увійти | реєстрація | забув пароль
сьогодні 26.09.2016 16:59
(за Київським часом)

навігатор

Kharkiv Human Rights Group Social Networking



ТАРАН ПРОТИВ УКРАИНЫ

20.05.14


ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

ТАРАН ПРОТИВ УКРАИНЫ

(Заявление № 31898/06)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

17 октября 2013

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в Статье 44 § 2 Конвенции. Может подвергаться редакторской правке.

По делу «Таран против Украины»,

Европейский Суд по правам человека (Пятая секция), заседая в составе:

         Mark Villiger, Председатель,

         Angelika Nußberger,

         Boštjan M. Zupančič,

         Ann Power-Forde,

         Ganna Yudkivska,

         Helena Jäderblom,

         Aleš Pejchal, судьи,

и Claudia Westerdiek, секретарь секции,

Рассмотрев дело в закрытом заседании 24 сентября 2013 года,

Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Данное дело основано на заявлении (№ 31898/06) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины г-ном Иваном Васильевичем Тараном (далее – «заявитель») 27 июля 2006 года.

2. Заявителя представлял г-н В. Сук, адвокат, практикующий в Севастополе. Украинское правительство (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный г-н Н. Кульчицкий.

3. Жалобы заявителя касаются, в частности, условий его содержания под стражей и транспортировки между местами содержания под стражей (статья 3 Конвенции); законности его предварительного содержания под стражей на основании судебных решений, принятых в период с августа по октябрь 2005 года, а также законности его предварительного содержания под стражей с 29 ноября по 29 декабря 2005 года (статья 5 § 1 Конвенции); продолжительности его предварительного содержания под стражей (статья 5 § 3 Конвенции); отсутствия соответствующего судебного рассмотрения его содержания под стражей (статья 5 § 4 Конвенции); отсутствия эффективного права на компенсацию (статья 5 § 5 Конвенции), а также длительности уголовного разбирательства (статья 6 § 1 Конвенции).

4. 15 мая 2012 года заявление было признано частично неприемлемым, и вышеупомянутые жалобы были доведены до сведения Правительства.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель родился в 1980 году и живет в Севастополе. 

A. Уголовное дело в отношении заявителя и сопутствующие вопросы

6. Вечером 29 июня 2005 года заявитель был арестован по подозрению в убийстве.

7. 1 июля 2005 года Нахимовский районный суд Севастополя (далее – «районный суд») принял решение о предварительном содержании заявителя под стражей в течение двух месяцев. Районный суд отметил, что в случае освобождения заявитель может скрыться, помешать установлению истины и препятствовать отправлению правосудия. Суд сослался на то, что заявитель обвинялся в совершении тяжкого преступления и не имел регистрации в Севастополе.

8. 11 июля 2005 года Севастопольский Апелляционный суд (далее – «Апелляционный суд») отклонил жалобу, поданную адвокатом заявителя, и оставил в силе решение суда первой инстанции, отметив, что заявитель обвиняется в совершении тяжкого преступления.

9. 25 августа 2005 года следователь, ведущий дело, обратился в суд с запросом о продлении предварительного содержания заявителя под стражей до трех месяцев.

10. 26 августа 2005 года районный суд продлил срок предварительного заключения заявителя до трех месяцев, отметив, что в случае освобождения заявитель может скрыться, помешать установлению истины и препятствовать отправлению правосудия. Суд сослался на тяжесть обвинений, выдвинутых против заявителя, и на значительное количество процессуальных мер, которые должны быть приняты в данном деле. Слушание проходило в присутствии прокурора и адвоката заявителя. Сам заявитель отсутствовал.

11. 7 сентября 2005 года Апелляционный суд отклонил жалобу, поданную адвокатом заявителя, и оставил в силе решение от 26 августа 2005 года, постановив, что районный суд правомерно продлил предварительное содержание заявителя под стражей. Суд отклонил утверждения заявителя, что запрос следователя о продлении меры пресечения был подан за пределами установленного законом срока, так как это не повлияло на законность оспариваемого решения. Утверждения заявителя, что он должен был быть освобожден по состоянию здоровья, не были подтверждены доказательствами. Слушание проходило в присутствии прокурора и адвоката заявителя. Сам заявитель отсутствовал.

12. 27 сентября 2005 года следователь обратился в районный суд с запросом о продлении предварительного содержания заявителя под стражей до четырех месяцев.

13. 29 сентября 2005 года районный суд продлил срок предварительного заключения заявителя до четырех месяцев, отметив, что в случае освобождения заявитель может скрыться, помешать установлению истины и препятствовать отправлению правосудия. Суд вновь сослался на тяжесть обвинений, выдвинутых против заявителя, и на значительное количество процессуальных мер, которые должны быть приняты в данном деле. Слушание проходило в присутствии прокурора; заявитель и его адвокат отсутствовали.

14. 13 октября 2005 года Апелляционный суд отклонил жалобу, поданную адвокатом заявителя, и оставил в силе решение районного суда от 29 сентября 2005 года. Апелляционный суд отметил, в частности, что по делу необходимо принять значительное количество процессуальных мер, заявитель обвиняется в совершении тяжкого преступления, и в случае освобождения может скрыться, воспрепятствовать расследованию или продолжить свою преступную деятельность. Что касается отсутствия заявителя на слушаниях в районном суде, Апелляционный суд посчитал, что присутствие заявителя не было обязательным. Слушание в Апелляционном суде проходило в присутствии прокурора и адвоката заявителя. Заявитель отсутствовал.

15. 26 октября 2005 года следователь обратился в Апелляционный суд с запросом о продлении предварительного содержания заявителя под стражей до пяти месяцев.

16. 28 октября 2005 года Апелляционный суд продлил предварительное заключение заявителя до пяти месяцев, а именно до 29 ноября 2005 года. Решение суда основывалось на тяжести обвинений, а также необходимости завершить расследование и ознакомить защиту с материалами дела. Слушание проходило  в присутствии прокурора и адвоката заявителя. Заявитель отсутствовал. Решение не было обжаловано.

17. 29 ноября 2005 уголовное дело заявителя было передано в районный суд для рассмотрения.

18. В декабре 2005 года заявитель подал жалобу в соответствии с Кодексом административного судопроизводства, утверждая, что прокурор не освободил его из-под стражи после 29 ноября 2005 года. Заявитель утверждал, что его содержание под стражей после 29 ноября 2005 не было основано ни на каком решении суда и являлось незаконным.

19. 23 декабря 2005 года Ленинский районный суд г. Севастополя рассмотрел жалобу заявителя в соответствии с Кодексом административного судопроизводства в отсутствие сторон. Было установлено, что 29 ноября 2005 года дело было направлено в районный суд, и что прокурор не имел полномочий принять решение об освобождении заявителя. Заявитель обжаловал это решение.

20. 29 декабря 2005 года районный суд, проведя предварительное слушание по уголовному делу заявителя, постановил направить дело на дополнительное расследование. Кроме того, суд решил оставить меру пресечения в отношении заявителя без изменений.

21. После завершения дополнительного расследования, 28 февраля 2006 года, уголовное дело заявителя снова было передано в районный суд для рассмотрения.

22. 30 марта 2006 года Апелляционный суд отклонил апелляцию заявителя против решения суда от 23 декабря 2005 года по административному делу, постановив, что решение было законным и обоснованным. Слушание проходило в присутствии адвоката заявителя. Заявитель обжаловал это решение по вопросам права.

23. 31 марта 2006 года дело заявителя было рассмотрено в районном суде. Суд постановил, что мера пресечения в отношении заявителя должна оставаться без изменений, так как не было никаких оснований для ее изменения.

24. 17 и 18 октября 2006 года заявитель и его адвокат обратились в районный суд с ходатайством об освобождении заявителя из-под стражи, утверждая, что его содержание под стражей не основано на мотивированном решении суда, и нет никаких оснований полагать, что он скроется от правосудия или будет препятствовать расследованию.

25. 18 октября 2006 года районный суд отклонил ходатайства как необоснованные, отметив, что дело касается тяжкого преступления, и заявителя, в случае освобождения, может скрыться или воспрепятствовать установлению истины.

26. 1 марта и 16 апреля 2007 года и 1 августа 2008 года районный суд рассмотрел аналогичные ходатайства об освобождении, поданные заявителем и его защитником во время слушаний. Суд отклонил эти ходатайства, отметив, что мера пресечения была применена законно, и не было никаких оснований для ее изменения.

27. 16 мая 2007 года Высший административный суд, в закрытом заседании, оставил в силе решения от 23 декабря 2005 года и 30 марта 2006 года по административному делу, и отклонил апелляцию заявителя по вопросам права, как необоснованную.

28. 19 ноября 2010 года районный суд признал заявителя виновным в убийстве и приговорил его к семи годам лишения свободы. Заявитель обжаловал  это решение и подал еще одно ходатайство об освобождении из-под стражи.

29. 12 апреля 2011 года Апелляционный суд отменил это решение и постановил провести дополнительное расследование. Суд также удовлетворил ходатайство об освобождении заявителя, отметив, что после 29 ноября 2005 он содержался под стражей без решения суда; последующие продления его содержания под стражей не были должным образом обоснованы, и суд не указал никаких временных ограничений. Удовлетворяя ходатайство заявителя, Апелляционный суд также принял во внимание общую продолжительность содержания заявителя под стражей. Заявитель был освобожден под подписку о невыезде.

30. После завершения дополнительного расследования, 18 июля 2011 года, дело заявителя было передано в районный суд. По состоянию на 4 декабря 2012 года, дело находилось на рассмотрении в суде.

B. Гражданский иск заявителя о возмещении ущерба

31. 18 июля 2011 года заявитель подал в Ленинский районный суд г. Севастополя гражданский иск о компенсации материального и нематериального ущерба, понесенного в результате незаконного лишения свободы. Заявитель утверждал, среди прочего, что его жалоба поддерживается выводами Апелляционного суда в решении от 12 апреля 2011 года.

32. 5 июля 2012 года Ленинский районный суд Севастополя признал требования заявителя необоснованными. Кроме того, вопреки требованиям Закона о компенсации, заявитель не обосновал якобы понесенный им ущерб. Заявитель обжаловал это решение.

33. 8 ноября 2012 года Апелляционный суд отменил решение от 5 июля 2012 отметив, что, вместо Закона о компенсации, суд первой инстанции должен был применить Конвенцию. Апелляционный суд также постановил, что арест и содержание под стражей заявителя были законными и оправданными обстоятельствами уголовного дела. Кроме того, в соответствии со статьей 2 Закона о компенсации, факт незаконного содержания под стражей не может быть подтвержден решением о направлении дела на дополнительное расследование. Соответственно, учитывая тот факт, что лишение свободы было законным и обоснованным, заявитель не имел права на возмещение ущерба, и его жалоба была отклонена.

34. Заявитель подал апелляцию по вопросам права, но 4 февраля 2013 года эта апелляция была отклонена как необоснованная.

C. Условия содержания под стражей и транспортировки

35. В соответствии с решением суда от 1 июля 2005 года, заявитель был помещен в Симферопольский СИЗО. Для участия в следственных мероприятиях и судебных слушаниях, его доставляли в Севастопольский ИВС на несколько дней. В соответствии с официальным ответом Департамента по вопросам исполнения наказаний Автономной Республики Крым, между 2005 и 2009 годами заявителя доставляли в Севастопольский ИВС двадцать семь раз. По словам заявителя, в течение всего периода его предварительного содержания под стражей его доставляли в Севастопольский ИВС сорок пять раз.

36. По словам заявителя, переезд в Севастополь занимал около двенадцати часов, а поездка назад в Симферополь – от двадцати до двадцати четырех часов. Хотя сама поездка длилась около двух часов, все остальное время он должен был оставаться в автомобиле, в специальной металлической клетке площадью 0,5 кв. м. Во время переезда заявителю не давали пищи и воды, и он не мог спать. Клетки были грязными, в них было холодно зимой и жарко летом, и в них не было надлежащей вентиляции.

37. В Севастопольском ИВС, заявитель содержался в переполненных камерах: в первые годы его содержали в шестиместных камерах, в которых общее число задержанных колебалось от двадцати пяти до тридцати человек. В последние два года число заключенных сократилось до пятнадцати на камеру, рассчитанную на шесть человек.

38. 18 ноября 2005 года заявитель обратился к уполномоченному по правам человека Верховной Рады Украины с жалобой на условия содержания под стражей и транспортировки.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

39. Соответствующие положения Конституции и Уголовно-процессуального кодекса, действовавшие в соответствующее время, можно найти в решении по делу Molodorych v. Ukraine (no. 2161/02, §§ 57-59, 28 October 2010).

40. В соответствии со статьей 162 Кодекса административного судопроизводства (2005 года), административный суд, если он признает административный иск обоснованным, может, в частности, объявить оспариваемые действия, бездействие или решения незаконными, признать оспариваемое решение недействительным и/или обязать ответчика предпринять определенные действия или воздержаться от них. Административный суд может также принимать другие решения, гарантирующие защиту прав человека и прав граждан, а также прав и интересов других субъектов публичного права, от нарушений со стороны государственных органов.

41. Статья 1176 Гражданского кодекса (2003 года) касается компенсации за ущерб, нанесенный в результате неправомерных решений, действий или бездействия со стороны органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры или суда. Эта статья предусматривает, в частности, что порядок возмещения ущерба, нанесенного такими органами, «устанавливается законом».

42. Соответствующие положения Закона о компенсации (закон «О порядке возмещения ущерба, нанесенного гражданину незаконными действиями органов дознания, досудебного следствия, прокуратуры и суда») от 1 декабря 1994 гласят:

Статья 1

«Согласно положениям этого Закона, подлежит возмещению вред, причиненный гражданину в результате:

1) незаконного осуждения, предъявления обвинений, ареста, заключения под стражу и содержания под стражей, обыска, изъятия, наложения ареста на имущество, увольнения с работы и иных процессуальных действий, ограничивающих права гражданина; ...»

Статья 2

«Право на возмещение ущерба, в размере и в порядке, установленном настоящим Законом, возникает в случае:

1)  оправдательного приговора суда;

2)  прекращения уголовного дела по причине отсутствия факта преступления, отсутствия состава преступления или отсутствия свидетельств участия обвиняемого в совершении преступления;

3)  отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным в подпункте 2 пункта 1 настоящей статьи;

4)  прекращения производства по административному правонарушению.

...»

43. Согласно поправкам к Закону о компенсации от 1 декабря 2005 года, статья 2, содержащая перечень ситуаций, в которых возникает право на возмещение, была дополнена абзацем следующего содержания:

«(1-1) если... незаконность заключения под стражу и содержания под стражей... была установлена обвинительным или другим решением суда (за исключением решений о возвращении дела для дополнительного расследования)».

III. СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ И НАЦИОНАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

44. Соответствующие международные и национальные материалы, касающиеся условий содержания и транспортировки можно найти в решениях Yakovenko v. Ukraine (no. 15825/06, §§ 56-61, 25 October 2007) и Koktysh v. Ukraine (no. 43707/07, §§ 39-42, 10 December 2009).

ПРАВО

I. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

45. Заявитель жаловался, что условия его содержания в Севастопольском ИВС и условия его транспортировки между Симферопольским СИЗО и Севастопольским ИВС противоречили статье 3 Конвенции.

46. Статья 3 Конвенции гласит:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

A. Приемлемость

1. Аргументы сторон

47. Правительство утверждало, что заявитель не исчерпал внутренние средства правовой защиты в отношении этой части заявления. В частности, он должен был обратиться в административный суд или поднять эти вопросы перед прокурором. В качестве примера практической эффективности судебного средства правовой защиты, Правительство сослалось на решение национального суда от 4 февраля 2009 года, когда заявителям была присуждена компенсация в аналогичных обстоятельствах. Правительство не предоставило копию этого решения.

48. Правительство далее утверждало, что жалобы не были должным образом разработаны и обоснованы заявителем, и должны быть отклонены как явно необоснованные. Правительство утверждало, что документы, касающиеся содержания заявителя под стражей в Севастопольском ИВС и его перевозок между Севастопольским ИВС и Симферопольским СИЗО, были уничтожены, так как срок их хранения истек. Они предоставили общее описание Севастопольского ИВС и заявили, что заключенные содержались в надлежащих условиях. Правительство также представило общее описание транспортных средств и железнодорожных вагонов, используемых для перевозки задержанных, и утверждало, что перевозка заявителя не вызывает никаких вопросов по Конвенции.

49. Заявитель, опираясь на прецедентное право Европейского Суда, утверждал, что средства правовой защиты, упомянутые Правительством, были неэффективными. Он настаивал, что его жалобы в соответствии со статьей 3 Конвенции являются обоснованными и не могут быть отклонены как неприемлемые.

2. Оценка Суда

50. Суд отмечает, что он уже отклонял аргументы о неисчерпании, аналогичные представленным Правительством в данном деле (см., например, Melnik v. Ukraine, no. 72286/01, §§ 69-71, 28 March 2006; Yakovenko, упомянутое выше, §§ 75-76; Koktysh, упомянутое выше, § 86; Logvinenko v. Ukraine, no. 13448/07, § 57, 14 October 2010;Iglin v. Ukraine, no. 39908/05, § 43, 12 January 2012; и Belyaev and Digtyar v. Ukraine, nos. 16984/04 and 9947/05, §§ 30 and 31, 16 February 2012). В отношении утверждения Правительства, что решение национального суда от 4 февраля 2009 подтверждает эффективность судебной защиты, Суд отмечает, что копия этого решения не была предоставлена. Более того, представляется, что Правительство ссылается на решение, которое Суд уже рассмотрел в таком же контексте и признал, что оно не имеет никакого значения для вопроса об исчерпании внутренних средств правовой защиты (см. Petukhov v. Ukraine, no. 43374/02, § 74-78, 21 October 2010, и Ustyantsev v. Ukraine, no. 3299/05, §§ 56-58, 12 January 2012). Таким образом, нет никаких оснований предполагать, что в деле заявителя средства правовой защиты, упомянутые Правительством, могли бы быть эффективными. Следовательно, Суд не видит причин отступать от своего предыдущего подхода в настоящем деле и отклоняет возражения Правительства.

51. Суд также считает, что эта часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

52. Заявитель утверждал, что условия его содержания под стражей и транспортировки были неудовлетворительными и противоречат статье 3 Конвенции.

53. Правительство не прокомментировало эти жалобы по существу, посчитав их неприемлемыми.

2. Оценка Суда

54. Суд отмечает, что жалобы заявителя, касающиеся условий содержания под стражей и транспортировки, являются подробными и последовательными. Эти жалобы, в том числе конкретные обвинения в унижающей достоинство форме транспортировки заявителя в металлической клетке, вызывают серьезную озабоченность. Суд считает, что утверждения заявителя, которые не были опровергнуты Правительством, достаточно подтверждаются международными и национальными докладами, рассмотренными Судом в делах Yakovenko и Koktysh (упомянутых), и выводами Суда по этим делам в отношении условий содержания в Севастопольском ИВС и порядка перевозок между Севастопольским ИВС и Симферопольским СИЗО. В то же время, в распоряжении Суда нет никаких материалов, позволяющих прийти к выводу, что в данном деле условия содержания под стражей и транспортировки заявителя были совместимы с требованиями статьи 3 Конвенции.

55. Следовательно, имело место нарушение этого положения Конвенции.

II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 §§ 1 И 3 КОНВЕНЦИИ

56. Заявитель жаловался, в рамках статьи 5 §§ 1 и 3 Конвенции, что его содержание под стражей с 29 ноября 2005 года по 29 декабря 2005 года было незаконным, поскольку оно не было основано ни на каком судебном решении. Он также жаловался, что в период с августа по октябрь 2005 года его предварительное заключение не было законно продлено судом. Заявитель также утверждал, что другие судебные решения, принятые в отношении меры пресечения, были немотивированными, и общая продолжительность его содержания под стражей была чрезмерной.

57. Соответствующие положения статьи 5 гласят:

Статья 5

«1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть лишен свободы иначе как в следующих случаях и в порядке, установленном законом:

...

(c) законное задержание или заключение под стражу лица, произведенное с тем, чтобы оно предстало перед компетентным органом по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения;

...

3. Каждый задержанный или заключенный под стражу в соответствии с подпунктом «с» пункта 1 настоящей статьи незамедлительно доставляется к судье или к иному должностному лицу, наделенному, согласно закону, судебной властью, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд».

A. Приемлемость

1. Аргументы сторон

58. Правительство утверждало, что заявитель не выполнил правила об исчерпании внутренних средств правовой защиты. Они отметили, что в своем решении от 12 апреля 2011 года Апелляционный суд, по сути, признал, что права заявителя по статье 5 §§ 1 и 3 Конвенции были нарушены. Ссылаясь на статью 1176 Гражданского кодекса и Закон о компенсации, Правительство утверждало, что после решения Апелляционного суда заявитель мог добиваться возмещения имущественного вреда, но он не исчерпал это средство правовой защиты.

59. Правительство также утверждало, что жалоба заявителя относительно незаконного продления его предварительного заключения в период с августа по октябрь 2005 года выходит за рамки шестимесячного периода, который начался с даты, когда заявителю стало известно о соответствующих решениях Апелляционного суда.

60. Заявитель не согласился с возражениями Правительства.

2. Оценка Суда

61. Что касается утверждений Правительства, что заявитель не исчерпал внутренние средства правовой защиты, поскольку он не подал гражданский иск, Суд отмечает, что на самом деле заявитель подал иск о возмещении ущерба, который был рассмотрен и отклонен национальными судами (см. пункты 31-34 выше). Соответственно, возражение Правительства должно быть отклонено.

62. А отношении предполагаемого несоблюдения правила шести месяцев, Суд отмечает, что непрерывное содержание заявителя под стражей в течение определенного периода, на который он ссылается, а также в последующие периоды до его осуждения 19 ноября 2010 года, имели один и тот же правовой характер и являлись, для целей Конвенции, продолжающейся ситуацией. Так как жалоба была подана 27 июня 2006 года, она не может быть отклонена как поданная несвоевременно (см. Nikolay Kucherenko v. Ukraine, no. 16447/04, § 29, 19 February 2009, и Gavazhuk v. Ukraine, no. 17650/02, §§ 54-55, 18 February 2010). Таким образом, Суд отклоняет возражения Правительства в этом отношении.

63. Суд отмечает, что эта часть жалобы не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

64. Заявитель утверждал, что его права в соответствии со статьей 5 были нарушены.

65. Правительство утверждало, что жалобы заявителя не дают основания говорить о нарушении статьи 5 Конвенции. В частности, решения, принятые в период с августа по октябрь 2005 года, являлись соответствующей правовой основой для предварительного содержания заявителя под стражей в соответствующее время.

2. Оценка Суда

66. Суд считает, что следует рассмотреть следующие вопросы:

 (a) было ли содержание заявителя под стражей с 29 ноября 2005 года по 29 декабря 2005 года совместимым с требованиями законности в соответствии со статьей 5 § 1 (с) Конвенции, а также

(b)  были ли решения судов в отношении меры пресечения совместимыми с требованиями статьи 5 §§ 1 и 3 Конвенции.

(a) Было ли содержание заявителя под стражей с 29 ноября 2005 года по 29 декабря 2005 года совместимым со статьей 5 § 1 (с) Конвенции  

67. Суд отмечает, что в течение рассматриваемого периода заявитель содержался под стражей в связи с переданным в суд обвинительным заключением, хотя не существовало никакого решения суда, санкционирующего его содержание под стражей. Суд уже признавал, что такая практика несовместима со статьей 5 § 1 (с) Конвенции ( см., например, Nikolay Kucherenko, упомянутое выше, §§ 35-38, Kharchenko v. Ukraine, no. 40107/02, §§ 71 and 98, 10 February 2011 и Tsygoniy v. Ukraine, no. 19213/04, § 60, 24 November 2011). Суд не видит причин отступать от своих предыдущих выводов в настоящем деле, и считает, что имело место нарушение статьи 5 § 1 (с) Конвенции.

(b)  Были ли судебные решения в отношении меры пресечения совместимыми со статьей 5 §§ 1 и 3 Конвенции

68. Статья 5 § 1 Конвенции предусматривает, что, для того, чтобы рассматриваемое лишение свободы было свободным от произвола, недостаточно, чтобы эта мера применялась в соответствии с национальным законодательством; она также должна быть необходимой в данных обстоятельствах (см. Nešťák v. Slovakia, no. 65559/01, § 74, 27 February 2007). По мнению Суда, содержание под стражей в соответствии со статьей 5 § 1 (с) должно удовлетворять требованию пропорциональности, которое подразумевает мотивированное решение, взвешивающее соответствующие аргументы за и против освобождения (см. Ladent v. Poland, no. 11036/03, § 55, ECHR 2008-... (extracts), и Khayredinov v. Ukraine, no. 38717/04, § 86, 14 October 2010).

69. Суд также постановил, что статья 5 § 3 Конвенции предусматривает, что обоснованность любого срока содержания под стражей, независимо от его длительности, должна быть убедительно продемонстрирована властями. Аргументы за и против освобождения, включая риск, что обвиняемый может помешать надлежащему ведению разбирательства, не должны применяться абстрактно, но должны поддерживаться фактическими данными. Риск того, что обвиняемый может скрыться, не может определяться исключительно на основании степени тяжести возможного приговора. Этот риск должен оцениваться с учетом ряда других факторов, которые могут либо подтвердить существование опасности побега, либо сделать его настолько незначительным, что это не может служить оправданием содержания под стражей до суда (см. Becciev v. Moldova, no. 9190/03, §§ 56 and 59, 4 October 2005, с дальнейшими ссылками).

70. Принимая во внимание близкое родство между соответствующими принципами, предусмотренными в статье 5 §§ 1 (с) и 3 Конвенции, Суд будет рассматривать настоящую жалобу в соответствии с обоими положениями одновременно (подобный подход см. в Korneykova v. Ukraine, no. 39884/05, § 38, 19 January 2012, и Sizarev v. Ukraine, no. 17116/04, §§ 161-164, 17 January 2013).

71. Суд отмечает, что предварительное  содержание заявителя под стражей длилось более пяти лет и девяти месяцев. Решения о содержании заявителя под стражей, некоторые из которых были приняты судами без личного участия заявителя, были сформулированы в общих чертах. Они не свидетельствуют о том, что суды провели соответствующую оценку фактов, имеющих отношение к вопросу о необходимости такой меры пресечения в данных обстоятельствах. Более того, с течением времени содержание заявителя под стражей стало требовать более существенных оправданий, но суды не привели никакой дополнительной аргументации в этом отношении.

72. Изложенные соображения являются достаточными для того, чтобы Суд пришел к выводу, что имело место нарушение статьи 5 §§ 1 (с) и 3 Конвенции.

III. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 § 4 КОНВЕНЦИИ

73. Заявитель жаловался, что ему было отказано в праве на пересмотр судом законности его содержания под стражей после 29 ноября 2005 года. Он утверждал, что административное производство, в рамках которого он поднимал этот вопрос, было несовместимым с требованиями статьи 5 § 4 статьи 6 § 1 и статьи 13 Конвенции.

74. Суд считает, что суть жалобы заявителя касается вопроса, была ли заявителю доступна эффективная процедура, с помощью которого он мог бы оспорить его продолжающееся содержание под стражей в рассматриваемый период времени. Таким образом, Суд будет рассматривать дело исключительно в рамках статьи 5 § 4 Конвенции, которая гласит:

«4. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным».

A. Приемлемость

1. Аргументы сторон

75. Правительство утверждало, что, поскольку жалоба связана с административным производством, статья 5 § 4 Конвенции здесь неприменима. Они утверждали, что административные суды не имели никакой юрисдикции рассматривать вопросы содержания под стражей в рамках уголовного производства, и, в любом случае, у них не было полномочий принимать решения об освобождении заявителя.

76. Заявитель утверждал, что его жалоба является приемлемой.

2. Оценка Суда

77. Возражение Правительства состоит в том, что административное дело, возбужденное заявителем, не имело никакого отношения к рассмотрению вопроса о законности его содержания под стражей в соответствии с требованиями статьи 5 § 4 Конвенции. Тем не менее, этот аргумент Правительства не мешает Суду рассмотреть по существу жалобу заявителя в более широком контексте: была ли заявителю доступна какая-либо эффективная процедура для целей статьи 5 § 4. Таким образом, Суд отклоняет возражение Правительства.

78. Кроме того, Суд отмечает, что жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

79. Правительство утверждало, что заявителю была доступна эффективная процедура, с помощью которого он мог бы оспорить свое содержание под стражей в рассматриваемый период времени. В частности, в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом, заявитель имел право подавать различные запросы в орган, занимающийся его уголовным делом, в том числе ходатайства об изменении или отмене меры пресечения.

80. Заявитель не согласился.

81. Европейский Суд напоминает, что он уже признавал, что украинское законодательство, в соответствующее время, не предусматривало процедуру пересмотра законности дальнейшего содержания под стражей после завершения досудебного следствия, что отвечало бы требованиям статьи 5 § 4 Конвенция (см. Molodorych, cited above, § 108; Pleshkov v. Ukraine, no. 37789/05, § 42, 10 February 2011; Kharchenko v. Ukraine, no. 40107/02, § 100, 10 February 2011; и Tsygoniy, упомянутое выше, § 78). Неудачная попытка заявителя добиться рассмотрения этого вопроса административными судами, и утверждение Правительства, что в рамках этого разбирательства данный вопрос не мог быть эффективно рассмотрен, только подтверждает этот общий вывод.

82. Таким образом, Суд считает, что имело место нарушение статьи 5 § 4 Конвенции.

IV. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 5 § 5 КОНВЕНЦИИ

83. Заявитель жаловался, что он не мог требовать компенсацию в отношении его незаконного предварительного заключения. Он сослался на статью 5 § 5 Конвенции, которая гласит: 

«5. Каждый, кто стал жертвой ареста или заключения под стражу в нарушение положений настоящей статьи, имеет право на компенсацию».

A. Приемлемость

84. Суд считает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Кроме того, Суд отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

85. Правительство утверждало, что нарушения статьи 5 § 5 Конвенции не было. Они утверждали, что заявитель мог требовать возмещения убытков в соответствии со статьей 1176 Гражданского кодекса и Законом о компенсации, опираясь на решение Апелляционного суда от 12 апреля 2011 года, в котором было признано нарушение прав заявителя по статье 5 §§ 1 и 3 Конвенции.

86. Заявитель не согласился и настаивал, что он не имел доступа к такому средству правовой защиты, как компенсация.

87. Суд повторяет, что статья 5 § 5  соблюдается, если лицо может потребовать выплаты компенсации в отношении лишения свободы, произведенного в нарушение пунктов 1, 2, 3 или 4. Таким образом, право на компенсацию, изложенное в пункте 5, предполагает, что нарушение одного из предыдущих пунктов статьи 5 было установлено национальным органом или Судом (см., например, Włoch v. Poland (no. 2), no. 33475/08, § 25, 10 May 2011).

88. В отношении аргумента Правительства, что заявитель мог требовать возмещения убытков в соответствии со статьей 1176 Гражданского кодекса и Законом о компенсации, Суд отмечает, что национальные суды, рассматривавшие требования заявителя о возмещении ущерба, на самом деле не считали, что решение Апелляционного суда от 12 апреля 2011 породило право на компенсацию в этом отношении. Более того, они прямо заявили, что заявитель не имеет такого права, постановив, что лишение свободы было законным и обоснованным.

89. Кроме того, Суд отмечает, что Правительство не доказало, что право заявителя на компенсацию согласно статье 5 § 5 Конвенции было обеспечено в рамках национальной правовой системы в случае признания Страсбургским Судом нарушения любого из предыдущих пунктов этой статьи (см. Nechiporuk and Yonkalo v. Ukraine, no. 42310/04, §§ 229-234, 21 April 2011, и Klishyn v. Ukraine, no. 30671/04, § 98, 23 February 2012).

90. Таким образом, имело место нарушение статьи 5 § 5 Конвенции.

V. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 6 § 1 КОНВЕНЦИИ

91. Заявитель жаловался, в рамках статьи 6 § 1 Конвенции, что уголовное разбирательство против него было чрезмерно длительным.

92. Соответствующая часть статьи 6 § 1 Конвенции гласит:

«Каждый… при предъявлении ему любого уголовного обвинения имеет право на... разбирательство дела в разумный срок... судом...»

A. Приемлемость

93. Суд считает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Кроме того, Суд отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела      

94. Заявитель утверждал, что разбирательство было необоснованно длительным. Правительство оспорило этот аргумент, заявив, что дело было сложным, и что не было никаких серьезных задержек, за которые государство могло бы нести ответственность.

95. Европейский Суд напоминает, что разумность длительности судебного разбирательства должна оцениваться в свете обстоятельств дела и с учетом следующих критериев: сложность дела, поведение заявителя и соответствующих органов власти, и значение дела для заявителя (см., среди прочего, Frydlender v. France [GC], no. 30979/96, § 43, ECHR 2000-VII).

96. Обращаясь к настоящему делу, Суд отмечает, что 29 июня 2005 года заявитель был арестован по подозрению в убийстве. На 4 декабря 2012 года – то есть, более чем семь лет и пять месяцев спустя – разбирательство все еще находилось на рассмотрении в суде первой инстанции.

97. Рассмотрев все имеющиеся у него материалы дела, Суд считает, что Правительство не представило никаких фактов или аргументов, способных убедить его, что такое длительное уголовное разбирательство было оправдано в обстоятельствах данного дела. Принимая во внимание свое прецедентное право по данному вопросу, Суд считает, что в данном деле длительность судебного разбирательства была чрезмерной и не удовлетворяет требованию «разумного срока».

98. Таким образом, имело место нарушение статьи 6 § 1 Конвенции.

VI. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

99. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Ущерб

100. Заявитель потребовал выплатить ему 19 600,80 евро (EUR) в качестве компенсации материального вреда и 130 000 евро в качестве компенсации нематериального вреда

101. Правительство утверждало, что требование о компенсации морального вреда не поддержано никакими доказательствами, а требование о компенсации нематериального вреда является чрезмерным и необоснованным.

102. Суд отмечает, что заявитель не обосновал размер материального вреда. Поэтому Суд не присуждает никакой компенсации в этой связи. Что касается требования о компенсации нематериального вреда, Суд считает, что заявитель испытал страдания и беспокойство в связи с выявленными нарушениями. Принимая решение на справедливой основе, как того требует статья 41 Конвенции, Суд присуждает заявителю 14 000 евро в качестве компенсации нематериального вреда.

B. Расходы и издержки

103. Заявитель также требовал EUR 5 979,8 в качестве компенсации расходов и издержек, понесенных в национальных судах и в Европейском Суде.

104. Правительство считает, что это требование не подтверждено достаточными доказательствами, и, в любом случае, является чрезмерным.

105. В соответствии с прецедентным правом Суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в той мере, в какой было показано, что они были на самом деле понесены, были обязательными и разумными. В данном деле, принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении документы и вышеуказанные критерии, Суд считает разумным присудить 900 евро в качестве компенсации всех расходов и издержек.

C. Пеня

106. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на граничной кредитной ставке Европейского Центрального Банка, к которой следует добавить три процентных пункта.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1.  Объявляет жалобу приемлемой;

 

2.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;

 

3.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 5 § 1 (c) Конвенции в отношении содержания заявителя под стражей с 29 ноября 2005 года по 29 декабря 2005 года;

 

4.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 5 §§ 1 (c) и 3 Конвенции;

 

5.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 5 § 4 Конвенции;

 

6.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 5 § 5 Конвенции;

 

7.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 6 § 1 Конвенции;

 

8.  Постановляет:

(a)  государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, следующие суммы, в переводе в национальную валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты:

(i)  14 000 (четырнадцать тысяч) евро, плюс любые налоги, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации нематериального вреда;

(ii)  900 (девятьсот) евро, плюс любые налоги, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации расходов и издержек;

(b)  с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная граничной кредитной ставке Европейского Центрального Банка в этот период, плюс три процентных пункта;

 

9.  Отклоняет оставшуюся часть требований заявителя в отношении компенсации.

Составлено на английском языке и зарегистрировано в письменном виде 17 октября 2013 года, в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Claudia Westerdiek                                                               Mark Villiger
     Секретарь                                                                        Председатель