пошук  
версія для друку
08.04.2004

Сын за отца отвечает если это сын уполномоченного по особо важным делам

   

Верховный Суд Украины рассмотрел беспрецедентное дело, свидетельствующее о грубейших нарушениях закона рядом работников МВД и прокуратуры при проведении следствия. Причем фабриковали протоколы и истязали людей не просто для того, чтоб скорее «доложиться» о раскрытии преступления, но и для сведения личных счетов.

8 мая 1999 года в подъезде своего дома был убит бывший квартирный маклер. Первым по подозрению в убийстве угрозыск задержал 36-летнего Александра Суптеля. Версия следствия: расправа с бывшим партнером по бизнесу. Александр-де нанимает для этого третьекурсника Киевского военного института связи Николая Витрука.

Студента Суптель не знал, но их общий приятель Сергей Назаренко некоторое время учился с тем в одном институте. Якобы исполнителю дали фото будущей жертвы и нож, и он выполняет «заказ».

Из обращения матери А. Суптеля в Комитет ВР Украины по вопросам борьбы с коррупцией и организованной преступностью:

«8.05.1999 г. моего сына в нарушение ст.106 УПК доставили в ГОМ №1 Ватутинского района, не имея доказательств его причастности к убийству. Путем избиений была получена «явка с повинной», где он сознается в преступлении, которого не совершал. Ему сломали ногу, порвали сухожилия на руках, поломали ребра, травмировали копчик. И сказали, что либо он берет все на себя, либо умрет, т.к. такого избитого они его не выпустят. После допросов он 27 суток лежал в больнице. В пытках участвовали замначальника Ватутинского РУВД по оперативной работе В. Тарасенко и его подчиненные В. Рыбко, В.Жданов, В. Матюшенко, С. Атаманюк».

Из жалобы А. и Е.Витруков председателю Верховного суда Украины В.Бойко:

«Работники милиции Ватутинского РУВД г. Киева подвергли нечеловеческим пыткам А. Суптеля и С. Назаренко, вынудив их оговорить в преступлении нашего сына».

Уведомляя Генпрокуратуру о нарушениях при расследовании этого уголовного дела, заместитель главы Комитета по вопросам борьбы с коррупцией и организованной преступностью В. Развадовский отметил: «13.05.1999 г. в ГОМ была доставлена несовершеннолетняя Д. Перловская (знакомая Сергея Назаренко), где ее без законных оснований держали более суток и в это время издевались над ней, били кулаками по голове, груди, в живот, принуждая подписать лживые показания. Вследствие пыток у нее произошел выкидыш, образовалась межреберная гнойная опухоль, и ей сделали две операции, в результате чего она не может иметь детей. Свидетель В. Трусов после допроса умер в том же месяце в возрасте 28 лет. Следователи прокуратуры И.Мельник, В. Звенигородский, Л. Помиркованый применяли психическое насилие...».

Пощадим нервы читателей и не будем уже вникать в детали допросов главного обвиняемого Николая Витрука. По выводам автороведческой экспертизы Киевского НИИ, сделанной уже после суда по инициативе родителей, его показания в протоколе допроса от 13.05.1999 г. по всем пунктам составил не он, а, как выразился эксперт, некое «лицо, обладающее навыками юриста». Так что мотивы, по которым в убийстве заподозрили выпускника военного лицея, имеющего, кстати, отличную характеристику и поощрения от Министра обороны, знает лишь это таинственное «лицо».

Впрочем, кое-что проясняют показания родственников Назаренко, которым, по их словам, следователь Мельник обещал, что «снимет звездочки с Витрука!». Учитывая, что студент погоны еще не носил, речь могла идти только о его отце. Подполковник милиции А. Витрук служил в Управлении внутренней безопасности ГУ МВД Украины г. Киева на должности старшего оперуполномоченного по особо важным делам. Видимо, за 20 лет службы, связанной с расследованием злоупотреблений работников МВД своим служебным положением, принципиальный опер нажил себе немало врагов. Чем еще объяснить тот факт, что еще в 1994 году покушались на его жену, но преступление до сих пор не раскрыто...

В суде все обвиняемые заявили о своей невиновности, а свидетель Юлькина не опознала среди них того, кого видела на месте происшествия. Следователи не нашли ни орудия убийства, ни злосчастного фото, зато «потеряли» клок волос, отпечатки кровавой ладони на перилах и другие вещдоки с места преступления. Пропала и книга задержаний, которая, по мнению Хисматуллиной, говорила в пользу подсудимых. Однако признание — «царица доказательств». И 31 октября того же года Киевский горсуд (судья Н. Маринчак) приговорил Витрука и Суптеля за умышленное убийство к 15 годам лишения свободы, Назаренко — к 14 годам.

Проверяя в процессе служебного расследования жалобы на истязания, прокуратура ограничилась опросом сотрудников ГОМа. А по их словам, подследственных избили вовсе не на допросе, а при «жестком задержании».

В этом году приговор был обжалован в Верховном суде Украины. 17 мая, выступая на коллегии Верховного суда под председательством В. Земляного, Е. Витрук сказала, что, бросив ее сына за решетку, сотрудники ГОМа таким образом отомстили офицеру УВБ А. Витруку, который в 1999 г. уволился из управления по состоянию здоровья. А представители Партии защитников Отечества И. Морщавка и комитета «Хельсинки-90» И. Воскобойников, приглашенные на коллегию как общественные защитники, заявили: «По итогам нашего собственного расследования установлен подозреваемый, который никак не связан с осужденными по этому делу».

Верховный суд отменил приговор горсуда и назначил новое расследование, оставив на это время всех осужденных под стражей.

Последнюю часть решения Витруки собираются оспорить в Европейском суде.

(«Вечерние вести», 2 ноября 2003 г., http://www.vv.com.ua/main.php?artID=5148&topic=48 bn, 28 октября, 2003 года)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори