пошук  
версія для друку
08.11.2005 | Евгения Скрипниченко

Новобранцев учат "рожать"

   

Государство в государстве — пожалуй, так можно назвать армию. Закрытое сообщество со своими законами и ритуалами, оно пугает новобранцев и их родителей именно этой своей непохожестью на обычную жизнь. Дрова в огонь добавляют отслужившие парни. Они шокируют салаг историями об избиениях армейским ремнем с железной пряжкой, о макании новичка головой в унитаз и других, не менее эффективных способах унижения. Где здесь правда, а где ложь? И как обезопасить себя или своего сына от зарвавшихся “дедов”?

“Кто в армии служил, тот в цирке не смеется”

Мой знакомый Сергей, в свое время честно отдав долг Родине, вспоминать о первых месяцах службы в армии не любит. По мрачному молчанию, которое наступает после моих вопросов о его жизни в роли новобранца, можно предположить, что Сергею пришлось несладко. Зато о том, как “деды” третировали других новичков, знакомый рассказывает много и с удовольствием. В том числе, о том, как однажды учили смирению строптивого желторотика. Тот упрямо отказывался чистить сортир даже после того, как его избили.

Сломался новичок только тогда, когда его ткнули головой в унитаз и пригрозили рассказать об этом унижении всей части.

О том, какая жизнь ждет новичков в армии, им доступно объясняют в первые же дни, едва они переступают порог казармы. Неофициальный ритуал посвящения в новобранцы весьма символичен: “деды” стегают новеньких армейским ремнем по животу или ягодицам. От тяжелой железной пряжки у парней надолго остаются синяки и кровоподтеки.

Вот так мальчишкам с первых же дней вбивают в головы истину: новобранец — существо бесправное. Зато обязанностей у салаги (он же дух, зеленка, карась) — хоть отбавляй. Вся грязная работа в части лежит на плечах новичков, ведь “деды” никогда не унизятся до чистки унитазов или мытья полов. Кроме того, подопечный каждого старослужащего — “слон” — обязан заботиться о своем неофициальном начальнике: ходить за него в наряд, застилать и расстилать постель, стирать форму, класть ему под подушку сигареты или шоколадку, пришивать подворотничок. И никого не интересует, где салага будет эти самые сигареты или конфеты добывать. Вернее, “рожать” — так цинично называется исполнение прихотей старослужащих.

Так как последние месяцы службы “деды” практически освобождены от всей тяжелой работы, они порой маются от скуки. Развлекать и веселить их тоже должны “слоны”. Новобранцев могут поднять ночью с постелей и заставить изображать танки, то есть ползать под кроватями с табуретками в руках. Лошади — еще одна привычная для новичков роль: им частенько приходится возить на своей спине раскормленных “дедов”. Запуганные новобранцы готовы даже вживаться в образ путан, драпируясь в простыни и принимая неприличные позы. Лишь бы не били. Или не заставляли изображать “лося-самоубийцу” (то есть — биться головой о стенку).

Подобный стресс выдерживают не все. Жуткую историю, к примеру, рассказал бывший военнослужащий. Одному из новичков старослужащие приказали мыть полы, а когда он отказался, избили. В тот же день парень, не в силах вынести унижения, повесился. Обоих “дедов” надолго посадили — за доведение до суицида. Впрочем, матери погибшего мальчишки вряд ли от этого станет легче. Тем не менее, по законам неуставных отношений, вовлечение в солдатские конфликты командира считается стукачеством. Поэтому те ребята, которые не хотят вызвать к себе всеобщее презрение и в то же время не желают мириться с унижениями, предпочитают “партизанскую войну”. Этим бунтари вызывают уважение даже у “дедов”. Правда, может ли подобное уважение заменить разорванную селезенку или выбитые зубы, вопрос спорный.

Поможет ли “отец родной”?

Но что делать новобранцу, если защитить себя самостоятельно он не в силах? К кому обращаться за помощью?

По закону, все конфликты между служащими обязан разрешать командир части. Согласно уставу, именно он должен заботиться о здоровье солдат, разруливать все спорные вопросы — в общем, быть им “отцом родным”.

То есть, если новобранца унижает дед, желторотику прямая дорога — к командиру. Последний обязан выслушать, принять необходимые меры, а также доложить о сложившейся ситуации вышестоящему начальству и военной прокуратуре.

Как признает замначальника следственного управления — начальник отдела надзора за досудебным следствием ГУ надзора за соблюдением законов в ВС Украины и других воинских формированиях Генеральной прокуратуры Украины Игорь Папуша, именно от командира во многом зависит моральная атмосфера в части. Ведь в его силах максимально уменьшить проявления “дедовщины”.

Однако порой начальник просто закрывает глаза на власть “дедов” или даже поручает им разобраться с бунтующим новичком. Дело в том, что за любой проступок служащего отвечает прежде всего командир. Это он недоглядел, вовремя не рассмотрел и не предвидел. И чтобы избежать возможного дисциплинарного наказания, командир порой пытается замять проблему. Игорь Папуша привел в пример случай из своей практики. Драка между двумя десантниками из расположенной в Житомире части закончилась для одного из них сломанной челюстью. Их начальник, вместо того чтобы устроить официальный разбор полетов, тихо направил пострадавшего служащего в гражданскую больницу. А чтобы никто из вышестоящего руководства не заинтересовался долгим отсутствием солдата, во всех документах написал, что парень находится в наряде. Командиру не повезло: о травме новобранца медики сообщили в военную прокуратуру. После чего молчаливому руководителю пришлось отвечать по статье Уголовного кодекса — за укрывательство преступления.

Анонимку расследовала контразведка

Если поход в кабинет командира закончился для новобранца или его родственников неудачей, можно попробовать другой путь — обратиться в общественные организации. К примеру, в Комитет солдатских матерей. Каких-то карательных функций комитет, конечно же, не имеет. Но поднять шум, вызвать резонанс в обществе способен. Если проблема замалчивается официальными инстанциями, привлечение к ней всеобщего внимания действительно может помочь.

Третий, последний, вариант — это обращение в правоохранительные органы. Несколько лет назад в ВС Украины на базе комендатуры появилась такая структура, как военная служба правопорядка, проще говоря, военная милиция. Эта служба имеет право возбудить уголовное дело и провести расследование. С жалобой можно обратиться и напрямую в военную прокуратуру. Последняя, на основании заявления о преступлении, обязана провести проверку в течение 3—10 дней.

По словам Игоря Папуши, именно на военную прокуратуру новобранцы возлагают больше всего надежд. И в то же время боятся обращаться туда напрямую. Поэтому чаще всего подбрасывают сотрудникам прокуратуры анонимные записки во время их выступлений перед личным составом (такие профилактические беседы проводятся во время периодических проверок условий, в каких служат солдаты той или иной части). Однажды такую записку подбросили и Игорю Александровичу. Никаких имен или фактов анонимный автор не называл. Просто просил защитить новичков от произвола “дедов”. Все попытки следователя военной прокуратуры разговорить новобранцев натыкались на их испуганное молчание. Чтобы выяснить, какой конфликт произошел в части, пришлось привлекать военную контразведку…

Анализируя разные пути спасения от “дедовщины”, Игорь Папуша признает: обращение в прокуратуру (даже анонимное) — метод наиболее эффективный. Впрочем, какой бы способ ни выбрал новобранец, он должен помнить главное: ни в коем случае нельзя молча терпеть унижения! Иначе это может закончиться трагедией. Увы, такие шокирующие факты были: забитым и долго терпевшим новичкам выдавали на время дежурства оружие, а они шли с ним в казарму и хладнокровно расстреливали своих обидчиков…

(“Вечерние вести”, 8 ноября 2005 г.)

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори