт об увольнении, который мгновенно был удовлетворен. Управление внутренней безопасности при УМВДУ в Одесской области передало материалы служебного расследования в прокуратуру, где по данному факту возбуждено уголовное дело. Аналогичная история произошла и в Суворовском райотделе. Там два сотрудника отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков вымогали с родителей 200 долларов за «прикрытие» уголовного дела в отношении их детей. Взяточникам «светит» ст. 368 ч.2 УК Украины.
В 2 тысячи долларов оценил оперуполномоченный уголовного розыска свои усилия по розыску угнанной «Мазды 626». Водитель заплатил эти деньги, не подозревая, что автомобиль найден и стоит на штрафплощадке. Другой офицер милиции, не дождавшись взятки, арестовал человека и поместил в собственную тюрьму, расположенную в подвале дома. Бедолагу он приковал наручниками к трансформатору. Клиент вырвался на свободу вместе с трансформатором. Сейчас это дело рассматривается в областной прокуратуре. Одессу захлестнула волна милицейских рапортов об увольнении. Буквально на днях сразу четверо сотрудников Малиновского райотдела написали рапорты об увольнении. Оказывается, что на них поступило заявление, нашедшее подтверждение, о том, что они вымогали 8 тысяч долларов. Парни от греха подальше решили уйти с органов.
(«Комсомольская правда в Украине», №232, 18 грудня 2002 р.)
***
Только по инициативе Генеральной прокуратуры к дисциплинарной ответственности привлекают каждого десятого сотрудника спецподразделений наших правоохранительных органов. По данным Генерального прокурора Украины Святослава Пискуна, за текущий год «досталось» почти 500-м правоохранителям, а 8 стражей правопорядка привлекли к уголовной ответственности.
(«Сегодня», №284, 16 грудня 2002 р.)
***
За половину жовтня покарано 28 правоохоронців, повідомив начальник УМВСУ в Чернігівській області Михайло Манін. Їх покарали за неповагу до людей, укриття злочинів, порушення наказів і зловживання службовим транспортом. Окрім цього, 10 працівників обласної міліції були звільнені.
("Сіверщина", Чернігів, №44, 1 листопада 2002 р.)

1.4. Система виконання покарань
Сегодня в Украине отбывают наказание 198 тысяч осужденных. Среди них более 20 тысяч убийц, 145 осужденных за убийство по заказу, 894 — за бандитизм, 13 — за захват заложников. 791 человек отбывает пожизненное заключение. Только с начала текущего года в учреждения исполнения наказаний поступило свыше 58 тысяч осужденных.
(«Сегодня», №283, 14 грудня 2002 р.)
***
В украинских СИЗО в настоящее время содержится 43,6 тысяч человек, что на 6 тысяч больше, чем, согласно нормам, могут вместить помещения следственных изоляторов. 18,8 тысяч человек отбывают наказание в украинских ИТУ за разбой и грабежи. В исправительных учреждениях и СИЗО сложной остается ситуация с ВИЧ/СПИД и туберкулезом. Так, с 1997 года до сегодняшнего дня в тюрьмы поступило более 9 тысяч ВИЧ-инфицированных. В этом году также выявлено 3 тысячи человек, больных открытой формой туберкулеза.
В украинских местах лишения свободы, в том числе СИЗО, по состоянию на 1 декабря содержится 198,4 тысячи человек, сообщил начальник штаба Госдепартамента по вопросам исполнения наказаний Владимир Серов.
(«День», №231, 14 грудня 2002 р.)

1.5. Катування та жорстоке поводження
Власть и правоохранительные органы по-прежнему не признают природу и масштабы распространения пыток в Украине и фактически игнорируют рекомендации Европейского комитета по предупреждению пыток.
С целью выяснения отношения сотрудников органов внутренних дел к пыткам научные сотрудники Национальной академии внутренних дел в 2002 году опросили 84 должностных лица (руководящих сотрудников угрозыска и следствия). Практически все опрошенные правильно определили понятие пытки как причинение физической боли и морального страдания, нанесение побоев, мучение, запугивание и унижение достоинства задержанных граждан. 30% опрошенных подтвердили, что пытки в Украине применяются довольно часто, 36% считают, что они применяются иногда, 33% — очень редко, и только 3,5% ответили отрицательно.
Среди методов пыток, применяющихся в Украине (о которых опрошенные слышали), были названы, кроме причинения физической боли и морального страдания, нанесение побоев и телесных повреждений, мучение, запугивание, унижение достоинства, угрозы, насмешки, обман, истязание голодом, жаждой, отказ в отправлении естественных потребностей.
57% опрошенных признали приемлемость пыток в исключительных случаях.
77% согласились с мнением о том, что многие в Украине верят в факт применения милицией пыток.
39% считают, что милиция не может эффективно работать без применения время от времени пыток.
32% высказались за применение запрещенных методов допроса при отсутствии выбора.
57% считают, что, за исключением очень серьезных инцидентов, офицеры должны защищать друг друга в случае возникновения подозрений относительно применения пыток.
45% согласились, что иногда полезно временно прекратить действие принципов защиты прав человека для достижения блага для всех.
50% опрошенных склоняются к мысли, что власть в Украине знает об использовании правоохранительными органами методов «третьей степени», однако мало делает для предупреждения их применения.
33% верят в то, что многие сотрудники милиции применяют методы «третьей степени» для усиления закона.
61% опрошенных уверены: многие руководители органов милиции в Украине соглашаются с тем, что права можно нарушать или пренебрегать ими для надлежащего выполнения оперативно-служебных заданий, однако не признают это.
56% убеждены в том, что преступники заслуживают все, что получают, и считают, что большинство населения поддержало бы побои или «грубую справедливость» в таких случаях.
Свыше 78% опрошенных высказали желание работать со всеми своими коллегами и в любом другом заведении для искоренения пыток или общественного неприятия их в Украине.
В 2001 году Украинско-американское бюро защиты прав человека провело комплексный социологический опрос среди 869 осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы, на предмет получения информации о нарушении сотрудниками милиции их законных прав и применении пыток при задержании и заключении в изоляторах временного содержания и СИЗО. Проведенное исследование выявило случаи применения пыток и других неправомерных методов психологического давления на подозреваемых или задержанных с целью получения нужных «признаний». Приводятся данные лишь респондентов, ответивших на поставленные вопросы.
Почти 72% респондентов отметили, что их лично били или подвергали пыткам сотрудники правоохранительных органов с целью признания ими своей вины в совершении преступления или взятия на себя прямой ответственности за чужие преступления. Причем преимущественно такое влияние осуществляется на первом этапе задержания сотрудниками МВД и следователями (в 81,1% случаев применения досудебного насилия). Осужденные (задержанные) часто преувеличивают страдания, через которые им пришлось пройти, но необходимо учитывать и другое — на противоправное влияние на них указали 614 из 857 респондентов. Со времени выделения из МВД (в 1999 году) Государственного департамента исполнения наказаний в самостоятельную структуру количество сообщений о насилии и истязаниях в СИЗО начало постепенно уменьшаться. Нужно учитывать и то, что подавляющее большинство респондентов — осужденные — во время исследования находились в полной зависимости от сотрудников департамента и поэтому могли утаивать отрицательные свидетельства против сотрудников СИЗО. 51% из 614 респондентов пострадали от неправомерных действий следователей в ходе процедур дознания. Показательно и то, что 6 респондентов указали, что их лично бил начальник районного/городского отделения милиции, 4 назвали одно из районных управлений г. Киева. По данным респондентов, предложения (обещания) со стороны сотрудников правоохранительных органов во время проведения допросов были достаточно разнообразны — освободить немедленно, улучшить условия пребывания, уменьшить срок наказания, отпустить на подписку о невыезде.
Опрос выявил целый ряд нарушений конституционных прав и свобод подследственных (задержанных). Так, согласно Конституции Украины (ст.29), об аресте или задержании следует немедленно сообщить родственникам арестованного или задержанного. Ст.161 УПК гласит, что об аресте подозреваемого или обвиняемого и его месте нахождения следователь обязан сообщить его жене (мужу) или другому родственнику, а также известить по месту его работы. Это право на практике нарушается. По данным опрошенных, содержащихся в местах лишения свободы, родственникам о факте их задержания (ареста) сообщили в среднем через 18 суток.
Ст.29 Конституции Украины обязывает разъяснять каждому арестованному или задержанному его права и предоставлять возможность с момента задержания защищать себя лично и пользоваться услугами защитника. 56,3% респондентов никаких разъяснений относительно своих прав от сотрудников МВД не получали. Только 109 респондентов из 869 (12,6%) отметили, что у них была возможность проконсультироваться со своим защитником перед первым допросом. Адвоката, реально пытавшегося защитить интересы клиента, смогли пригласить лишь высокообразованные и обеспеченные в материальном плане респонденты. Подавляющее большинство (47,4%) респондентов встретились со своим адвокатом при закрытии дела, то есть после того, как были использованы все возможности досудебного следствия для обвинения подследственного.
Исследование выявило также неэффективность существующего прокурорского надзора. Только 46 из 869 респондентов удалось по их требованию встретиться с прокурором. Подавляющее большинство респондентов (590 человек) вообще отказались отвечать на этот вопрос, считая его неуместным.
Из 614 человек, к которым применялось насилие во время следствия, лишь 162 написали жалобу или заявили об этом в суде. К объективным причинам этого следует отнести и такой факт: в подавляющем большинстве случаев суд не обратил внимание на такое заявление, особенно, когда человека привлекали к ответственности вторично или в третий раз, а для некоторых подсудимых назначал даже более суровое наказание, трактуя жалобу как попытку избегнуть уголовной ответственности.
Почему же, несмотря на законодательное и ведомственно-нормативное закрепление обязательности соблюдения прав задержанного, эти права довольно часто сразу же нарушаются? Сегодня правоохранительные органы все еще выполняют функцию защиты власти от преступных посягательств, а не защиты конкретного человека. Правовое обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина в основном лишь декларируется. Раскрытие преступления как ведущий показатель деятельности органов досудебного следствия связывается не столько с судебным приговором, в соответствии с которым лицо признается совершившим преступление, сколько с решением следователя о привлечении лица как обвиняемого. Следователи нередко раньше времени, без наличия достаточных оснований и доказательств, привлекают лиц как обвиняемых к делу, а в дальнейшем пытаются любым способом получить от них признание в совершении преступления. Одним из «эффективных» методов получения необходимых свидетельств является помещение лица в изолятор временного содержания или взятие под стражу на срок от 2 до 18 месяцев, где условия изоляции задержанного, физическое и психическое насилие, шантаж, запугивание подталкивают даже неоднократно осужденных сознаваться и свидетельствовать против себя.
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Примечательно, что даже довольно высокий социальный статус и непосредственная близость к властным структурам не может служить здесь защитой. В числе последних примеров тому история Андрея Артеменко, президента футбольного клуба ЦСК, советника киевского городского головы.
Беда свалилась как снег на голову в виде громил с автоматами в черных масках, которые ранним апрельским утром 2002 года вломились в дом Андрея Артеменко. Это были доблестные бойцы отряда «Сокол», явившиеся взять под стражу подозреваемого в финансовых преступлениях. Десятилетней дочери Андрея пришлось в результате пройти серьезный курс лечения, чтобы сгладить последствия пережитого нервного потрясения. У няни трехлетнего сына начался сердечный приступ, потом ей пришлось не одну неделю провести на больничной койке. Сейчас эта женщина снова находится в больнице. Андрей Артеменко в больницу не попал. Он оставался в камере СИЗО даже после того, как его жестоко избили, добиваясь признания в совершении преступлений, которые он не совершал. В настоящее время его адвокаты добились возбуждения уголовного дела по этому факту. В прессе была развернута массированная кампания, десятками публиковались порочащие материалы. Никто даже не заботился о проверке публикуемой информации. В итоге Андрею Артеменко приписали не только бездоказательные обвинения, но и кучу движимого и недвижимого имущества, принадлежащего в действительности его однофамильцам. После семи с лишним месяцев следствия «с пристрастием» в суд было передано обвинительное заключение.
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Майже 120 студентів Одеського державного аграрного університету пікетували вуз, вимагаючи звільнення коменданта одного з гуртожитків та поліпшення умов проживання у ньому. Пікетники стверджують, що в інститутському гуртожитку студентів б’ють, над ними знущаються та закривають у карцер. У зв’язку з цим Одеська прокуратура почала розгляд заяв про порушення кримінальної справи за фактами побиття та протизаконного позбавлення волі. У ректораті звинувачують у всьому коменданта — колишнього військового, який встановив в гуртожитку порядки штрафної роти
("Вісник & К°", №52, 12 грудня 2002 р.)
***
В прокуратуре Приморского района Одессы возбудили уголовное дело против коменданта одного из общежитий Аграрного университета. Как передает ТРК «Глас», в ходе досудебного следствия подтвердился только один случай так называемого «карцера», что уже грозит тремя годами заключения для обвиняемого. После митинга студентов прокуратура запросила все документы по делу из милиции и занимается расследованием самостоятельно.
(«Сегодня», №287, 19 грудня 2002 р.)

1.6. Армія
З повідомлень Секретаріату Уповноваженого Верховної Ради України з прав людини:
Михайло Б. з Тернопільщини заочно навчався в інституті, за релігійними переконаннями мав усі законні підстави на альтернативну службу у Збройних Силах України. Проте юнак вирішив добровільно виконати конституційний обов’язок. З перших днів він зустрівся в армії з печерним ставленням до людини. «Другого ж дня служби, — говорить він, — мене вже називали «бидлом», «недоноском», всіляко принижували. Коли я запротестував проти цього, проти «зеківських» ритуалів у армійському побиті, мене почали бити». У тій частині Михайло прослужив рік, щоразу потрапляючи до шпиталю — або через травми на службі, або через побої «дідів». Потім Михайла, як такого, що не хотів миритися з «традиціями», перевели до іншої військової частини. Проте її командування закрило очі на те, що після переведення Михайла на Полтавщину, навздогін з попереднього місця служби надійшов лист від «дідів» з вимогою «доламати» непокірного тернополянина. Відомо, що лише у місцях ув’язнення таким чином діє «тюремна пошта», супроводжуючи «опущеного». Але ж це армія, де мають бути забезпечені конституційні права військовослужбовця, висока військова дисципліна, порядок. Михайла знову було жорстоко побито. Переважно били по голові, знаючи, що в нього вже є черепно-мозкова травма. Не дивно, що після цього брат солдата звернувся до Уповноваженого з прав людини Ніни Карпачової з проханням захистити право Михайла на життя, на честь і гідність. Уповноважений з прав людини відкрила провадження і здійснила оперативну перевірку фактів безпосередньо з виїздом на місце разом з військовим прокурором гарнізону. Перевірка підтвердила факти жорстокого, нелюдського ставлення до військовослужбовця та байдужості до цих випадків командування частини, яке намагалося подати справу як буденний випадок. Аби приховати надзвичайну подію, тяжко побитого Михайла п’ять днів свідомо тримали в казармі, аби не виносити сміття з хати, хоча медики наполягали на його госпіталізації. Зараз потерпілий перебуває у військовому шпиталі. Загроза життю солдата відступила. Втручання Уповноваженого з прав людини за фактом жорстокого побиття під час проходження строкової військової служби Михайлом Б. спонукало прокурора гарнізону порушити кримінальну справу.
(«Інформаційний бюлетень», №53, 5 грудня 2002 р.)
***
Из военной части А-1175, расположенной близ Кременчуга, Полтавской области, сбежал рядовой Владимир Тетеря, который был призван на срочную службу в Инженерные войска в мае нынешнего года из села Червоне Чутовского района Полтавской области. Оставив ранним утром боевой пост, он прихватил с собой автомат Калашникова с двумя магазинами патронов. В 20.20 16 декабря в районе села Щербаки, в 10-ти километрах от Кременчуга, удалось задержать сбежавшего солдата. Дезертир был ранен в процессе задержания. Сейчас он находится в реанимации в тяжелом состоянии. Начато следствие. Военная прокуратура возбудила против В. Тетери уголовное дело по ст. 148 ч.2 УК Украины (дезертирство с оружием), которая предусматривает лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.
(«Факты», №235, 18 грудня 2002 р.)

1.7. Соціально-економічні проблеми
Станом на 1 листопада 2002 року в Україні офіційно зареєстровано близько 50 тисяч ВІЛ-інфікованих і понад 92 тисячі ВІЛ-позитивних людей. Серед ВІЛ-інфікованих майже 4 тисячі — діти, у тому числі, 123 дитини, хворі на СНІД. Майже 2 тисячі дорослих і 72 дитини померли від цієї хвороби.
Більшість інфікованих в Україні становить молодь від 20 до 30 років.
(«Україна молода», №219, 23 листопада 2002 р.)
***
Луцк шокирован: в один день от переохлаждения в своем доме умерли 83-летняя Агапия Пеленская и ее 51-летняя дочь Валентина Еременко, которая уже третий год не могла самостоятельно передвигаться. Газ в их доме отключили прошлой осенью. Не было возможности погасить долг в 1,5 тысячи гривен. Семья жила только на пенсии матери и дочери. Муж Валентины не работал. За истекший год они сумели внести в счет долга за газ только 190 гривен, но газ не подключили.
(«Сегодня», №284, 16 грудня 2002 р.)
(14 - 19 грудня 2002 р.)

2. Свобода висловлювань

2.1. Право на інформацію
Керівник Головного управління інформаційної політики Адміністрації Президента Сергій Васильєв у відкритому листі до редакторів видань, які згадували його ім’я у негативному контексті, заявив про готовність виступити на їх сторінках з обстоюванням своїх позицій. Серед цих видань — "Вечірні вісті", "Україна молода", "Сільські вісті", "Політика і культура", "Свобода", "Товариш", "Комуніст".
"Упродовж останніх місяців на сторінках ваших видань неодноразово згадувалося моє ім’я у контексті, пов’язаному з так званими "темниками", цензурою, утисками свободи слова і т.д.", — говориться у листі.
"Видання, котрі насправді сповідують принципи свободи слова, об’єктивності і неупередженості, а не просто використовують ці поняття як політичне гасло, подають точку зору усіх зацікавлених сторін. І хоча я далекий від думки, що по відношенню до мене ви вдалися до свідомої дезінформації, перекручування фактів, а чи й брехні, факт залишається фактом: ваші видання не звернулися до мене за коментарями, роз’ясненнями чи проханням про інтерв’ю щодо обговорюваних тем", — зазначає Сергій Васильєв.
За його словами, "зайве доводити, що це — ненормально, що так не годиться чинити у справді демократичній країні".
"Як людина, що стала об’єктом публікацій вашого часопису, як колега, що має своє розуміння ситуації, як громадянин. що має право на обстоювання власної позиції і точки зору, готовий виступити на сторінках очолюваного вами видання у тій формі подачі матеріалу, який ви запропонуєте", — заявляє С. Васильєв.
("Урядовий кур’єр", №233, 13 грудня 2002 р.)
***
Із листа редактора газети "Свобода" Олега Ляшка:
"...По-перше, позиція самого С. Васильєва неодноразово висвітлювалася авторами "Свободи" — у вигляді цитат з його виступів та викладу його заяв. Можливо, таке висвітлення сам С. Васильєв вважає недостатнім, і в цьому є резон, — але таке незалежне видання, як "Свобода", не може дозволити собі розкіш у вигляді штатних кореспондентів, котрі могли б узяти ексклюзивне інтерв’ю у С. Васильєва, М. Томенка, М. Погребінського, А. Шевченка чи будь-кого з-поміж головних диспутантів у питанні щодо стану свободи слова і наявності цензури в Україні. Тому ми охоче запрошуємо С. Васильєва до безпосередньої участі у дискусії про свободу слова на сторінках «Свободи».
По-друге, соціологічні опитування доводять, що позиція постійних авторів "Свободи" щодо стану свободи слова і наявності цензури в Україні збігається з думкою щонайменше 60% українських громадян, тоді як позиція С. Васильєва — щонайбільше з позицією 15-20%. Враховуючи, що більшість громадян не має можливості оприлюднити свої погляди на провідних телеканалах чи у найтиражніших виданнях, а погляди однодумців С. Васильєва широко представлені в українських ЗМІ, ми віддали перевагу поглядам мовчазної більшості. Але охоче надамо слово і найяскравішим представникам меншості, до яких належить і сам С. Васильєв..."
("Свобода", №46, 17-23 грудня 2002 р.)

2.2. Злочини проти журналістів
Происшествие с Александром Паничем — сотрудником газеты «Донецкие новости» — подтверждает, что от расправы не застрахованы даже те журналисты масс-медиа, которые верой и правдой служат провластным группировкам. По заданию редакции Александр вел настоящую войну против бывшего гендиректора Мариупольского металлургического комбината им. Ильича, а ныне народного депутата Украины Владимира Бойко по поводу приватизации комбинатом Комсомольского рудоуправления. В марте по распоряжению Президента Кучмы Кабинет Министров передал обанкротившееся предприятие в управление ММК им. Ильича, что прямо затрагивало интересы структур, близких к главенствующему в крае «Индустриальному союзу Донбасса». В результате начавшейся между кланами войны погиб капитан спецназа МВД Сирота, принимавший участие в штурме мехдвора в селе Привольном. Расследованием этих событий и занимался Панич. Более того, на проходившем 1 октября в Донецке «круглом столе», посвященном теме свободы слова, именно Александр обвинял Владимира Бойко. Но после того, как по президентскому оклику война кланов прекратилась, журналист стал не нужен. Кроме того, он очень много знал. Например, кто заказчик компромата на депутата Бойко. Интересно, что журналист прекратил появляться на работе, а затем и вовсе был уволен якобы за прогулы после того, как прекратилась активная фаза противостояния между двумя враждующими группировками. Не в этом ли следует искать разгадку случившегося?
(«Свобода», №46, 17-23 грудня 2002 р.)
***
На этой неделе стало известно, что парламентская следственная комиссия по делу Георгия Гонгадзе намерена поднимать вопрос об отставке Генерального прокурора. Действия прокуратуры в этом направлении можно назвать, по меньшей мере, странными: предъявляются обвинения мелким чиновникам на таращанском уровне и при этом отсутствует, например, информация о претензиях со стороны ГП к г-ну Шупику, по-прежнему являющемуся главным судмедэкспертом страны. И это несмотря на то, что им лично давалась «200- процентная гарантия», что тело, обнаруженное под Таращей, не принадлежит Гонгадзе. Всплыл и Николай Джига, украсив собой украинский Интерпол. Тот самый Николай Джига, который заверял депутатов в том, что «тарашанское» тело «перезимовало». Не в претензии прокуратура и к своему бывшему шефу — Михаилу Потебенько. Не приходится говорить о пресловутых 99,6%, а также многочисленных свидетелях, видевших, по словам Потебенько, живого Гонгадзе. Есть основания полагать, что заявления Генерального прокурора, а также его первого зама г-на Шокина далеко не всегда совпадают с реальными результатами расследования убийства Георгия Гонгадзе, проводимого следователями Генпрокуратуры. Они движутся разными путями. Первые — к исполнению политико-президентского заказа, вторые — к сути происшедшего.
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Людмила Коломиец, супруга директора агентства «Українські новини», заявила, что в январе нынешнего года муж говорил ей, что подвергся психологическому давлению со стороны людей, которые принудили его к разговору и угрожали в связи с профессиональной деятельностью. По ее словам, Коломиец не назвал имен и не уточнил, как собирается реагировать на угрозы. «Сказал только, что если что-то еще случится, звони Хорошковскому», — сообщила Людмила. После исчезновения Михаила она рассказала об этом следователю.
(«Сегодня», №285, 17 грудня 2002 р.)
***
За словами Генерального прокурора України Святослава Піскуна, нещодавно було притягнуто до дисциплінарної відповідальності прокурора Донецької області за незабезпечення нагляду за розслідуванням справи щодо вбивства журналіста Ігоря Александрова. Заступника прокурора переведено на іншу ділянку роботи.
(«Урядовий кур’єр», №235, 17 грудня 2002 р.)

2.3. Порушення права на професійну діяльність
Влада на Чернігівщині прагне придбати до рук якомога більше ЗМІ. В її розпорядженні вже аж три найбільш тиражні обласні газети. А протягом якогось року виконавча влада, цебто райдержадміністрації, поспіхом увійшли у співзасновники (а значить, співвласники) практично всіх районних газет. "Осічка" трапилася у Городянському районі щодо газети "Новини Городнянщини". Ось про що пишуть у поданні до Комітету ВР України з питань свободи слова і інформації депутати райради:
"Газета, яка має власний погляд на речі, звичайно, не може задовольнити голову Городнянської райдержадміністрації Слісаренка Л.Д., думка якого стала давно вже законом для підлеглих. Щоб мати вплив на газету, адміністрація докладає всіх зусиль, щоб увійти у склад співзасновників. Тричі це питання виносилося на розгляд сесій минулого скликання, вдруге воно виноситься на розгляд райради нинішнього скликання. трудовий колектив редакції на зборах прийняв рішення проти входження адміністрації до складу співзасновників газети. Депутати райради також кожного разу приймають рішення про відмову адміністрації у спів засновництві...".
Цей лист датований 30-м жовтня. Завдяки підтримці народного депутата України Владислава Атрощенка, райрада не дала дозволу адміністрації підім’яти під себе газету.
("Сіверщина", Чернігів, №47, 22 листопада 2002 р.)
***
З призначенням два тижні тому нового програмного директора ДТРК "Крим" Людмили Хорошилової (голови місцевої організації НСЖУ) у журналістів інформаційної програми "12 хвилин новин" почалися проблеми. За словами керівника програми Олени Рожен, телевізійне керівництво вирішило запровадити банальну цензуру. держзамовлення на новини, "наряди" на зйомку телесюжетів. Колектив дружно взявся до спротиву, на що начальство моментально відреагувало попередженням про можливе звільнення керівника програми. У відповідь 22 телевізійники зібрали установчі збори, на яких створили незалежну профспілку працівників ЗМІ автономії "Команда". Черговим підтвердженням того, що політична цензура існує, зазначено у зверненні членів "Команди" до колег, стала заборона появи у телеефірі 27 листопада сюжету відомої журналістки Лілі Буджурової, голови Асоціації вільних журналістів Криму. Привід стандартний — позиція автора не збігалася з особистою думкою програмного директора.
("Україна молода", №224, 30 листопада 2002 р.)
***
Коллектив программы «12 минут новостей» ГТРК «Крым» выступил с инициативой создания стачкома, который на основании законодательства Украины «будет защищать права журналистов программы». Об этом на пресс-конференции в Симферополе заявила шеф-редактор программы Елена Рожен. Как передает корреспондент УНИАН, она подчеркнула: поводом для создания стачкома стало заявление генерального директора ГТРК «Крым» Валерия Низового на пленарном заседании Верховной Рады Крыма, что отношения с программой «12 минут новостей» будут складываться по принципу «госзаказа». То есть, подчеркнул В. Низовой, сотрудники программы новостей будут получать «наряды», что именно снимать. В ответ на это журналисты заявили, что «новости не могут быть предметом госзаказа» и расценивают заявление гендиректора как политическую цензуру. Кроме того, коллектив информпрограммы не соглашается с распоряжением В. Низового от 19 ноября о переводе в режим записи информационно-публицистической программы «Вибір», которая с февраля с.г. дважды в месяц выходит на телеканале в прямом эфире. Журналисты подчеркивают, что это решение «не коллегиальное и не подтверждено решением художественного совета ГТРК». Действия генерального директора журналистский коллектив расценивает как «попытку личного давления на журналистов и политцензуру, антидемократическую акцию», из-за которой телезрителей лишат возможности прямого диалога с участниками передачи
(«Зеркало недели», №45, 23-29 листопада 2002 р.)
***
Юрий Шептицкий, бывший редактор телекомпании «Миг», г. Южный, Одесская обл.:
«Все началось в январе, когда я поместил в очередном выпуске новостей одноминутное интервью с экс-вице-мэром Морозовым, которого вдруг почему-то невзлюбил мэр Южного Александр Журавель. После этого директор компании прямо на планерке предложила мне уйти в отпуск... Я понял — меня решено удалить с ТВ на период избирательной кампании. Так и вышло. А в начале апреля ситуация повторилась, только на этот раз от меня уже потребовалось заявление об уходе с работы».
И когда основатель компании наотрез отказался, его стол и стул бесцеремонно выставили из кабинета в коридор. Сделано это было, убежден Шептицкий, «по согласованию с руководством исполкома».
(«Зеркало недели», №46, 30 листопада-6 грудня 2002 р.)
***
Не остался без внимания и отказ Генеральной прокуратуры в аккредитации Интернет-издания «Украинская правда» по причине «необъективного освещения деятельности Генпрокуратуры». Оказалось, что подобным образом пресс-служба ГП относилась и к представителям иных изданий и телеканалов. Такое поведение не имеет под собой никакой правовой основы, но в отношении «Украинской правды» жест прокуратуры является еще и крайне аморальным. Поскольку соратники Георгия Гонгадзе, работающие в «Украинской правде», имеют к прокуратуре на порядок больше объективных претензий, чем последние к «УП».
(«Зеркало недели», №48, 14-20 грудня 2002 р.)
***
Засновник газети "Панорама Севастополя", колектив якої оголосив 9 грудня про страйк на знак протесту проти втручання влади і нового редактора у професійну діяльність журналістів та невиплати зарплати, готується звільнити страйкарів. Таку попередню інформацію Інституту масової інформації повідомила співголова Севастопольської правозахисної групи Ольга Кононенко. За її словами, страйком газети залишився фактично відрізаним від зв’язку з колегами — у редакції відключено телефони та Інтернет.
("Молодь України", №161, 17 грудня 2002 р.)

2.4.Судові процеси за участю ЗМІ
Мэр портового Южного (Одесская обл.) Александр Журавель и управделами исполкома Надежда Шумейко в начале текущего года вместе затеяли судебную тяжбу против местного еженедельника «Вексель» под надуманными, по мнению многих юристов, предлогами. Чтоб выяснить суть конфликта, в Южном побывали и представители «Репортеров без границ», Радио «Свобода». Тихоплав ведь известен не только как строптивый редактор — еще недавно он представлял интересы южненцев в облсовете. В итоге выяснилось: раньше проблемные статьи «Векселя» руководство Южного чаще всего старалось «не замечать». Однако накануне мартовских выборов отношения «власть-газета» изменились. Вместо делового реагирования на публикации «Векселя» городское руководство удостоило газету в начале года тремя судебными исками. Как рассказал редактор, «накануне выборов осмелилась газета задать «первому лицу» города два неудобных вопроса». И тем самым, оказалось, унизила мэрскую честь и нанесла моральный урон на 10 тысяч гривен. Вскоре признала себя обиженной и г-жа Шумейко, высказав желание о сатисфакции в размере 9999 гривен. Вслед за ней ощутила себя оскорбленной и директор коммунального рынка...
Выездной миссии «Репортеров без границ» в течение двух дней удалось встретиться только с сотрудниками «Векселя», его читателями да управделами Шумейко. А все попытки побеседовать с мэром оказались тщетными...
Руководителя газеты «Вексель» властям пока не удается ни разорить, ни полностью ограничить в доступе к информации о хозяйственной деятельности, хотя С. Тихоплав уже дважды обращался в горпокуратуру, требуя привлечь к ответственности руководство исполкома за умышленно чинимые препятствия в доступе к информации, в том числе, попытку воспрепятствовать присутствию на сентябрьском заседании исполкома, где находились коллеги из провластных изданий. Однако прокуратура, как следует из ответа, не усмотрела состава преступления в приведенных фактах и отказала в возбуждении уголовного дела.
(«Зеркало недели», №46, 30 листопада-6 грудня 2002 р.)
***
Судебные исполнители начали опись имущества газеты «Правда Украины». Причина — долги по аренде. Судебная эпопея между арендатором — издательством «Пресса Украины» и газетой длится два года. Очередная апелляция ждет решения в одном из столичных судов.
(«Киевские ведомости», 7 грудня 2002 р.)
***
Групою представників Уповноваженого Верховної Ради України з прав людини, які вивчали ситуацію в місцях позбавлення волі Кримської автономії, було встановлено, що затриманий на той час редактор газети «Евпаторийская неделя» Володимир Лутьєв, який є інвалідом другої групи, утримувався в одній із найгірших камер, майже без природного світла та свіжого повітря. Замість триразового харчування їжа надавалася лише один або два рази на добу. Володимира Лутьєва проти його волі вже у день переведення до СІЗО було пострижено, причому волосся було вистрижене клаптями, в окремих місцях пошкоджено шкіру голови. Такі дії працівників ізолятора тимчасового тримання ГУВС міста Сімферополя Уповноважений з прав людини розцінює не тільки як застосування фізичного насилля, а й як приниження людської честі й гідності. Зі слів журналіста, працівники ІТТ вилучили у нього папір, ручку, Кримінально-процесуальний кодекс, кілька разів безпідставно не допускали адвоката, не надавали необхідної медичної допомоги, зокрема, не передавали отримані від родини ліки від головного болю («Спазмалгон»), на який він страждає після кількох тяжких травм голови. Постановою суду від 20 листопада для подальшого тримання під вартою Володимир Лутьєв мав бути переведеним до СІЗО, однак керівництво ІТТ постанову не виконало, і заарештований перебував там фактично до вечора 26 листопада. У цій справі було відкрите провадження Уповноваженого з прав людини, яка вважає, що керівництво ІТТ поставилося упереджено до умов тримання Лутьєва, і це може бути розцінене як грубе порушення прав людини.
(«Юридичний вісник України», №49, 7-13 грудня 2002р.)
***
Міський суд Тернополя розглянув новий позов начальника обласної міліції Віталія Максимова до ТзОВ "ТРК "Тернопіль", газети "Репортер" та шеф-редактора тижневика Ореста Муца. За неправдиві відомості про В.Максимова, опубліковані в "Репортері" 6 листопада, суд під головуванням Юрія Демковича ухвалив стягнути з "Репортера" 10 тисяч, а з Ореста Муца — 20 тисяч гривень моральної шкоди на користь позивача.
("Вісник & К°", №52, 12 грудня 2002 р.)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори