пошук  
версія для друку
09.05.2005 | Сергей Гузь, председатель Независимого медиа-профсоюза

Редакционная политика без политики?

   

Сегодня ведется много дискуссий вокруг установления редакционной политики (принципов, по которым готовят новости и прочие материалы) в средствах массовой информации. Часть экспертов и специалистов исходят из того, что установление открытой редакционной политики автоматически будет гарантировать защиту интересов общественности. Но все дебаты разворачиваются так, что возникает впечатление намеренного уклонения от дискуссии по поводу собственно политических проблем, связанных с деятельностью СМИ и журналистов.

Чьи интересы отстаивают участники этих дискуссий? Тезис об интересе общества прописать каким-то образом редакционную политику СМИ выглядит не очень убедительно, особенно из уст политиков. Я помню, как во время оранжевой революции, на Майдане, тысячи людей требовали от телевидения правды. И эта правда заключалась в желании видеть на экранах своих политических кумиров. Доминирование на экранах политических оппонентов воспринималось как ложь, даже в листовках писали: “Они лгут!”. Эти же самые события в Донецке или Луганске воспринимались абсолютно противоположно. Очевидно, что интерес общества заключается в получении плюралистической и достоверной информации из разных источников. Но для каждого отдельного члена общества эта информация отвечает его ожиданиям и политическим симпатиям, наполнена конкретным содержанием, которое ну никак не может быть упаковано в какую-то унифицированную форму. Это тот конфликт интересов, дискуссии вокруг которого пока что не происходит, перефразируя известное выражение: “То, что хорошо для либерала — смерть для социалиста”. Так как быть с этим в редакционной политике?

Новое правительство располагает определенным вотумом доверия, поскольку победил Ющенко. Но это еще не означает, что именно эти политики, это правительство получили право определять интересы общества. Поэтому все заявления чиновников о необходимости прозрачной редакционной политики, но без самой политики, следует рассматривать сквозь призму их скрытых интересов. Интересы эти очень просты — выборы 2006. Политики стремятся к тому, чтобы их показывали чаще и в наилучшем виде, а критиковали меньше, да еще и обязательно предоставили право на ответ. А еще лучше, когда будут показывать их конкурентов, чтобы обязательно и им предоставляли эфир. Именно этот принцип активно проталкивается ими в основы редакционной политики. Можно ли это считать интересом общества, если заведомо известно, что показывать, или же печатать новости о всех партиях, которых больше ста, нет физической возможности? Такие правила игры не являются одинаковыми для всех. Будут те, о ком ничего не покажут или не напишут, прикрываясь именно редакционной политикой. Тогда почему такие правила называют справедливыми и демократичными?

Теперь относительно владельцев СМИ. Их интерес еще более прост — располагать такой редакционной политикой, которая бы их ни к чему не обязывала. Тогда можно крутить этой редакционной политикой как Бог на душу положит. А еще лучше, вообще такую политику разработать, чтобы за ее невыполнение никакой ответственности не нести. В условиях неопределенных политических рисков такая позиция владельцев выглядит вполне закономерной.

Наибольшие общественные организации — профсоюзы, религиозные общины, другие объединения граждан — вообще исключены из этой дискуссии. Сейчас они и их деятельность находятся на периферии информационных потоков, поэтому никто и не спрашивает — что такое для них свобода слова, какими они хотят видеть наши средства массовой информации, нужно ли им знать позицию того или иного СМИ. В одном можно быть уверенным — они не откажутся быть включенными в информационное пространство страны так, как это происходит в демократических странах Европы.

Последние в этом списке заинтересованных сторон — редакторы и журналисты. Сегодня предлагается определять редакционную политику без политической составляющей. Редакционный нейтралитет провозглашается единой альтернативой заполитизированности СМИ. Редакционная политика, провозглашенная публично, станет обязательной для выполнения журналистами этих СМИ. Но никто не говорит, что мы можем оказаться в условиях, когда эту публичную редакционную политику придется объединять с абсолютно непубличными, но не менее конкретными политическими интересами владельцев, или назначенных ими топ-менеджеров. Так уже было и так есть сейчас. В чем заключается интерес журналиста в публичной редакционной политике? Возвращаясь к событиям оранжевой революции, можно вспомнить, что журналисты ICTV и НТКУ пытались с помощью соглашения о редакционной политике избежать участия в грязной информационной войне. Но до третьего тура никто из собственников и топ-менеджеров этих телеканалов и не думал такое соглашение подписывать.

Часть журналистов стремились прорвать информационную блокаду, устроенную старой властью по отношению к Ющенко и оппозиции. Фактически они выступили на стороне одной из политических сил, работали в ее информационных штабах. Наверное, сейчас эти проблемы проявляются и у сторонников новой оппозиции. Но трудно понять, связывают ли журналисты и редакторы решение этих вопросов с переходом на публичную редакционную политику.

Есть опыт многих европейских стран и есть разные возможности урегулировать все эти конфликты интересов. Например, в рекомендациях Совета Европы отмечено, что новости в СМИ должны быть достоверными, а взгляды честными. Честные взгляды — это и есть публичность политических, экономических и всех других интересов собственников СМИ и нанятых ими журналистов. Именно для этого общественности предоставляется информация о предпочтениях и симпатиях того или иного средства массовой информации. И тогда не будет удивления и упреков, что “5-й канал”, канал честных новостей, у всех зрителей ассоциируется с “Нашей Украиной”, а новости “Интера” содержат больше сообщений о СДПУ(о). И станет понятным, почему на всех каналах подвергают критике коммунистов.

(“Украина и мир сегодня, № 7, 25 февраля 2005 г)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори