пошук  
версія для друку
13.05.2005 | Инна Гончарук

Жизнь на «зоне»

   

В Уманской женской исправительной колонии №129 нет сторожевых собак — международные нормы требуют более гуманного отношения к заключенным женщинам. Нет здесь и обычного для мужских тюрем деления территории на закрытые секторы. Здесь есть столовая, спортивная площадка, библиотека, несколько часовенок. Отделяет женский городок от внешнего мира высокий белый мур с колючей проволокой поверху и дежурными вышками по периметру “зоны”.

Перед тем как журналисты, для которых Черкасский пресс-клуб рыночных реформ организовал посещение Уманской колонии, попали на территорию, их попросили оставить за пределами “зоны” острые предметы, лекарства, деньги, мобильные телефоны. Чтобы попасть за решетку, пришлось пройти не одну проверку и не одни зарешеченные двери.

... Жизнь “зоны” течет по суровому графику. Здесь нельзя сидеть “просто так”, пойти “куда-нибудь” или просто отдохнуть в не запланированное для этого время. В уманской колонии есть так называемая “промзона”, где организовано швейное производство. И 450 женщин разного возраста (приблизительно столько их содержится в колонии) учатся здесь шить марлевые повязки, матрацы, одеяла, рабочую одежду — все, на что колония получает заказ. Рабочий день длится 8 часов. За свою работу женщины получают жалованье, из которого высчитываются деньги за их содержание. А то, что остается после всех отчислений, можно израсходовать в тюремном магазине, где есть практически все, за исключением спиртных напитков.

Заключенным, которые своим поведением подтверждают, что стали на путь исправления, разрешено работать и жить за пределами “зоны”, в так называемых “поселениях”. Здесь женщины обрабатывают арендованную колонией землю, на которой выращиваются зерновые и овощи для тюремной столовой, а также присматривают за скотом. Рацион тюремной столовой, где заключенных кормят трижды в день, включает супы, каши, борщ (готовят их сами заключенные) и ежедневные 550 г хлеба (который также выпекается в колонии). Каждые 52 дня разрешается передача от родных — продукты весом до 30 кг. На праздники, например 8 Марта, в столовой пекут булочки с повидлом.

Начальник колонии Владимир Янчук рассказал, что за решетку женщины попадают преимущественно из-за преступлений, связанных с кражами и наркотиками. Женские преступления отличаются от тех, что совершают мужчины, экспрессивностью — они совершаются, как говорят в народе, “под горячую руку”. Тех, кто шел на преступление хладнокровно, чрезвычайно мало, а на убийство вообще решаются единицы.

По словам координатора проекта “Пути реформирования пенитенциарной системы и защита прав заключенных женщин” Русланы Безпальчей, женщины, как правило, совершают преступления необдуманно, спонтанно и без намерения. В Украине же существует преимущественно карательная судебная практика, ориентированная на безальтернативное применение наказания в виде лишения свободы. Да и украинские колонии пока очень далеки от того, чтобы быть местами перевоспитания. Руслана Безпальчая считает, что в нашей стране, где сроки наказания являются наибольшими в Европе, совсем не учитываются особенности женской преступности и опасные для всего общества последствия заключения женщин. Она объяснила, что значительная часть женщин даже после недолгого пребывания в местах лишения свободы “ломается” и потом нуждается в длительной реабилитации и адаптации к нормальному образу жизни. В последние годы из колоний каждый год освобождаются в среднем 5 тысяч женщин. Большинство так и не находит своего места в обществе: им некуда возвратиться после заключения, они не имеют достаточного образования и квалификации, чтобы устроиться на работу.

Руслана Безпальчая убеждена, что необходимо более широко применять уже существующие мероприятия по предотвращению заключения — не подвергать женщину заключению, разлучая ее с детьми, а применять подписку о невыезде, брать ее на личную или общественную поруку, применять денежный залог... В общем, демократизация судебной и пенитенциарной систем и уменьшение числа женщин, осужденных к лишению свободы, позволит высвободить средства для приведения мест для заключения женщин, которые останутся, в соответствие с мировыми стандартами. Это также позволило бы переориентировать карательную функцию колоний на воспитательную и учебную и создать реальные возможности для полноценного возвращения женщин в общество после освобождения.

... Женщины, с которыми журналисты встретились в колонии, общались с готовностью. Мечта у всех одна — о свободе. Хотя кое-кто из них, попав на волю, узнает, что квартиру продали и жить негде; что муж не хочет, чтобы мать – бывшая заключенная – виделась с детьми; что найти работу почти нереально; что  тебя никто не будет одевать и кормить даже раз в день... и что единственным счастливым моментом на свободе может стать лишь миг, когда, выйдя за тюремные ворота, ты вдохнешь глоток вольного воздуха и увидишь вокруг себя жизнь, не огороженную колючей проволокой.

(“Антенна”, г. Черкассы, №10, 17 марта 2005 р.)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори