пошук  
версія для друку
22.12.2004

Кто закрыл «Тюрьму и волю»?

   

Несколько лет сотрудничает наша редакция с одной из самых читаемых газет на Донбассе «Тюрьма и воля».

Наши журналисты общались с коллективом донецкого издания до тех пор, пока газету не закрыли, а сотрудников этого приложения к «Донецким новостям» не отправили в «творческий отпуск» до 1 января 2005 года. Видимо, кому-то не очень понравились смелые публикации Евгения Широкова, Игоря Гончаренко, Владимира Прозоровского, Дмитрия Любченко. Очень жаль, что с этими ребятами мы не смогли довести до конца большую работу: опубликовать ряд материалов о судьбах купянчан, отбывающих нак5азания в Донецкой, Луганской и Запорожской областях.

Огорчает одно: «Тюрьма и воля», возможно, никогда уже не станет на защиту осужденных и оставшихся на воле. Публикация открытого письма заключенного купянчанина Олега Боровикова (фамилия изменена) Уполномоченному по правам человека Верховной Рады Украины Нине Ивановне Карпачевой говорит о гражданской позиции наших коллег из «Тюрьмы и воли».

Открытое письмо Уполномоченному по правм человека Верховной Рады украины Н.И. Карпачевой

Уважаемая Нина Ивановна!

В Ореховской колонии №88 (Запорожская обл.) пытки и издевательства, произвол администрации стали нормой. Обращения и жалобы осужденных на незаконные действия должностных лиц из колонии практически не уходят, больше того — за попытку отстоять свои права законным образом следуют жесточайшие преследования и расправа, вплоть до водворения в дисциплинарный изолятор и помещения камерного типа по специально сфальсифицированным нарушениям, а также и увеличение срока лишения свободы!

Известные правозащитники из числа осужденных, такие как Писарев, Козлов и другие, пытавшиеся защитить человеческие и конституционные права заключенных, не раз претерпевали моральную и физическую расправу за один только факт обращения к омбудсману или к Генеральному прокурору. Беда в том, что беспредел прикрывается вышестоящими должностными лицами управления Департамента исполнений наказаний и отделом областной прокуратуры по надзору в местах лишения свободы, в адрес которых спускаются те немногие жалобы, которые чудом доходят до Киева.

Верхняя структура руководства в Малой Токмачке, пользуясь закрытостью объекта, давно забыла, что они государственные служащие и работают в государственном учреждении, созданном, прежде всего, для содержания осужденных, а не аппарата. Администрация твердо считает, что Ореховская колония — собственная вотчина, осужденные же если не рабы, то крепостные точно, обязаны выполнять любые требования…

Общее качество питания в столовой снижается, а ежемесячные отчеты за него увеличиваются, при этом заболеваемость туберкулезом неуклонно повышается до рекордной в Украине. Однако общежития при фактической эпидемии туберкулеза отапливались за прошедший отопительный сезон один раз, и то во время работы комплексной комиссии из Киевского департамента, кстати, абсолютно безрезультатной…

Сейчас в учреждении искусственно создается такая ситуация. Когда рабский малооплачиваемый труд для осужденного становится вожделенным, а достигается это изощренным способом: в жилой зоне колонии проживание неработающих (не по своей воле) осужденных делается настолько трудным, что пребывание на работе они считают счастьем, пусть даже почти даром работая при этом. И, соответственно, те немногие, которые трудятся, из-за боязни остаться без работы смиряются с ежемесячным понижением зарплаты, невозможностью даже за эти копейки приобрести что-то достойное в магазине…

В общежитиях на день отключаются вода и свет, жилые помещения закрываются на замок, осужденные выгоняются в жару и дождь во дворик закрытого локального сектора на целый день, малейший же протест тут же пресекается угрозами и преследованиями.

Вместе с тем надежды осужденных на новый Уголовно-исполнительный кодекс не оправдались из-за введения подзаконного акта Правил внутреннего распорядка, напрочь перечеркнувших правовые гарантии статей 7, 96, 102, 107, 129 и других, обещанных новым исполнительным кодексом. Так, локальные сектора в участке ресоциализации остались под замком, участок усиленного контроля превращен в участок тюремного режима, бесконечные проверки в течение дня переросли буквально в пытку, добровольные массовые мероприятия (посещение столовой) сделаны обязательными и также превращены в издевательство, отправление жалоб на администрацию — удел самой администрации, обращение в суд с просьбой о защите конституционных прав осужденного — фантастическая мечта. И это тогда, когда Конституция Украины гарантирует осужденному все права человека и гражданина, за исключением ограничений, определенных судом и законом. С каких это пор подзаконные акты Департамента приобрели силу закона, резко сужающего права заключенных?

Этот вопрос обращен непосредственно к Вам, уважаемый омбудсман Украины. Почему более полутора тысяч человек, содержащихся в Ореховской колонии, обречены на пытки и издевательства при существовании в стране учреждения, возглавляемого вами, уважаемая Нина Ивановна?

Осужденный О.А. Боровиков

(«Франт», г. Купянск-Узловой», №35, 26 августа 2004 г.)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори