пошук  
версія для друку
14.04.2005 | Татьяна Лагунова

Непостижимая жестокость (начало статьи)

   

Более двух лет я вынашивала идею написания статьи о Куряжской воспитательной колонии им. А.С. Макаренко... Не смела прикоснуться к теме — боялась поднять пласт, в котором судьбы жертв преступлений чудовищно переплелись с судьбами их юных палачей.

И все-таки желание докопаться до ответа на вопрос: “Что привело к немыслимым человеческим трагедиям?”, в конце концов, привело в колонию, где отбывают наказание малолетние преступники.

Большинство — воришки

У колонии добрая слава, причем не только в Украине — здесь проводятся научно-практические конференции, сюда приезжают набираться опыта многочисленные делегации. Учиться есть чему: и сегодня живы разработанные Макаренко принципы воспитания трудом, учебой, спортом, развитием творческих способностей, требовательностью и доверием.

Примечательно, что проходившая на базе колонии в 2003 г. международная конференция была посвящена проблемам гуманизации процесса исполнения уголовных наказаний в свете идей Макаренко.

Сейчас здесь отбывают наказание 280 осужденных, и цифра эта в последние годы колеблется в ту или иную сторону незначительно. Об этом мы беседуем с харьковским прокурором по надзору за соблюдением законов при исполнении судебных решений по уголовным делам Юрием Черняевым.

— Возраст 30 воспитанников — от 14 до 16 лет, более 60 человек достигли возраста 17 лет, самая же многочисленная группа (свыше 100 человек) — те, кому исполнилось 18 лет. Есть и более взрослые колонисты.

— Юрий Михайлович, среди осужденных встречаются и такие, кто оступился впервые. Для них перевод во “взрослую” колонию (по достижении 20 лет) и пребывание там может стать плохой школой жизни...

— С 1.01.2004 г. на смену старому Исправительно-трудовому кодексу пришел Уголовно-исполнительный кодекс Украины. В нем говорится: “С целью закрепления результатов исправления, завершения общеобразовательного или профессионально-технического обучения осужденные, которые достигли 18-летнего возраста, могут быть оставлены в воспитательной колонии до окончания срока наказания, но не дольше, чем до достижения ими 22 лет”. Раньше было — до 20 лет. Однако это положение относится только к тем, кто твердо встал на путь исправления.

— На фоне общей тенденции к гуманизации судебной и пенитенциарной систем странным (на первый взгляд) выглядит ужесточение наказания за особо тяжкие преступления, совершенные лицами, не достигшими совершеннолетия. Согласно новому УК Украины, максимальное наказание для них составляет 15 лет лишения свободы (вместо прежних 10 лет). С чем это связано?

— С тем, что в последние годы юный преступник порой проявляет чудовищную, непостижимую жестокость — такую, которая шокирует даже видавших виды взрослых преступников. При этом поражает не только дерзость подростков, но и немотивированность совершенных злодеяний. Законодатели пришли к мнению о необходимости ужесточения наказания за это.

В настоящее время около 20 “куряжан” осуждены за умышленное убийство, более 20 — за разбой, столько же — за грабеж, менее 10 — за изнасилование, более 180 — за воровство.

— Порой даже в колониях осужденные умудряются совершать преступления...

— Усилиями прокуратуры и Управления Государственного департамента Украины по вопросам исполнения наказаний удавалось в последние годы не допускать в Куряжской колонии фактов совершения преступлений (как со стороны администрации, так и со стороны воспитанников).

Мы ежедневно отслеживаем процессы, происходящие в местах лишения свободы, и в случае необходимости реагируем незамедлительно.

Здесь сидел Горький!

В кабинете первого заместителя начальника колонии Олега Ластика на стене висит “древний” свиток с изречением царя Соломона: “Злодей должен быть наказан. Ибо, если его пощадить, потом тебе придется наказать его еще сильнее”.

Помимо Олега Борисовича в охраняемую зону со мной отправляется также заместитель начальника колонии по социально-психологической работе со спецконтингентом Андрей Щербань. Едва миновали КПП, Андрей Михайлович предупреждает: “Передвигаться по территории колонии женщине без сопровождения сотрудников-мужчин запрещается!”

Мы направляемся к учебному корпусу. По дороге Щербань поясняет, кивая в сторону старого дерева и памятника: “Под этим дубом отдыхали Горький и Макаренко — так, сидящими на скамейке, их и запечатлел скульптор”.

Двое колонистов моют полы в коридоре и кабинетах. Обходим классы, мне показывают оснащенный компьютерами кабинет: “Мальчики должны владеть компьютером на уровне пользователей”.

По моей просьбе направляемся в промышленную зону. По пути Олег Борисович рассказывает: “Свободные земли приносят пользу — здесь высаживаем картошку, морковь, свеклу, а на другом огороде (возле КПП) растет капуста. За охраняемой зоной — небольшой свинарник. За восемью поросятами ухаживают двое воспитанников из отделения социальной адаптации — те, кому до выхода на свободу осталось менее 6 месяцев... Недавно зооветеринарная академия подарила нам пару золотых фазанов. А вот и они — полюбуйтесь, какие красавцы! Воспитанники с удовольствием строили вольер и домик для птиц”.

...В швейном цехе мальчики шьют рабочие рукавицы. 17-летний Саня из Харьковской области впервые был судим за кражи магнитол из автомобилей — тогда дали 3 года с отсрочкой исполнения приговора на 2 года. А он возьми да и заберись в чужой погреб... На этот раз, добавив к прежнему сроку новый, суд влепил 4,5 года. Хотя Саня находится в колонии 3 месяца, никто из дома к нему ни разу не приезжал. Мать пьет... Да и сестре с братом он, видимо, не очень-то нужен. Мальчишка пытается держаться мужественно. А что ему остается? По всему видно — пацан раскаивается в содеянном.

На участке по изготовлению креплений для скоросшивателей маленький худой Максим на станке режет жестяные полосы. Этот детдомовец никак не выглядит на свои семнадцать. Впервые его судили за то, что алюминиевые провода срезал. Второй раз попался, вынося из погреба консервацию. По совокупности дали 4,5 года. Тщедушному пареньку тяжело — хотя сидит 4 месяца, до сих пор не адаптировался.

Воспитанники делят сами себя на командиров (дисциплинированных, требовательных к себе и другим, ухоженных, наглаженных лидеров), пацанов (которые стремятся к лидерству) и чуханов (от слова “зачуханный”, тех, кто так и не научился за собой следить: стирать, мыться). К последней категории относятся бывшие беспризорники, годами проживавшие в подвалах и теплотрассах. Все командиры, с которыми общалась, крепки телом и духом.

Самые жестокие и дерзкие преступления совершают подростки из Донецкой и Луганской областей. Не намного уступают им по численности представители Запорожской области. Сей факт мне объясняли неблагоприятной социально-экономической ситуацией в этих регионах. Я бы добавила: отцы большинства неблагополучных ребят либо пьют, либо бросили семью.

Что поразило более всего: подавляющее большинство осужденных за кражи (с которыми я общалась) получили срок за “погреба”! Эти дурашки, судя по всему, думают, что стырить банку варенья — невинная шалость, романтика... А оно вон как оборачивается. Значит, родители и школа в чем-то недоработали.

Хотя некоторые воруют из-за голода. Так, за кражи из погребов имеет две судимости Виталик из Луганской области. Мальчик рассказывает: “Когда мама из-за болезни перестала работать, я начал воровать, так как было ее жалко. Мама не может сюда приехать — у нее больной позвоночник... Она очень переживает из-за меня”.

Последняя ночь...

Но не только в неблагополучных семьях вырастают дети-преступники. 15-летнего Артема из Луганской области приговорили к 14 годам лишения свободы — не каждого взрослого преступника так наказывают! Что же надо было совершить подростку, чтоб заработать такой немыслимый срок?!

Отец Артема был начальником отделения в военкомате, мама работала врачом, старший брат — студент вуза, младшая сестренка — школьница. И вот однажды отец не отпустил Артема на дискотеку. Затаивший обиду сын берет винтовку и стреляет в отца, который пришел домой пообедать. За ноги тащит в кладовку. Вытирает с пола кровь и ждет — через час должна прийти на перерыв мама. Едва за ней закрывается входная дверь, ни слова не говоря, сын стреляет. Бросает тело матери к отцу: “Поздоровайтесь!” Возвращается со школы 12-летняя сестричка Оленька: “А где родители?” Заметив странные бурые пятна на полу, ведущие к кладовке, девочка устремляется в комнату. Изверг убивает и ее! Внезапно дверь кладовки отворяется — оттуда свешивается безжизненная рука матери. “Лежать!” — рычит убийца и бьет ногой в дверь. Он на взводе. Вновь перезаряжает ружье. Делает бутерброд, жарит яичницу, пьет чай. Он ждет брата!.. Костя вернулся из института с хорошим настроением. В ответ на его приветствие Артем выстрелил. Бросив в кладовку четвертый труп, убийца пошел гулять с друзьями. На второй день вернулся — поесть, отоспаться. На третьи сутки коллеги по работе и соседи забеспокоились...

Прибывшие милиционеры, выбив дверь, вошли в дом. Артем сидел на кухне: “Родители уехали в другой город”. Характерные следы на полу привели к “братской могиле” — открыв дверь, оперативник вскрикнул от ужаса!!!

Экспертиза признала подростка вменяемым. Верховный суд Украины, рассмотрев апелляцию, оставил приговор областного суда без изменения.

Спустя два года Артем прибыл в Куряжскую колонию. Он зарекомендовал себя с положительной стороны и оказался весьма смышленым парнем (большая редкость в этих стенах) — сказываются гены хороших родителей. Два месяца назад его перевели во “взрослую” колонию.

В течение 2004 года здесь прошли курс лечения от алкоголизма, наркомании и токсикомании 65 подростков. Как отмечает начальник медчасти Куряжской колонии Владимир Дудка, за последние лет пять возросла численность колонистов, которые прежде увлекались токсикоманией. Да и сами они сильно “помолодели” — если раньше начинали “нюхать” с 15—16 лет, то теперь с 8—10. А некоторые даже с 6 лет. То же относится и к алкоголю: раньше его впервые пробовали в 16—17 лет, теперь в 12.

Находящиеся в состоянии алкогольного (наркотического) опьянения подростки теряют над собой контроль и совершают немыслимые преступления. Такие, что потом, протрезвев, сами диву даются.

Вот, например, харьковчанин Вячеслав — из благополучной семьи. Положительно характеризуется по месту учебы и жительства. Как-то вечером, приняв на грудь, возвращался с дискотеки домой. И тут на пути ему попался безобидный, смирный бомж, проживавший в мусоросборнике их многоэтажки. Бедняга что-то не так сказал, как-то не так посмотрел на Славика. Осерчав, подросток избил мужика металлическим прутом. А тот на следующий день возьми да и помри...

Жаль родителей Славика — у него порядочные, заботливые родители. Это видно даже по внешнему облику колониста — опрятный, по-домашнему ухоженный. Отец передал для сына клетку с попугаем — пусть, согревая ему душу, длинными вечерами напоминает о доме. Всего же у сына будет 2920 таких нескончаемых вечеров. Он научил птицу разговаривать — в 6 часов утра “кукушка” хрипло кричит: “Вставай! Пор-р-ра на р-работу!”

Колонист мечтает, как однажды попугай разбудит его криком: “Пош-ш-шли домой!” Славик еще не знает, что, проведя в неволе 8 лет, в свою самую последнюю ночь он так и не сможет заснуть — в трехтысячный раз перебирая в памяти каждый прожитый здесь день.

(“Событие”, г. Харьков, №2, 6-12 января 2005 г.)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори