пошук  
версія для друку
16.01.2008
джерело: news.mediaport.info

Частная улица. Что нельзя снимать журналистам в Харькове и почему?

   

Белые пятна. В Харькове становится все больше мест, закрытых для журналистов. К привычным, режимным объектам - тюрьмам, метрополитену, вокзалам, добавляются рынки и больницы. Иногда даже отдельные улицы.

У «Агенства Телевидения Новости» и харьковского "Мегабанка" отношения до последнего времени были вполне дружественные, утверждает сегодня директор АТН Олег Юхт. Банк - клиент телевизионщиков, не раз размещал рекламу.

Десятого января отношения испортились. Улица Артема, публичное место - охранник «Мегабанка» срывает съемку.

Артур Капинус, оператор АТН: «Не было понятно, кто это. Охранник, не охранник. Человек даже не представился. Подошел сзади, когда его не было видно абсолютно. Ухватился за провод, стал дергать его. Вцепился в меня, камеру».

Охранник объяснил: ему не понравилось, что во время интервью в кадр попал офис банка. Человек потребовал, чтобы съемку остановили, причем словами не ограничился. Тем самым нарушил уголовное законодательство.

Статья 171 Уголовного Кодекса: «препятствие профессиональной деятельности журналиста», - до трех лет ограничения свободы. Запретить съемку на улице не имел никаких прав. «Заминать дело» журналисты не собираются: заявление отправлено в несколько прокуратур, вплоть до Генеральной. Почему решили устроить скандал? - в АТН объясняют: запрет на съемку - далеко не первый, и даже не сотый, но в этот раз доказательств достаточно, чтобы поставить обидчиков на место, дабы другим не повадно было.

Олег Юхт, генеральный директор АТН: «Это поведение всей охраны большинства учреждений, которые не читают законы Украины. И считают нормальным нарушать закон, совершать деяния уголовно наказуемые. И проблема в данном случае не то что там охранник нарушил закон, а что потом руководство его покрывает».

Извинения по горячим следам и наказание слишком усердного охранника - удовлетворило бы, утверждают АТНовцы. Вместо этого, рассказывает Олег Юхт, получили звонок с просьбой снять сюжет с эфира. Председатель правления «Мегабанка» Елена Жукова утверждает: хотели встретиться и разобраться.

Елена Жукова, председатель правления «Мегабанка» «К сожалению, руководство информационного выпуска отказало нам в этой встрече, и выпустили недостоверную информацию. И те обвинения, которые прозвучали - о нападении и избиении охранником «Мегабанка» съемочной группы - не соответствуют действительности. Соответственно, мы будем вынуждены обратиться в суд, чтобы опровергнуть эти заявления».

До суда и Генпрокуратуры подобные инциденты доходят не часто - слишком грубое нарушение. Обычно, если кто-то хочет помешать работе журналиста, делает это намного изящнее. К примеру, рынок - объект не опасный и не режимный. Снимать можно, но только с разрешения руководства. Мол, частная собственность.

Охрана рынка: Пройдите, пожалуйста, в администрацию, сделайте разрешение».

Вежливо и интеллигентно. Съемка состоится, но в присутствии сопровождающего, а до начала работы журналистов рынок слегка причешут. В итоге зритель никогда не увидит с телеэкрана неприятные для администрации факты. Как то: разбитая дорога, торговля с земли, мусор.

Не увидит давки в метро, далеко не в час пик - из-за того, что интервал между поездами слишком большой. Съемка здесь - только после согласования и инструктажа - объект режимный. Механизм тот же: пока администрация подземки дает разрешение, снимать уже нечего.

Не увидит настоящей тюрьмы: только подготовленных заранее - что говорить - заключенных. В церкви, на спектакле или в комнатах уровня как минимум трех гостиничных звезд.

Еще один объект, где съемки сопряжены с проблемой. Вокзал - объект режимный, правда, снимать нельзя только здесь, на мосту, - в объектив может попасть механизм перевода стрелок. На самом деле, это почти единственное место, где шансов поработать у видеоператора куда больше, чем в зале касс. Очереди, работу спекулянтов и реакцию на них милиции «МедиаПорту» приходилось снимать скрытой камерой.

Больницы добавились в список закрытых учреждений в конце 2006-го. Журналистам сюда нельзя, потому что информация о состоянии здоровья - конфиденциальна. После массовых беспорядков на Клочковской, год с небольшим назад, больница скорой и неотложной помощи стала закрытой зоной сначала для журналистов, а позже - и для правоохранителей.

В это время здесь пытались фальсифицировать документы, которые позже попали в уголовое дело, утверждали в СБУ. Например, назвать переломы ушибами.

Андрей Мухатаев, начальник управления СБУ в Харьковской области (декабрь 2006 г.): «Не могу вам не сказать о том, что лица незаинтересованные в объективном, всестороннем расследовании этого дела, пытаются вмешиваться и в процесс документирования тяжести телесных повреждений в отдельных лечебных заведениях. Нам эти лица известны».

Причесанная альтернативная реальность - то, что получает зритель, когда 171-я статья Уголовного Кодекса не работает. Поэтому раздули. В городе итак слишком много закрытых мест. Согласовывать съемки просто на улице с владельцами фирм, которые находятся в окрестностях - это уже слишком, решили телевизионщики и в этот раз обратились в Гепрокуратуру.

Дмитрий Литвиненко, Игорь Лукашев, МедиаПорт

16.01.2008

 

Дивись також:

В Харькове – очередной конфликт между «Мегабанком» и СМИ

 

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори