пошук  
версія для друку
23.02.2011
джерело: www.bagnet.org

Стали известны подробности, как издевались над детьми в психоневрологическом интернате

   

В связи со скандальной информацией, которую 6 февраля обнародовала британская газета «The Sunday Times», благотворительная организация «М.АРТ.ИН-клуб» (г. Макеевка, Донецкой области) познакомила журналистов с двумя «выпускниками» Торезского интерната для детей психохроников.

«В вечерней школе мне не верят, что в Торезе не учили азбуке – говорят, что учат даже слепоглухонемых, - рассказала 29-летняя Наталья Горпинченко, которая сейчас проживает в «Детской деревне» Мартин-клуба. – А зачем оно тебе надо, еще научишь тебя, и будешь катать на нас жалобы - так отвечали тем, кто, как и я, хотел учиться».

Воспитанники подтверждают информацию о плохом питании и уходе.

«Съедобным в интернате были чай и хлеб, - сообщил 24-летний Евгений Мураков, который сейчас живет с родителями в Енакиево. – Еда улучшалась перед приездом комиссий. Тогда начинали и хорошо топить. А до этого мы спали по двое, чтобы было не так холодно. Маленькие дети, которые писают под себя, спали на голой сетке, чтобы не замочили матрас».

«После того как в 2008 году журналистка СТБ сняла о нашем интернате фильм, у малышей появились памперсы, а у нас бананы по праздникам, - говорит Наталья.

Так же бывшие товарищи по интернату рассказали о пережитых унижениях и пытках.

«У нас Максим был – парень сильно шустрый, так его перед приездом комиссий всегда кололи аминазином (антипсихотический препарат, сильнодействующий транквилизатор - Ред.), - сообщил Евгений. - Всех, кто мог что-то неправильное сказать, укладывали аминазином. Меня тоже кололи три раза «за плохое поведение». От этих уколов становишься как пьяный. Хочется спать, немеет язык. Часто тех парней, кто провинился (например, послал воспитателя матом) раздевали наголо и ставили на колени. Один раз меня раздели наголо, вывели на улицу, поставили на колени, и все бегали на меня смотреть».

«Директора в интернате все боятся, потому что если ты наказан, на улицу уже не выпустят и заберут пенсию, - сообщила Горпинченко. – В 2008 году все «сильно умные» перестали получать пенсии. Их свозили на комиссию в Донецк и признали недееспособными.

Вырваться из стен психоневрологического интерната Наталье Горпинченко помогли сотрудники Правозащитной детской сети.

«Борьба Натальи за право учиться, работать, жить в обществе, а не в больничной палате, продолжалась год, – подчеркнула представитель Сети Елена Горгадзе-Кузнецова. - Выяснилось, что в Украине не просто отказаться от социальной защиты (именно к структуре УТСЗН относятся учреждения подобного профиля). Написав заявление с просьбой его отчислить, взрослый дееспособный человек не имеет права покинуть интернат – нужно, чтобы кто-то его оттуда забрал».

Не менее тяжелой оказалась судьба 24-летнего Евгения Муракова, которого в силу трагической случайности родители считали умершим.

Наталья Горпинченко и Евгений Мураков уверены, что в специнтернат для психохроников их заперли по ошибке. Наталья в 4 года не умела говорить, поэтому ее записали в «необучаемые». Евгений родился без пальцев, но, как и у Натальи, психических и неврологических заболеваний у него нет.

По действующим правилам, когда ребенку-сироте исполняется 4 года, его тестирует комиссия, которая определяет его будущее. Если 4-летний ребенок признан умственно-отсталым, обжаловать этот вывод невозможно. В отличие от людей, отбывающих срок в тюрьме, у детей, оказавшихся в таком интернате, практически нет прав. Когда выпускнику психоневрологического интерната исполняется 18 лет, его автоматически переводят в дома престарелых для психохроников, пишет Gazeta.ua.

 

 

Сообщение Елены Горгадзе, пресс-секретаря сети детских правозащитных центров

 

В конце прошлой недели представители администрации психоневрологического интерната запретили подопечным общаться по телефону с бывшей воспитанницей интерната Натальей Горпинченко. Таким образом они выразили свое отношение к тем фактам, которые девушка решилась озвучить СМИ (Наталья рассказала о недостаточном, на ее взгляд, питании, отсутствии обучения и игнорировании руководством интерната просьб помочь ей в получении образования). Наташа поддерживала телефонное общение со своими подругами, живущими в интернате, будучи знакомой с ними с раннего детства.

Уже на выходных телефоны всех воспитанниц интерната замолчали. Отключены они и сейчас. Несмотря на попытку администрации перекрыть таким образом возможные утечки информации из интерната, нам стало известно, что у воспитанниц отобрали мобильные телефоны. Трубки сложили в запертый ящик и сообщили, что впредь совершать звонки можно только с разрешения и в присутствии воспитателя (речь идет о совершеннолетних воспитанницах, средний возраст которых 25-30 лет).

Для многих из воспитанниц телефон наряду с радио и телевизором - один из немногих способов поддерживать связь с окружающим миром. Многие молодые женщины имеют <<за забором>> дальних родственников, друзей, крестных родителей. Многие общались посредством мобильной связи с духовными наставницами - сестрами Свято-Никольского женского монастыря, которые также регулярно навещали и поддерживали воспитанников интерната.

Мобильные телефоны были приобретены девушками еще в то время, когда будучи дееспособными, они получали пенсию (дееспособность и право распоряжаться собственной скромной пенсией большинство воспитанниц утратили в 2008 году, когда их массово направили на медико-судебную экспертизу). Некоторые получили их в подарок от приезжавших миссионеров.

Правозащитные организации обеспокоены данным прецедентом. С учетом тех фактов, которые недавно стали известны общественности (применение физического насилия и инъекций аминазина в целях устрашения и наказания за непослушание), попытка информационной блокады вызывает серьезные опасения за  безопасность <<слишком сообразительных>> воспитанниц интерната.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори