пошук  
версія для друку
15.09.2011 | Андрей Старостин, для ТЕМЫ
джерело: www.tema.in.ua

Провал проекта СП «Газпром-Нафтогаз» и закат Фирташа

   

Несколько последних лет фавориту нынешней украинской власти миллиардеру Дмитрию Фирташу не удавалось найти общий язык с группой старого украинского политистеблишмента, имеющей интерес в добыче газа на Востоке Украины. К лету 2011 года «недоговороспособность» украинского газового олигарха новой генерации вылилась в грандиозный срыв эпохального проекта создания СП «Газпром-Нафтогаз». По сути, планы создания СП стали заложником проявленной ранее – в 2005–2007 годы – неспособности Фирташа договориться с влиятельными газотрейдерами Донбасса. Кроме всемогущего Ахметова, на газовом рынке региона работают компании, связанные с двумя украинскими экс-премьерами, Фокиным и Звягильским, а также, с одним из бывших министров правительства Лазаренко.

Не получив очевидной поддержки со стороны упомянутых влиятельных игроков, компания Фирташа в свое время рискнула на собственный страх и риск купить месторождение газа в Астрахани и взяться за строительство газопровода на Восток Украины. Дело кончилось провалом. Риск остался не разделенным ни в Луганске, ни в Ростове, ни в Москве. Провал оказал прямое влияние на срыв нынешней попытки создания «Газпром-Нафтогаза» – планы создания этого СП стали выглядеть как заявка на реванш ранее проваленных «астраханских инициатив», заведомо обрекая инициаторов на неудачу.

Как собирались создавать СП

В начале лета 2011 года НАК «Нафтогаз Украины» без особой огласки отказался от широко разрекламированного ранее проекта создания СП с «Газпромом». Российским взносом в капитал СП должны были стать месторождения газа на территории РФ. Украинским учредительским взносом обещали стать принадлежащие «Нафтогазу» имущественные права или права операционного управления частью украинской ГТС (магистральными газопроводами и подземными хранилищами газа). Для реализации проекта НАК «Нафтогаз Украины» весной 2011 года даже успела провести тендер по выбору оценщика ряда приглянувшихся ей российских месторождений.

В число месторождений, которые «Нафтогаз» видел в составе будущего украино-российского СП, вошло 7 российских нефтегазоносных структур в Республике Коми и одна структура в Астраханской области. Соответственно, они относились к лицензионной собственности российских компаний «Астраханьгазпром» (группа «Газпром»), а также частных компаний «Рената» и «НК Дельта-нефть». Последним принадлежат Паньельская площадьТимано-Печорской нефтегазоносной провинции, площади Гряда Чернышева и Хорейверская впадина, Университетская, Трипаньельская, Северо-Мичаюская, Кабинтивисовская площади и Чибьюское месторождение.

В процессе подготовки создания СП «Нафтогаз Украины» должен был оценить стоимость этих активов, а затем поручить компании «Газпром» их выкуп с целью последующего взноса 50% долей в уставной фонд СП под условным именем «Газпром-Нафтогаз». «Газпром», в свою очередь, должен был потребовать от «Нафтогаза» взноса украинских 50% в капитал СП – в виде государственных активов в отрасли транзита природного газа и/или его хранения.

Несмотря на все видимые усилия украинской и российской властей, к середине лета НАК без внятного объяснения отменил результаты тендеров. «Оценка месторождений превысила финансовые возможности покупателя»,  – скупо заявили прессе представители «Нафтогаза», не уточняя, какие же все-таки «возможности» были у него для создания СП: большие или не очень? Словом, Москва и Киев вдруг неожиданно и резко охладели к идее реализации проекта «Газпром-Нафтогаз».

Более детальное расследование этого неожиданного отказа способно прояснить видимую причину – над усилиями «Газпрома» и «Нафтогаза» по покупке месторождений в Коми и Астрахани вполне четко навис призрак «третьего лишнего». Этим третьим в двусторонних украино-российских планах оказался новый-старый газовый фаворит украинской власти Дмитрий Фирташ. Его влияние на менеджмент государственного «Нафтогаза» к 2011 году достигло пика. Два ведущих дочерних предприятия этой госкомпании – «Укргаздобыча» и «Укртрансгаз», возглавили менеджеры, которые еще накануне своего назначения получали зарплату от Фирташа (и не факт, что не получают до сих пор). Это Сергей Винокуров и Юрий Борисов – бывшие, как они утверждают, менеджеры компании GroupDF, принадлежащей Фирташу.

Зачем «Газпрому» столь ушлый посредник в деле создания «Газпром Нафтогаз»? Это большой вопрос. Неужели всемогущая российская газовая монополия не может самостоятельно справиться со своим украинским направлением? Сколько ей будет стоить помощь украинских «провайдеров»? И, судя по всему, вряд ли в ряду этих провайдеров окажется Дмитрий Фирташ. Ведь «аргументировать» уже третьего по счету президента Украины – это одно, а уметь договариваться с конкурентами – совсем другое…

«Мы построим газопровод на Донбасс»: что было перед созданием СП

Ответ на все эти вопросы лежит на поверхности. Потому что буквально за год до того, как у «Нафтогаза» к 2011 году появились так и не реализовавшиеся планы покупки месторождений в Коми и Астрахани, те же российские регионы буквально до 2009 года очень интересовали Дмитрия Фирташа.

В 2009 году из-за имущественного конфликта с менеджментом он утратил права собственности на венгерскую компанию Emfesz Kft. Вместо Фирташа ее собственниками на период конфликта стали оффшоры, принадлежащие малоизвестным на газовом рынке российским инвесторам Игорю и Николаю Путиным (сейчас Фирташ утверждает, что вернул себе компанию). До 2008 года главный и едва ли не единственный промышленный актив Emfesz Kft работал в Коми и Астрахани – этим активом являлась приобретенная Emfesz Kft у банка ВТБ в 2005 году российская компания ЗАО «ИК „Газинвест“». Ей до 2007 года принадлежало 50% акций ООО «Печоранефтегазпром (ПечорНГП)» и до 60% акций ЗАО «Астраханская нефтегазовая компания» (АНГК).

Первая из них владела пятью газовыми месторождениями в Республике Коми с общими запасами природного газа в 229 млрд. куб. м. Добыча велась только на двух месторождениях: Василковском и Лаявожском. Второй компании принадлежало правобережное месторождение Астраханской газоконденсатной провинции с запасами в 210 млрд. куб. м. газа и около 20 млн. т. нефти.

Для чего компании Emfesz Kft приобретала все эти активы, сам Фирташ пояснил российской прессе в 2006 году: «Мы построим газопровод для поставок газа с Нижней Волги на Донбасс. Месторождения нашей компании АНГК будут давать до 20 млрд. куб. м. газа в год. Компания RosUkrEnergo уже получила письмо „Нафтогаза Украины“ о том, что он заинтересован получать газ из Астрахани. Мы же готовы передать новый газопровод на баланс „Газпрома“. И взять этот газопровод у „Газпрома“ в концессию на 10–20 лет. Украине этот проект очень выгоден. Ведь себестоимость газа компании АНГК более низкая, чем газа туркменского»,  – заявлял пять лет назад владелец Emfesz Kft Дмитрий Фирташ.

Увы, это был необоснованный оптимизм. К 2007 году, по инициативе российской федеральной власти, все лицензии ЗАО «ИК „Газинвест“» были аннулированы в судебном порядке. А затем, к 2009 году, Фирташ вообще начал терять контроль и над самой компанией Emfesz Kft, провернувшей сделки по покупке месторождений в Коми и Астрахани.

Нужен ли газопровод Донбассу: и кому?

Вышеприведенный исторический экскурс показывает, что некоторые из финансовых операций Фирташа, проведенные на территории РФ в 2005–2007 годах, привели к дискредитации в глазах Кремля идеи проникновения украинского капитала на месторождения Астрахани. При всех диктаторских замашках кремлевских мудрецов, озабоченность эту вполне логична. Дело в том, что через Астрахань пролегает, пока существуя только на бумаге, кратчайший газопроводный путь из Средней Азии на Донбасс – самый газоемкий промрегион Украины.

Ответ на вопрос: почему украинскому инвестору не удалось реализовать амбициозные планы, следует искать по эту сторону границы. Вполне возможно, что если бы Фирташ в 2005–2007 годы смог найти в Донецком и Луганском регионах нужную поддержку со стороны местных газотрейдеров, тогда, вероятно, проекты компании Emfesz Kft не привели бы к отзыву российских лицензий. Сегодня существует единственный, известный киевской прессе, признак внимания Фирташа к газовому сектору Восточной Украины. Это сделка, осуществленная в 2008 году компанией Emfesz Kft по покупке киевской компании «Укрнадрасервис». Ей принадлежит Белосарайское месторождения газа, которое относится к разряду малоперспективных. Причина малой перспективности – небольшой объем запасов. Кроме того, большинство этих запасов расположены не на суше, а на прибережном шельфе Азовского моря. Это приграничный участок между Таганрогом и Мариуполем, работа на котором обещает определенные юридические издержки. Россияне могут запретить ее в любой момент по экологическим или навигационным соображениям.

Что касается развития «большой» добычи газа в Донецкой и Луганской областях, а также в прилегающих к Донбассу регионах Харьковской области – здесь закрепились представители более старшего, чем Фирташ, поколения украинского нефтегазового истеблишмента. К нему относятся бывший украинский премьер-министр Витольд Фокин, экс-премьер Ефим Звягильский и Евгений Довжок.

Последний до сих пор считается единственным представителем нефтегазовой науки в руководстве украинской власти. В 1994–1995 годы Довжок занимал должность главы Госкомнефтегазпрома в правительстве Павла Лазаренко. Это центральное нефтегазовое ведомство Украины в последующие годы было разогнано тогдашним газовым фаворитом украинской власти Игорем Бакаем (фаворитизм Фирташа начался после Бакая – в 1999–2003 годах). С этого времени началось уничтожение идеи единой украинской централизованной госполитики в газовой отрасли. Рычаги отраслевой власти перешли от госкомитета в ранге министерства в руки нефтегазового департамента Минтопэнерго, а также государственной компании НАК «Нафтогаз Украины». Идея создания НАКа была во многом продиктована противостоянием тогдашнего президента Украины Леонида Кучмы с главой правительства Павлом Лазаренко. По задумке, тогдашний глава государственного АО «Укргазпром» Игорь Бакай должен был создать структуру, лишавшую Лазаренко влияния на нефтегазовый сектор. По сей день никому доподлинно неизвестно, чем закончилась для последнего украинского «нефтегазового министра» Довжка подзабытая ныне, а некогда ожесточенная грызня между президентом Кучмой и его бывшим политическим партнером Лазаренко. По всей видимости, из-за этих коллизий экс-глава Госнефтегазпрома Украины Довжок никогда не давал интервью прессе.

К концу минувшего столетия Евгений Довжок вошел в состав правления компании «КУБ Газ». По данным госреестра, в числе владельцев этой компаний он не числился. 100% акций «КУБ Газа» через киевские компании «Синтез» и «Галс К» владели три частных инвестора, Михаил Евстратов, Николай Гавриленко и Вадим Вайспапир (последнему принадлежит также компания «Карлтон Трейдинг Украина», за которой – ряд крупных проектов в недвижимости Киева и разработка небольшого месторождения нефти в Черниговской области).

В 2009 году 70% акций луганского «КУБ Газа» купил польский миллиардер Ян Кульчек. До прихода в «КУБ Газ» этого богатейшего жителя Польши компании принадлежало пять месторождений в Луганской области, сравнительно небольших по запасам газа (Сентяновское, Южно-Макеевское, Вергунское месторождения газа, а также Крутогоровская и Ольговская газоносные, нефтегазоносные площади).

Наряду с Довжком еще одним видным представителем восточно-украинского нефтегазового истеблишмента считается Витольд Фокин – бессменный глава Луганского землячества в Киеве. Кроме покровительства землякам-луганчанам, экс-премьер занимает должность главы правления украино-польской газодобывающей компании «Девон». Компания владеет достаточно крупным по украинским меркам Сахалинским месторождением газа в Харьковской области с запасами 15 млрд. куб. м.

Наряду с коллегой экс-премьером Фокиным, крупные интересы в газовой промышленности Донбасса имеет экс-премьер министр Украины Ефим Звягильский. Его дочь Стелла Звягильская и ее бывший муж Николай Вечорко через компанию «СоюзПроминвест–Донбасс» управляют освоением очень крупного по украинским меркам месторождения газа – Марковского. Оно расположено на территории Луганской области Украины и Ростовской области РФ, обладая перспективными запасами 70 млрд. куб. м.

Результат «недоговороспособности»

На протяжении 2005–2007 годов не было никаких данных о том, что «астраханские инициативы» Дмитрия Фирташа получили поддержку со стороны кого-либо из указанных выше представителей восточно-украинского нефтегазового истеблишмента. По крайней мере, ни Звягильский, ни Фокин, ни Довжок и его инвестор Вайспапир на протяжении длительного времени не высказывали публичной поддержки «астраханским инициативам» от компании Emfesz Kft.

Зарубежный или сторонний наблюдатель ввиду такой молчаливости может прийти к выводу, что затеянный проект «Мы построим газопровод на Донбасс» – либо легкомысленная авантюра, либо блеф. Вполне возможно, что опираясь именно на такие впечатления, федеральные власти РФ особо не стеснялись, и к 2009 году почти полностью вытеснили Фирташа с российского рынка торговли природным газом и его добычи.

С этой точки зрения последовавший в 2011 году провал проекта создания СП между «Газпромом» и «Нафтогазом» стал выглядеть вполне логичным завершением этапа настороженности Москвы по отношению к Фирташу. Проще говоря, при подписании газового договора с Украиной Кремль в 2009 году «смыл» эту фигуру с двусторонней газовой торговли, а Виктор Янукович вдруг взял, и по каким-то причинам ее «подобрал». Группа Фирташа–Бойко–Левочкина–Хорошковского в итоге стала самым весомым кланом в правящей Партии регионов, если не считать еще более многочисленной группы Рината Ахметова. При этом, как показывает описанная история с газопроводом Астрахань–Донбасс, один из вождей перавой группы – Фираташ – мягко говоря, не очень договороспособен, а другой – Ахметов – наоборот, слывет мастером договорного дела. Такие две разные фигуры вряд ли уживутся.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори