пошук  
версія для друку
26.05.2004
джерело:
(«Мелитопольские ведомости», №35, 29 апреля-5 мая 2004 г.)

Борьба с наркомафией привела к смерти арестованного: сотрудников Мелитопольского ОБОПа обвинили в избиении задержанного, а отдельных мелитопольских журналистов - в том, что они якобы отрабатывают деньги криминалитета

   

Игорь Волгин:

Не секрет, что в нашем городе отдельные наркоторговцы чувствуют себя достаточно вольготно. Можно предположить, что до поры до времени кое-кто не знал, а может, и не хотел знать о том, что некоторые «точки» в Мелитополе «крышует» милиция. И вот, наконец, гром грянул. Вначале («МВ» об этом писали) на крючок сотрудников СБУ попались бывшие и действующие работники УМВД в Запорожской области. В феврале этого года был задержан начальник Мелитопольского ОБНОНа и один из бывших сотрудников отдела по борьбе с оргпреступностью. Их задержанию предшествовала работа по изобличению большой организованной группы, которая, по словам замначальника УБОПа в Запорожской области Константина Лысенко, еженедельно на протяжении трех лет (!) занималась поставками из Западной Украины большого количества наркосырья. Оно реализовывалось в Мелитополе, Акимовском, Мелитопольском районах, Приморске и Бердянске. Вскоре после задержания выяснилось, полагает следствие, что именно четверку мелитопольских наркоторговцев, входивших в эту группу, покрывал начальник городского ОБНОНа и бывший оперуполномоченный «шестерки». Наркоторговцев задержали несколькими днями ранее, чем тех, кто их «крышевал». Один из задержанных, мелитополец Николай Загачевский, будучи уже арестованным, умер 11 марта в одной из больниц города Запорожья.

Почему умер подследственный?

Вдова утверждает, что 20 февраля, на второй день после задержания, во время санкционированного обыска (по постановлению Орджоникидзевского суда г. Запорожья), который проводили сотрудники ОБОПа в их доме, она увидела, что муж избит. Со слов жены, на лице у мужа была счесана кожа, он держался за бок и успел сказать, что били его по-черному. Обыск закончился тем, что изъяли папку с документами, 3 тыс. грн., телевизор, видеомагнитофон, музыкальный центр, мобилку, охотничье ружье (Н. Загачевский имел разрешение на его хранение). Все это вернули, говорит вдова, за исключением денег (выдали на пропитание только около 200 грн.), оружия и мобильного телефона.

21 февраля судья тогда еще Мелитопольского городского суда Любовь Колодина избрала для Н. Загачевского меру пресечения - содержание под стражей. По ее словам, внешне никаких следов избиения, пятен крови на одежде задержанного она не видела.

На вопрос судьи, были ли к нему применены меры психологического или физического воздействия со стороны работников милиции, Н. Загачевский ответил «нет». Он был в подавленном состоянии, говорит Любовь Владимировна, но о проблемах со здоровьем ничего не говорил, врача не требовал.

В тот же день, 21 февраля, Н. Загачевского отвезли в ИВС г. Запорожья. Уже через два дня арестованный, по словам УБОПовцев, впервые пожаловался на проблемы со здоровьем. О том, что он заболел и нуждается в медикаментах, родственники узнали только 2 марта. На следующий день жена и дочь приехали к следователю, который сам не знал, где находится задержанный, и не смог сразу сказать, куда нужно нести лекарства и еду! Только к вечеру выяснилось, говорит Л. Загачевская, что муж находится в ИВС г. Запорожья. Жена рассказала, что свидание с заболевшим мужем ей не разрешили, на вахте в ИВС только забрали для него передачу. Спустя четыре дня вечером неизвестный мужчина (которого попросил медработник больницы) сообщил, что муж попал в 4-ю городскую больницу и для его лечения нужны лекарства. Каждый день, 8, 9 и 10 марта, жена ездила в Запорожье, чтобы покупать нужные препараты, и передавала их врачам, которые лечили Николая. Вечером 10 марта арестованного прооперировали, ему удалили селезенку. 11 марта он умер. Увидеть мужа перед смертью жена так и не смогла.

Милиция отрицает факт избиения и пыток арестованного

Об этом сообщил на брифинге 22 апреля К. Лысенко. По его словам, сотрудники Мелитопольского ОБОПа не превысили свои полномочия, что подтверждено результатами проверки, проведенной инспекцией по личному составу УМВД Запорожской области. Никто Н. Загачевского не бил, утверждает он, напротив, наши сотрудники занимались его госпитализацией. Ажиотаж, который вызван смертью арестованного, по мнению К. Лысенко, - попытка показать не в лучшем свете работу его подчиненных. Замначальника УБОПа заявил, что, по имеющейся оперативной информации, отдельные журналисты Мелитополя отрабатывают деньги местного криминалитета, которому, образно говоря, наступили на хвост. Конкретизировать, какие именно журналисты каких СМИ работают на криминал, К. Лысенко отказался. А вот достижения в работе нынешнего состава Мелитопольского ОБОПа действительно солидные и кое-кому могут не нравиться: за полтора года разоблачили шесть преступных групп! Что это за группировки, К. Лысенко уточнить не смог.
Прокуратура и адвокат говорят о наличии следов избиения

По сообщению пресс-службы прокуратуры Запорожской области, следственный отдел в настоящее время расследует уголовное дело, возбужденное по факту превышения служебных полномочий сотрудниками Мелитопольского ОБОПа. Поводом для возбуждения этого дела стало заявление Л. Загачевской, которая обвиняет милицию в причинении ее мужу телесных повреждений, от которых он умер. По предварительным данным, сообщает пресс-служба, причиной смерти Н. Загачевского стало заболевание «цирроз печени». По данным из того же источника, на теле Загачевского действительно были выявлены следы телесных повреждений.

В свою очередь вдова ссылается на адвоката, сообщившего ей, что по результатам судебно-медицинской экспертизы на теле Н. Загачевского обнаружены телесные повреждения средней степени тяжести. Л. Загачевская также сообщила, что в больнице им выдали справку о том, что ее муж находился в отделении анестезиологии 10 марта 2004 года по поводу тупой травмы живота, разрыва селезенки и внутрибрюшного кровотечения. В графе «сопутствующие заболевания» было указано: переломы ребер слева и справа, посттравматическая пневмония в нижней доле слева, а также экссудативный плеврит справа. Больной находился на искусственном дыхании. В УБОПе Запорожской области эту информацию не подтвердили, но и не опровергли. Более того, очень странным выглядело заявление К. Лысенко о том, что за арестованного они (то есть УБОП) отвечают до момента его помещения в изолятор временного содержания. А вот за то, что там с ним происходило после, ответственность несут работники ИВС.

В СИЗО больных не принимают

Перевести арестованного Н. Загачевского из ИВС в следственный изолятор тоже не удалось. Как нам сообщил замначальника управления Госдепартамента по исполнению наказаний в Запорожской области Сергей Олийнык, Н. Загачевского в СИЗО № 10 привозили 26 февраля. Однако после осмотра медперсоналом арестованного не приняли, так как он явно был болен: весь отечный, вздутый живот. Как стало нам известно потом, врачи откачали у него около 12 литров жидкости. Начальник медотдела управления, осмотрев арестованного, сказал, что он не жилец.

У арестованного тоже есть права

В частности, и право на получение своевременной медицинской помощи. В данном случае, как мне кажется, врачебная помощь явно запоздала. Иначе почему хроническое заболевание печени (если упустить последствия избиения), которое вполне можно успешно подлечить в период обострения, привело к смерти 43-летнего Н. Загачевского? Откуда взялись посттравматическая пневмония и переломы ребер? Почему его прооперировали и удалили селезенку? Хочется верить, что правдивые ответы на эти вопросы даст объективная прокурорская проверка.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори