пошук  
версія для друку
27.10.2007 | Людмила ТРИБУШНАЯ

После срочной операции по удалению груди обнаружилось, что никакого рака у женщины... не было!

Схожі повідомлення

Управління Міністерства внутрішніх справ України в Херсонській області подало судовий позов проти Алли Тютюнник, Голови Херсонського обласного фонду милосердя та здоров’я та члена правління Української Гельсінської спілки з прав людини, а також громадсько-політичного незалежного тижневика „Вгору", що видається правозахисниками, про захист ділової репутації, спростування недостовірних відомостей та стягнення моральної шкоди

Подання прокурора про усунення порушення вимог КПК з питань тримання осіб в ІТТ

«Бублик»

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 1

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 2

«Злочини на ґрунті ненависти в Україні: 2011–2012» – м. Херсон (+ВІДЕО)

Честный суд по-херсонски

Місцевий суддя Головко, розглядаючи позов заступника мера м. Херсон Альони Ротової до місцевої газети "ВІК", видав постанову…

Єдиний випадок в Україні, коли суд ретельно розглянув медичний аспект справи

Проблемні питання забезпечення соціальних прав внутрішніх переселенців

   

С 40-летней очаровательной блондинкой Мариной Чугаевой мы познакомились в крошечной ювелирной мастерской, где она показывала своей приятельнице изумительной красоты золотой кулончик.

- Вижу, вы не утратили вкус к жизни, - удивленно заметила я, поскольку знала, что довелось пережить этой несчастной женщине за последний год.

- Вы не видите меня по утрам, когда снимаю у зеркала ночную рубашку, - мгновенно грустнеет она.

С Мариной произошла история, способная повергнуть в шок любого.

"У вас уже метастазы, а не только рак", - сказал доктор

- Все готовились к Новому году, - вспоминает жительница Херсона Марина Чугаева, - ходили по магазинам, выбирали подарки. Предновогоднее настроение царило и в нашей семье. Накануне, правда, у меня воспалился лимфоузел, появились болевые ощущения под мышкой правой руки - несколькими днями раньше как раз в этом месте царапнул домашний кот. Обратилась в маммологический центр при областной клинической больнице, обследовалась на УЗИ. Там поставили диагноз - лимфаденит (воспаление лимфатических узлов) и назначили лечение антибиотиками. Как впоследствии оказалось, у меня была хворь, которую так и называют - болезнь кошачьих царапин. Ничего ужасного! Пару недель лечения антибиотиками, больше ничего не требовалось. Однако доктор предложил: мол, давайте перестрахуемся. И направил меня в Херсонский областной онкодиспансер - там аппаратура поновее, более современная.

Марина Юрьевна на следующий день уже была у врача-онколога. Тот настоял, чтобы взять из груди образцы тканей для дополнительного анализа.

- Посидев с полчаса в очереди к хирургу, я таких историй наслушалась! - вздыхает собеседница. - Кто-то плакал, жалея, что не поверил доктору, отказался от операции, а теперь уже поздно! Пенсионерка, помню, на чем свет стоит ругала себя за то, что упустила время, из-за чего пришлось удалять сразу обе груди. Одним словом, хотелось бежать из этой больницы, не оглядываясь. Но тут назвали мою фамилию. Вскрыв грудь под местным наркозом (сделав трехсантиметровый разрез), хирург попросил: "Минут сорок полежите, мы за это время проведем в нашей лаборатории гистологический экспресс-анализ изъятой ткани". Я осталась лежать. Рядом другие хирурги оперировали своих больных, но мне было не до разглядываний по сторонам. Ждала результата, как приговора. Неужели онкология? Кровь в жилах стыла от одного только предположения.

- У вас рак второй стадии, в лимфоузлах уже метастазы, - сказал ей хирург. - Нужно удалять грудь.

- И что, без ножа никак не обойтись? - обреченно поинтересовалась Марина.

- Нет. Это карцинома - быстро распространяющаяся опухоль, - уточнил профессионал.

Решение нужно было принимать молниеносно.

- Я сама в юности окончила медицинское училище, - говорит моя собеседница, - поэтому хорошо знала: прежде чем лечь на операционный стол, необходимо посоветоваться как минимум с тремя специалистами. Но впереди Новый год, куча выходных! До 15 января в клиники не стоит и ходить. Теряю целый месяц! А меня уже разрезали. Была не была, решилась, лучше на этом свете с одной грудью, чем на том с двумя.

Сейчас Марина особо подчеркивает: дала добро на столь травмирующее вмешательство, будучи под наркозом, хотя и местным. Вот уже десять месяцев она казнит себя за то свое тихое "ладно, режьте". Просто очень хотелось жить.

"Мне пообещали провести пластическую операцию бесплатно, а потом передумали"

Целых две недели после операции у больной держалась высокая температура, поэтому назначенные ей радиолечение и химиотерапию пришлось на время отложить.

- Так называемые стекла с образцами ткани отрезанной груди спецпочтой были отправлены в Киев, в один из столичных онкоцентров, чтобы определить, какое лечение мне больше подойдет, - вспоминает Марина. - Но опять-таки из-за праздников ответа долго не было, и мой муж вызвался сам за ним поехать. Сережа привез в Херсон эти стекла, а также блоки с изъятой тканью и... настоящий подарок мне к Рождеству. В заключении черным по белому было написано, что никакого рака нет!

Несколькими днями позже аналогичный ответ получили и в диспансере. Однако там продолжали твердить, что ошибки не могло быть.

- Хирург, сделавший операцию, - утверждает Марина, - настаивал на продолжении лечения. Если не пройдешь химиотерапию, пригрозил, то через полгода на коленях ко мне приползешь, но я ничем помочь уже не смогу. "Будешь подыхать от рака", - эти слова врача мне снятся в ночных кошмарах и сейчас.

Уже имея на руках ответ столичных коллег, херсонские специалисты записывают в карточку пациентки свой прежний диагноз - инфильтрирующая карцинома молочной железы второй степени злокачественности. Чугаевой внушали, что ошибка произошла не в Херсоне, а в Киеве, а поэтому нужно лечиться, нельзя терять время.

- К чести главного врача Херсонского областного онкодиспансера Ирины Сокур, она эти изнуряющие споры с хирургом, который меня оперировал, по поводу дальнейшего лечения прекратила, - признает Марина. - Просто подошла и сухо сказала: мол, в химиотерапии вы не нуждаетесь. Хотя в правильности поставленного здесь диагноза тоже не сомневалась.

Гораздо позже, когда на руках у Марины Чугаевой были заключения патогистологической лаборатории Харьковского института медицинской радиологии, Донецкого онкодиспансера и патологоанатомического отделения Киевской городской онкологической больницы, а также ответ главного онколога Украины Ивана Смоланки, и все они не подтверждали клинический диагноз Херсонского онкодиспансера, "родные" врачи пообещали настырной пациентке исправить ошибку.

- Мне сказали, что бесплатно сделают пластическую операцию, - говорит Марина. - Не раздувайте скандал, попросили, и мы вам поможем. Я согласилась, а что оставалось? Хотя разве такую ошибку можно исправить? У меня удалена не только правая грудь, но и большая грудная мышца, поэтому одна рука не работает. Не могу убрать в квартире, даже плиту помыть. Если в правой руке несу нетяжелую сумку, конечность моментально опухает, становится похожей на подушку. Эта рука никогда уже работать не будет. Скажите, можно такую ошибку как-нибудь исправить? В 40 лет я по милости врачей стала инвалидом. Недавно заболела бронхитом, но к пульмонологу не пошла - стыдно раздеться перед доктором. Я очень компанейский, энергичный человек: любила с подругами пойти в сауну, повеселиться, сейчас все больше дома. Болит голова, плохо себя чувствую. Но что изменится, если начну скандалить?.. Покормив меня обещаниями месяца четыре, херсонские врачи передумали. Мы, говорят, пластические операции сами не делаем, а денег, чтобы оплатить лечение в любой иной клинике, диспансер не имеет.

В Херсоне и сейчас не признают, что отрезали здоровую грудь молодой цветущей женщине. Восемнадцатого октября в Киеве состоялся консилиум врачей. В присутствии главного врача Херсонского онкодиспансера и ее коллег была поставлена точка в этом конфликте: гистологи и онкологи из разных регионов Украины пришли к выводу, что в случае с Чугаевой произошла врачебная ошибка. Корреспондент "ФАКТОВ" встретилась с главным врачом Херсонского областного онкодиспансера Ириной Сокур дней через пять после консилиума.

- С чего вы взяли, что виноват хирург, который оперировал Чугаеву? - удивилась Ирина Сокур. - Официальный ответ мы еще не получили.

- Но вы же сами присутствовали на консилиуме...

- Да, но бумаги пока не пришли, так что точка в этой истории еще не поставлена.

- А кто, по-вашему, должен ее поставить?

- Суд.

Главный врач утверждает, что без помощи Чугаеву не оставили: она-де лично подписала письмо, которое было направлено в столичный Институт хирургии имени Шалимова, с просьбой провести пострадавшей пластическую операцию бесплатно.

- Наша больница сделала выводы из случившегося, - заверяет Ирина Сокур. - Врача-гистолога направили на месячные курсы, где он повышал свою квалификацию. Я, в свою очередь, издала приказ, которым запретила оперировать больных, если их диагноз базируется только на результатах экспресс-диагностики. Окончательный диагноз должен быть установлен разными способами обязательно ДО ОПЕРАЦИИ.

Впрочем, Марина утверждает, что херсонский гистолог и сам сомневался, нуждается ли она в операции: он подходил к хирургу советоваться, но тот отрезал: здесь стопроцентный рак, подписывай.

- Боюсь, причина его торопливости в том, что у нас с мужем свой успешный бизнес, вот врач и хотел заполучить довольно состоятельную пациентку, - вздыхает Чугаева.

"Жену изуродовали, сделали инвалидом, а виновных нет"

Единственной поддержкой и защитой все эти месяцы для пострадавшей женщины был ее муж Сергей. Он мотался по всей стране, возил злополучные стекла из одной клиники в другую, консультировался у светил и рядовых гистологов, помог пережить супруге эту шокирующую историю.

- Видела, местные медики уверены: попсихую и успокоюсь, - грустно улыбается женщина. - На долгую и изнуряющую борьбу у больных сил, как правило, не хватает. Но продолжал добиваться правды мой муж, одна я ничего не смогла бы. После посещения облздрава и горздрава вообще можно слечь на больничную койку. Они мне до сих пор шлют ответы, суть которых сводится к одному: служебное расследование пришло к выводу, что тактика лечения хирургом была определена правильно, она базировалась на результатах экстренного гистологического исследования и соответствует действующим стандартам.

- Я окончил биологический факультет Харьковского государственного университета, а моя сестра - кандидат медицинских наук, она специализируется как раз на онкологии, - рассказывает Сергей, супруг Марины. - У нас с Мариной была возможность проконсультироваться у квалифицированных специалистов. В Херсонский онкодиспансер я привел жену вовсе не затем, чтобы оперироваться, а всего лишь взять из груди образцы тканей для анализа. Хирург просто воспользовался подавленным состоянием Марины, стал грубо подталкивать ее к неправильному решению. Я был рядом, в коридоре и, узнав, что он собирается делать, запротестовал, но доктор даже слушать не стал. Разве не подозрительна такая торопливость? Скоро уже год, как все это случилось, а нам до сих пор шлют ответы из Министерства здравоохранения, из прокуратуры - мол, все правильно, все законно. Жену ни за что ни про что взяли и изуродовали, сделали инвалидом, а виновных нет.

Марина ездила в один из столичных институтов, там ее просветили: потребуется не одна, а целая серия пластических операций и ориентироваться нужно примерно на восемь тысяч долларов. Ничего бесплатного в наши дни не бывает! Да, мы намерены идти до конца, пусть теперь суд решит, из чьего кармана взять деньги на операцию, которая сможет хоть частично исправить ошибку хирурга. Я подчеркиваю: частично! Инвалидом супруга останется на всю жизнь.

- В Херсоне мне все время твердили: мол, мы не знаем, какие именно стекла вы возите в Харьков, Донецк, Киев - может, совсем не те, - рассказывает Марина. - "Если вы попытаетесь подставить другие образцы тканей, мы проведем ДНК-анализ!" - отвечаю. Вот так "мило" общаемся с нашими онкологами. Я недавно узнала, что в Милане на съезде Итальянской ассоциации онкологов обнародовали такие данные: каждый год там из-за врачебных ошибок страдает от 14 до 50 тысяч пациентов. Даже в США жертвами неправильного лечения становятся 1,5 миллиона человек. Но там, если ошибка доказана, больной по страховке получает компенсацию. А мы с Сережей почти год обиваем пороги, доказывая вполне очевидные вещи, а суд даже еще не начинался. Сколько времени понадобится, чтобы добиться справедливости, знает один Бог. Но все равно мы не отступим.

"Факты и комментарии", 27/10/2007

Схожі повідомлення

Управління Міністерства внутрішніх справ України в Херсонській області подало судовий позов проти Алли Тютюнник, Голови Херсонського обласного фонду милосердя та здоров’я та члена правління Української Гельсінської спілки з прав людини, а також громадсько-політичного незалежного тижневика „Вгору", що видається правозахисниками, про захист ділової репутації, спростування недостовірних відомостей та стягнення моральної шкоди

Подання прокурора про усунення порушення вимог КПК з питань тримання осіб в ІТТ

«Бублик»

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 1

Херсонська обласна організацяї Комітету виборців України. Регіональна доповідь про стан із дотриманням прав та свобод людини в Херсонській області у 2005 році. Частина 2

«Злочини на ґрунті ненависти в Україні: 2011–2012» – м. Херсон (+ВІДЕО)

Честный суд по-херсонски

Місцевий суддя Головко, розглядаючи позов заступника мера м. Херсон Альони Ротової до місцевої газети "ВІК", видав постанову…

Єдиний випадок в Україні, коли суд ретельно розглянув медичний аспект справи

Проблемні питання забезпечення соціальних прав внутрішніх переселенців

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори