пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"201111
22.04.2011
джерело: hr-lawyers.org

Опубликовано решение Европейского суда по делу Нечипорука и Йонкало против Украины

   

Номер дела

42310/04

Дата

2011.04.21

Кратко

Решением Суда установлены применение пыток, использование признаний, полученных под пытками, и нарушение права на свободу в ходе задержания и содержание под стражей

Категория

Обзоры решений

Статус

Не окончательное

Оглавление

В сегодняшнем решении Палаты по делу Нечипорука и Йонкало против Украины (заявление № 42310/04), Европейский суд решил единогласно, что имело место:

– нарушение статьи 3 Конвенции ввиду того, что заявитель был подвергнут пыткам и не было проведено эффективное расследование его жалоб в этом отношении;

– нарушение статьи 5 §§ 1, 2, 3, 4 и 5 Конвенции в отношении пяти отдельных периодов содержания под стражей между 2004 и 2007 годами;

– нарушение статьи 6 §§ 1 и 3(с) Конвенции в отношении уголовного процесса против заявителя.

Основные факты

С обстоятельствами делам можно ознакомиться здесь.

Решение Суда

 

Статья 3

 

Сторонами не оспаривалось, что два заключения медицинских экспертов, проведенных по постановлению следователя через три дня и примерно две недели после события, отметили повреждения на теле г-на Нечипорука. Суд не убедило объяснение Правительство, подтвержденное официальными медицинскими документами, что повреждения «могли быть причинены тупыми предметами», без каких-либо деталей. Также он не согласился с мнением, что отсутствие жалоб со стороны г-на Нечипорука о пытках администрации изолятора временного содержания, в котором он находился, подрывают их достоверность, поскольку тесная связь ИВС с милицией удерживала его от таких жалоб. Имеет значение, что он быстро подал жалобы в прокуратуру.

В свете этого и ввиду отсутствия возражений и объяснений со стороны властей в отношении медицинских данных, подтверждающих утверждения г-на Нечипорука о применении электрического тока, Суд признал установленным вне разумного сомнения, что повреждения, отмеченные в медицинских документах, были результатом обжалованного обращения, за которое Правительство несет ответственность. Учитывая, что он признался в совершении убийства в то время, когда был задержан за другое правонарушение, и отмечая утверждения о его избиении милицией перед повторяющимися признаниями, Суд считает вероятным, что милиция намеренно дурно с ним обращалась с целью получения признания. Учитывая что он и его беременная жена допрашивались милицией в одно и то же время, его утверждения о том, что он боялся применения к ней пыток, являются правдоподобными. Эти угрозы значительно усугубили его моральные страдания.

Ввиду этих соображения Суд посчитал, что г-н Нечипорук стал жертвой особенно серьезных и жестоких страданий, которые можно квалифицировать как пытки.

Хотя никогда не оспаривалось, что г-н Нечипорук получил повреждения в милиции, власти постоянно ограничивались тем, что не считали вероятными его утверждения о пытках электрическим током. Его попытки обжаловать отказ в уголовном преследовании работников милиции были отклонены, в частности, на том основании, что этот вопрос должен быть рассмотрен в ходе судебного разбирательства по его обвинению Суд поставил под сомнение адекватность такого подхода, учитывая, целью уголовного разбирательства было установить его виновность или невиновность, а не привлечь к ответственности виновных в избиении или назначить компенсацию за утверждаемое нарушение статьи 3.

Суд поразился тому, что национальный суд вообще проигнорировал заключение экспертов частного медицинского центра, подтверждающее утверждения г-на Нечипорука. При последующем рассмотрении дела Верховный Суд ограничился только анализом видеозаписи следственных действия, на которых не было видно повреждений, и заключил, что утверждения несостоятельны. В общем, Европейский суд пришел к выводу, что г-ну Нечипоруку было отказано в эффективном расследовании уго жалоб на пытки в нарушение статьи 3 Конвенции.

 

Статья 5

 

Хотя его первоначальное трехдневное задержание в мае 2004 года было записано милицией как основанное на подозрении в административном правонарушении, с ним обращались как с подозреваемым в деле об убийстве, но без процессуальных прав подозреваемого, особенно, права на защиту. Его задержание в последующие три дня было в нарушение национального закона, который позволяет задержание без мотивированного судебного решения только в течение трех дней в случае неотложной необходимости предупредить преступление. Те же претензии применимы к его задержанию в ноябре 2006 года. Его последующее содержание под стражей на основании постановления суда было основано на мотивах, которые нельзя считать достаточными, так как ни тяжесть обвинения не изменилась значительно, ни риск бегства не увеличился; решение, таким образом, было произвольным.

В отношении его содержания под стражей на основании постановления суда в течение двух периодов в 2004-2005 годах и 2007 году, суд не привел конкретного обоснования, а также не указал срока содержания под стражей. Такое нарушение было отмечено в предыдущих делах Суда. Другая системная проблема, отмеченная Судом, - содержание под стражей в период между окончанием досудебного расследования и предварительным заседанием суда.

Суд также установил нарушение права г-на Нечипорука быть незамедлительно уведомленным об обвинениях против него в соответствии со статьей 5 § 2, поскольку ему не было ясно сообщено о подозрении против него во время первоначального ареста, и с ним обращались как с подозреваемым в убийстве, хотя он формально был задержан по подозрению в совершении административного правонарушения.

Его первоначальное задержание в течение шести дней также нарушало его право «быть незамедлительно доставленным к судье» в соответствии со статьей 5 § 3, и общий срок его содержания под стражей в течение года и восьми месяцев нарушал его право на «суд в разумный срок или освобождение до суда» той же статьи.

Была нарушения статья 5 § 4 ввиду невозможности получить быстрый судебный пересмотр законности его содержания под стражей в ходе судебного разбирательства. В частности, не было ясных и предсказуемых правовых положений, которые бы предусматривал такой пересмотр в ходе судебного разбирательства.

Наконец, было нарушено право г-на Нечипорука на компенсацию в соответствии со статьей 5 § 5 за содержание под стражей в нарушение его прав по Конвенции, поскольку национальный закон не предусматривает такого права в его случае.

 

Статья 6

 

Первоначальное признание г-на Нечипорука, которое было поручено от него с помощью пыток в значении статьи 3 Конвенции, было использовано как доказательство в судебном разбирательства. Суд посчитал, что это уничтожило саму сущность привилегии от самообличения, независимо от значения признания в совокупности доказательств и независимо от того, что он несколько раз повторил признание в ходе расследования. Поэтому тут была нарушена статья 6 § 1.

Не оспаривалось, что у г-на Нечипорука не было адвоката в первые три дня задержания. Формально задержав его в административном порядка, а на деле обращаясь с ним как с уголовным подозреваемым, милиция лишила его доступа к адвокату, хотя участие адвоката было бы обязательным по национальному закону, если бы его обвинили в преступлении, в отношении которого он фактически допрашивался. Он признался несколько раз в убийства на ранних стадиях его допросов, когда его не представлял адвокат, и, безусловно,   ограничение в доступе к адвокату повлияло на него, поскольку его признания в милиции были использованы для осуждения. Первоначальное ограничение его права на защиту не было исправлено в ходе судебного разбирательства, поскольку суды не ответили адекватно на его жалобы о пытках. Суд посчитал, что была нарушена статья 6 § 3(с).

Суд также посчитал, что ответы национальных судов на возражения г-на Нечипорука в отношении показаний ключевого свидетеля были поразительно неадекватными. В частности, они не прокомментировали бесспорный факт, что этот свидетель был задержан в административном порядке и проигнорировали наличие аудиозаписи, на которой свидетель допускал, что оговорил г-на Нечипорука под давлением милиции. Проигнорировав эти конкретные и важные доводы, национальные суды не выполнили своей обязанности по статье 6 § 1.

 

Статья 41

 

В соответствии со статьей 41 Конвенции, Суд посчитал, что Украина должна выплатить заявителю 35000 евро в отношении нематериального вреда и 13594 евро в отношении расходов и издержек, связанных с правовой помощью адвоката.

С решением на английском языке можно ознакомиться здесь

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори