пошук  
версія для друку
13.02.2007 | Алена Соколинская

«Меня пытали работники милиции»

   

По словам Святослава Бабенко, работники милиции жестокими пытками заставили его сознаться в преступлении, которое он не совершал. Правоохранители, со своей стороны, все отрицают и называют это заявление «попыткой уйти от ответственности».

Презумпция виновности

28-летний Святослав Бабен­ко, работающий начальником охраны одного из крупных спорткомплексов города, рассказал, что 12 декабря его вызвали в Оперативно-поисковый отдел криминальной милиции, чтобы «поговорить о бывших знакомых и старых связях». Оказалось, что речь идет о крупном ограблении фирмы «Зигзаг удачи», занимающейся игровыми автоматами. Святослав действительно оказал­ся знаком с подозреваемыми, однако заявил, что не имеет никакого отношения к преступлению. Тогда, по его словам, опер­уполномоченный Сергей Лысенко предложил встретиться еще раз – для того, чтобы пройти об­следование на детекторе лжи. Святослав с легким сердцем согласился – он знал, что к ограблению непричастен, а потому совсем не волновался.

Святослав рассказывает, что на следующее утро его привели на какую-то «сомнительную частную квартиру» в центре города, где и находился детектор. Подключили датчики, позадавали вопросы и, ни слова не сказав о результатах тестирования, снова привезли в милицию. Теперь с ним разговаривали уже совсем по-другому.

- Мне сказали: «У тебя два выхода: или ты признаешься, что совершил кражу и отдаешь деньги, или живым отсюда не выйдешь. Мы сейчас тебе подбросим наркотики, и ты сразу поедешь в СИЗО. Там тебя будут держать, пока ты не отдашь свою квартиру и машину», – пересказывает разговор в отделении Святослав.

«Мне пришлось оклеветать себя»

По словам Бабенко, речь шла о сумме в сто тысяч долларов – именно столько было похищено из сейфа и столько от него требовали вернуть оперативники. Святослав повторял, что невиновен, просил разобраться в деле, тогда его повезли «на очную ставку» с подозреваемыми.

- В машине меня заковали в наручники, надвинули на глаза шапку и сверху еще надели два целлофановых кулька, – рассказывает Бабенко. – Привезли в какое-то здание, в помещение с кирпичными стенами без штукатурки и с бетонным полом, посреди стол и два стула.

Здесь, рассказывает Святослав, началось самое страшное:

- Меня посадили на бетонный пол, перестегнули наручники за спину, туго затянули. Сотрудни­ков милиции было пятеро, двое из них – в масках. Один сел мне на ноги, а другой надел на голову противогаз, в который мне стали запускать сигаретный дым. Наступало удушье – и я терял сознание, а меня били в живот и в грудь, чтобы я заглатывал дыма как можно больше... Иногда с меня снимали противогаз и продолжали угрожать, что если я не напишу признание о краже денег, то не выйду из этого помещения живым, и что они сейчас привезут сюда мою жену, которую будут насиловать на моих глазах... У меня начало очень сильно болеть сердце, показалось, что оно вот-вот остановится. Тогда, не выдержав больше таких жестоких издевательств со стороны «правоохранительных», если их так можно назвать, органов, я оклеветал себя: сказал, что это я украл деньги и передал их супруге.

Святослав вспоминает, что издевательства над ним длились около семи часов. Лишь после того, как он дал признательные показания в письменном виде и по требованию милиционеров написал расписку в том, что не имеет к ним никаких претензий, его отпустили домой.

И сейчас, спустя месяц после произошедшего, Станиславу трудно разговаривать – обожжены гортань и легкие. Кроме этого, медики больницы №30 диагностировали у него многочисленные кровоподтеки на шее, травмы шейных хрящей и лучевых костей на руках.

Уголовное дело не возбуждено

На следующий день Святослав написал заявления по факту примененных к нему пыток в Управление внутренней безопасности областной милиции и прокуратуру Ленинского района. Однако решение о возбуждении или невозбуждении уголовного дела до сих пор не принято. Следователь прокуратуры Дмитрий Зайцев объясняет это тем, что еще не завершена тщательная проверка изложенных фактов и еще не огласили свое заключение судмедэксперты.

Между тем член Харьковской правозащитной группы Аркадий Бущенко считает, что такое долгое расследование не вписывается в рамки закона.

- Решение о возбуждении уголовного дела должно быть принято в течение 3-х дней после подачи заявления. Именно такой срок оговорен в статье 97-й Уголовного кодекса, – говорит Бущенко. – Но даже в случае возбуждения дела его положительный исход под вопросом. До сих пор имеется только один прецедент, когда дело о применении пыток милицией было выиграно, – это дело бизнесмена Афанасьева, которого я защищал. Мы добивались справедливости пять лет и в результате процесс был выигран в Страсбургском суде. Однако до сих пор виновные не понесли ответственности, а некоторые продолжают работать в милиции.

- Где же справедливость? – возмущается Святослав. – Неужели в нашей стране так просто обвинить невиновного? И как после этого относиться к Конституции, гласящей, что наивысшей ценностью является человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность? Неужели это только на бумаге?..

Старший оперуполномоченный Оперативно-поискового отдела криминальной милиции Сергей Лысенко, который, по словам Святослава, руководил его избиением, озвучил «Газете...» свою версию произошедшего. По его словам, заявление Бабенко – не более чем попытка уйти от ответственности. У милиции есть основания считать его причастным к делу об ограблении фирмы «Зигзаг удачи» – главным образом, в связи с показаниями другого подозреваемого и данными детектора лжи. Что же касается обвинений в применении пыток, то, по словам Сергея Лысенко, у него – железное алиби: 13 декабря он расстался со Святославом около полудня и с 12 до 18 часов принимал участие в следственных действиях по другому делу. И только вечером, вернувшись в отделение, он застал Бабенко в кабинете своего начальника Марка Безрука. Поскольку Святослав почему-то жаловался на свое здоровье, его сразу освидетельствовал дежурный судмедэксперт – он выдал заключение об отсутствии каких-либо физических повреждений.

- А все рассказы об избиениях в милиции описаны в криминальных романах. Может, раньше что-то подобное ислучалось, но сейчас – не те времена, – заключает Сергей Лысенко.

...На стене в кабинете старшего оперуполномоченного висит фотография, где президент Ющенко лично вручает ему медаль «За мужество». Как оказалось, именно Сергей Лысенко раскрыл дело о взрывах в супермаркетах «Сільпо» и «ЮСИ», прогремевших в апреле 2006 года.

 

НАШ ВАМ СОВЕТ

Заведующая общественной приемной Харьковской правозащитной группы Людмила Клочко:

- Тому, кто стал жертвой физического насилия со стороны милиционеров, необходимо срочно вызвать «скорую помощь», чтобы пройти медицинское освидетельствование и снять побои. Причем сделать это нужно как можно скорее – желательно не отходя от крыльца райотдела дальше, чем на несколько шагов: пусть в «скорой» будет зафиксировано место вызова. Иначе это может дать возможность работникам милиции сказать, что человека избили неизвестные после того, как он ушел. Очень важно, чтобы было точно известно, что до того, как он попал в милицию, он не был избит. Здесь могут пригодиться показания свидетелей. И сразу же надо подавать заявление в прокуратуру или Управление внутренней безопасности.

 

КСТАТИ

В декабре 2005 года 29-летний Олег Дунич был избит тремя сотрудниками Червонозаводского райотдела и вскоре после этого скончался – согласно заключению судмедэкспертов, от жестоких побоев. По факту его смерти было возбуждено уголовное дело.

В мае 2006 года 21-летний таксист Иван Юхимов заявил, что его жестоко избили сотрудники Коминтерновского райотдела милиции, вымогая 20 тыс. грн. Прокуратура возбудила дело по факту превышения сотрудниками милиции власти и служебных полномочий.

В обоих случаях следствие так и не завершено, виновные не названы.

 

Алена Соколинская

«Газета по-харьковски», №4, 25 января 2007 г.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори