пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"200619
11.07.2006 | Всеволод Речицкий
джерело: dialogs.org.ua

«Треть украинской Конституции носит сугубо декларативный характер»

   

Как Вы полагаете, соответствует ли украинская Конституция целям развития страны? Почему ее решили изменить?

Думаю, что Конституция в ее нынешнем виде не соответствует этим целям ни с точки зрения актуального времени, ни с точки зрения занимаемого Украиной геополитического места. К сожалению, украинское государство за 10 лет независимости не сумело осуществить радикальные экономические реформы и не перешло в то принципиально новое состояние, которого достигли Польша, Чехия, Венгрия и другие государства Центральной и Восточной Европы. В связи с этим, украинская Конституция априори не может быть такой же, как конституции этих стран.

Именно по этой причине, на мой взгляд, и произошла политическая реформа, которую в правозащитных кругах иногда называют «заговором богатых против бедных». В связи с тем, что мы не сумели преодолеть массовой бедности, пришлось возвращаться к исходному состоянию едва ли не цензового избирательного права, когда судьбу страны определяют имущие люди, собственники. В свое время Гегель писал, что только собственник обладает социальными качествами, и на этом основании только он может принимать осознанные и полезные в политическом смысле решения. Тем не менее, наша политическая реформа не столько улучшает ситуацию, сколько движет страну назад. В политической науке существует известный принцип, сформулированный Ханой Арендт: всякая новая революция расширяет народное представительство. В Украине парадоксальным образом все произошло наоборот. «Апельсиновая революция» сделала народное представительство более узким.

Тогда что же следует делать?  

Идеальными выходами из сложившейся ситуации было бы или написание новой Конституции, параллельно с решительным и последовательным реформированием общества, либо возвращение к прежнему конституционному документу 1996 года. С моей точки зрения, прежняя Конституция была более подходящей для Украины, поскольку она содержала в себе более простую и четкую систему управления страной. Да и вообще президентская республика является, на мой взгляд, более лаконичной, продвинутой и динамичной формой правления. Европа действительно начинала с парламентских республик, но впоследствии американцами была изобретена более успешная, на мой взгляд, форма…

Сейчас, насколько мне известно, в трех рабочих группах ведется разработка новых проектов Конституции Украины. Возвращение же к предыдущей редакции Конституции также вполне вероятно, поскольку украинский Конституционный Суд, если он когда-нибудь вновь приступит к работе, может отменить политическую реформу. Ведь при внесении поправок в Конституцию было нарушено очень много по-настоящему важных процедурных норм. Наиболее грубым нарушением было, в частности, голосование в пакете обычного закона о внесении поправок в закон о выборах Президента Украины и изменений в Конституцию, что совершенно недопустимо. В этой ситуации судьба норм ординарного закона определяла судьбу норм закона высшей юридической силы, а это в юридическом смысле абсурдно.

А какие проблемы возникли в Конституции в результате изменений, внесенных в нее?

Мы видим, что в стране никак не может сформироваться парламентская коалиция из-за того, что нет опыта парламентаризма и – шире – опыта партийной жизни. Просто за фантастически короткие сроки Украина пытается пройти тот путь развития политической и конституционной культуры, который другие страны проходили десятилетиями, если не веками. Нынешнее (огромное) количество украинских политических партий является свидетельством партийного эгоизма и политического инфантилизма в одно и то же время. Все это говорит о несвоевременности для нас политической реформы, равно как и самой идеи парламентской республики. Как явно искусственное обилие партий, так и их неуступчивость свидетельствуют о детском и, вместе с тем, варварском состоянии нашей политической системы. Таким образом, если мы в рамках нынешней реформы найдем адекватный путь для своего дальнейшего развития, то это будет сродни чуду. На мой взгляд, конституционная реформа ведет страну в организационный тупик, из которого мы просто обязаны искать выход.

В одной из своих статей Вы затрагивали вопрос о соответствии конституции эмоциональным ожиданиям граждан. Соответствует ли им украинская Конституция в ее нынешнем варианте?

Вопрос о соответствии закона, любой правовой нормы эмоциональным ожиданиям человека – это глобальный вопрос, который затрагивает проблему соответствия права природе современного индивида. В правовой науке принято считать, что ни один закон не может быть сильнее эмоциональной матрицы, заложенной в его основу. Если правовая система в ее основных параметрах соответствует человеческой природе, то она будет работать, если же нет – то в стране будет накапливаться запас правового нигилизма и лицемерия. В истории цивилизации были известны случаи, когда правители обязывали свой народ бодрствовать ночью и спать днем, и такая система держалась на протяжении сравнительно долгого периода времени, но совершенно очевидно, что она не может существовать всегда, ибо она противоречит биологической природе человека.

В конституционализме также существуют органические нормы, и конституции во всем мире, несмотря на их национальную специфику, создаются по некой универсальной модели. Можно сказать, что такую модель очень хорошо обосновал в своих книгах «Теория справедливости» и «Политический либерализм» один из крупнейших политических философов современности Джон Роулз. В частности, он весьма убедительно написал о том, что органическая конституция создается для достижения трех основных целей:

а) чтобы зафиксировать универсальную ценность свободы и обеспечить ее необходимыми юридическими гарантиями;

б) чтобы обеспечить действие принципа неравенства выгодного всем (когда богатые богатеют, но и бедные при этом не становятся нищими);

в) для обеспечения равного доступа всех к должностям на государственной службе. Если в конституции обеспечены данные принципы, то она является органической.

В целом, конституция – это документ свободы. Она стоит на страже интересов не столько государства, сколько гражданского общества. Если главными приоритетами государства являются порядок и стабильность, то главным приоритетом гражданского общества является свобода – политическая, экономическая и личная. При столкновении интересов порядка и свободы в стране с органической конституцией победу должна одержать свобода. В сущности, все органические конституционные суды в мире – это специальные (исторически уникальные) органы для защиты ценностей свободы. К сожалению, во многих посттоталитарных странах их трактуют в качестве «юридических машин» для поддержания порядка. В целом, можно сказать, что если конституция обеспечивает больше свободу, чем порядок, то это органическая конституция. Если все обстоит наоборот, то перед нами конституция фальшивая и фиктивная. Конституция – это важнейший правовой атрибут капитализма, основанного на принципах частной собственности и свободы предпринимательства, все остальное как бы от лукавого. По крайней мере, мы всегда можем сказать, что «конституция порядка» – это пародия на настоящую конституцию.

Что касается Конституции Украины, то, на мой взгляд, она не только не содержит в себе категории свободы, но и перенасыщена социально-экономическими правами, то есть, в ней присутствует некий явно утопический сегмент. Все эти права нереализуемы в полной степени ни в одной стране мира. В лучшем случае, они записываются в качестве социальных целей государства, то есть как некий маяк для социальных и государственных усилий, но не более того. В нашей же Конституции социально-экономические права составляли предмет гордости ее создателей. Когда ее принимали, считалось, что наличие таких прав позволит считать нашу Конституцию конституцией социального государства. На практике же мы видим, что эти права совершенно невозможно защитить в судах, фактически они лишь дискредитируют весь остальной конституционный текст. Кто-то из западных политиков однажды сказал, что невозможно «телегу благосостояния» ставить впереди «лошади свободы». Но именно эту попытку предприняли в свое время украинские творцы Основного Закона.

Между тем, современная конституция – это кодекс правил социального взаимодействия свободных людей, а не постатейная роспись государственных приоритетов, ради которых такие взаимодействия осуществляются. С точки зрения современной философии права, конституция – это в большей степени процессуальный , нежели материальный нормативный акт. Она почти ничего не говорит о том, «что – плохо, а что – хорошо». Она просто предлагает оптимальные формы для достижения гражданами своих жизненных целей. Приведу лишь несколько примеров неудачного конституционного нормирования:

1. Жизнь и здоровье человека признаются «наивысшей социальной ценностью» в ст.З Конституции Украины. Но если состояние физической жизни есть действительно наивысшая ценность, то жизнь солдата, исполняющего воинскую обязанность, не может быть принесена в жертву для «защиты суверенитета и территориальной целостности Украины». Ведь в конституционной иерархии ценностей первые две расположены ниже «жизни человека». Кроме того, право на жизнь (и вытекающие из него риски) у солдат по своему объему не может быть меньше, чем у обычных граждан на основе принципа равенства конституционных прав, записанного в ст.21 Конституции Украины. Стоит подчеркнуть, что «жизнь человека» означает буквально также и жизнь вражеского солдата...

2. «Какое бы то ни было насилие над ребенком... преследуется по закону» на основе ст.53 Конституции, что делает нарушителями Основного Закона всех родителей, забирающих детей из песочника против их желания.

3. «Каждый обязан не наносить вред природе» следуя предписаниям ст.66 украинского Основного Закона, но все водители, поворачивая ключ в замке зажигания своего автомобиля, ежедневно и систематически делают это.

4. Суды отнесены в Конституции к типичным органам государственной власти, что в случаях исков граждан к государству в целом (естественных в правовом государстве) ставит суды в двусмысленное положение арбитров в собственном деле.

5. На основе ст.15 украинской Конституции «никакая идеология не может признаваться государством как обязательная», что формально избавляет государство от необходимости следовать также идеологии собственной Конституции.

6. Право каждого «на достаточный жизненный уровень для себя и своей семьи», записанное в ст.48 Конституции, в Украине существует как право быть объектом уравнительного распределения. Как выражение либерального принципа «неравенства, выгодного всем» оно не работает, поскольку политическая власть в Украине ведет себя подобно крупье в общенациональном казино, который контролирует не соблюдение правил игры, а суммы выигрышей и ставок. Равенство в Конституции Украины часто оказывается выше свободы.

7. Обеспечение экономической и информационной безопасности объявлено в ст. 17 Конституции одновременно «функцией государства», и «делом всего украинского народа». В результате, здесь просто перечеркивается естественная граница между гражданским обществом и государством.

Если согласиться с тем, что социально-экономическое процветание общества обеспечивает работа, творчество и инновации, то следует признать, что Конституция Украины специальным образом на них не нацелена. В ней явно превалируют охранительные и стабилизационные ценности, а потому реально не остается места ни «коллективному воображению» О.Тоффлера, ни «обществу риска» У.Бека. Порой вообще возникает чувство, что наша Конституция написана не в парадигме современности. Она проникнута чаяниями умеренных гражданских добродетелей и назидательна по своей правовой манере. Ее внешний дизайн и внутренняя логика рассчитаны не столько на социальную пассионарность, сколько на «заботливое, как бабушка, правительство» (Т.Грин). Но требования времени заключаются практически в обратном.

В целом, органическая конституция, соответствующая эмоциональным ожиданиям людей, это такая конституция, которую люди могли бы защищать сами. Когда граждане понимают, что право выгодно для них, что оно подыгрывает их интересам, что оно стоит на их стороне, то они сами выйдут на улицы для того, чтобы его защитить. Если же право является утопическим, сугубо формальным, работает как идеологический документ, говорящий о государстве явно больше, чем оно того заслуживает, то, соответственно, возникает социальная апатия, люди не реагируют на такие нормы, не относятся к ним всерьез. Кроме того, к нормам такой конституции не относятся серьезно и представители всех ветвей государственной власти, особенно суды. По подсчетам специалистов где-то треть норм украинской Конституции не работает, то есть носит сугубо декларативный характер.

Какие же принципы следует привнести в нашу Конституцию для того, чтобы сделать ее более реалистичной и органичной?

Я думаю, что Украине следует вернуться к президентской республике. С моей точки зрения, это оптимальная форма для Украины, и вообще оптимальная форма, с точки зрения, современных потребностей развития государства. В наиболее чистом виде президентская республика существует в США, и опыт этой страны показывает, что политически правильно сконструированное государство в короткие исторические сроки смогло ни только сравняться со всей Европой, но и по всем основным показателям превзойти ее. В Соединенных Штатах проживает примерно 4% населения мира, но при этом они производят около 30% мировой продукции и имеют в четыре раза больше научных работников, чем все страны Европы вместе взятые. На долю США приходится также 80-90% научных открытий, которые совершаются в мире. Таким образом, президентская республика – это современная и динамичная форма правления. Просто украинцы не использовали должным образом ее потенциал. К сожалению, по наивности мы разрушили то, что было лучшим для того, чтобы создать то, что является худшим.

Кроме того, Украине необходимо реформировать судебную систему, в принципе изменить подход к судам. Суды должны наконец-то заработать по-настоящему. Существует глобальное, прямо-таки цивилизационное различие между странами, в которых юридические нормы и правила считаются выше живой персонифицированной власти, и странами, в которых живая, воплощенная в чиновных людях власть считается (является!) более высокой, чем нормы закона. В первой категории стран правила не переписываются по ходу действия, даже если они не совсем устраивают государство. Во второй категории стран это типичная практика.

К сожалению, Украина пока относится к странам, которые не готовы «играть до конца». Когда ее руководители видят, что что-то происходит не так, как им бы лично хотелось, они просто переписывают правила игры по ходу действия. А когда правила меняются слишком часто и всякий раз по инициативе власти, то это говорит о том, что данная страна не достигла необходимого для правового государства уровня цивилизационного развития. Когда-то нобелевский лауреат Фридрих Хайек говорил, что страна является развитой и современной лишь в том случае, когда деперсонифицированный, абстрактный авторитет права стоит в ней выше авторитета живой власти. У нас же, к сожалению, авторитет живой власти пока что подавляет авторитет права, воплощением которого является и национальная Конституция.

Беседовала Оксана Гриценко

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори