пошук  
версія для друку
03.07.2015

Дело "Луценко против Украины"

   



 

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ






 

ДЕЛО ЛУЦЕНКО ПРОТИВ УКРАИНЫ (№ 2)

 

(Заявление № 29334/11)











 

РЕШЕНИЕ




 

СТРАСБУРГ

 

11 июня 2015


 

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в cтатье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

По делу Луценко против Украины (№ 2),

Европейский Суд по правам человека (Пятая секция), заседая Палатой в составе:

Mark Villiger, Председатель,
Angelika Nußberger,
Boštjan M. Zupančič,
Ganna Yudkivska,
Vincent A. De Gaetano,
André Potocki,
Aleš Pejchal, судьи,
и Claudia Westerdiek, секретарь секции,

Рассмотрев дело в закрытом заседании 12 мая 2015 года,

Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Данное дело основано на заявлении (№ 29334/11) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины, г-ном Юрием Витальевичем Луценко (далее – «заявитель») 6 мая 2011 года.

2. Заявителя представляли г-жа Валентина Теличенко, г-н Игорь Фомин и г-н Аркадий Бущенко, адвокаты, практикующие в Киеве. Украинское правительство (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный г-н Назар Кульчицкий, министерство юстиции.

3. Заявитель жаловался, в частности, в соответствии со статьей 3 Конвенции, на материальные условия его содержания под стражей в следственном изоляторе Киева и на неадекватную медицинскую помощь. Он также утверждал, что в ожидании судебных заседаний он содержался в маленьком и плохо проветриваемом помещении, а во время самих заседаний – в металлической клетке.

4. 14 февраля 2012 года Правительство было уведомлено о заявлении.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель, г-н Юрий Витальевич Луценко родился в 1964 году и является украинским гражданином.

A. Предыстория дела  

6. Заявитель был министром внутренних дел. Он занимал этот пост с 2005 по 2006 годы и с 18 декабря 2007 года по 11 марта 2010 года. С 27 августа 2014 года он возглавлял партию «Блок Петра Порошенко».

7. 2 ноября 2010 года Генеральная прокуратура (далее – «ГП») возбудила уголовное дело в отношении заявителя и другого лица, г-на П., по подозрению в злоупотреблении служебным положением согласно статье 191 § 3 Уголовного кодекса. 5 ноября 2010 года заявителю было предъявлено официальное обвинение. В тот же день он дал подписку о невыезде.

8. 11 декабря 2010 года ГП возбудила в отношении заявителя еще одно уголовное дело за превышение служебных полномочий в соответствии со статьей 365 § 3 Уголовного кодекса, на основании того, что он организовал получение его водителем, г-ном П., однокомнатной квартиры.

9. Оба уголовных дела были объединены.

10. 13 декабря 2010 года ГП завершила расследование по делу, и предъявила заявителю официальное обвинение в совершении обоих преступлений, переквалифицировав его действия, указанные в первом обвинении, в соответствии со статьей 191 § 5 Уголовного кодекса (присвоение, растрата имущества или завладение им путем злоупотребления служебным положением).

11. 26 декабря 2010 года заявитель был арестован и помещен в следственный изолятор Службы безопасности Украины.

12. 27 декабря 2010 года Печерский районный суд (далее – «Печерский суд») принял решение об изменении меры пресечения в отношении заявителя с подписки о невыезде на заключение под стражу.

13. 28 декабря 2010 года заявитель был переведен в Киевский следственный изолятор № 13 (далее – «СИЗО»).

14. 17 мая 2011 года ГП передала уголовное дело заявителя в Печерский суд, который 27 февраля 2012 года приговорил заявителя к четырем годам лишения свободы. Дело широко освещалось в национальных и международных средствах массовой информации, представители которых присутствовали на судебных слушаниях. Фотографии, изображающие заявителя за металлической решеткой, были опубликованы вскоре после судебных слушаний.

15. 7 марта 2012 года заявитель подал апелляцию против решения суда первой инстанции на основании отсутствия вины.

16. 16 мая 2012 года Киевский апелляционный суд оставил в силе решение Печерского суда.

17. 31 августа 2012 года заявитель был переведен в колонию в городе Мена Черниговской области для отбывания тюремного заключения.

18. В решении от 3 апреля 2013 года Высший специализированный суд Украины по гражданским и уголовным делам оставил в силе приговор заявителя к тюремному заключению, незначительно уменьшив сумму компенсации, которую он должен был выплатить.

19. 7 апреля 2013 года бывший президент Украины издал указ о помиловании в отношении ряда лиц, в том числе заявителя, который был освобожден в тот же день.

B. Состояние здоровья заявителя и оказанная ему медицинская помощь

20. До ареста у заявителя был диагностирован сахарный диабет 2 типа, хронический гастрит и панкреатит.

21. При поступлении в СИЗО 28 декабря 2010 года заявитель был осмотрен начальником медицинской части и дежурным врачом. Он прошел клинические, лабораторные и рентгенологические исследования. На основании этих исследований и анамнеза заявителя, ему был поставлен диагноз симптоматическая гипертензия, и был рекомендован регулярный контроль артериального давления. По словам заявителя, тюремные врачи не обратили внимания на его хронические заболевания, которые были упомянуты в медицинском заключении, представленном в Печерский районный суд, и о которых он неоднократно сообщал устно.

22. По данным Правительства, в период с декабря 2010 года по апрель 2011 года заявитель находился под постоянным наблюдением врачей медицинской части СИЗО, которые посещали его 29, 30 и 31 декабря 2010 года, 1-9, 17 и 24 января, 10, 18 и 25 февраля, 1, 10 и 20 марта и 1 апреля 2011 года. В этот период он не высказывал никаких жалоб, и его состояние здоровья оставалось удовлетворительным. Медики регулярно измеряли его кровяное давление и частоту пульса, и осуществляли общее наблюдение за его состоянием. Заявитель отрицает, что он не жаловался на проблемы мо здоровьем. По его словам, в течение первых трех месяцев содержания под стражей, он потерял более 20 килограмм, у него постоянно наблюдались субфебрильная температура и спастические боли в животе.

23. После жалоб заявителя на ухудшение здоровья, 24 февраля 2011 года частная медицинская лаборатория взяла у него образцы крови для анализа. В результате у заявителя был выявлен воспалительный процесс. Врач, который пришел к такому выводу, предположил, что это была, вероятно, смешанная вирусно-бактериальная инфекция. Также ему был поставлен предварительный диагноз ревматоидный артрит. Для конкретизации диагнозов необходимо было провести дальнейшие специализированные обследования.

24. 9 марта 2011 года врачи СИЗО диагностировали у заявителя артрит.

25. 15 марта 2011 года новый анализ крови показал некоторые негативные изменения в иммунной системе заявителя. Его просьбы об обследовании кардиологом/ревматологом, который дал упомянутое выше заключение, были безуспешными.

26. По данным Правительства, 6 и 13 апреля 2011 года заявитель был осмотрен начальником медицинской части СИЗО. Он жаловался на боли в суставах. Заявителю был поставлен диагноз симптоматическая гипертензия и генерализованный остеоартрит; ему был рекомендован мониторинг артериального давления.

27. 21 апреля 2011 года заявитель объявил голодовку в знак протеста против дальнейшего содержания под стражей.

28. По утверждению Правительства, в период с 22 апреля по 10 мая 2011 года заявитель находился под ежедневным контролем врачей медицинской части СИЗО. Время от времени он жаловался на головокружение и общую слабость. В этот период его состояние здоровья оставалось удовлетворительным.

29. 29 апреля 2011 года администрация СИЗО поместила его в одиночную камеру, и ему были продемонстрированы приспособления для принудительного кормления (например, наручники, расширитель для рта и резиновая трубка). Судя по всему, эти предметы к нему никогда не применялись.

30. По данным Правительства, в тот же день заявитель был осмотрен начальником медицинской части СИЗО. Он жаловался на боли в сердце, которые, по его словам, усиливались при поворотах. Заявителю был поставлен диагноз симптоматическая гипертензия, генерализованный остеоартрит, и миозит левой большой грудной мышцы. В то же время, он сообщил врачу, что он не ел в течение нескольких дней, а только пил чай без сахара и кофе с сахаром. Был проведен анализ мочи заявителя. Анализ показал реакцию на ацетон «один-плюс». Врач рекомендовал общее наблюдение за состоянием здоровья заявителя, мониторинг уровня ацетона в моче и кровяного давления.

1 мая 2011 года заявитель был осмотрен группой медиков Государственной пенитенциарной службы Украины (далее – «ГПС»). Ему рекомендовали «питательную смесь» (манная каша или овсяные хлопья, масло, сахар, молоко, яйца, вареное мясо, соль и аскорбиновая кислота, общая калорийность – 1638, 5 ккал) и следующие медикаменты: раствор натрия хлорида, витамины Bl, В6, и раствор рибоксина. В тот же день заявителю был сделан общий анализ крови, анализ на уровень сахара в крови, и анализ мочи на ацетон (с результатом «три-плюс»). В тот же день заявитель принял 500 мл «питательной смеси».

2 мая 2011 года медицинская комиссия ГПС признала общее состояние его здоровья стабильным и отметила определенный положительный прогресс в преодолении головокружений и общей слабости. Был проведен анализ мочи на ацетон (результат: «три-плюс»).

3 мая 2011 года, в рамках нового обследования медицинской комиссией ГПС, был проведен еще один анализ мочи на ацетон, с результатом «три-плюс». В тот же день заявитель принял 400 мл «питательной смеси». Заявителю было рекомендовано пройти биохимический и общий анализы крови, общий анализ мочи, анализ на уровень сахара в крови и анализ мочи на ацетон, а также ультразвуковое исследование брюшной полости и почек. Заявителю были прописаны инъекции раствора реосорбилакта и раствора глюкозы.

4 мая 2011 года медицинская комиссия ГПС снова осмотрела заявителя. У него были выявлены умеренные диффузные изменения в печени, хронический холецистит и хронический панкреатит. В тот же день заявитель принял 500 мл «питательной смеси». Заявителю были прописаны инъекции раствора реосорбилакта и раствора глюкозы.

31. 5 мая 2011 года жена заявителя попросила администрацию СИЗО провести медицинское обследование мужа в ее присутствии. К тому времени заявитель потерял около четырнадцати килограмм веса. В этот же день, по утверждению Правительства, заявитель был осмотрен медицинской комиссией ГПС. Общий анализ крови, анализ на уровень сахара в крови и анализ мочи на ацетон были проведены в лаборатории Дила. Результаты анализов были низко-положительными. Заявителю был поставлен диагноз хронический холецистит и хронический панкреатит. Было также установлено, что состояние здоровья заявителя связано с недоеданием. В тот же день заявитель отказался принимать пищу или подвергаться жидкостной поддерживающей терапии, чтобы восстановить в организме баланс воды, белков и электролитов.

32. 6 мая 2011 года заявитель был переведен в медицинскую часть СИЗО. По данным Правительства, он был осмотрен комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений. У него была диагностирована гипертония 1-й степени, сердечная недостаточность, сахарный диабет 2 типа в легкой форме в стадии компенсации, хронический холецистит в стадии нестойкой ремиссии, хронический панкреатит в стадии нестойкой ремиссии, остеоартрит без обострения, рассеянный остеохондроз позвоночника и грудной кифоз. Заявителю было рекомендовано: (1) пройти электрокардиографию (ЭКГ) и ультразвуковое обследование сердца для того, чтобы исключить ишемическую болезнь сердца; (2) принимать антигипертензивные препараты (престариум комби) при кровяном давлении выше, чем 140/90 мм рт.ст.; принимать метопролол, чтобы остановить тетакардию, которая случается, когда пульс превышает 100 ударов в минуту. Заявитель получал это лечение в полном объеме.

33. По данным Правительства, 7 мая 2011 года заявитель снова был осмотрен медицинской комиссией ГПС. Был проведен анализ мочи на ацетон (результат: «два-плюс») и общий анализ мочи. Комиссия подтвердила предыдущий диагноз. Заявитель отказался принимать «питательную смесь» или подвергаться жидкостной поддерживающей терапии.

8 мая 2011 года заявитель был осмотрен комиссией врачей из киевских медицинских учреждений Министерства здравоохранения. Врачи подтвердили предыдущий диагноз и дополнительно установили, что заявитель страдает хроническим гастритом в стадии нестойкой ремиссии. Комиссия отметила, что голодовка заявителя значительно повлияла на его общее состояние здоровья. Заявитель прошел электрокардиографию и эхокардиографию. Результат анализа мочи на ацетон был «один-плюс». Заявитель отказался принимать «питательную смесь». Он подвергся жидкостной поддерживающей терапии с аминовеном. Заявителю также было рекомендовано употреблять более разнообразные продукты, ограничив потребление легкоусвояемых углеводов (сахар, мед и сладости); постепенно увеличивать физическую активность; принимать дюфалак или гуталлакс (для нормализации функционирования кишечника) и пробиотики (лациум или симбитер).

9 и 10 мая 2011 года заявитель был осмотрен медицинской комиссией ГПС. Результат анализа мочи на  ацетон был низко-положительным. Он отказался принимать «питательную смесь». Он подвергся жидкостной поддерживающей терапии с физиологическим раствором, витаминами Bl, В6, С, рибоксином и реосорбилактом.

34. По словам заявителя, до 10 мая 2011 года медицинское наблюдение за ним сводилось к измерению кровяного давления и взвешиванию, а также к поверхностному осмотру врачом СИЗО.

35. 10 мая 2011 года он был доставлен в Киевскую клиническую больницу скорой медицинской помощи (далее – «больница скорой помощи»). На следующий день руководство больницы сообщило следователю, что заявитель страдает хроническим панкреатитом в стадии обострения, хроническим гастродуоденитом, нейроциркуляторной дистонией кардиального типа и диабетом 2 типа. Его состояние было оценено как состояние средней тяжести.

36. 18 мая 2011 года заместитель главного врача больницы скорой помощи сообщил жене заявителя дополнительные подробности о  состоянии его здоровья. В дополнение к вышеупомянутым диагнозам, он отметил следующие заболевания: хронический холецистит, полипоз желчного пузыря, аутоиммунный тиреоидит, эутиреоз, себорейный дерматит, близорукость, остеохондроз, хронический синусит, глухота правого уха, язва двенадцатиперстной кишки, эрозия желудка и дуоденогастральный рефлюкс.

37. 23 мая 2011 года заявитель прекратил голодовку.

38. По данным Правительства, 24 мая 2011 года заявитель был осмотрен врачами медицинской части СИЗО. В тот же день он ел кашу. Он также подвергся жидкостной поддерживающей терапии с аминовеном и париетом. Вообще, хотя он по-прежнему жаловался на общую слабость, его состояние значительно улучшилось, как только он прекратил голодовку.

Врачи СИЗО осмотрели заявителя также на следующий день. Они пришли к выводу, что заявитель страдает следующими заболеваниями: хронический панкреатит в стадии обострения, хронический холецистит, полипоз желчного пузыря, хроническая язва двенадцатиперстной кишки, аутоиммунный тиреоидит, эутиреоз, сахарный диабет 2 типа, нейроциркуляторная дистония кардиального типа средней тяжести, себорейный дерматит, шейный остеохондроз, токсико-дисциркуляторная энцефалопатия эндогенного происхождения (степень I-II), язва двенадцатиперстной кишки, папилломатозная гастропатия и эрозия желудка. В тот же день заявитель ел кашу, пил воду и морковный сок. Заявитель подвергся жидкостной поддерживающей терапии и противоязвенному лечению.

26 и 27 мая 2011 года врачи медицинской части СИЗО подтвердили предыдущий диагноз. Заявитель подвергся жидкостной поддерживающей терапии и противоязвенному лечению, и прошел анализ мочи (который не показал наличие ацетона), анализ крови на уровень сахара и биохимический анализ крови. Заявителю также была назначена консультация у гастроэнтеролога.

28 мая 2011 года заявитель был осмотрен комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений. В результате обследования, комиссия сочла общее состояние здоровья заявителя удовлетворительным. Заявителю были поставлены следующие диагнозы: язва двенадцатиперстной кишки, постгеморрагическое состояние желудочно-кишечного тракта, эрозивный гастрит и умеренная постгеморрагическая анемия. Ему было рекомендовано лечение от язвы в стационаре гастроэнтерологической клиники. При невозможности организовать стационарное лечение, он должен был продолжать принимать париет, повторно пройти фиброгастроскопию с биопсией, общий анализ крови, электролиты (калий, фосфор), анализ кала на скрытую кровь), а также дробно питаться пять раз в день, придерживаясь диеты с высоким содержанием белка.

39. По словам заявителя, 28 мая 2011 года он был осмотрен в СИЗО; у него была диагностирована язва двенадцатиперстной кишки в прогрессирующей стадии, желудочно-кишечное кровотечение, эрозивный гастрит и токсико-метаболическая энцефалопатия. Кроме того, были подтверждены все ранее диагностированные у него заболевания.

40. По данным Правительства, 29 мая 2011 года заявитель был осмотрен врачами СИЗО, которые подтвердили предыдущие диагнозы. Он продолжал получать лечение от язвы и дробное питание.

41. 30 мая 2011 года заявитель прошел тест мочи на ацетон (который не показал наличие ацетона), анализ крови на уровень сахара и общий анализ крови. Результаты обследования подтвердили предыдущие диагнозы.

42. 31 мая и 1 июня 2011 года он был осмотрен врачами СИЗО, которые подтвердили предыдущие диагнозы. Были проведены анализы крови и мочи. Он продолжал получать лечение от язвы и соответствующее питание.

43. 8 июня 2011 года начальник СИЗО сообщил председателю Печерского суда о еще нескольких диагнозах, поставленных заявителю во время его обследования 28 мая 2011 года, и попросил направить его для обследования в больницу скорой помощи. По информации  Правительства, это письмо было направлено в суд только 9 июня 2011 года.

44. В своем ответе от 14 июня 2011 года судья Печерского суда заявил, что суд не возражает против обследования заявителя в гражданской больнице. Копия этого письма была направлена в конвойную службу министерства внутренних дел с просьбой о выделении конвойного транспорта для заявителя.

45. 23 июня 2011 года конвойная служба ответила, что вопросы оказания заявителю медицинской помощи находятся в сфере ответственности администрации СИЗО.

46. 24 июня 2011 года жена заявителя и его законный представитель подали в суд новый запрос о его госпитализации. Они утверждали, что заявитель страдает постоянными болями в животе и потерял много веса, в общей сложности 24 кг. 29 июня 2011 года судья ответил, что суд не имеет никаких возражений.

47. По утверждению Правительства, с 2 июня по 2 июля 2011 года заявителя ежедневно осматривали врачи СИЗО. В соответствии с указаниями, данными после предыдущего обследования медицинской комиссией, заявитель регулярно сдавал клинические, биохимические и общие анализы крови и мочи (анализы проводились 7, 8, 15, 18, 19 и 30 июня 2011 года). Заявитель получал лечение против язвы, рекомендованное питание и предписанное амбулаторное лечение. В течение этого периода, указанные выше диагнозы оставались в силе. Кроме того, 24 июня 2011 года врачи обнаружили, что его язва двенадцатиперстной кишки начала затягиваться, что указывало на постепенное улучшение состояния его здоровья.

48. По данным Правительства, 14 июля 2011 года суд дал разрешение на обследование заявителя в больнице скорой помощи.

49. 15 июля 2011 года заявитель был обследован в больнице скорой помощи. Заявителю были проведены фиброгастроскопия и ультразвуковое исследование. Обследование показало варикозное расширение вен пищевода с дилатацией 1-й степени, умеренную портальную гипертоническую гастропатию, хронический холецистит, полипоз желчного пузыря, хронический панкреатит и мочекаменный диатез. Заявителю было рекомендовано пройти биохимический анализ крови, общий анализ крови, анализ на титры антител гепатита B, C и D, ультразвуковое исследование брюшной полости с допплеросонографией. По словам заявителя, он не получил назначенных лекарств.

50. 21 июля 2011 года, у заявителя, в присутствии его адвоката, были взяты образцы крови для комплексных анализов на функции печени (гепатит В, С и D). По просьбе заявителя, для того, чтобы обеспечить объективный анализ, образцы были отправлены в две лаборатории: Евролаб и Синэво.

51. 22 июля 2011 года заявитель прошел ультразвуковое исследование брюшной полости с допплеросонографией в больнице скорой помощи. По результатам исследования был поставлен следующий диагноз: признаки диффузного повреждения печени по типу хронического гепатоза, портальная гипертензия степени P, спленомегалия первой степени и хронический холецистит. В соответствии с рекомендациями, заявитель прошел анализы на маркеры гепатита B, C, D и функции печени.

52. 23 июля 2011 года заявителю были прописаны следующие препараты: урсофальк, эссенциале форте, праймер, хофитол и дуспаталин.

53. По информации Правительства, с 2 по 30 августа 2011 года заявитель находился под ежедневным контролем врачей СИЗО. Его состояние здоровья оставалось неизменным. Заявитель продолжал жаловаться на дискомфорт в верхней части живота. Он получал предписанное ему ранее лечение.

54. 30 августа 2011 года два старших гражданских врача осмотрели заявителя в СИЗО. Они диагностировали у него цирроз печени, предположительно, вызванный предшествовавшей голодовкой. Кроме того, врачи обнаружили у него два внутренних кровоизлияния. Заявителю было рекомендовано пройти более тщательное обследование в специализированной гражданской больнице. Кроме того, он нуждался в правильном питании.

55. По данным Правительства, 2 сентября 2011 года, после решения суда, СИЗО посетила комиссия врачей (гастроэнтерологи, эндоскопист и специалист по УЗИ). Заявитель отказался сдать образцы крови пройти медицинское обследование, ультразвуковое обследование и ФГДС, которые были рекомендованы медицинской комиссией.

56. 6 сентября 2011 года комиссия Министерства здравоохранения осмотрела заявителя в СИЗО. Комиссия порекомендовала ему пройти обследование на специальном оборудовании для постановки конкретных диагнозов.

57. 7 и 8 сентября 2011 года у заявителя были взяты образцы крови и фекалий для лабораторных исследований.

58. 13 сентября 2011 года жена заявителя вновь попросила Печерский суд о госпитализации и надлежащем лечении ее мужа.

59. 15 сентября 2011 года заявитель был госпитализирован и обследован в Киеваском диагностическом центре. У него были диагностированы начальные признаки портальной гипертензии, а также признаки хронического холецистита, ангиомиополипома правой почки и паренхиматозная киста левой почки. В тот же день заявитель прошел ультразвуковое исследование брюшной полости, которое выявило признаки полипов желчного пузыря и диффузные изменения поджелудочной железы, и подтвердило вышеупомянутые патологии почек.

60. 20 сентября 2011 года заявитель прошел колоноскопию, которая показала дивертикулит сигмовидной кишки. В тот же день вновь назначенная комиссия Министерства здравоохранения осмотрела его и поставила диагноз жировая болезнь печени. Ему были прописаны диетическая терапия, минерально-витаминный комплекс, блокаторы протонной помпы и гепатопротекторы.

61. По информации Правительства, 22 сентября 2011 года заявитель проконсультировался с гематологом. С целью уменьшения числа белых кровяных клеток (лейкоцитов) и тромбоцитов в крови, заявителю было рекомендовано снова пройти общий анализ крови в двух независимых лабораториях, признанных Министерством здравоохранения. После того, как результаты этих анализов стали известны, заявителю снова было рекомендовано обратиться к гематологу.

62. 23 сентября 2011 года образцы крови заявителя были отправлены в лабораторию для общего анализа. 26 сентября 2011 года, после рекомендации гематолога, образец крови был отправлен в лабораторию Синэво для анализа на профиль коагуляции.

63. 28 сентября 2011 года заявитель вновь проконсультировался с гематологом. На основании результатов предыдущих исследований, врач пришел к выводу, что у заявителя нет системных заболеваний крови.

64. 24 октября 2011 года заявитель завершил курс лечения, рекомендованный комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений 20 сентября 2011 года.

65.  29 сентября 2011 года заявителю было предложено пройти биопсию печени, но он отказался.

По его словам, биопсия является хирургическим вмешательством, после которого пациент должен оставаться в медицинском учреждении под наблюдением врача в течение периода, который доктор считает необходимым для предупреждения послеоперационных осложнений. Тем не менее, заявителю не были предоставлены гарантии, что медицинская помощь будет адекватной, и что он сможет остаться в больнице после биопсии. Он считал, что немедленное возвращение его в СИЗО негативно отразится на состоянии его здоровья. Кроме того, заявитель опасался, что в случае осложнений после биопсии он не сможет получить надлежащую медицинскую помощь в СИЗО. В этой связи он сослался на свой предыдущий опыт.

66. 4 октября 2011 года родственники заявителя принесли ему блокаторы протонной помпы и гепатопротекторы, прописанные ему комиссией специалистов Министерства здравоохранения еще 20 сентября 2011 года.

67. По сведениям Правительства, 2 ноября 2011 года заявитель был осмотрен врачами СИЗО. Во время обследования он жаловался на общую слабость, тянущие боли в правом подреберье, и дискомфорт в верхней части живота и в области кишечника. Ему был поставлен диагноз жировая болезнь печени, начальные признаки портальной гипертензии, эрозивный геморрагический хеликобактер-ассоциированный гастрит, и дивертикулит сигмовидной кишки. После того, как заявитель завершил назначенный курс амбулаторного лечения, ему было предложено пройти лабораторные и инструментальные обследования. Заявитель представил письменное заявление об отказе проходить ФГДС и ректосигмоидоскопию.

68. 3 ноября 2011 года у заявителя были взяты образцы крови для лабораторного исследования в киевском диагностическом центре. В частности, были проведены клинический, общий и биохимический анализы крови и анализ на профиль коагуляции.

69. 5 ноября 2011 года, по решению суда, заявитель был осмотрен комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений. У него были диагностированы следующие заболевания: жировая болезнь печени, начальные признаки портальной гипертензии, хронический хеликобактер-ассоциированный гастрит и дивертикулит сигмовидной кишки. Заявителю было рекомендовано пройти УЗИ брюшной полости, анализ кала на скрытую кровь, анализ кала на яйца гельминтов и на простейшие, проконсультироваться с урологом, придерживаться специальной диеты, принимать минеральный витаминный комплекс и продолжать принимать ингибиторы протонной помпы.

70. 8 ноября 2011 года заявитель прошел ультразвуковое исследование брюшной полости в киевском городском диагностическом центре. У него были  диагностированы признаки полипов желчного пузыря, умеренные изменения поджелудочной железы, ангиомиополипомы правой почки и малые кисты левой почечной пазухи. Однако заявитель отказался обратиться к урологу.

71. 9 ноября 2011 году он получил посылку с необходимыми лекарствами.

72. По данным Правительства, в ноябре 2011 года состояние здоровья заявителя оставалось удовлетворительным. Время от времени он жаловался на общую слабость, дискомфорт в области толстого кишечника и боли в правом подреберье. В этот период его ежедневно осматривали врачи медицинской части СИЗО, и он регулярно получал назначенное лечение. Диагноз оставался неизменным.

Тем не менее, заявитель продолжал жаловаться на периодический дискомфорт в области толстого кишечника. Он получал медицинское лечение, рекомендованное комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений 5 ноября 2011 года.

73. 14 декабря 2011 года заявитель был осмотрен комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений. Основываясь на результатах предыдущих исследований, врачи диагностировали у заявителя следующие заболевания: жировая болезнь печени, начальные признаки портальной гипертензии, хронический хеликобактер-ассоциированный гастрит, синдром раздраженного кишечника и дивертикулит сигмовидной кишки; однако заболеваний крови выявлено не было. Врачи рекомендовали заявителю пройти дополнительные обследования: электрокардиографию, ирригоскопию, анализ кала на дисбактериоз, анализ кала  на панкреатическую эластазу и анализ кала  на скрытую кровь. Кроме того, заявителю было назначено следующее лечение: специальная  диета; спазмомен или метеоспазмил; суппозитории постеризан; креон; валидол для облегчения болей в животе; хофитол, продолжать принимать с 19 декабря 2011 года. Тем не менее, 19 декабря заявитель, по собственной инициативе, отказался от назначенного лечения.

74. В начале января 2012 года заявитель жаловался администрации СИЗО на боли в желудке и кишечнике.

75. 5 и 14 января 2012 он прошел различные лабораторные исследования в связи с хроническими желудочно-кишечными заболеваниями, а 11 января 2012 года – ультразвуковое исследование брюшной полости.

76. 19 января 2012 года, во время судебного заседания, заявитель жаловался на плохое самочувствие. Ему была вызвана скорая помощь. Врач диагностировал обострение хронического панкреатита и ввел заявителю ряд лекарств. Общее состояние здоровья заявителя было оценено как удовлетворительное.

77. 20 января 2012 года заявитель был осмотрен комиссией врачей-специалистов, направленных Министерством здравоохранения, которые постановили следующие диагнозы: жировая болезнь печени (стеатоз), начальные признаки портальной гипертензии, хронический хеликобактер-ассоциированный гастрит, синдром раздраженного кишечника и дивертикулез сигмовидной кишки. Хотя  комиссия отметила ухудшение здоровья заявителя по причине «нарушения режима питания и психо-эмоциональных перегрузок», оно признало состояние его здоровья в целом удовлетворительным и не требующим стационарного лечения в специализированной гражданской больнице. Врачи рекомендовали нормализовать режим питания и снизить психо-эмоциональное напряжение. Они также назначили ряд медикаментов.

78. 23 января 2012 года Министерство здравоохранения направило для обследования заявителя в СИЗО еще одну комиссию, в которую входили три гастроэнтеролога. Врачи признали состояние здоровья заявителя в целом удовлетворительным, и пришли к выводу, что ему не требуется госпитализация. Они также прописали заявителю лекарства и повторили предыдущие рекомендации в отношении питания.

 79. 24 февраля 2012 года заявитель был осмотрен комиссией врачей из гражданских медицинских учреждений. Они отметили, что состояние его здоровья улучшилось. У заявителя была диагностирована жировая болезнь печени (стеатоз), начальные признаки портальной гипертензии, хронический хеликобактер-ассоциированный гастрит, синдром раздраженного кишечника и дивертикулез сигмовидной кишки. Заявителю было рекомендовано соблюдать рациональную диету, продолжать принимать дуспаталин и креон, экстракт валерианы и суппозитории с белладонной. Заявитель получал эти медикаменты в полном объеме.

80. 6 апреля 2012 он был переведен из СИЗО в больницу скорой медицинской помощи для дальнейшего обследования.

81. По словам заявителя, несмотря на многочисленные обследования, в СИЗО он не получал надлежащего лечения и необходимых лекарств. Он получил надлежащую медицинскую помощь в больнице скорой помощи 10 мая 2011 года и 6 апреля 2012 года, но был выписан из больницы 23 мая 2011 года и 20 апреля 2012 соответственно, по произвольному решению пенитенциарной службы, а не по решению врачей, которые лечили его в больнице. Ему давали лекарства, которые были несовместимы с его общим состоянием здоровья, и, хотя эти лекарства помогали устранять симптомы, они способствовали ухудшению его общего состояния здоровья.

C. Материальные условия содержания заявителя под стражей в СИЗО

82. При поступлении в СИЗО, заявитель был помещен в камеру № 158, площадью 8, 58 квадратных метров. Он делил камеру с одним или двумя другими заключенными. По его словам, в камере была плохая вентиляция, и не хватало средств личной гигиены. На стенах были следы плесени. Кроме того, не было доступа к питьевой воде. За исключением периода с 28 апреля по 8 мая 2011 года (см. пункт 110 ниже), вместе с ним в камере находились еще двое заключенных.

83. По данным Правительства, в камере имелась надлежащая вентиляция и достаточное естественное освещение. Заявитель имел возможность совершать ежедневные прогулки на свежем воздухе, за исключением дней, когда проводились длительные судебные заседания. Ему было разрешено получать питьевую воду из родственников, а также принимать душ один или два раза в неделю.

84. С 8 по 10 мая 2011 года заявитель содержался в камере № 257 в медицинской части СИЗО, площадью 23, 21 квадратных метра.

85. С 10 по 23 мая 2011 года он находился в больнице скорой помощи.

86. 23 мая 2011 года заявитель был переведен в камеру № 260 в медицинской части СИЗО, площадью 22, 32 квадратных метра, которую он делил с еще одним заключенным. Он оставался там до 1 июля 2011 года.

87. 1 июля 2011 года он был переведен в камеру № 158, где находился еще один заключенный.

88. 27 марта 2012 года он был переведен в камеру № 136.

89. 6 апреля 2012 года заявитель был переведен в больницу скорой помощи. 20 апреля 2012 года он вернулся в камеру № 136.

D. Условия содержания заявителя под стражей во время судебных слушаний

90. Документы, представленные Правительством, в частности, протоколы слушаний в Печерском суде (см. Приложение), свидетельствуют о том, что с 23 мая 2011 года по 16 февраля 2012 года суд провел семьдесят девять заседаний, на которых присутствовал заявитель. На заседании 27 февраля 2012 года, суд провозгласил решение по делу заявителя. В течение тридцати пяти заседаний суд ни разу не удалялся для обсуждения промежуточных процессуальных вопросов, но объявил, по крайней мере, один перерыв; в течение двенадцати заседаний суд удалялся для обсуждения и объявил, по крайней мере, один перерыв; одиннадцать заседаний прерывались для обсуждений промежуточных процессуальных вопросов, но в остальном проводились без перерывов. 14 и 19 июля, 22 августа и 29 сентября 2011 года, 17, 27 и 31 января, 1, 2, 6, 7, 9, 14 и 15 февраля 2012 года суд объявлял перерыв на обед. Тем не менее, 14 июля 2011 года заявитель был удален из зала суда до конца рассмотрения дела за ненадлежащее поведение, до объявления обеденного перерыва.

Кроме того, восемнадцать заседаний были проведены без обсуждений  и перерывов. В частности, заседание 12 октября 2011 года длилось 2 часа 51 минуту, 18 октября 2011 года – 3 часа 36 минут, а 16 и 21 ноября 2011 года заседания продолжались почти три часа.

91. Заявитель продолжал голодовку до 23 мая 2011 года. Ему заранее сообщили, что в этот день будет проходить предварительное слушание. По его словам, его разбудили в 4:30 утра, чтобы доставить в здание суда на слушание, которое началось около 11 часов утра. Ему пришлось ждать в небольшой комнате конвоя площадью около 1, 5 квадратных метров. В целом, заявитель утверждает, что он провел 12-14 часов без еды и питьевой воды, в плохо вентилируемом помещении. В тот же день он прекратил голодовку, которая длилась около месяца.

92. По утверждению Правительства, эта информация неверна. Заявитель покинул больницу в 7 часов утра и прибыл в здание суда в 7:20 утра, а в 10:30 он был препровожден в зал суда.

93. По словам заявителя, он был доставлен в суд с кровотечением в связи с открывшейся язвой желудка, хотя это состояние требовало немедленной госпитализации. После восьмичасового слушания его отвезли в СИЗО. Он был переведен в медицинскую часть СИЗО только после того, как потерял сознание. Несмотря на это, ему не назначили никакого лечения. Поздним вечером состояние здоровья заявителя резко ухудшилось.

94. По данным Правительства, пока заявитель находился в больнице, его здоровье находилось под постоянным наблюдением медиков. Если бы состояние здоровья не позволяло ему принимать участие в судебном заседании, медицинский персонал сообщил бы об этом, и заявителя бы не повезли в суд.

95. По словам заявителя, он страдал от отсутствия отдыха, питьевой воды и пищи также во время последующих судебных заседаний, когда его держали в металлической клетке в зале суда.

96. 20 января 2012 года заявитель, в своем запросе в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда, который впоследствии не был удовлетворен, утверждал, что 17 и 18 января 2012 года Печерский суд проводил слушания ежедневно, несмотря на его жалобы на ухудшение здоровья и острые боли в животе. По его словам, слушания обычно проводились с 9:00 до 18:30, с одним тридцатиминутным перерывов. 19 января 2012 года слушание продолжалось с 9:00 до 23:30. Заявитель утверждал, что после отъезда из СИЗО и до своего возвращения, он не получал пищи или воды. Кроме того, 19 января 2012 года суд четыре раза вызывал ему скорую помощь.

97. Согласно информации, представленной Правительством, в дни слушаний задержанные получали от тюремной администрации продовольственные пакеты: заявитель отказался от них в письменном виде 1 декабря 2011 года и 11, 19 и 20 января 2012 года, отметив, что у него имеется собственный запас продуктов.

98. Правительство представило расписание дней, когда проводились заседания (см. Приложение), содержащее информацию о времени, когда заявитель садился в машину и прибывал в зал суда, когда начинались и когда заканчивались заседания, и когда заявитель садился в машину и возвращался в СИЗО. Они также представили протоколы судебных слушаний в Печерском суде.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

99. Уголовный кодекс 2001 года

Статья 365.  Превышение власти или служебных полномочий

«1. Превышение власти или служебных полномочий, то есть умышленное совершение должностным лицом действий, которые явно выходят за пределы предоставленных ему прав или полномочий, если они причинили существенный вред охраняемым законом правам и интересам отдельных граждан, или государственным либо общественным интересам, или интересам юридических лиц,

наказывается...

2. Превышение власти или служебных полномочий, если оно сопровождалось насилием, применением оружия или мучительными и оскорбляющими личное достоинство потерпевшего действиями, при отсутствии признаков пыток,

наказывается...

3. Действия, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, повлекшие тяжкие последствия,

наказываются лишением свободы на срок от семи до десяти лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет».

100. Уголовно-процессуальный кодекс 1961 года

Статья 148.  Цель и основания применения мер пресечения

«Меры пресечения применяются к подозреваемому, обвиняемому, подсудимому, осужденному с целью предотвратить попытки уклониться от дознания, следствия или суда, воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу или продолжить преступную деятельность, а также для обеспечения исполнения процессуальных решений.

Меры пресечения применяются при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый, обвиняемый, подсудимый, осужденный будет пытаться уклониться от следствия и суда или от исполнения процессуальных решений, препятствовать установлению истины по делу или продолжать преступную деятельность...»

Статья 165-2.  Порядок избрания меры пресечения

«В стадии досудебного расследования дела меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей, избирает орган дознания, следователь, прокурор.

Если орган дознания, следователь полагает, что есть основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, он с согласия прокурора вносит представление в суд. Такое же представление вправе внести прокурор. При решении этого вопроса прокурор обязан ознакомиться со всеми материалами, которые дают основания для заключения под стражу, проверить законность получения доказательств, их достаточность для обвинения.

Представление должно быть рассмотрено в течение семидесяти двух часов с момента задержания подозреваемого или обвиняемого.

Если в представлении ставится вопрос о заключении под стражу лица, пребывающего на свободе, судья вправе своим постановлением дать разрешение на задержание подозреваемого, обвиняемого и доставление его в суд под стражей. Задержание в этом случае не может продолжаться более семидесяти двух часов, а в случае, когда лицо находится за пределами населенного пункта, в котором действует суд, — не более сорока восьми часов с момента доставления задержанного в этот населенный пункт.

После получения представления судья изучает материалы уголовного дела, представленные органами дознания, следователем, прокурором, допрашивает подозреваемого или обвиняемого, а при необходимости получает пояснения у лица, в производстве которого находится дело, выслушивает мнение прокурора, защитника, если он явился, и выносит постановление:

(1) об отказе в избрании меры пресечения, если для ее избрания нет оснований;

(2) об избрании подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

Суд принимает решение о предварительном заключении под стражу лица в его отсутствие, только если это лицо находится в международном розыске. В таких случаях, после ареста лица и не позднее чем через сорок восемь часов с момента его передачи в место проведения разбирательства, суд, с участием [заинтересованного] лица, должен рассмотреть вопрос, следует ли применить меру пресечения в виде содержания под стражей или изменить такую меру, и выносит соответствующее решение.

Отказав в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд вправе избрать подозреваемому, обвиняемому меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей.

На постановление судьи в апелляционный суд прокурором, подозреваемым, обвиняемым, его защитником или законным представителем в течение трех суток со дня его вынесения может быть подана апелляция. Подача апелляции не приостанавливает исполнения постановления судьи.

Если для избрания задержанному меры пресечения необходимо дополнительно изучить данные о личности задержанного или выяснить другие обстоятельства, имеющие значение для принятия решения по этому вопросу, то судья вправе продлить задержание до десяти, а по ходатайству подозреваемого, обвиняемого — до пятнадцати суток, о чем выносится постановление. В случае, когда такая необходимость возникнет при решении этого вопроса относительно лица, которое не задерживалось, судья вправе отложить его рассмотрение на срок до десяти суток и применить меры, позволяющие обеспечить на этот срок его надлежащее поведение или своим постановлением задержать подозреваемого, обвиняемого на этот срок».

Статья 274.  Избрание, отмена или изменение меры пресечения в суде

«Во время рассмотрения дела суд, при наличии к тому оснований, может своим определением изменить, отменить или избрать меру пресечения в отношении подсудимого.

При избрании меры пресечения в виде содержания под стражей суд должен руководствоваться соответствующими статьями главы 13 настоящего Кодекса».

101. Основы законодательства Украины о здравоохранении 1992 года

Статья 6.  Право на охрану здоровья

«Каждый гражданин Украины имеет право ни охрану здоровья, что предусматривает:

(a) жизненный уровень, включая еду, жилье, медицинский уход и социальное обслуживание и обеспечение, необходимый для поддержания здоровья человека;

(b) квалифицированную медико-санитарную помощь, включая свободный выбор врача и методов лечения в соответствии с рекомендациями врача...

(e)  достоверную и своевременную информацию о состоянии своего здоровья и здоровья населения, включая существующие и возможные факторы риска и их степень;

(f) возмещение причиненного здоровью вреда;

(g)  возможность, проведения независимой медицинской экспертизы в случае несогласия гражданина с выводами медицинской экспертизы, применения к нему мер принудительного лечения и в дpyгих случаях, если действиями работников здравоохранения могут быть ущемлены общепризнанные права человека и гражданина...»

102. Закон о предварительном заключении 1993 года

Статья 7. Режим в местах предварительного заключения

«Вещи [заключенных], а также передачи и посылки, поступающие на их имя, подлежат осмотру…»

Статья 11.  Материально-бытовое обеспечение и медицинское обслуживание лиц, взятых под стражу

«Лицам, взятым под стражу, обеспечиваются бытовые условия, соответствующие правилам санитарии и гигиены.

Норма площади в камере для одного взятого под стражу лица не может быть менее 2, 5 квадратных метров...

Лицам, взятым под стражу, предоставляются бесплатно по единым нормам, установленным Кабинетом Министров Украины, питание, индивидуальное спальное место, постельные принадлежности и другие виды материально-бытового обеспечения. В необходимых случаях им кажется одежду и обувь...

Медицинское обслуживание, а также лечебно-профилактическая и работа, ... организуются и проводятся в соответствии с законодательством о здравоохранении.

Порядок предоставления заключенным медицинской помощи, использование с этой целью учреждений здравоохранения, привлечение их медицинского персонала [Государственной пенитенциарной службой] министерства обороны и министерства здравоохранения».

103. Приказ Министерства внутренних дел Украины, Министерства юстиции Украины, Генеральной прокуратуры, Верховного Суда Украины, Государственной службы безопасности от 16 октября 1996 года № 705/37/5/17-398 1-3/503/239 «Об утверждении Инструкции о порядке конвоирования и содержания в судах подсудимых (осужденных) по требованию судебных органов»:

«В соответствии с Законом Украины «О внутренних войсках Министерства внутренних дел Украины»… ПРИКАЗЫВАЕМ:

  1. Утвердить Инструкцию  о порядке конвоирования и содержания в судах подсудимых (осужденных) по требованию судебных органов (см. Приложение)…

Инструкция: О порядке конвоирования и содержания в судах подсудимых (осужденных) по требованию судебных органов

…  В зале для судебных заседаний место для подсудимых должно быть оборудовано деревянной скамьей и деревянным барьером высотой 1 м, прикрепленными к полу... Во всех судебных органах до 50% залов судебных заседаний, в которых рассматриваются уголовные дела, оборудуются стационарными металлическими ограждения, отделяющие подсудимых от состава суда и присутствующих в зале граждан...

На окнах таких залов… устанавливаются решетки…».

III. СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МАТЕРИАЛЫ СОВЕТА ЕВРОПЫ

104. В Рекомендации Rec (2006) 2 Комитета Министров государствам-членам в отношении Европейских тюремных правил, принятой 11 января 2006 года на 952-м заседании заместителей министров (далее – «Европейские тюремные правила»), изложены основные руководящие принципы, связанные с условиями содержания под стражей и оказанием медицинской помощи. Соответствующие части Правил гласят:

«Место отбывания наказания и размещение...

18.1  При размещении заключенных, особенно при предоставлении мест для сна, должно уважаться их человеческое достоинство и обеспечиваться возможность уединения, а также с учетом климатических условий соблюдаться санитарно-гигиенические требования в отношении площади, кубатуры (объема) помещений, освещения, отопления и вентиляции.

18.2  Во всех помещениях, где живут, работают или собираются заключенные:

a.  окна должны иметь размеры, достаточные для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и обеспечивался приток свежего воздуха, независимо от того, существует ли система кондиционирования или нет;

b.  искусственное освещение должно отвечать общепринятым техническим нормам; ...

18.4  Национальное законодательство должно содержать механизмы, не допускающие нарушения этих минимальных требований при переполнении пенитенциарных учреждений.

18.5  На ночь заключенных обычно следует размещать поодиночке в отдельных камерах, за исключением случаев, когда им предпочтительнее находиться совместно с другими заключенными...

Гигиена

19.1  Все части тюрьмы должны постоянно содержаться в порядке и чистоте.

19.2  При размещении заключенных в тюрьме камеры или другие помещения, в которых они содержатся, должны быть чистыми.

19.3  Заключенные должны иметь беспрепятственный доступ к санитарным устройствам, отвечающим требованиям гигиены с предоставлением возможности уединения.

19.4  Ванные и душевые должно быть в количестве, достаточном для того, чтобы каждый заключенный мог пользоваться ими при температуре, соответствующей климату, по возможности, ежедневно, но не менее двух раз в неделю или чаще, если это необходимо для поддержания гигиены.

19.5  Заключенным следует содержать себя, свою одежду и спальные места в чистом и опрятном виде.

19.6  Администрация тюрьмы предоставляет им для этого соответствующие средства, включая туалетные принадлежности, а также принадлежности и предметы для поддержания чистоты.

19.7  Следует предусматривать необходимые меры для удовлетворения санитарных потребностей женщин.

Одежда и постельные принадлежности

20.1  Заключенные, не имеющие собственной одежды по сезону, получают одежду, соответствующую климатическим условиям.

20.2  Одежда не должна быть позорящей или унижающей.

20.3  Предметы одежды должны содержаться в хорошем состоянии и при необходимости заменяться.

20.4  Заключенных, получивших разрешение на выход за пределы территории тюрьмы, не следует заставлять надевать одежду, которая определяет их как заключенных.

21.  Каждого заключенного следует обеспечивать отдельной кроватью и индивидуальными постельными принадлежностями, содержащимися в надлежащем порядке и хорошем состоянии и подлежащими смене так часто, как это необходимо для поддержания их чистоты...

Медицинское обслуживание

39.  Администрация тюрьмы обеспечивает медицинское обслуживание всех заключенных этих учреждений.

Организация медицинского обслуживания в тюрьмах

40.1  Медицинское обслуживание в тюрьмах следует организовывать в тесном сотрудничестве с местными или государственными органами здравоохранения.

40.2  Политика в области тюремного здравоохранения является неотъемлемой частью национальной политики здравоохранения и совместима с ней.

40.3  Заключенные должны иметь доступ ко всем медицинским услугам страны без дискриминации на основании их правого статуса.

40.4  Медицинские службы тюрем выявляют и осуществляют лечение физических недостатков и психических заболеваний, которыми страдают заключенные.

40.5  С этой целью оказываются все необходимые медицинские, хирургические и психиатрические услуги, включая имеющиеся в в свободном обществе.

Медицинский и обслуживающий персонал

41.1  Каждая тюрьма должно иметь в своем распоряжении, по крайней мере, одного квалифицированного врача общей медицинской практики.

41.2  В случае необходимости следует принимать срочные меры по привлечению квалифицированного специалиста для оказания неотложной медицинской помощи заключенным...

41.4  Каждая тюрьма должна иметь в своем распоряжении персонал, обладающий надлежащей медицинской подготовкой.

Обязанности врача (медицинского работника)

42.1  Медицинский работник или квалифицированная медицинская сестра, подчиненная такому работнику, осматривает каждого заключенного после поступления при первой возможности и обследует его, за исключением случаев, когда в этом нет явной необходимости…

42.3  При осмотре заключенного врач или медицинская сестра уделяет особое внимание...

b.  диагностированию физического или психического заболевания и принятию всех необходимых мер для его установления и продолжения курса лечения...

f. изоляции заключенных, которые подозреваются в том, что они страдают каким-либо инфекционным или заразным заболеванием, на все время сохранения инфекции и обеспечения их надлежащего лечения...

43.1  О физическом и психическом здоровье заключенных заботится врач, который осматривает в условиях и с частотой, соответствующим стандартам здравоохранения в обществе, всех больных заключенных, обратившихся с жалобой на болезнь или травму, а также всех тех, на кого было обращено его особое внимание...

Медицинский уход

46.1  Больные заключенные, требующие специализированного лечения, переводятся в особые заведения или гражданские больницы, если такое лечение невозможно в условиях тюрьмы.

46.2  Собственная больница тюрьмы должна быть достаточно укомплектована персоналом и оборудованием для надлежащего ухода и лечения направляемых в эту больницу заключенных».

105. Доклад украинскому правительству о визите в Украину Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) с 9 по 21 сентября 2009 года (опубликован 23 ноября 2011 года), в частности, гласит:

«5.  Условия содержания основной массы осужденных

a.  места предварительного содержания (СИЗО)

i)  СИЗО в Киеве

100. СИЗО в Киеве состоит из комплекса зданий в одном из центральных районов Киева. Некоторые из зданий были построены около 140 лет назад. Три меньших, более современных блоки, были предназначены для работающих приговоренных осужденных, женщин и несовершеннолетних. Новый блок для женщин был в процессе строительства, но этот процесс был практически приостановлен из-за нехватки ресурсов.

При официальной вместимости 2950 мест, 8 сентября 2009 года в этом заведении содержались 3440 заключенных, в том числе 217 женщин и 69 несовершеннолетних. Подавляющее большинство заключенных были под стражей. В учреждении также содержалось 297 заключенных, которые ожидали результаты их апелляции (в том числе 41 пожизненно заключенный), 93 транзитных заключенных и 100 приговоренных осужденных, направленных на работу по обслуживанию и поддержке учреждения. Кроме того, было 11 заключенных, которые подвергались судебно-психиатрической экспертизе, и которые ожидали окончательного решения, касающегося вопроса об их уголовной ответственности. Среди содержащихся были также 210 иностранных граждан (из которых 170 были из стран Содружества Независимых Государств).

Начиная с 2001 года, были внесены соответствующие поправки в УК, соответствующая статья называется «арестные дома», которые были созданы для лиц, впервые отбывающих наказание, сроком до 6 месяцев…

103.  Материальные условия, преобладающие в участке для женщин были немного лучше. В частности, камеры были менее переполненные (например, 6 заключенных в камере площадью 8 м², 16 заключенных в камере площадью 27 м²). Камеры имели хороший доступ к естественному свету, но была недостаточной вентиляция и заключенные жаловались, что летом в камере было очень жарко. Санузлы были полностью разделены, и имелись краны как с холодной, так и горячей водой. Некоторые камеры были украшены самими заключенными, и это создавало домашний эффект…

104.  Участок для работающих осужденных предоставлял лучшие условия содержания под стражей в сравнении с другими участками. Общежития были должным образом освещены, хорошо проветриваемы и чистыми. Они были соответствующе оборудованы (кровати, столы и стулья или табуреты, некоторые полки и шкафчики) и заключенные могли иметь свои собственные радио или телевидение. Кроме того, в участке был спортивный зал, просторный "клуб", где заключенные могли смотреть фильмы и играть в настольный теннис, а также комната для молитв.

105.  Заведение не предоставило заключенным никаких средств личной гигиены, кроме мыла. Как указано в пункте 88, доступ к душу был ограничен одним разом в неделю. 

Что касается пищи, то заключенные были обеспечены трехразовым питанием. Количество пищи казалось достаточным, но многие заключенные жаловались на ее низкое качество и отсутствие разнообразия. В частности, не было свежих фруктов, яиц или молока (даже для несовершеннолетних заключенных). В дополнение к своей диете, заключенным полагались посылки большей вместительности от своих семей и покупки в магазине учреждения…

В СИЗО имеется библиотека, включающая приблизительно 27000 книг. Делегация была удивлена, узнав, что подследственным не разрешают получать книги (кроме Библии) или газеты извне. КПП хотел бы получить комментарии украинских властей относительно этого запрета.

Единственной регулярной активностью вне камер является прогулка продолжительностью один час в день в прогулочных двориках, расположенных в верхней части жилых блоков. В силу своего размера и конфигурации, эти голые участки, окруженные высокими стенами (площадью от 16 до 60 м ²) не позволяют заключенным упражняться физически.

КПП рекомендует украинским властям предпринять активные шаги для предложения организованной деятельности вне камеры (работа, отдых / общение, образование, спорт), заключенным в Киевском СИЗО. Кроме того, Комитет рекомендует принять меры для построения более подходящих прогулочных двориков, которые позволяли бы заключенным упражняться физически, а также крытые и открытые спортивные сооружения…

6.  Охрана здоровья 

a.   Введение

123.  В течение визита 2009 года делегация была проинформирована о предложении создать рабочую группу для изучения передачи медико-санитарного обеспечения заключенных Министерству здравоохранения. КПП может лишь поощрять эту инициативу, которая согласуется с замечаниями в пункте 142 доклада о его визите 1998, а именно, что более активное участие министерства здравоохранения в предоставлении медицинских услуг в тюрьме будет способствовать оптимальной медицинской помощи для заключенных, а также реализации общего принципа эквивалентности здравоохранения с тем уровнем, что существует в обществе в целом. Комитет хотел бы получить информацию о принятых мерах по вышеупомянутым предложением.

В этой связи, КПП также желает подчеркнуть необходимость продолжения профессионального обучения для тюремного медицинского персонала, с тем чтобы они могли выполнять свои обязанности надлежащим образом. Комитет хотел бы получить информацию о национальной политике в этой области.

124.  Доклады о предыдущих визитах КПП в Украину содержат ряд рекомендаций, замечаний и просьб о предоставлении информации в области оказания медицинской помощи заключенным. Несмотря на усилия украинской власти, сделанные в последние годы, и добрую волю и приверженность медицинского персонала посещенных пенитенциарных учреждений, оказание медицинской помощи заключенным остается проблематичным из-за нехватки персонала, средств и ресурсов. В ходе визита делегация услышала много жалоб от заключенных из посещенных учреждений, касающихся задержки в доступе к врачу, отсутствия медикаментов и недостаточного качества медицинского обслуживания».
 

106.  Доклад украинскому правительству о визите в Украину Европейского комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (ЕКПП) с 29 ноября по 6 декабря 2011 года [CPT/Inf (2012) 30], в частности, гласит:

«... 48.  По случаю этого визита и в свете сообщений, недавно полученных КПП, состав делегации также подробно рассмотрел услуги здравоохранения, предоставляемые определенным лицам, которые содержатся под стражей в Киевском СИЗО и, в частности, г-н Валерий ИВАЩЕНКО, г-н Юрий ЛУЦЕНКО и г-жа Юлия ТИМОШЕНКО.

В этой связи Комитет хотел бы подчеркнуть, что роль членов делегации медиков не та же, что у лечащего врача; их задача состоит в оценке качества медицинской помощи и, в частности, доступа к лечению содержащихся людей. Кроме того, Комитет хотел бы напомнить, что тюремные власти несут ответственность за охрану здоровья всех заключенных; все возможные усилия должны быть сделаны, чтобы гарантировать, что точный диагноз незамедлительно установлен и что адекватное лечение, требуемое состоянием здоровья заинтересованного лица, предоставляется всем заключенным.

Комитет должен выразить свою озабоченность тем, что в отношении каждого из трех вышеупомянутых лиц произошли значительные задержки - по разным причинам - в организации специализированных медицинских осмотров за пределами СИЗО. Проблемы такого рода неоднократно наблюдались Комитетом во время всех предыдущих визитов в Киевский СИЗО, а также в других пенитенциарных учреждениях в Украине. Комитет настоятельно призывает украинские власти принять все необходимые меры для обеспечения того, чтобы в будущем все заключенные, которые нуждаются в лечении/обследовании специалистом, отправлялись за пределы больницы без неоправданной задержки».

IV. ДРУГИЕ СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

107. 9 июня 2011 года Европейский Парламент принял резолюцию по Украине. Соответствующая часть резолюции гласит:

«Европейский Парламент,

... G. поскольку 12 бывших высокопоставленных должностных лиц из правительства Тимошенко находятся в предварительном заключении, в том числе бывший министр внутренних дел Юрий Луценко, один из лидеров партии Народной самообороны, которому были предъявлены обвинения в злоупотреблении служебным положением и присвоении средств и который был арестован 26 декабря 2010 года за предполагаемый отказ от сотрудничества с обвинением, ...

H.  поскольку г-н Луценко не был освобожден из предварительного заключения после начала судебного процесса над ним 23 мая 2011 года, несмотря на то, что содержание под стражей по обвинению в отказе от сотрудничества в расследовании его дела является чрезвычайно непропорциональной мерой,

I.  поскольку в предварительном докладе Датского Хельсинкского комитета по правам человека в отношении процесса над г-ном Луценко... отмечены массовые нарушения Европейской Конвенции по правам человека...

1.  Подчеркивает важность обеспечения максимальной прозрачности расследования, уголовного преследования и судопроизводства, и предостерегает против любого использования уголовного права в качестве инструмента для достижения политических целей;

2.  Выражает обеспокоенность по поводу увеличения числа случаев избирательного преследования представителей политической оппозиции в Украине, а также непропорциональности применяемых мер...

3. Напоминает украинским властям, что принцип коллективной ответственности за решения правительства не позволяет преследовать отдельных членов правительства за решения, которые были приняты коллегиально...»

ПРАВО

I.  ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С УСЛОВИЯМИ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ

108. Заявитель жаловался на материальные условия его содержания под стражей в СИЗО. Он сослался на статью 3 Конвенции, которая гласит:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

A. Приемлемость

109. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

110. Правительство утверждало, что по прибытии в СИЗО 28 декабря 2010 года, заявитель был помещен в камеру № 158 площадью 8, 58 квадратных метров, где он находился до 8 мая 2011 года, вместе с двумя другими заключенными; таким образом, он имел в своем распоряжении 2, 86 квадратных метра личного пространства. Однако, в связи с голодовкой, с 28 апреля по 8 мая 2011 года заявитель находился в этой камере в одиночестве. С 8 по 10 мая 2011 года он содержался в камере № 257 в медицинской части СИЗО, площадью 23, 21 квадратных метра. С 10 по 23 мая 2011 года заявитель находился в больнице. После возвращения в СИЗО 23 мая, он был помещен в камеру № 260 в медицинской части СИЗО, площадью 22, 32 квадратных метра. Поскольку он делил эту камеру еще с одним заключенным, на него приходилось 11, 16 квадратных метров. Наконец, с 1 июля 2011 года по 6 апреля 2012 года заявитель снова содержался в камере № 158, в которой в то время находился еще один заключенный, то есть он имел в своем распоряжении 4, 29 квадратных метра личного пространства. Правительство представило фотографии этих трех камер.

111. Правительство также заявило, что заявитель имел возможность получать питьевую воду и постельные принадлежности от своих родственников, но СИЗО также снабжался постельными принадлежностями должным образом. В любом случае, заявитель не жаловался на этот счет администрации СИЗО. Кроме того, с момента прибытия в СИЗО и до 23 мая 2011 года, когда его дело было направлено в Печерский суд, заявитель имел право на ежедневную прогулку на свежем воздухе. После этой даты он мог совершать прогулки ежедневно, за исключением тех дней, когда проводились длительные судебные заседания.

Правительство пришло к выводу, что условия содержания заявителя под стражей соответствовали требованиям статьи 3 Конвенции.

112. Заявитель утверждал, что после прибытия в СИЗО он был помещен в камеру № 158, площадью 8, 58 квадратных метров, которая ранее использовалась для содержания заключенных, ожидающих исполнения смертного приговора. В камере была только холодная вода. Вместо нормального туалета имелась только дырка в полу, которая не была отделена от остальной части камеры. К тому же, камера плохо проветривалась, и, следовательно, в ней стоял сильный запах человеческих экскрементов. В камере было холодно и сыро, температура никогда не поднималась выше 16оС. Заявителю было разрешено принимать душ один или два раза в неделю. Он не находился в этой камере с 8 по 10 мая 2011 года, когда он был переведен в камеру № 257 в медицинской части СИЗО, с 10 по 23 мая 2011 года, когда он лежал в больнице скорой помощи, и с 23 мая по 1 июля 2011 года, когда снова находился в медицинской части СИЗО, в камере № 260. Соответственно, он провел в камере № 158 в общей сложности 408 дней. Кроме него в этой камере находились один или двое других заключенных.

113. Заявитель добавил, что 27 марта 2012 года, перед визитом членов Комитета по мониторингу Парламентской Ассамблеи Совета Европы, он был переведен в камеру № 136, в которой имелся нормальный туалет (с унитазом) и ЖК-телевизор. Он также был помещен в эту камеру 20 апреля 2012 года, после выписки из больницы скорой помощи.

2. Оценка Суда

114. Суд отмечает, прежде всего, что замечания сторон охватывают период с 28 декабря 2010 года по 20 апреля 2012 года (см. пункты 110, 112 и 113 выше). Поэтому Суд ограничится рассмотрением условий содержания заявителя под стражей в этот период времени.

115. Суд напоминает, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из фундаментальных ценностей демократического общества. Конвенция абсолютным образом запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения потерпевшего (см., например, Labita v. Italy [GC], no. 26772/95, § 119, ECHR 2000‑IV).

116. Если лицо содержится под стражей, государство должно обеспечить условия, совместимые с уважением к человеческому достоинству, чтобы способ и метод исполнения наказания не подвергали его страданиям и трудностям, интенсивность которых превышает неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и чтобы, учитывая практические требования лишения свободы, его здоровье и благополучие надлежащим образом обеспечивались, среди прочего, путем предоставления ему необходимой медицинской помощи (см. Kudła v. Poland [GC], no. 30210/96, § 94, ECHR 2000‑XI). Кроме того, при оценке условий содержания под стражей необходимо принимать во внимание совокупное влияние этих условий и продолжительность содержания под стражей (см. Ostrovar v. Moldova, no. 35207/03, § 80, 13 September 2005).

(a) Период с 28 декабря 2010 года по 8 мая 2011 года

117. Суд отмечает, что заявитель был доставлен в СИЗО 28 декабря 2010 года и помещен в камеру № 158 площадью 8, 58 квадратных метров, где он оставался до 8 мая 2011 года (см. пункты 82, 110 и 112). За исключением периода с 28 апреля по 8 мая 2011 года (см. пункт 110 выше), он делил эту камеру с двумя другими заключенными, поэтому в его распоряжении было 2, 86 квадратных метра личного пространства. Кроме того, учитывая, что в камере также находились санитарное оборудование, мебель и прочие вещи, площадь, доступная для заявителя, была еще меньше.

118. В свете своей практики (см., например, Melnik v. Ukraine, no. 72286/01, § 103, 28 March 2006; Iglin v. Ukraine, no. 39908/05, §§ 5152, 12 January 2012; и Zinchenko v. Ukraine, no. 63763/11, § 66, 13 March 2014), Суд считает, что недостаточное личное пространство, доступное заявителю в заключении в соответствующий период, вызывает вопросы в соответствии со статьей 3 Конвенции.

119. Принимая во внимание приведенные выше соображения, Суд считает, что условия содержания заявителя под стражей в камере № 158 Киевского СИЗО в период с 28 декабря 2010 года по 28 апреля 2011 года были унизительными.

120. Таким образом, была нарушена статья 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 декабря 2010 года по 8 мая 2011 года.

(b) Периоды с 28 апреля по 10 мая 2011 года, с 23 мая 2011 года по 6 апреля 2012 года и 20 апреля 2012 года 

121. Суд отмечает, что в течение оставшегося периода содержания заявителя в Киевском СИЗО, в его распоряжении имелось более четырех квадратных метров личного пространства (см. пункты 86, 110, 112 и 113 выше), и в соответствующих камерах не было недостатка спальных мест. Суд не имеет никакой информации о размере камеры № 136, но заявитель не подавал никаких жалоб в этом отношении. Поскольку размер камер сам по себе в соответствующий период времени не вызывает вопросов по Конвенции, Суд должен будет определить, было ли совокупное влияние других аспектов материальных условий содержания заявителя под стражей таковым, чтобы составить бесчеловечное и/или унижающее достоинство обращение в нарушение статьи 3 Конвенции.

122. Суд признает в этой связи, что заявитель мог испытывать определенные неудобства в связи с материальными аспектами его содержания под стражей в соответствующих камерах. В то же время, Суд не может определить, повлияли ли на него эти недостатки каким-либо существенным образом. Нет никаких доказательств того, что внутреннее освещение и вентиляция были неудовлетворительными. Кроме того, заявителю была разрешена ежедневная прогулка в течение одного часа. Окна в камерах не были оснащены металлическими ставнями или другими устройствами, предотвращающими проникновение в камеры естественного света, и заявитель не жаловался, что в камерах не было дополнительного искусственного освещения.

123. Что касается санитарно-гигиенических условий, Суд оценил вещественные доказательства, представленные сторонами, включая представленные Правительством фотографии (см. пункт 110 выше), и отметил что в камерах, где содержался заявитель, находились стол, унитаз, холодильник и кровать, иногда расположенные очень близко друг к другу. Тем не менее, на основании имеющихся в его распоряжении материалов, Суд не может оценить ни состояние туалетов (за исключением камеры № 260), ни то, были ли они отделены от остальной части камеры. В камерах обычно была холодная вода, и заключенные, в том числе заявитель, могли пользоваться душем, по крайней мере, один раз в неделю. Суд добавляет, что заявитель признал, что условия в камере № 136 были удовлетворительными.

124. Суд считает, что, принимая во внимание совокупное влияние этих условий, они не достигли порога жестокости, требуемого для того, чтобы обращение можно было рассматривать как бесчеловечное или унижающее достоинство по смыслу статьи 3 Конвенции (см. Fetisov and Others v. Russia, nos. 43710/07, 11248/08, 27668/08, 31242/08, 52133/08 and 6023/08, §§ 137-138, 17 January 2012).

125. Поэтому Суд пришел к выводу, что нарушения статьи 3 Конвенции в связи с содержанием заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 апреля по 10 мая 2011 года, с 23 мая 2011 года по 6 апреля 2012 года и 20 апреля 2012 года не было.

II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С ПРЕДОСТАВЛЕННОЙ ЗАЯВИТЕЛЮ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩЬЮ

126. Заявитель также жаловался, что предоставленная ему медицинская помощь была недостаточной, и что это являлось нарушением статьи 2 и 3 Конвенции.

127. Проведя оценку фактов дела в соответствии с законом, Суд считает, что жалоба заявителя должна быть рассмотрена в соответствии со статьей 3 Конвенции.

A. Приемлемость

128. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

129. Правительство утверждало, что при поступлении в СИЗО заявитель был осмотрен начальником медицинской части и дежурным врачом. Он прошел клинические, лабораторные и рентгенологические исследования, и у него была диагностирована симптоматическая гипертензия. Кроме того, выписка из его медицинской карты свидетельствует о том, что в 2010 году заявитель страдал гастритом, жировым гепатозом, дискинезией мочевого пузыря, хроническим панкреатитом в стадии нестойкой ремиссии, сахарным диабетом и недостаточностью поджелудочной железы.

130. Ссылаясь на хронологию лечения заявителя, Правительство отметило, что в период, предшествующий его голодовке, заявитель не высказывал никаких жалоб относительно предоставляемой ему медицинской помощи. Его здоровье ухудшилось в результате голодовки, когда обострились все уже имеющиеся у него заболевания. Также возникли новые заболевания, такие как язва. По утверждению Правительства, национальные власти приняли все необходимые меры, чтобы уменьшить возможные последствия голодовки и ее влияние на организм заявителя. Так, во время голодовки заявителя ежедневно осматривали врачи, проводились необходимые лабораторные исследования, направленные на контроль над ее последствиями, и принимались меры, направленные на уменьшение этих последствий. Кроме того, заявителю неоднократно предлагали питательную смесь.

131. Правительство также заявило, что одной из причин, которые в значительной степени способствовали появлению новых болезней, было психо-эмоциональное напряжение, которое испытывал заявитель по причине его содержания под стражей и возбужденного против него уголовного дела. Следовательно, национальные власти не могут нести ответственность за появление этих болезней, так как это не было связано с предоставлением медицинской помощи в СИЗО или с материальными условиями содержания под стражей в СИЗО. Правительство подчеркнуло, что заявитель получал регулярное и соответствующее лечение в связи с вновь появившимися у него заболеваниями. Его неоднократно осматривали врачи СИЗО и медицинские комиссии, включающие лучших специалистов из гражданских больниц; он получал все прописанные ему медикаменты; при необходимости его направляли в гражданскую больницу. Правительство считает, что медицинская помощь, предоставленная заявителю, соответствовала статье 3 Конвенции.

132. Заявитель утверждал, что непредоставление ему адекватной медицинской помощи, такой как всестороннее обследование и лечение его заболеваний, сокрытие правды о его состоянии здоровья, а также его произвольная выписка из больницы и то, что его вынуждали присутствовать на судебных слушаниях, несмотря на его плохое состояние здоровья, свидетельствует о том, что Правительство нарушило свое позитивное обязательство предотвращать страдания заключенных, превышающие неизбежный уровень страданий, присущих лишению свободы. То, что Правительство не предоставило ему адекватную медицинскую помощь, свидетельствует о бесчеловечном обращении с ним, и цель такого обращения состояла в том, чтобы вызвать у него чувство отчаяния и неполноценности, унизить его и доказать его уязвимость. Такое обращение с заявителем составило нарушение статьи 3 Конвенции.

2. Оценка Суда

133. Суд повторяет, что, при оценке адекватности медицинской помощи в тюрьме, он должен придерживаться достаточно гибкого подхода при определении требуемого стандарта медицинской помощи, который должен учитывать законные требования тюремного заключения, но оставаться совместимым с человеческим достоинством и позитивными обязательствами государства. В этой связи, соответствующие национальные власти должны обеспечить, в частности, своевременную и правильную диагностику и лечение (см. Hummatov v. Azerbaijan, nos. 9852/03 and 13413/04, § 115, 29 November 2007; Melnik v. Ukraine, no. 72286/01, §§ 104-106, 28 March 2006; Yevgeniy Alekseyenko v. Russia, no. 74266/01, § 100, 8 January 2009; Gladkiy v. Russia, no. 3242/03, § 84, 21 December 2010; Khatayev v. Russia, no. 56994/09, § 85, 11 October 2011; и, с соответствующими изменениями, Holomiov v. Moldova, no. 30649/05, § 121, 7 November 2006), и, при необходимости, регулярный и систематический контроль со стороны опытного медицинского персонала, включающий в себя комплексную терапевтическую стратегию, направленную на успешное лечение заключенного или предотвращение обострения его заболеваний (см. Hummatov, упомянутое выше, §§ 109 and 114; Sarban v. Moldova, no. 3456/05, § 79, 4 October 2005). Простого факта ухудшения состояния здоровья заявителя, хотя он и может вызвать, на начальной стадии, некоторые сомнения в адекватности медицинской помощи, предоставленной заявителю в тюрьме, может быть недостаточно для признания нарушения государством позитивных обязательств в соответствии со статьей 3 Конвенции, если, с другой стороны, может быть установлено, что соответствующие национальные органы своевременно предоставляли ему всю разумно доступную медицинскую помощь и принимали соответствующие меры, чтобы помешать развитию его заболеваний (см., в частности, Jashi v. Georgia, no. 10799/06, § 61, 8 January 2013).

134. Обращаясь к настоящему делу, Суд отмечает, что материалы дела и аргументы, представленные сторонами, свидетельствуют о том, что национальные органы уделили состоянию здоровья заявителя  достаточное внимание. Заявитель был осмотрен врачами сразу же после поступления в СИЗО. Он прошел клинические, лабораторные и рентгенологические исследования. На основании этих исследований, у него была диагностирована симптоматическая артериальная гипертензия. Кроме того, нельзя не учитывать то, что, в соответствии с его медицинской картой, еще до задержания заявитель страдал гастритом, гепатозом, дискинезией мочевого пузыря, хроническим панкреатитом в стадии нестойкой ремиссии, сахарным диабетом, а также недостаточностью поджелудочной железы (см. пункты 20 и 129 выше).

135. Суд отмечает, что во время содержания под стражей в СИЗО заявитель находился под постоянным контролем врачей медицинской части СИЗО и медицинских комиссий ГПС. Кроме того, во время двух госпитализаций в больницу скорой помощи заявитель был обследован гражданскими врачами и прошел необходимое лечение.

136. Суд далее отмечает, что заявитель продолжал голодовку в течение 33 дней (см. пункты 27 и 37 выше) и сильно похудел. 8 мая 2011 года медицинская комиссия отметила, что голодовка значительно повлияла на общее состояние здоровья заявителя (см. пункт 33 выше). В период, когда заявитель отказывался принимать пищу, врачи осматривали его ежедневно. Позже были проведены необходимые лабораторные исследования, направленные на выявление последствий голодовки заявителя, и были приняты меры для уменьшения этих последствий. Заявителю неоднократно предлагали питательную смесь. Что касается новых заболеваний, которые могли быть вызваны голодовкой, заявитель постоянно получал надлежащую медицинскую помощь.

137. Эти соображения позволяют Суду сделать вывод, что национальные власти предоставили заявителю всеобъемлющую, эффективную и прозрачную медицинскую помощь.

138. Тем не менее, Суд не упускает из вида тот факт, что, несмотря на имеющуюся информацию о сложном состоянии здоровья заявителя, национальные власти не обеспечили его быстрый перевод в больницу для проведения дополнительного медицинского обследования, рекомендованного врачами 28 мая 2011 года (см. пункт 38 и 43 выше). В этой связи Суд отмечает, что, хотя судья дал согласие на помещение заявителя в больницу 14 июня 2011 года (см. пункт 44 выше), он был доставлен в больницу только 15 июля 2011 года (см. пункт 49 выше). Однако, принимая во внимание характер медицинского обследования, Суд не считает, что бездействие национальных властей достигло порога статьи 3 Конвенции (см., напротив, Kupczak v. Poland, no. 2627/09, §§ 58-68, 25 January 2011).

139. Следовательно, была нарушена статья 3 Конвенции. 

III. ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С УСЛОВИЯМИ СОДЕРЖАНИЯ ЗАЯВИТЕЛЯ ПОД СТРАЖЕЙ В ДНИ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ В КОНТЕКСТЕ СОСТОЯНИЯ ЕГО ЗДОРОВЬЯ 

140. Заявитель далее жаловался на условия его содержания под стражей во время судебных заседаний, в частности на то, что в ожидании слушаний он находился в маленьком и плохо проветриваемом помещении, не был обеспечен питьевой водой и пищей, и не имел возможностей для отдыха.

A. Приемлемость

141. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

142. Правительство утверждало, что в ходе большинства из восьмидесяти заседаний по уголовному делу заявителя суд объявлял перерывы. Из тридцати четырех заседаний, во время которых перерыв не был объявлен, только семь закончились после 13:00, и ни одно из них не длилось до конца рабочего дня. Из оставшихся сорока шести заседаний, в двадцати пяти был один перерыв, в десяти – два перерыва, в шести – три перерыва, а в заседании 30 июня 2011 года было пять перерывов. Эти перерывы длились от десяти минут до одного-двух часов.

143. Правительство также утверждало, что в дни, когда проводились слушания в Печерском суде, заявитель покидал СИЗО между 7 и 8 часами утра, чаще всего после 7:30, а судебные заседания обычно начинались в 9:00. Правительство подчеркнуло, что заявитель всегда имел возможность позавтракать. Кроме того, судебные слушания, как правило, заканчивались около 18:20, но, если заявитель возвращался в СИЗО до 15 часов, он мог совершить прогулку на свежем воздухе. Кроме того, поскольку заявитель употреблял только свои продукты, он не был ограничен в пище, когда он находился в СИЗО. Соответственно, он всегда имел возможность получить надлежащее питание после возвращения в СИЗО.

144. Правительство также утверждало, что заявитель имел достаточно времени для сна, хотя они признали, что один раз заседание в Печерском суде закончилось в 23:16, и заявитель вернулся в СИЗО только в 23:30. Тем не менее, поскольку в следующие три дня судебных заседаний не было, у него было достаточно времени, чтобы отдохнуть.

145. Правительство также пояснило, что во время содержания под стражей заявитель отказывался принимать пищу, приготовленную в СИЗО, и получать сухой паек, поскольку его родственники присылали ему собственные продукты. Соответственно, он мог принимать пищу в дни судебных заседаний. Это подтверждается письмом председателя Печерского суда, который подтвердил, что заявителю было разрешено принимать пищу во время перерывов в судебных заседаниях. Правительство добавило, что, даже если заявитель не получал продукты от родственников, национальное законодательство устанавливает процедуру питания лиц, доставленных в суд для слушаний. В частности, 13 и 19 октября 2011 года и 19 января 2012 года, несмотря на отказ заявителя, обед был доставлен в суд в соответствии с национальным законодательством. Кроме того, суд объявлял перерыв на обед по просьбе заявителя, других обвиняемых или их адвокатов 14 июля 2011 года, 19 января и 1, 2, 6, 7, 9, 14 и 15 февраля 2012 года. Правительство также отметило, что 19 июля 2011 года и 6 февраля 2012 года заявителю был предоставлен перерыв длительностью один час для принятия пищи, поскольку врачи рекомендовали ему трехразовое питание.

146. В отношении судебного заседания, состоявшегося 23 мая 2011 года, Правительство признало, что заявитель должен был быть в ослабленном состоянии из-за голодовки, и, следовательно, доставка в суд и заседание были для него нелегкими. Тем не менее, медицинский персонал не указал, что его состояние здоровья несовместимо с присутствием в суде. Правительство также утверждало, что судебное заседание началось в 11 часов утра и длилось около четырех часов, то есть было сравнительно коротким. В течение заседания суд дважды объявлял перерыв, на один час и полчаса соответственно. Правительство заявило, что заявитель имел возможность принимать пищу и пить воду. Кроме того, он не просил отложить заседание, чтобы он мог принять лекарства, отдохнуть или поесть. Заседание закончилось в 15:09, и заявитель вернулся в СИЗО, где его поместили в санчасть. Кроме того, в ближайшие шесть дней судебных заседаний не проводилось, так что заявитель имел достаточно времени, чтобы отдохнуть.

147. В соответствии с процедурой, предусмотренной Правилом 39 (см. пункт 96 выше), Правительство утверждало, в частности, что в ходе заседания 17 января 2012 года, которое началось в 9:09 и закончилось в 17:55 вечера, суд объявлял два технических перерыва и перерыв на обед, который длился с 13:11 до 13:55. Кроме того, с 9:39 до 10:25 суд находился в совещательной комнате. 18 января 2012 года заседание началось в 9:12 и закончилось в 14:15; в ходе этого заседания суд объявлял обеденный перерыв с 12:19 до 12:39. Заседание 19 января 2012 года началось в 9:09 и закончилось в 23:16. В течение заседания Суд объявлял шесть перерывов, которые длились с 13:20 до 14:05, с 14:14 до 15:56, с 16:30 до 16:37, с 14:40 до 17:26, с 17:27 до 17:40 и с 20:32 до 20:49. Кроме того, с 17:50 до 18:04 суд находился в совещательной комнате. Правительство также отметило, что судебное заседание 20 января 2012 года длилось всего пять минут.

По данным Правительства, во время слушаний, состоявшихся 17, 18 и 19 января 2012 года, заявителю был разрешено принимать пищу, отдыхать и отправлять любые другие потребности. Он мог делать это не только во время специальных перерывов для отдыха и питания, но также во время технических перерывов, а также в ходе судебного обсуждения.

148. Заявитель утверждал, что до 21 января 2012 года в дни судебных заседаний он не получал пищи и воды. Он оспорил доводы Правительства о том, что он отказывался принимать пищу, предоставленную СИЗО, а ел только продукты, присланные ему из дома. Он отметил в этой связи, что в пункте 18 Инструкции о порядке конвоирования и содержания в судах подсудимых по требованию судебных органов, задержанный может взять с собой в здание суда только документы, относящиеся к его делу. Брать с собой пакеты, посуду, еду, бутылки с водой или другие предметы не разрешается. Кроме того, согласно пункту 28 этой Инструкции, любая пища или напитки, принимаемые задержанным, должны быть предоставлены ему только в изоляторе. Тем не менее, из-за его тяжелых гастроэнтерологических заболеваний и заболевания печени, а также по причине отсутствия в СИЗО специального диетического питания, во время пребывания в СИЗО заявитель, как правило, употреблял продукты, которые ему присылали их дома. Пункт 23 Инструкции строго запрещает передачу любых посылок задержанным, находящимся в здании суда. Кроме того, согласно статье 7 Закона о предварительном заключении, посылки могут передаваться задержанным в СИЗО только в определенное время, и должны проверяться должностными лицами. Соответственно, заявитель не имел возможности употреблять свои продукты после судебных заседаний.

149. Заявитель добавил, что во время пребывания в суде ему не было выделено определенное место или время для принятия пищи. На протяжении всех судебных заседаний он находился в металлической клетке, которую он мог покинуть только для того, чтобы сходить в туалет. Для него было бы унизительным принимать пищу перед журналистами, репортерами и фотографами, даже если бы она у него была, сидя в металлической клетке, без посуды или стола. В результате, он оставался без еды и питья в течение всех судебных заседаний; заседание 19 января 2012 продолжалось четырнадцать часов. Он заявил, что это нарушение правильного режима питания негативно сказалось на состоянии его здоровья, что подтверждается медицинским свидетельством от 20 января 2012 года, представленным Правительством.

150. В отношении замечаний Правительства о перерывах в судебных заседаниях, состоявшихся 17, 18 и 19 января 2012 года (см. пункт 147 выше), заявитель отметил, что 17 января 2012 года в заседании было два перерыва, которые длились одиннадцать и шестнадцать минут соответственно, когда участники разбирательства могли справить естественные нужды, и сорокаминутный перерыв на обед, которого он был лишен, так как оставался в металлической клетке. Он добавил, что, в соответствии с национальным законодательством, когда судьи удалились в совещательную комнату, участникам процесса не было позволено покинуть зал судебного заседания.

В отношении заседания 19 января 2012 года, заявитель утверждал, что все перерывы, упомянутые Правительством, были объявлены по причине ухудшения состояния его здоровья и его неспособности участвовать в судебном заседании, и для вызова ему скорой помощи, которой пришлось приезжать четыре раза.

151. В отношении первого заседания 23 мая 2011 года, заявитель утверждал, что его привезли в здание суда непосредственно из больницы, откуда он был выписан тем утром с диагнозом хронический панкреатит, сахарный диабет, хронический холецистит и язва двенадцатиперстной кишки. Его разбудили в 4:30, чтобы доставить в здание суда к 6:30. После прибытия в суд он находился в металлической клетке площадью около 1, 5 квадратных метров. В 10:30 он был переведен в зал суда, тесный и жаркий, без кондиционера. Он оставался в зале суда до 15:00, а затем, около 18:00, был доставлен в СИЗО. По словам заявителя, целый день ему не давали ни воды, ни пищи, хотя администрация СИЗО и суд были осведомлены о плохом состоянии его здоровья, которое не улучшилось в больнице. Измученный, заявитель прекратил голодовку для того, чтобы иметь возможность принимать участие в будущих судебных заседаниях.

152. Заявитель далее утверждал, что позднее, вечером, состояние его здоровья ухудшилось. На следующий день он потерял сознание, и к нему были вызваны врачи СИЗО. Тем не менее, заявитель отказался от осмотра этими врачами, но встретиться с гражданскими врачами ему не позволили. Он заявил, что в его медицинской карте не была сделана соответствующая запись, и он не был обеспечен необходимыми лекарствами. Гражданским врачам, назначенным Министерством здравоохранения, было разрешено обследовать заявителя только 28 мая 2011 года; они диагностировали у него обострение язвы двенадцатиперстной кишки, желудочно-кишечное кровотечение и эрозивный гастрит, и рекомендовали немедленное лечение в специализированном гастроэнтерологическом стационаре. По мнению гражданских врачей, так как заявитель был выписан из клинической больницы скорой медицинской помощи Киева без внутреннего кровотечения, кровотечение должно было возникнуть между 23 и 28 мая 2011 года, в результате преждевременного прекращения специализированного стационарного лечения.

153. Соответственно, администрация СИЗО произвольно перевела заявителя из больницы скорой помощи и заставила его участвовать в продолжительном судебном заседании 23 мая 2011 года, без необходимых лекарств и воды, что причинило ему непропорциональные страдания и способствовало дальнейшему ухудшению его здоровья.

2. Оценка Суда

154. Суд отмечает, прежде всего, что в своей первоначальной жалобе заявитель упоминал судебное заседание, состоявшееся 23 мая 2011 года. Кроме того, в рамках процедуры, предусмотренной Правилом 39, он представил дополнительные жалобы относительно судебных заседаний с 17 по 19 января 2012 года, во время которых его проблемам со здоровьем не было уделено должное внимание (см. пункт 96 выше). Суд учитывает тот факт, что, в общей сложности, заявитель присутствовал на семидесяти девяти заседаниях в Печерском суде (см. пункт 90 выше), что состояние здоровья заявителя ухудшилось после голодовки, и это не оспаривается Правительством (см. пункт 130 выше), и что между первым заседанием 23 мая 2011 года и тремя заседаниями в январе 2012 года прошло около восьми месяцев, в течение которых заявитель страдал различными заболеваниями, требующими постоянного лечения (см. пункты 38-76 выше). Кроме того, в материалах дела нет никаких признаков того, что условия содержания заявителя под стражей в дни заседаний соответствовали его состоянию.

155. Как уже отмечалось выше, если лицо содержится под стражей, государство должно обеспечить условия, совместимые с уважением к человеческому достоинству, чтобы способ и метод исполнения наказания не подвергали его страданиям и трудностям, интенсивность которых превышает неизбежный уровень страданий, присущий лишению свободы, и чтобы, учитывая практические требования лишения свободы, его здоровье и благополучие надлежащим образом обеспечивались (см. пункт 116 выше). Суд считает, что эти принципы применимы также к условиям транспортировки задержанных в здание суда и обратно, а также к их содержанию в здании суда, включая надлежащее питание (см. Yevgeniy Bogdanov v. Russia, no. 22405/04, §§ 101-105, 26 February 2015; Romanova v. Russia, no. 23215/02, §§ 8892, 11 October 2011; Kovaleva v. Russia, no. 7782/04, §§ 62-65, 2 December 2010; Yakovenko v. Ukraine, no. 15825/06, §§ 103-113, 25 October 2007).

156. В настоящем деле Суд отмечает, что в дни судебных заседаний заявитель, как правило, покидал СИЗО между 7 и 8 часами утра и прибывал в суд через 20-30 минут. Хотя Правительство не представило информацию о времени, когда заявитель препровождался из машины в комнату ожидания, Суд располагает информацией о времени, когда он прибывал в здание суда, и о времени начала заседаний. Поэтому Суд будет считать, что заявитель проводил время в ожидании начала заседаний либо в машине, либо в комнате ожидания. На основании свидетельств, представленных Правительством, и показаний заявителя можно предположить, что комната ожидания представляла собой небольшую зарешеченную камеру со скамьей.

157. В контексте всего разбирательства (см. пункт 154 выше), Суд считает, что 23 мая 2011 года и 17, 18 и 19 января 2012 года заявитель столкнулся с определенными трудностями. Суд отмечает в этой связи, что 23 мая 2011 года заявитель провел три часа сорок четыре минуты в комнате ожидания и принял участие в заседании, которое длилось четыре часа четыре минуты, без перерывов, в то время как было известно, что он находится в состоянии голодовки, которая серьезно повлияла на его общее состояние здоровья (см. пункты 33 и 136 выше).

После участия в пятидесяти девяти судебных заседаниях, последнее из которых состоялось 16 января 2012 года, 17 января 2012 года заявитель был доставлен для участия в следующем заседании, которое длилось восемь часов сорок шесть минут, с двумя перерывами, 11 и 16 минут соответственно, и перерывом на обед. Перед началом заседания заявителю пришлось провести в комнате ожидания тридцать девять минут.

На следующий день он провел в комнате ожидания один час две минуты до начала заседания, которое длилось пять часов три минуты. Суд отмечает, что, вопреки информации Правительства (см. пункт 147 выше), из протокола судебного заседания следует, что суд объявил один десятиминутный технический перерыв, но перерыв для отдыха и обеда объявлен не был.

Наконец, Суд отмечает, что 19 января 2012 года заявитель провел в комнате ожидания пятьдесят четыре минуты и участвовал в заседании, которое, начавшись в 9:19, длилось тринадцать часов пятьдесят семь минут. В течение этого заседания к заявителю четыре раза вызывали врачей для оказания ему медицинской помощи. Печерский суд объявил перерыв для отдыха вскоре после полудня. Тем не менее, как представляется, заявитель провел этот перерыв в металлической клетке (см. пункт 149 выше). Кроме того, во второй половине дня суд не удовлетворил просьбу адвокатов заявителя отложить слушание и сделать перерыв на обед, но продолжал заседание до 23:16, и принял решение начать следующее заседание в 8:05.

158. Кроме того, представляется, что в эти четыре дня, когда проводились заседания, заявитель не получал правильное питание, соответствующее состоянию его здоровья. Опираясь на имеющиеся в его распоряжении материалы, Суд не удовлетворен утверждением Правительства, что заявитель мог взять с собой пищу, присланную ему их дома. В любом случае, Суд считает, что разрешение взять с собой собственную еду не может заменить надлежащую организацию питания, потому что, прежде всего, именно государство несет ответственность за благополучие лиц, лишенных свободы. Кроме того, Суд не считает реалистичным утверждение, что заявитель мог принимать пищу в комнате ожидания или металлической клетке до или во время заседаний.

159. Ранее Суд признавал нарушение статьи 3 Конвенции во многих делах, связанных с содержанием заявителей в стесненных условиях в пенитенциарных учреждениях или в суде, и отсутствием надлежащего питания в дни судебных заседаний (см., например, Vlasov v. Russia, no. 78146/01, § 96, 12 June 2008; Salmanov v. Russia, no. 3522/04, § 64, 31 July 2008; и Starokadomskiy v. Russia, no. 42239/02, § 58, 31 July 2008).

160. Принимая во внимание вышеизложенное, Суд считает, что в обстоятельствах настоящего дела совокупное влияние недоедания и состояния здоровья заявителя во время судебных слушаний 23 мая 2011 года и 17, 18 и 19 января 2012 года достигло достаточной интенсивности, чтобы вызвать у заявителя физические и моральные страдания. Эти страдания усугублялись тем, что описанное выше обращение имело место во время судебного рассмотрения дела заявителя, в то время, когда он больше всего нуждался в концентрации сил и умственных способностей. Поэтому Суд приходит к выводу, что заявитель подвергся бесчеловечному и унижающему достоинство обращению, противоречащему статье 3 Конвенции (аналогичные рассуждения см. в Strelets, упомянутом выше, § 62).

161. Соответственно, была нарушена статья 3 Конвенции.

IV. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С СОДЕРЖАНИЕМ ЗАЯВИТЕЛЯ В МЕТАЛЛИЧЕСКОЙ КЛЕТКЕ ВО ВРЕМЯ СУДЕБНЫХ ЗАСЕДАНИЙ

162. Наконец, заявитель жаловался, ссылаясь на статьи 2 и 3 Конвенции, на содержание в металлической клетке в зале суда во время слушаний в Печерском суде.

163. Суд считает целесообразным рассмотреть эту жалобу заявителя в соответствии со статьей 3 Конвенции.

A. Приемлемость

164. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

 

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

165. Правительство утверждало, что заявитель содержался за металлической решеткой в зале суда в соответствии с действующим национальным законодательством. Они объяснили, что решетка была предназначена для того, чтобы отделить обвиняемых, для которых была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, от состава суда и людей, присутствующих в зале, с целью обеспечения безопасности в ходе судебного слушания.

166. Правительство утверждало, что государственные органы не намеревались оскорбить или унизить заявителя. Он содержался за металлической решеткой в интересах общественной безопасности. Кроме того, содержание заявителя за металлической решеткой никоим образом не могло причинить ему страдания или унижение, превышающие неизбежный уровень страданий или унижения, присущих лишению свободы.

167. Заявитель утверждал, что национальное законодательство не требует содержания обвиняемого в металлической клетке во время общественных слушаний. По мнению Суда, ничто в поведении или личности заявителя не оправдывало применение такой меры безопасности, так как он не имел судимостей, не был замечен в насильственном поведении, и обвинялся в совершении преступлений, не связанных с насилием. Несмотря на это, во время судебных заседаний он содержался в клетке, на виду  у множества зрителей, что унижало его и вызывало в нем чувство неполноценности.

2. Оценка Суда

168. Суд повторяет, что мера пресечения, как правило, не вызывает вопросов в соответствии со статьей 3 Конвенции, если эта мера была назначена в связи с законным содержанием под стражей и не связана с применением силы или публичностью, выходящими за рамки необходимости. В этой связи важно рассмотреть, например, вопрос, имелась ли опасность того, что лицо может скрыться или нанести травмы или повреждения (см., например, Öcalan v. Turkey [GC], no. § 182, ECHR 2005‑IV).

169. Ранее Суд уже рассматривал вопрос о содержании лица в металлической «клетке» во время судебных слушаний (см. недавнее дело Svinarenko and Slyadnev v. Russia [GC], nos. 32541/06 and 43441/08, §§ 113-139, 17 July 2014), практике, которая по-прежнему существует в нескольких государствах-членах, включая Украину (упомянуто выше, § 75). В делах, в которых Суд установил нарушение статьи 3, заявители обвинялись в ненасильственных преступлениях, не имели судимостей, не было никаких доказательств того, что они предрасположены к насилию, и «угроза безопасности» не подтверждалась никакими конкретными фактами. Кроме того, судебный процесс над этими заявителями привлек значительное внимание средств массовой информации. Поэтому разумный баланс между различными интересами не был соблюден.

170. В настоящем деле, как следует из документов, представленных сторонами, заявитель содержался в клетке с металлическими прутьями во время всех восьмидесяти заседаний, которые состоялись в период с 23 мая 2011 года по 27 февраля 2012 года (см. пункт 14 выше). В задачи Суда не входит абстрактное рассмотрение этой практики, но он должен оценить, насколько в случае заявителя эта мера была оправданной в свете вышеуказанных критериев.

171. В этой связи, Суд отмечает, что нет никаких доказательств того, что заявитель ранее имел судимости. Точно так же он не подозревался в совершении тяжких преступлений. Поэтому Суд не удовлетворен доводом Правительства, что заявитель был помещен в металлическую клетку в интересах общественной безопасности. Выяснилось, что металлическая клетка была постоянно установлена в зале суда, и что заявитель, который был очень известным политиком (см. также Ashot Harutyunian, упомянутое выше, § 126 и далее; и Khodorkovskiy v. Russia, no. 5829/04, §§ 120 и далее, 31 May 2011), находился в этой клетке во время всех заседаний в Печерском суде с мая 2010 года по февраль 2012 года. Суд отмечает, что за этим уголовным процессом внимательно следили журналисты, и фотографии, изображающие заявителя за металлической решеткой, были опубликованы вскоре после судебных слушаний (см. пункт 14 выше). Суд также принимает во внимание, что дело в отношении заявителя получило широкую огласку. Таким образом, заявителя за решеткой видели не только зрители, посещавшие судебные заседания, но и в гораздо более широкий круг людей, которые следили за делом в национальных и международных средствах массовой информации.

172. Хотя, в отличие от упомянутых выше дел, на заявителе не было наручников, Суд считает, что в конкретных обстоятельствах, и учитывая совокупное влияние, меры безопасности в зале суда были чрезмерными, и могли разумно восприниматься заявителем и общественностью как унизительные.

173. Следовательно, была нарушена статьи 3 Конвенции, в связи с тем, что обращение с заявителем было унизительным по смыслу этого положения. 

V. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

174. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд решает, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне». 

175. Заявитель не выдвинул требований о компенсации. Соответственно, Суд не считает необходимым присуждать ему какие-либо суммы в этой связи.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД

1.  Объявляет, единогласно, жалобу заявителя приемлемой;

 

2.  Постановляет, шестью голосами против одного, что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 декабря 2010 года по 28 апреля 2011 года;

 

3.  Постановляет, единогласно, что нарушения в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 апреля по 10 мая 2011 года, с 23 мая 2011 года по 6 апреля 2012 года и 20 апреля 2012 года не было;

 

4.  Постановляет, единогласно, что нарушения статьи 3 Конвенции в связи с медицинской помощью, предоставленной заявителю в следственном изоляторе, не было;

 

5.  Постановляет, единогласно, что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в дни судебных заседаний;

 

6.  Постановляет, единогласно, что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с содержанием заявителя в металлической клетке во время судебных заседаний.

Составлено на английском языке и провозглашено в письменном виде 11 июня 2015 года в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Клаудиа Вестердийк Марк Виллинджер
Секретарь Председатель

 

В соответствии со статьей 45 § 2 Конвенции и правилом 74 § 2 Регламента Суда, к настоящему решению прилагается особое мнение судьи Пейчала.

M.V.
C.W.

 

ЧАСТИЧНО ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ ПЕЙЧАЛА

Я полностью согласен с моими коллегами относительно признания жалобы приемлемой. Я также полностью согласен с их выводом, что нарушения в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 апреля по 10 мая 2011 года, с 23 мая 2011 года по 6 апреля 2012 года и 20 апреля 2012 года не было; что нарушения статьи 3 Конвенции в связи с медицинской помощью, предоставленной заявителю в следственном изоляторе, не было; что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в дни судебных заседаний; и что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с содержанием заявителя в металлической клетке во время судебных заседаний.

Однако, к моему сожалению, я должен выразить свое несогласие относительно признания нарушения статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе с 28 декабря 2010 по 28 апреля 2011 года.

Комментарий к Правилу 18 Рекомендации Rec (2006) 2 Комитета Министров (Европейские тюремные правила) гласит:

«Комментируя условия и доступное пространство в тюрьмах в различных странах, [Европейский комитет по предупреждению пыток и унижающего достоинство обращения или наказания] хотел бы упомянуть некоторые минимальные стандарты. Это 4м2 для заключенных в общей камере и 6м2 для заключенных в одиночной камере. Эти минимальные требования связаны, однако, с более глубоким анализом конкретных пенитенциарных систем, включая исследование вопроса, сколько времени заключенные на самом деле проводят в своих камерах. Этот минимум не следует рассматривать как норму».

Пункт 83 решения гласит:

«По данным Правительства, в камере имелась надлежащая вентиляция и достаточное естественное освещение. Заявитель имел возможность совершать ежедневные прогулки на свежем воздухе, за исключением дней, когда проводились длительные судебные заседания. Ему было разрешено получать питьевую воду из родственников, а также принимать душ один или два раза в неделю».

Оценка Суда, изложенная в пунктах 117-120, не содержит никакого более тщательного анализа конкретных условий в данной тюрьме, и не учитывает мнение Правительства. Только в пункте 117 Суд заявляет, что в распоряжении заявителя «было 2, 86 квадратных метра личного пространства».

Прецедентное право, упомянутое в пункте 118, как мне кажется, не соответствует данному делу. Условия содержания заявителей в делах Melnik v. Ukraine (no. 72286/01, 28 March 2006), Iglin v. Ukraine (no. 39908/05, §§ 51-52, 12 January 2012), и Zinchenko v. Ukraine (no. 63763/11, 13 March 2014) были гораздо хуже, чем у заявителя в настоящем деле в период с 28 декабря 2010 года по 28 апреля 2011 года.

Каждый международный договор должен толковаться в рамках международного права. Любое рассмотрение Судом также связано нормами международного права. Общее правило толкования международных договоров изложено в Венской Конвенции о праве международных договоров, в статье 31 § 1, которая гласит:

«Договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением,  которое следует придавать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и цели договора».

Пространные рассуждения Суда и его некритичное толкование статьи 3 Конвенции (которые, я думаю, противоречат Венской конвенции о праве международных договоров) могут быть опасными в плане осуществления прецедентного права Европейского Суда на государственном уровне.

Кроме того, такой масштаб принятия решений Суда не совсем соответствует его вспомогательной роли.

В связи с отсутствием подробного рассмотрения того, что на самом деле произошло на национальном уровне, и в свете фактов, которые могут быть установлены на основании решения, я не могу согласиться с тем, что статья 3 Конвенции была нарушена.

ПРИЛОЖЕНИЕ

 

 

 

Дата заседания

Время, когда заявитель сел в машину

Время прибытия в здание суда

Время начала заседания

Время окончания заседания

Время, когда машина с заявителем покинула зал суда

Время прибытия в СИЗО

1

23.5.2011

-

7.20  

11.04  

3.08  

3.30  

4.10  

2

27.5.2011

7.30

7.50  

11.00  

1.49  

3.00  

3.15  

3

9.6.2011

7.00

7.20  

10.04  

4.19  

5.00  

5.30  

4

20.6.2011

7.10

7.35  

10.05  

4.33  

4.40  

5.25  

5

21.6.2011

11.10

11.30  

11.38  

12.32  

1.00  

1.50  

6

30.6.2011

7.40  

8.20  

10.02  

6.15  

6.50  

7.15  

7

5.7.2011

9.05  

9.25  

11.12  

12.51  

1.35  

2.10  

8

11.7.2011

6.40  

7.30  

10.03  

3.17  

3.50  

4.07  

9

14.7.2011

8.00 am

8.45  

10.06  

3.20  

6.35  

7.00  

10

19.7.2011

7.55  

8.40  

12.15  

6.05  

6.00  

7.57  

11

27.7.2011

7.50  

8.10  

10.06  

6.21  

7.25  

7.48  

12

8.8.2011

6.25  

7.00  

9.34  

4.14  

4.45  

7.25  

13

11.8.2011

7.45  

8.35  

9.45  

11.40  

12.05  

12.40  

14

18.8.2011

7.30  

8.05  

9.20  

4.36  

4.50  

5.20  

15

22.8.2011

7.38  

8.10  

9.56  

1.29  

2.30  

3.15  

16

29.8.2011

7.55  

8.35  

9.19  

1.19  

6.50  

7.20  

17

19.9.2011

7.40  

8.30  

9.18  

1.32  

2.00  

2.32  

18

21.9.2011

7.20  

8.00  

9.18  

11.10  

11.25  

12.00  

19

27.9.2011

7.00  

8.00  

9.17  

2.54  

5.45  

6.12  

20

29.9.2011

7.45  

8.05  

9.16  

4.49  

5.15  

5.45  

21

3.10.2011

7.20  

7.45  

9.15  

12.12  

12.50  

1.10  

22

7.10.2011

7.00  

7.40  

8.11  

2.24  

3.00  

3.40  

23

10.10.2011

7.20  

7.50  

9.17  

12.47  

1.00  

1.45  

24

11.10.2011

7.50  

8.15  

9.21  

10.51  

11.30  

12.20  

25

12.10.2011

7.30  

8.00  

9.19  

12.10  

12.50  

1.25  

26

13.10.2011

7.30  

8.00  

9.19  

10.13  

10.25  

11.00  

27

14.10.2011

7.00  

8.00  

8.29  

2.05  

4.10  

4.45  

28

17.10.2011

7.30  

8.15  

9.15  

3.41  

4.15  

5.00  

29

18.10.2011

7.30  

8.00  

9.15  

12.51  

1.20  

2.05  

30

19.10.2011

9.20  

10.15  

11.00  

2.29  

3.10  

3.50  

31

21.10.2011

7.00  

7.45  

8.19  

9.46  

3.55  

4.45  

32

24.10.2011

7.55  

8.15  

9.17  

9.32  

9.55  

10.35  

33

25.10.2011

7.30  

8.00  

9.18  

9.27  

10.10  

10.40  

34

26.10.2011

7.40  

8.00  

9.12  

9.28  

9.50  

10.20  

35

27.10.2011

8.00  

8.45  

9.12  

1.00  

1.10  

1.50  

36

28.10.2011

7.10  

7.50  

8.14  

11.55  

12.20  

12.50  

37

31.10.2011

7.20  

8.00  

9.12  

12.08  

1.20  

2.05  

38

2.11.2011

7.30  

8.00  

9.15  

12.12  

12.25  

1.03  

39

3.11.2011

7.35  

8.00  

9.13  

10.13  

10.35  

11.15  

40

4.11.2011

7.30  

7.50  

8.21  

10.06  

10.50  

11.20  

41

7.11.2011

7.50  

8.10  

9.12  

12.36  

12.50  

1.10  

42

9.11.2011

7.50  

8.10  

9.12  

12.13  

12.45  

1.10  

43

10.11.2011

8.15  

9.00  

10.32  

10.59  

1.20  

2.00  

44

14.11.2011

8.00  

8.40  

10.45  

1.47  

2.15  

3.15  

45

16.11.2011

9.00  

9.20  

11.01  

2.00  

2.30  

3.00  

46

21.11.2011

7.50  

8.25  

9.13  

12.12  

12.50  

1.15  

47

23.11.2011

7.45  

8.00  

9.14  

12.45  

1.10  

1.40  

48

24.11.2011

8.20  

8.50  

9.16  

11.50  

12.30  

1.20  

49

28.11.2011

8.00  

8.30  

9.12  

10.22  

11.00  

11.26  

50

30.11.2011

7.55  

8.20  

9.11  

9.16  

10.30  

11.00  

51

5.12.2011

8.00  

8.20  

9.14  

9.24  

10.00  

10.35  

52

12.12.2011

8.00  

8.15  

9.14  

10.04  

10.30  

11.00  

53

13.12.2011

9.08  

9.40  

11.09  

12.41  

1.00  

1.48  

54

19.12.2011

7.40  

8.20  

9.16  

11.29  

1.30  

2.05  

55

21.12.2011

7.50  

8.40  

10.26  

1.46  

1.55  

2.38  

56

27.12.2011

8.30  

9.00  

11.08  

2.04  

2.50  

3.25  

57

11.1.2012

8.00  

8.15  

9.14  

1.07  

1.40  

2.10  

58

12.1.2012

8.00  

8.25  

9.10  

9.55  

10.25  

10.50  

59

13.1.2012

7.50  

8.10  

9.09  

5.18  

5.40  

6.00  

60

16.1.2012

8.00  

8.35  

9.14  

10.30  

10.45  

11.10  

61

17.1.2012

8.00  

8.30  

9.09  

5.55  

6.20  

6.45  

62

18.1.2011

7.50  

8.10  

9.12  

2.15  

2.35  

3.05  

63

19.1.2012

7.55  

8.25  

9.19  

11.16  

11.25  

11.45  

64

24.1.2012

7.45  

8.10  

9.12  

5.59  

6.30  

7.10  

65

26.1.2012

7.40  

8.15  

9.13  

5.52  

6.15  

6.30  

66

27.1.2012

7.50  

8.15  

9.17  

4.04  

5.05  

5.35  

67

30.1.2012

7.40  

8.10  

9.12  

4.51  

6.55  

7.40  

68

31.1.2012

7.50  

8.20  

9.12  

5.46  

6.45  

7.30  

69

1.2.2012

7.50  

8.10  

9.12  

3.04  

5.25  

5.50  

70

2.2.2012

7.55  

8.30  

9.11  

3.00  

3.25  

4.00  

71

6.2.2012

8.50  

9.10  

10.03  

6.06  

7.15  

8.00  

72

7.2.2012

7.50  

8.25  

9.13  

3.25  

4.30  

5.20  

73

8.2.2012

9.05  

9.40  

10.06  

2.23  

2.35  

3.00  

74

9.2.2012

8.45  

9.20  

10.05  

5.51  

6.05  

6.50  

75

10.2.2012

7.00  

7.20  

8.01  

1.41  

2.10  

2.40  

76

14.2.2012

8.15  

8.50  

9.38  

6.08  

7.35  

8.10  

77

15.2.2012

8.20  

8.45  

9.33  

5.40  

6.00  

6.50  

78

16.2.2012

8.00  

8.30  

9.35  

1.13  

1.35  

2.10  

79

27.2.2012

7.40  

8.00  

-

-

4.20  

4.55  

Перевод Харьковской правозащитной группы

 

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори