пошук  
версія для друку
27.10.2007 | Людмила ТРИБУШНАЯ

После срочной операции по удалению груди обнаружилось, что никакого рака у женщины... не было!

Схожі повідомлення

Управління Міністерства внутрішніх справ України в Херсонській області подало судовий позов проти Алли Тютюнник, Голови Херсонського обласного фонду милосердя та здоров’я та члена правління Української Гельсінської спілки з прав людини, а також громадсько-політичного незалежного тижневика „Вгору", що видається правозахисниками, про захист ділової репутації, спростування недостовірних відомостей та стягнення моральної шкоди

Подання прокурора про усунення порушення вимог КПК з питань тримання осіб в ІТТ

«Бублик»

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 1

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 2

«Злочини на ґрунті ненависти в Україні: 2011–2012» – м. Херсон (+ВІДЕО)

Честный суд по-херсонски

Єдиний випадок в Україні, коли суд ретельно розглянув медичний аспект справи

Місцевий суддя Головко, розглядаючи позов заступника мера м. Херсон Альони Ротової до місцевої газети "ВІК", видав постанову…

Проблемні питання забезпечення соціальних прав внутрішніх переселенців

   

С 40-летней очаровательной блондинкой Мариной Чугаевой мы познакомились в крошечной ювелирной мастерской, где она показывала своей приятельнице изумительной красоты золотой кулончик.

- Вижу, вы не утратили вкус к жизни, - удивленно заметила я, поскольку знала, что довелось пережить этой несчастной женщине за последний год.

- Вы не видите меня по утрам, когда снимаю у зеркала ночную рубашку, - мгновенно грустнеет она.

С Мариной произошла история, способная повергнуть в шок любого.

"У вас уже метастазы, а не только рак", - сказал доктор

- Все готовились к Новому году, - вспоминает жительница Херсона Марина Чугаева, - ходили по магазинам, выбирали подарки. Предновогоднее настроение царило и в нашей семье. Накануне, правда, у меня воспалился лимфоузел, появились болевые ощущения под мышкой правой руки - несколькими днями раньше как раз в этом месте царапнул домашний кот. Обратилась в маммологический центр при областной клинической больнице, обследовалась на УЗИ. Там поставили диагноз - лимфаденит (воспаление лимфатических узлов) и назначили лечение антибиотиками. Как впоследствии оказалось, у меня была хворь, которую так и называют - болезнь кошачьих царапин. Ничего ужасного! Пару недель лечения антибиотиками, больше ничего не требовалось. Однако доктор предложил: мол, давайте перестрахуемся. И направил меня в Херсонский областной онкодиспансер - там аппаратура поновее, более современная.

Марина Юрьевна на следующий день уже была у врача-онколога. Тот настоял, чтобы взять из груди образцы тканей для дополнительного анализа.

- Посидев с полчаса в очереди к хирургу, я таких историй наслушалась! - вздыхает собеседница. - Кто-то плакал, жалея, что не поверил доктору, отказался от операции, а теперь уже поздно! Пенсионерка, помню, на чем свет стоит ругала себя за то, что упустила время, из-за чего пришлось удалять сразу обе груди. Одним словом, хотелось бежать из этой больницы, не оглядываясь. Но тут назвали мою фамилию. Вскрыв грудь под местным наркозом (сделав трехсантиметровый разрез), хирург попросил: "Минут сорок полежите, мы за это время проведем в нашей лаборатории гистологический экспресс-анализ изъятой ткани". Я осталась лежать. Рядом другие хирурги оперировали своих больных, но мне было не до разглядываний по сторонам. Ждала результата, как приговора. Неужели онкология? Кровь в жилах стыла от одного только предположения.

- У вас рак второй стадии, в лимфоузлах уже метастазы, - сказал ей хирург. - Нужно удалять грудь.

- И что, без ножа никак не обойтись? - обреченно поинтересовалась Марина.

- Нет. Это карцинома - быстро распространяющаяся опухоль, - уточнил профессионал.

Решение нужно было принимать молниеносно.

- Я сама в юности окончила медицинское училище, - говорит моя собеседница, - поэтому хорошо знала: прежде чем лечь на операционный стол, необходимо посоветоваться как минимум с тремя специалистами. Но впереди Новый год, куча выходных! До 15 января в клиники не стоит и ходить. Теряю целый месяц! А меня уже разрезали. Была не была, решилась, лучше на этом свете с одной грудью, чем на том с двумя.

Сейчас Марина особо подчеркивает: дала добро на столь травмирующее вмешательство, будучи под наркозом, хотя и местным. Вот уже десять месяцев она казнит себя за то свое тихое "ладно, режьте". Просто очень хотелось жить.

"Мне пообещали провести пластическую операцию бесплатно, а потом передумали"

Целых две недели после операции у больной держалась высокая температура, поэтому назначенные ей радиолечение и химиотерапию пришлось на время отложить.

- Так называемые стекла с образцами ткани отрезанной груди спецпочтой были отправлены в Киев, в один из столичных онкоцентров, чтобы определить, какое лечение мне больше подойдет, - вспоминает Марина. - Но опять-таки из-за праздников ответа долго не было, и мой муж вызвался сам за ним поехать. Сережа привез в Херсон эти стекла, а также блоки с изъятой тканью и... настоящий подарок мне к Рождеству. В заключении черным по белому было написано, что никакого рака нет!

Несколькими днями позже аналогичный ответ получили и в диспансере. Однако там продолжали твердить, что ошибки не могло быть.

- Хирург, сделавший операцию, - утверждает Марина, - настаивал на продолжении лечения. Если не пройдешь химиотерапию, пригрозил, то через полгода на коленях ко мне приползешь, но я ничем помочь уже не смогу. "Будешь подыхать от рака", - эти слова врача мне снятся в ночных кошмарах и сейчас.

Уже имея на руках ответ столичных коллег, херсонские специалисты записывают в карточку пациентки свой прежний диагноз - инфильтрирующая карцинома молочной железы второй степени злокачественности. Чугаевой внушали, что ошибка произошла не в Херсоне, а в Киеве, а поэтому нужно лечиться, нельзя терять время.

- К чести главного врача Херсонского областного онкодиспансера Ирины Сокур, она эти изнуряющие споры с хирургом, который меня оперировал, по поводу дальнейшего лечения прекратила, - признает Марина. - Просто подошла и сухо сказала: мол, в химиотерапии вы не нуждаетесь. Хотя в правильности поставленного здесь диагноза тоже не сомневалась.

Гораздо позже, когда на руках у Марины Чугаевой были заключения патогистологической лаборатории Харьковского института медицинской радиологии, Донецкого онкодиспансера и патологоанатомического отделения Киевской городской онкологической больницы, а также ответ главного онколога Украины Ивана Смоланки, и все они не подтверждали клинический диагноз Херсонского онкодиспансера, "родные" врачи пообещали настырной пациентке исправить ошибку.

- Мне сказали, что бесплатно сделают пластическую операцию, - говорит Марина. - Не раздувайте скандал, попросили, и мы вам поможем. Я согласилась, а что оставалось? Хотя разве такую ошибку можно исправить? У меня удалена не только правая грудь, но и большая грудная мышца, поэтому одна рука не работает. Не могу убрать в квартире, даже плиту помыть. Если в правой руке несу нетяжелую сумку, конечность моментально опухает, становится похожей на подушку. Эта рука никогда уже работать не будет. Скажите, можно такую ошибку как-нибудь исправить? В 40 лет я по милости врачей стала инвалидом. Недавно заболела бронхитом, но к пульмонологу не пошла - стыдно раздеться перед доктором. Я очень компанейский, энергичный человек: любила с подругами пойти в сауну, повеселиться, сейчас все больше дома. Болит голова, плохо себя чувствую. Но что изменится, если начну скандалить?.. Покормив меня обещаниями месяца четыре, херсонские врачи передумали. Мы, говорят, пластические операции сами не делаем, а денег, чтобы оплатить лечение в любой иной клинике, диспансер не имеет.

В Херсоне и сейчас не признают, что отрезали здоровую грудь молодой цветущей женщине. Восемнадцатого октября в Киеве состоялся консилиум врачей. В присутствии главного врача Херсонского онкодиспансера и ее коллег была поставлена точка в этом конфликте: гистологи и онкологи из разных регионов Украины пришли к выводу, что в случае с Чугаевой произошла врачебная ошибка. Корреспондент "ФАКТОВ" встретилась с главным врачом Херсонского областного онкодиспансера Ириной Сокур дней через пять после консилиума.

- С чего вы взяли, что виноват хирург, который оперировал Чугаеву? - удивилась Ирина Сокур. - Официальный ответ мы еще не получили.

- Но вы же сами присутствовали на консилиуме...

- Да, но бумаги пока не пришли, так что точка в этой истории еще не поставлена.

- А кто, по-вашему, должен ее поставить?

- Суд.

Главный врач утверждает, что без помощи Чугаеву не оставили: она-де лично подписала письмо, которое было направлено в столичный Институт хирургии имени Шалимова, с просьбой провести пострадавшей пластическую операцию бесплатно.

- Наша больница сделала выводы из случившегося, - заверяет Ирина Сокур. - Врача-гистолога направили на месячные курсы, где он повышал свою квалификацию. Я, в свою очередь, издала приказ, которым запретила оперировать больных, если их диагноз базируется только на результатах экспресс-диагностики. Окончательный диагноз должен быть установлен разными способами обязательно ДО ОПЕРАЦИИ.

Впрочем, Марина утверждает, что херсонский гистолог и сам сомневался, нуждается ли она в операции: он подходил к хирургу советоваться, но тот отрезал: здесь стопроцентный рак, подписывай.

- Боюсь, причина его торопливости в том, что у нас с мужем свой успешный бизнес, вот врач и хотел заполучить довольно состоятельную пациентку, - вздыхает Чугаева.

"Жену изуродовали, сделали инвалидом, а виновных нет"

Единственной поддержкой и защитой все эти месяцы для пострадавшей женщины был ее муж Сергей. Он мотался по всей стране, возил злополучные стекла из одной клиники в другую, консультировался у светил и рядовых гистологов, помог пережить супруге эту шокирующую историю.

- Видела, местные медики уверены: попсихую и успокоюсь, - грустно улыбается женщина. - На долгую и изнуряющую борьбу у больных сил, как правило, не хватает. Но продолжал добиваться правды мой муж, одна я ничего не смогла бы. После посещения облздрава и горздрава вообще можно слечь на больничную койку. Они мне до сих пор шлют ответы, суть которых сводится к одному: служебное расследование пришло к выводу, что тактика лечения хирургом была определена правильно, она базировалась на результатах экстренного гистологического исследования и соответствует действующим стандартам.

- Я окончил биологический факультет Харьковского государственного университета, а моя сестра - кандидат медицинских наук, она специализируется как раз на онкологии, - рассказывает Сергей, супруг Марины. - У нас с Мариной была возможность проконсультироваться у квалифицированных специалистов. В Херсонский онкодиспансер я привел жену вовсе не затем, чтобы оперироваться, а всего лишь взять из груди образцы тканей для анализа. Хирург просто воспользовался подавленным состоянием Марины, стал грубо подталкивать ее к неправильному решению. Я был рядом, в коридоре и, узнав, что он собирается делать, запротестовал, но доктор даже слушать не стал. Разве не подозрительна такая торопливость? Скоро уже год, как все это случилось, а нам до сих пор шлют ответы из Министерства здравоохранения, из прокуратуры - мол, все правильно, все законно. Жену ни за что ни про что взяли и изуродовали, сделали инвалидом, а виновных нет.

Марина ездила в один из столичных институтов, там ее просветили: потребуется не одна, а целая серия пластических операций и ориентироваться нужно примерно на восемь тысяч долларов. Ничего бесплатного в наши дни не бывает! Да, мы намерены идти до конца, пусть теперь суд решит, из чьего кармана взять деньги на операцию, которая сможет хоть частично исправить ошибку хирурга. Я подчеркиваю: частично! Инвалидом супруга останется на всю жизнь.

- В Херсоне мне все время твердили: мол, мы не знаем, какие именно стекла вы возите в Харьков, Донецк, Киев - может, совсем не те, - рассказывает Марина. - "Если вы попытаетесь подставить другие образцы тканей, мы проведем ДНК-анализ!" - отвечаю. Вот так "мило" общаемся с нашими онкологами. Я недавно узнала, что в Милане на съезде Итальянской ассоциации онкологов обнародовали такие данные: каждый год там из-за врачебных ошибок страдает от 14 до 50 тысяч пациентов. Даже в США жертвами неправильного лечения становятся 1,5 миллиона человек. Но там, если ошибка доказана, больной по страховке получает компенсацию. А мы с Сережей почти год обиваем пороги, доказывая вполне очевидные вещи, а суд даже еще не начинался. Сколько времени понадобится, чтобы добиться справедливости, знает один Бог. Но все равно мы не отступим.

"Факты и комментарии", 27/10/2007

Схожі повідомлення

Управління Міністерства внутрішніх справ України в Херсонській області подало судовий позов проти Алли Тютюнник, Голови Херсонського обласного фонду милосердя та здоров’я та члена правління Української Гельсінської спілки з прав людини, а також громадсько-політичного незалежного тижневика „Вгору", що видається правозахисниками, про захист ділової репутації, спростування недостовірних відомостей та стягнення моральної шкоди

Подання прокурора про усунення порушення вимог КПК з питань тримання осіб в ІТТ

«Бублик»

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 1

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 2

«Злочини на ґрунті ненависти в Україні: 2011–2012» – м. Херсон (+ВІДЕО)

Честный суд по-херсонски

Єдиний випадок в Україні, коли суд ретельно розглянув медичний аспект справи

Місцевий суддя Головко, розглядаючи позов заступника мера м. Херсон Альони Ротової до місцевої газети "ВІК", видав постанову…

Проблемні питання забезпечення соціальних прав внутрішніх переселенців

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори