увійти | реєстрація | забув пароль
сьогодні 25.09.2016 11:55
(за Київським часом)

навігатор

Kharkiv Human Rights Group Social Networking



Дело Воробьева против Украины

10.11.14

 

 

 

 

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

 

 

 

 

 

 

ДЕЛО ВОРОБЬЕВА ПРОТИВ УКРАИНЫ

 

(Заявление № 28242/10)

 

 

 

 

 

 

 

РЕШЕНИЕ

 

 

 

СТРАСБУРГ

 

16 октября 2014

 

 

 

 

 

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в Статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

 

 

 


 

По делу Воробьева против Украины,

Европейский Суд по правам человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:

         Mark Villiger, Председатель,
         Ann Power-Forde,
         Ganna Yudkivska,
         Vincent A. De Gaetano,
         André Potocki,
         Helena Jäderblom,
         Aleš Pejchal, judges,
         и Claudia Westerdiek, секретарь секции,

Рассмотрев дело в закрытом заседании 23 сентября 2014 года,

Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА                                                         

1. Данное дело основано на заявлении (№ 28242/10) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины, г-ном Юрием Вячеславовичем Воробьевым  (далее – «заявитель») 20 апреля 2010 года.

2. Украинское правительство (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный г-н Назар Кульчицкий, министерство юстиции.

3. 24 сентября 2012 года Правительство было уведомлено о данном заявлении.

ФАКТЫ

4. Заявитель родился в 1972 году и до ареста проживал в Керчи. В 2000 году он заболел туберкулезом легких. Остается неизвестным, проходил ли заявитель какое-либо лечение в связи с этим заболеванием, находясь на свободе.

I. УГОЛОВНОЕ РАЗБИРАТЕЛЬСТВО В ОТНОШЕНИИ ЗАЯВИТЕЛЯ И ФИЗИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ ЕГО СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ

A. Уголовное разбирательство

5. 31 января 2009 года заявитель был арестован по подозрению в совершении вооруженного ограбления и доставлен в отделение милиции. Он утверждал, что в милиции он подвергся физическому жестокому обращению и был вынужден подписать отказ от своего права на адвоката. Тем не менее, он не представил никаких документальных доказательств того, что он получил телесные повреждения в этот день. Заявитель также утверждал, без каких-либо пояснений или доказательств, что он не имел достаточно времени для подготовки своей защиты. В тот же день заявитель был допрошен без присутствия адвоката.

6. 27 апреля 2009 года Керченский городской суд признал заявителя виновным в незаконном хранении оружия и вооруженном ограблении, и приговорил его к девяти годам лишения свободы с конфискацией всего имущества. Приговор основывался на ряде доказательств, включая показания, данные самим заявителем в суде, в которых он признался, что купил оружие и незаконно проник  в квартиру, чтобы ограбить пожилую женщину. Заявитель не обжаловал это решение.

7. В неустановленный день заявитель подал кассационную жалобу в Верховный Суд, в которой он утверждал, что доказательства против него были сфальсифицированы, что суд первой инстанции не опросил свидетелей и не рассмотрел доказательства должным образом, и что его вина не была должным образом установлена. Он не жаловался на отсутствие доступа к адвокату или недостаточное время для подготовки своей защиты. 15 октября 2009 года Верховный Суд отклонил его кассационную жалобу как необоснованную. Заявитель получил копию этого решения 27 октября 2009 года.

8. 10 января 2011 года Суд попросил заявителя представить копии соответствующих документов из материалов его уголовного дела. Заявитель обратился в этой связи в суд первой инстанции. 16 марта 2011 года председатель суда первой инстанции отклонил просьбу заявителя, отметив, что она не имеет никакой правовой основы в национальном законодательстве.

9. Заявитель неоднократно просил суд первой инстанции предоставить ему доступ к материалам дела, но безрезультатно.

B. Физические условия содержания под стражей

10. В период с 1 февраля по 26 марта 2009 года заявитель содержался в Симферопольском изоляторе временного содержания (далее – «ИВС»). С 26 марта по 7 июля 2009 года он находился в медсанчасти Симферопольского следственного изолятора (далее – «СИЗО»). По утверждению заявителя, условия его содержания под стражей в ИВС и СИЗО были ужасными.

11. В период с 7 по 13 июля 2009 года заявитель содержался в тюрьме № 7 для заключенных, больных туберкулезом.

12. В период с 13 июля по 14 августа 2009 года заявитель содержался в специализированной туберкулезной больнице в тюрьме № 61.

13. 14 августа 2009 года заявитель вернулся в тюрьму № 7 и оставался там до 1 декабря 2010 года. По словам заявителя, осенью температура в камерах была около 12oС, а зимой там было всего на два градуса теплее, чем на улице. Окна в тюремных камерах были закрыты полиэтиленовыми листами вместо стекла, в камерах было влажно, а питание было неудовлетворительным. Заявитель не представил никаких дополнительных подробностей о камерах и питании.

14. Правительство утверждало, что описание заявителем условий содержания в тюрьме № 7 является неточным. По их словам, тюрьма отапливалась собственной котельной, которая в 2009 году начала работать 21 октября, а в 2010 году – 8 октября. В осенне-зимний периоды 2009-11 годов температура в тюрьме была 18-20oС в жилых помещениях, 20-22oС в медсанчасти, и 25-27oС в банно-прачечном крыле. Все окна в тюрьме были должным образом застеклены до начала отопительного сезона. В камерах имелась естественная вентиляция. Влажность в камерах измерялась ежедневно; уровень был нормальным – 44%. Питание, которое получал заявитель, соответствовало национальному законодательству. Правительство поддержало свое описание условий в тюрьме № 7 справками, выданными администрацией колонии.

15. 1 декабря 2010 года заявитель был направлен в Симферопольскую тюрьму № 102 для здоровых заключенных. Он оставался там до 27 января 2011 года.

16. С 27 января по 9 февраля 2011 года заявитель содержался в тюрьме № 7.

17. С 9 февраля 2011 года заявитель содержался в тюрьме № 102.

II. МЕДИЦИНСКАЯ ПОМОЩЬ В МЕСТАХ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ

18. По словам заявителя, с 1 февраля 2009 года он сообщил фельдшеру ИВС, что он страдает туберкулезом. По данным Правительства, заявитель не проинформировал администрацию ИВС, что у него имеются какие-либо проблемы со здоровьем.

19. 5 февраля 2009 года рентгенографическое исследование показало наличие изменений в легких заявителя, и ему была рекомендована консультация специалиста.

20. 9 февраля 2009 года заявитель прошел анализ крови и мокроты в Керченской городской туберкулезной больнице № 1 и был осмотрен специалистом. В тот же день администрация ИВС попросила туберкулезную больницу оценить, нуждается ли заявитель в лечении и изоляции в связи с его туберкулезом.

21. 2 марта 2009 года заявитель прошел еще одно рентгенографическое исследование в туберкулезной больнице. Радиолог, который проводил исследование, отметил, что заявитель «является распространителем инфильтративного туберкулеза». Тем не менее, лабораторные анализы, проведенные в тот же день, не подтвердили этот диагноз, так как в крови и мокроте заявителя не было выявлено бактерий туберкулеза.

22. 19 марта 2009 года врачи туберкулезной больницы, изучив результаты вышеупомянутых медицинских анализов и исследований, пришли к выводу, что (а) изменения в легких заявителя, выявленные при рентгенографии, являются рубцами после туберкулеза, свидетельствующими, что его туберкулез был вылечен; (б) в крови и мокроте заявителя нет бактерий туберкулеза; (в) заявитель не нуждается в лечении или изоляции; и (г) он подпадает в категорию 5.1 (см. приказ Министерства здравоохранения Украины № 384 от 9 июня 2006 года ниже). Эти выводы были направлены администрации ИВС.

23. 26 марта 2009 года, после прибытия заявителя в СИЗО, было установлено, что его туберкулез возобновился. Он был помещен в медсанчасть СИЗО и начал получать противотуберкулезное лечение. Он также прошел неопределенное количество медицинских обследований, направленных на установление конкретного типа его туберкулеза. Заявитель не представил дополнительную информацию о лечении туберкулеза, которое он получал в СИЗО.

24. 8, 9 и 10 июля 2009 года заявитель прошел анализ мокроты и рентгенографическое исследование грудной клетки.

25. В период с 13 июля по 14 августа 2009 года заявитель прошел бронхоскопическое исследование, и ему был поставлен диагноз рецидивирующий инфильтративный туберкулез и хронический бронхит. Ему было назначено лечение в связи с этими заболеваниями, которое он впоследствии получил. В материалах дела содержится справка, в которой отмечено, что лечение туберкулеза, которое получал заявитель с 13 по 22 июля 2009 года, было «неэффективным».

26. 17 августа и 19 августа 2009 года заявитель прошел микроскопическое исследование мокроты.

27. 8 октября 2009 года заявитель прошел рентгенографическое исследование грудной клетки.

28. 28 октября 2009 года схема лечения заявителя от туберкулеза была изменена.

29. 8 декабря 2009 года заявитель был осмотрен врачом, и у него был диагностирован шейный и грудной остеохондроз.

30. 17 декабря 2009 года заявитель прошел еще один анализ мокроты.

31. 20 января 2010 года рентгенографическое исследование грудной клетки заявителя показало «некоторую положительную динамику» в состоянии его легких.

32. 22 апреля 2010 года заявитель был осмотрен невропатологом, и у него был диагностирован остеохондроз поясничного отдела позвоночника.

33. 27 апреля 2010 года заявитель прошел еще одно рентгенографическое исследование грудной клетки.

34. 28 апреля 2010 года заявитель прошел рентгенографическое исследование позвоночника, и ему был поставлен диагноз диффузный остеопороз и остеосклероз. В тот же день он был осмотрен невропатологом, который прописал ему лекарства в связи с этими заболеваниями. Впоследствии он получил эти лекарства. Суду не была предоставлена никакая дополнительная информация о тяжести и течении остеопороза, остеосклероза и остеохондроза заявителя.

35. 30 апреля 2010 года заявитель был осмотрен врачом. 5 мая 2010 года ему была сделана ЭКГ, спирография и анализ мокроты.

36. 11 мая 2010 года заявитель был вновь осмотрен врачом, который диагностировал у него хронический бронхит и прописал ему лекарства, которые заявитель впоследствии получил. Заявитель не проинформировал Суд о течении его бронхита.

37. 14 июля 2010 года схема лечения заявителя от туберкулеза была изменена.

38. 4 августа 2010 года заявитель прошел анализ мокроты, который показал отсутствие роста бактерий туберкулеза.

39. 11 августа 2010 года заявитель прошел еще одно рентгенографическое исследование грудной клетки.

40. 5 октября 2010 года заявитель прошел еще один анализ мокроты, который не выявил бактерий туберкулеза.

41. 3 ноября 2010 года заявитель прошел рентгенографическое исследование грудной клетки.

42. Противотуберкулезное лечение заявителя было завершено 26 ноября 2010 года, по причине его выздоровления. Он был зарегистрирован в качестве лица, нуждающегося в регулярных последующих рентгенографических исследованиях легких.

43. 27 января 2011 года заявитель прошел лабораторные исследования и рентгенологическое исследование грудной клетки, которое подтвердило, что он выздоровел от туберкулеза и больше не нуждается в лечении.

44. В Суде заявитель утверждал, не представив никаких доказательств или дополнительной информации, что в результате противотуберкулезного лечения у него ухудшилось зрение, и у него была аллергия на противотуберкулезные препараты, которые он принимал.

III. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

Приказ Министерства здравоохранения Украины № 384 от 9 июня 2006 года об утверждении Протокола медицинской помощи больным туберкулезом

45. В соответствии с Приказом № 384 Министерства здравоохранения, существует пять основных категорий и пять подкатегорий лиц, которые болеют или могут заболеть туберкулезом. Пациенты с остаточными изменениями различных органов после излечения туберкулеза подпадают в категорию 5.1.

46. Соответствующая часть Приказа гласит:

«Выявление туберкулеза включает в себя следующие этапы:

1.  Анализ жалоб пациента

2. Рентгенографическое исследование

3. Исследование мазков и культур кислотостойких бактерий

Если рентгенография выявляет изменения в легких лица, это лицо должно пройти микроскопические исследования мокроты в течение трех дней подряд.

При постановке диагноза туберкулеза, предпочтение должно отдаваться лабораторным исследованиям - исследованию мазков и культур кислотостойких бактерий.

Пациенты с туберкулезом категории 5.1 должны проходить рентгенографию грудной клетки, по крайней мере каждые шесть месяцев в течение первого года наблюдения».

ПРАВО

I. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С УСЛОВИЯМИ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ

47. Заявитель жаловался, что условия содержания под стражей в тюрьме № 7, СИЗО и ИВС были ужасными и не соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции. В частности, условия содержания в последнем учреждении привели к рецидиву его туберкулеза. Статья 3 Конвенции гласит:

Статья 3

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

A. Условия содержания в ИВС и СИЗО

48. Правительство утверждало, что условия содержания заявителя под стражей были удовлетворительными.

49.  Суд считает, что в соответствии со статьей 35 § 1 Конвенции, он не может рассматривать жалобы на условия содержания в ИВС и СИЗО  по существу, поскольку они касаются периодов, закончившихся 26 марта 2009 года и 7 июля 2009 года, соответственно, более чем за шесть месяцев до подачи заявления в Суд. Эта часть жалобы является неприемлемой.

B. Условия содержания в тюрьме № 7

50. Суд отмечает, в первую очередь, что жалоба заявителя на условия его содержания в тюрьме № 7 с 14 августа 2009 года по 1 декабря 2010 года и с 27 января по 9 февраля 2011 года была подана в рамках шестимесячного срока.

51. Далее Суд повторяет, что для того, чтобы подпадать под действие статьи 3 Конвенции, жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня жестокости. Оценка этого минимального уровня жестокости относительна; она зависит от всех обстоятельств дела, таких как продолжительность обращения, его физические и психические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы. Дела, касающиеся утверждений о ненадлежащих условиях содержания под стражей, не поддаются строгому применению принципа affirmanti incumbit probatio (тот, кто утверждает что-то, должен доказать это утверждение), поскольку в таких случаях только государство-ответчик имеет доступ к информации, способной подтвердить или опровергнуть эти утверждения. Соответственно, Суд принимает во внимание, что по этой причине заявители могут столкнуться с определенными трудностями при получении доказательств в обоснование жалобы. Тем не менее, в таких случаях заявитель должен представить хотя бы подробный отчет об обжалуемых фактах и обеспечить – в максимально возможной степени – доказательства в поддержку своих жалоб (см.Danilov v. Ukraine, no. 2585/06, § 78, 13 March 2014, с дальнейшими ссылками).

52. По мнению Суда, это требование не было выполнено в данном деле, так как жалобы заявителя в отношении условий его содержания под стражей в тюрьме № 7 ограничиваются туманными и общими заявлениями, которые не позволяют Суду сделать вывод, что его страдания достигли порога тяжести, требуемого статьей 3 Конвенции.

53. В частности, заявитель утверждал, что камеры, в которых он содержался, были сырыми и холодными, и что питание было низкого качества. Однако он не представил никаких доказательств или дополнительной информации по этому вопросу. В то же время, Суд отмечает, что Правительство оспорило аргумент заявителя, опираясь на справки, выданные тюремной администрацией.

54. Кроме того, Суд никогда не признавал нарушения статьи 3 Конвенции в отношении условий содержания под стражей в тюрьме № 7, из которого он может сделать выводы в пользу утверждений заявителя в данном деле (см, например, Izzetov v. Ukraine, no. 23136/04, § 42, 15 September 2011). Суд отмечает, что утверждения заявителя, касающиеся условий его содержания, не были подтверждены показаниями других заключенных, с которыми он делил камеры. Суд также отмечает, что заявитель выздоровел от туберкулеза во время пребывания в тюрьме № 7.

55. В свете вышеизложенного, Суд считает, что жалоба в отношении условий содержания под стражей в тюрьме № 7 не была должным образом обоснована.

56. Следовательно, эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии со статьей 35 §§ 1, 3 (а) и 4 Конвенции.

II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С НЕНАДЛЕЖАЩЕЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩЬЮ И НЕСПОСОБНОСТЬЮ ЗАЩИТИТЬ ЗДОРОВЬЕ ЗАЯВИТЕЛЯ ВО ВРЕМЯ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ

57. Заявитель жаловался, что во время его содержания под стражей ему не была предоставлена надлежащая медицинская помощь в связи с его туберкулезом. Получаемое им лечение было ненадлежащим, и привело к аллергии и ухудшению его зрения. Кроме того, в заключении он заболел остеохондрозом и бронхитом.

58. Правительство настаивало на том, что заявитель постоянно находился под наблюдением врача в связи со всеми его заболеваниями. Его жалобы не игнорировались. Кроме того, лечение туберкулеза было эффективным, как оно привело к его выздоровлению.

A. Туберкулез 

59. Суд отмечает, что во время заключения в ИВС заявитель прошел ряд медицинских исследований, направленных на решение вопроса, нуждается ли он в лечении от туберкулеза. На основании результатов этих исследований, гражданские врачи установили, что, хотя у заявителя наблюдаются некоторые изменения после туберкулеза, он не нуждается в лечении (см. пункт 23 выше). Суд не видит оснований сомневаться в этих выводах.

60. Как только было установлено, что туберкулез заявителя возобновился, ему было предоставлено комплексное лечение, которое привело к его выздоровлению. В материалах дела нет никаких доказательств того, что у заявителя была аллергия на это лечение, или что это лечение привело к повреждению его зрения. Кроме того, заявитель не представил никаких подробностей о проявлениях аллергии, а также тяжести и характере повреждения зрения. Суд также отмечает, что заявитель не продемонстрировал, что его просьбы о медицинской помощи были отклонены.

61. В свете вышеизложенного, Суд не может сделать вывод, что медицинская помощь, которую заявитель получал в связи с его туберкулезом, была ненадлежащей.

62. Следовательно, эта часть жалобы не была должным образом обоснована заявителем и поэтому должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.

 

B. Остеохондроз и бронхит

63. Суд отмечает, что нет никаких признаков того, что власти несут ответственность за развитие или обострение остеохондроза и бронхита, или что заявитель просил, но не получил лечения в связи с этими заболеваниями. Суд также отмечает, что заявитель не уточнил степень страданий, причиненных ему этими заболеваниями, и не представил никакой информации об их течении после 2010 года.

64. Таким образом, Суд считает, что эта часть жалобы является необоснованной и поэтому должна быть отклонена как явно необоснованная в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.

III. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 34 КОНВЕНЦИИ

65. Заявитель жаловался, что после прекращения производства по уголовному делу против него, он не смог получить копии документов из материалов его уголовного дела.

66. Правительство утверждало, что заявитель мог сделать копии необходимых документов при изучении материалов дела в ходе судебного разбирательства. Они также заявили, что отказ властей выдать заявителю копии документов не помешал ему обратиться в Суд.

67. Суд отмечает, что он уже рассматривал подобные ситуации в ряде дел, касающихся Украины. В частности, в деле Vasiliy Ivashchenko v. Ukraine (no. 760/03, § 123, 26 July 2012) Суд установил, что украинская правовая система не обеспечивает заключенным четкую и конкретную процедуру, позволяющую им получать копии документов из материалов дела после завершения уголовного разбирательства, либо путем самостоятельного изготовления таких копий, вручную или с помощью соответствующего оборудования, либо путем получения их от властей.

68. В данном деле, Правительство не представило никаких оснований для того, чтобы Суд отошел от своих выводов в соответствии со статьей 34 Конвенции в деле Vasiliy Ivashchenko (упомянутом выше, §§ 103-110, с дальнейшими ссылками). Таким образом, Суд приходит к выводу, что государство-ответчик не выполнило свое обязательство в соответствии со статьей 34 Конвенции обеспечить заявителю все необходимые условия, чтобы не препятствовать надлежащему и эффективному рассмотрению его заявления в Суде.

IV. ДРУГИЕ ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ 

69. Заявитель также жаловался, что он был незаконно арестован. Он жаловался, в соответствии со статьей 3 Конвенции, что сотрудники милиции жестоко обращались с ним после ареста. Он также жаловался, в соответствии со статьями 6 и 13 Конвенции, что ему не был предоставлен адвокат, и он был вынужден подписать отказ от права на адвоката; у него не было достаточно времени для подготовки своей защиты; и суды не рассмотрели доказательства и не опросили свидетелей должным образом. Заявитель также утверждал, что, в нарушение статьи 14 Конвенции, он был подвергнут дискриминации на основании того, что он был русскоговорящим и заключенным.

70. Рассмотрев доводы заявителя в свете всех имеющихся в его распоряжении материалов, Суд считает, что, в той мере, в какой рассматриваемые вопросы находятся в пределах его компетенции, что они не содержат каких-либо признаков нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции. Следовательно, эта часть жалобы должна быть признана неприемлемой как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.

V. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

71. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд решает, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Компенсация вреда 

72. Заявитель потребовал выплатить ему 15000 евро (EUR) в качестве компенсации нематериального вреда.

73. Правительство оспорило это требование.

74. Принимая решение на справедливой основе, Суд присуждает заявителю 1500 евро в качестве компенсации нематериального вреда.

B. Компенсация расходов и издержек

75. Заявитель не предъявил никаких требований в отношении компенсации судебных расходов и издержек. Соответственно, Суд не видит необходимости присуждать ему какую-либо сумму в этой связи.

C. Пеня

76. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка с добавлением трех процентных пунктов.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1.  Объявляет жалобы заявителя на нарушение статей 3, 5, 6, 13 и 14 Конвенции неприемлемыми;

 

2.  Постановляет, что государство не выполнило своих обязательств в соответствии со статьей 34 Конвенции;

 

3.  Постановляет:

(a)  государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, когда это решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, EUR 1500 (одну тысячу пятьсот евро), в переводе в валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты.

(b)  с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в этот период с добавлением трех процентных пунктов;

 

4.  Отклоняет оставшуюся часть требований заявителя относительно компенсации.

Составлено на английском языке и провозглашено в письменном виде 16 октября 2014 года в соответствии с правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Клаудиа Вестердийк                                                       Марк Виллинджер
     Секретарь                                                                        Председатель