пошук  
версія для друку
06.08.2016
джерело: echr.coe.int

Савинов против Украины

   

© Перевод Украинского Хельсинского союза по правам человека

Официальное цитирование -  Savinov v. Ukraine, no. 5212/13, § …, 22 October 2015

Официальный текст (англ.)

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

ДЕЛО САВИНОВА ПРОТИВ УКРАИНЫ

(Заявление № 5212/13)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

22 октября 2015 года

Это решение станет окончательным при условиях, изложенных в статье 44 § 2 Конвенции. Оно может быть отредактировано.

По делу Савинова против Украины,

Европейский суд по правам человека (Пятая Секция), заседая Палатой в составе:
Josep Casadevall, Председатель,
Ganna Yudkivska,
Vincent A. De Gaetano,
André Potocki,
Helena Jäderblom,
Aleš Pejchal,
Síofra O’Leary, судьи,
и Claudia Westerdiek,Секретарь Секции,
Рассмотрев дело в закрытом заседании 29 сентября 2015 года,
Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Данное дело основано на заявлении (№ 5212/13) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины, Эдуардом Владимировичем Савиновым (далее – «заявитель), 21 января 2013 года.
2. Заявителя представляла О.Е. Сапожникова, адвокат, практикующий в Киеве. Правительство Украины (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный, Борис Бабин, Министерство Юстиции Украины.
3. Заявитель утверждал, что ему не была предоставлена необходимая медицинская помощь во время его содержания в местах лишения свободы в период с 30 декабря 2006 года по 18 марта 2013 года, и что он не имел доступа к эффективным средствам правовой защиты в отношении данной жалобы.
4. 18 марта 2013 года Суд издал решение с требованием, в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда, что Правительство должно «незамедлительно, с помощью соответствующих средств, обеспечить надлежащее лечение заявителя в связи с его ВИЧ».
5. 8 июля 2013 Правительство было уведомлено о вышеуказанной жалобе, а оставшаяся часть жалобы была признана неприемлемой. В тот же день Суд отменил требование к Правительству в соответствии с Правилом 39 Регламента Суда.

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

6. Заявитель родился в 1970 году. В соответствии с последней доступной информацией, в июне 2013 года заявитель переехал в город Ильичевск, Украина, после того, как был освобожден из мест лишения свободы. Он не проинформировал Суд о своем настоящем местонахождении.

A. Уголовное расследование в отношении заявителя

7. В соответствии с информацией, представленной Правительством, 21 августа 2006 года Ильичевский городской суд приговорил заявителя к двум годам лишения свободы условно за преступления, связанные с наркотиками. В тот же день этот же суд вернул заявителя в предварительное заключение, в связи с подозрением в совершении кражи.
8. 29 мая 2007 года городской суд Ильичевска приговорил заявителя к одному году лишения свободы за совершение кражи.
9. 25 июня 2008 года этот же суд признал заявителя виновным в причинении тяжкого вреда здоровью и приговорил его к лишению свободы на восемь с половиной лет. Поскольку заявитель ранее не отбыл судимость, общий срок лишения свободы составил девять лет.

B. Лишение заявителя свободы и медицинская помощь

10. Правительство утверждало, что в 1996 году заявитель прошел тест на вирус иммунодефицита человека («ВИЧ«), который показал положительный результат. По имеющейся информации, до лишения свободы заявитель проходил лечение в больнице в отделении инфекционных заболеваний (диагноз неопределенный) один раз 18-22 сентября 2003 года.
11. 30 декабря 2006 года заявитель был арестован и помещен в Ильичевский изолятор временного содержания (ізолятор тимчасового тримання Іллічівського міського відділу Головного управління Міністерства внутрішніх справ України в Одеській області). Правительство заявило, что невозможно было установить точный период пребывания заявителя в изоляторе временного содержания, поскольку все соответствующие документы были уничтожены.
12. В период с 15 января 2007 года до 25 декабря 2008 года заявитель был заключен в Измаильском следственном изоляторе (Ізмаїльський слідчий ізолятор) («СИЗО»). Он также пребывал там в период с 10 марта по 4 мая 2009 года.
13. По данным Правительства, 15 января 2007 года заявитель был осмотрен, и было установлено, что он "практически здоров". Во время своего пребывания в СИЗО заявитель прошел обследование и ему была оказана следующая медицинская помощь: как минимум, три раза в 2007 и 2008 году заявитель проходил рентгенографию грудной клетки (патологий легких и сердца выявлено не было), а также один анализ крови (RW, отрицательный). В июле и ноябре 2008 года он был также осмотрен фельдшером, который установил диагноз простатит. Заявителю был назначен курс лечения медикаментами.
14. В период с 26 декабря 2008 года по 10 марта 2009 года заявитель отбывал наказание в Одесской исправительной колонии № 14 (Одеська виправна колонія №14). Он также пребывал там с 5 мая 2009 года по 5 сентября 2012 года.
15. В Одесской исправительной колонии № 14 заявитель проходил следующее лечение: в марте 2009 года заявитель был осмотрен, и обнаружилось, что он "практически здоров". В декабре 2009 года заявитель болел вирусной респираторной инфекцией. В январе-сентябре 2011 года заявитель был осмотрен терапевтом. Позднее заявителю был поставлен диагноз тромбофлебит и назначено лечение. Дважды, в 2011 и 2012 году, заявитель проходил рентген; патологий выявлено не было.
16. В период с 23 ноября по 3 декабря 2011 года заявитель находился в медицинской части с диагнозом тромбофлебит. В ноябре 2011 года администрация Одесской колонии подала запрос о ВИЧ-статусе заявителя в Одесскую областную государственную санитарно-эпидемиологическую службу. 23 ноября 2011 года был получен ответ, что результат теста заявителя на ВИЧ в 1996 году был положительным.
17. 4 мая 2012 года терапевт поставил заявителю диагноз ВИЧ .
18. В июле-августе 2012 года заявитель сдал ряд анализов крови, в том числе анализ на лимфоциты CD4+ с результатом 74 клеток. 12 августа 2012 года заявителю был поставлен диагноз ВИЧ в 4 клинической стадии, туберкулез лимфатических узлов и орофарингеальный кандидоз. Было отмечено, что заявитель находится в критическом состоянии. 30 августа 2012 года заявителю было назначено противотуберкулезное лечение.
19. С 7 сентября по 12 октября 2012 года заявитель находился в инфекционном отделении больницы при Дариевской исправительной колонии (інфекційне відділення міжобласної багатопрофільної лікарні при Даріївській виправній колонії № 10 Херсонської області). Заявитель прошел многочисленные анализы крови и мочи, рентген и другие тесты, необходимые для диагностики и лечения туберкулеза. Он также прошел тест на уровень клеток CD4 +, с результатом 98. Заявитель был осмотрен врачами, после чего ему было назначено лечение. При выписке из отделения заявителю был поставлен диагноз ВИЧ в 4 клинической стадии, туберкулез лимфатических узлов, кандидоз, лейкопения, потеря веса (8%), хронический гепатит и хронический панкреатит. Заявителю было рекомендовано проконсультироваться у специалиста по инфекционным заболеваниям для назначения ему антиретровирусной терапии (АРТ).
20. 12 октября 2012 года заявитель поступил в Межобластную специализированную туберкулезную больницу при Голопристанской исправительной колонии № 7 (міжобласна спеціалізована туберкульозна лікарня при Голопристанській виправній колонії №7). Ему был поставлен диагноз туберкулез периферических лимфатических узлов, дефицит веса на 8%, анемия, лейкопения, хронический гепатит в стадии неустойчивой ремиссии и хронический панкреатит в стадии ремиссии. Там же заявитель прошел различные обследования и получил назначенное лечение, в частности, от туберкулеза.
21. 26 октября 2012 года заявитель был осмотрен инфекционистом и ему был поставлен диагноз ВИЧ в 4 клинической стадии и туберкулез периферических лимфатических узлов. В ноябре-декабре 2012 года заявитель был осмотрен хирургом. У него был диагностирован посттромбофлебитный синдром обеих ног в отечно-язвенной форме, и назначено лечение. В период с ноября 2012 по январь 2013 года заявитель прошел еще ряд обследований и тестов. В частности, 21 ноября 2012 года заявитель сдал тест на клетки CD4+ (результат: 44 клетки или 18,4%).
22. По данным Правительства, 17 декабря 2012 года заявитель был осмотрен инфекционистом и обратился с просьбой о прохождении курса АРТ, однако провести АРТ не было возможности из-за отсутствия необходимых лекарств. Глава Голопристанской колонии обратился в специализированное общественное медицинское учреждение по профилактике и лечению СПИДа в Одессе с просьбой обеспечить необходимую АРТ. В письме от 15 января 2013 года, эта просьба была отклонена на том основании, что обеспечение заключенных такими препаратами входит в обязанности тюремной администрации. Также было заявлено, что после освобождения заявитель получит необходимую медицинскую помощь.
23. Из имеющихся материалов дела следует, что в результате лекарства для антиретровирусной терапии заявителя были предоставлены НПО, в достаточном количестве для лечения заявителя до февраля 2013 года. Впоследствии заявитель продолжал получать необходимые лекарства.
24. 4 и 25 февраля 2013 года начальник Голопристанской исправительной колонии, совместно с Голопристанским районным судом, подал два запроса, в соответствии со статьей 84 Уголовного кодекса, об освобождении заявителя, ссылаясь на то, что заявитель страдал СПИДом, а также имел другие серьезные проблемы со здоровьем. Запросы были основаны на заключениях медицинской комиссии, в соответствии с которыми заболевания заявителя входили в список проблем со здоровьем, по причине которых заключенный может быть освобожден тюремными властями.
25. 11 февраля и 11 марта 2013 года, соответственно, суд отклонил обе просьбы, на том основании, что заявитель был признан виновным в совершении нескольких тяжких преступлений (последним преступлением было нападение на его мать, ставшее причиной ее смерти), и, находясь в заключении он был наказан за нарушение тюремных правил в двенадцати случаях, что свидетельствует о его антиобщественном поведении и нежелании исправиться. По мнению суда, заявитель по-прежнему представлял опасность для общества. В своем решении от 11 февраля 2013 года, суд также отметил, что из просьбы начальника тюрьмы не следует, что диагноз СПИД был поставлен заявителю соответствующим специалистом. Кроме того, нет никакой информации, что у заявителя есть родственники или близкие, которые могли бы или хотели бы заботиться о нем в случае его освобождения.
26. 15 марта 2013 года тест CD4+ заявителя показал 129 клеток.
27. 25 марта 2013 года Правительство предоставило медицинскую информацию, согласно которой состояние здоровья заявителя было средней тяжести. Его диагнозы ВИЧ и туберкулез были подтверждены, и было отмечено, что заявитель также страдает гипертермией, хроническим гепатитом, хроническим панкреатитом, посттромбофлебитным синдромом, анемией, серьезной иммуносупрессией, потерей веса и диареей. В Голопристанской колонии заявитель находился под постоянным наблюдением физиатра и инфекциониста заболеваниям, и прошел курс АРТ и лечения от туберкулеза, а также симптоматическое лечение и курс витаминов.
28. 22 апреля 2013 года Голопристанский районный суд отклонил новый запрос начальника колонии об освобождении заявителя в связи с его состоянием здоровья. Было отмечено, что у заявителя был СПИД и ряд серьезных проблем со здоровьем. Суд, однако, пришел к выводу, что заявитель имеет многочисленные судимости за совершенные преступления, в том числе и тяжкие. Во время пребывания в заключении, он неоднократно подвергался взысканиям. Суд уже дважды отклонял подобные запросы об освобождении, и не было никаких доказательств того, что состояние здоровья заявителя ухудшилось по сравнению с тем временем, когда был отклонен последний запрос.
29. 20 июня 2013 года Херсонский областной апелляционный суд отменил это решение и постановил освободить заявителя в связи с его серьезными проблемами со здоровьем.
30. 26 июня 2013 года заявитель был освобожден.

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ И МЕЖДУНАРОДНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И МАТЕРИАЛЫ

31. Статья 84 Уголовного кодекса предусматривает, в частности, что осужденные, которые после совершения преступления или после вынесения приговора имеют серьезные заболевания, препятствующие отбыванию наказания, могут быть освобождены от наказания. Сталкиваясь с данного рода вопросами, суд должен принимать во внимание серьезность преступления, характер заболевания, личность осужденного и другие обстоятельства дела.
32. Другое соответствующее национальное законодательство, а также международные и национальные материалы, могут быть найдены в решении по делу Sergey Antonov v.Ukraine (no. 40512/13, §§ 40-53 and 55-56, 22 October 2015).

ПРАВО

I. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

33. Заявитель жаловался, в соответствии со статьей 3 Конвенции, что он подвергался пыткам, поскольку власти предоставили ему надлежащую медицинскую помощь в период с декабря 2006 года по март 2013 года. Статья 3 Конвенции гласит:
“Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

A. Приемлемость

34. Правительство утверждало, что заявитель не исчерпал эффективные средства правовой защиты в отношении своих жалоб. В частности, заявитель должен был подать свои жалобы в прокуратуру, имеющую полномочия осуществлять контроль над надлежащим применением правовых актов в местах лишения свободы. Решения прокурора в этом отношении являются обязательными и подлежат незамедлительному исполнению. Заявитель не жаловался в прокуратуру на отсутствие надлежащей медицинской помощи.
35. Заявитель утверждал, что медицинский персонал был проинформирован о его состоянии, но он нуждался в лечении в специализированной больнице.
36. Суд отмечает, что он уже отклонял подобные возражения о неисчерпании, признав средство судебной защиты, упомянутое Правительством, неэффективным, так как не было продемонстрировано, что использование таких процедур могло бы привести к улучшению условий содержания заявителя под стражей (см. Melnik v.Ukraine, no.72286/01, §§ 69, 28 March 2006; Buglov v.Ukraine, no.28825/02, § 74, 10 July 2014), и не видит оснований для того, чтобы прийти у иному выводу в настоящем деле. Поэтому Суд считает, что эта жалоба не может быть отклонена на основании неисчерпания внутренних средств правовой защиты.
37. Однако Суд считает, что жалоба заявителя касательно периода с декабря 2006 года по ноябрь 2011 года является неприемлемой по следующим причинам.
38. Суд отмечает, что в настоящем деле заявитель был ВИЧ-инфицированным в течении почти двадцати лет. Заявитель утверждал, что он сообщил властям о своем ВИЧ-статусе, когда он был помещен под стражу в декабре 2006 года; стороны, однако, не представили каких-либо доказательств в поддержку или в опровержение этого утверждения. Даже если предположить, что администрация Ильичевского изолятора временного содержания была проинформирована о ВИЧ-статусе заявителя, Суд отмечает, что заявитель находился в Ильичевском изоляторе временного содержания в течение максимум двух недель, после чего он был переведен в СИЗО, а затем в Одесскую исправительную колонию № 14.
39. Что касается медицинской помощи, оказанной заявителю в период с января 2007 года по ноябрь 2011 года, Суд отмечает, что заявитель не представил никаких доказательств того, что он получал какое-либо лечение до заключения под стражу, которое необходимо было продолжать, и что он сообщил врачам СИЗО и Одесской исправительной колонии № 14 о своих проблемах со здоровьем, или что он имел жалобы на здоровье, которые не были должным образом учтены.
40. Отсюда следует, что эта часть жалобы должна быть объявлена неприемлемой как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.
41. Суд далее отмечает, что жалоба заявителя касательно периода с ноября 2011 по март 2013 года не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Суд также отмечает, что она не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо дела

42. Правительство утверждало, что, во время пребывания в заключении, заявителю была предоставлена необходимая медицинская помощь. Правительство отметило, что не было никаких доказательств того, что "до августа 2013 года" заявитель сообщал администрации учреждений содержания под стражей о своем ВИЧ-статусе. Тем не менее, заявитель был ВИЧ-инфицированным в течении значительного периода времени, и, находясь на свободе, не проходил лечение. После того, как состояние здоровья заявителя ухудшилось, он прошел ряд обследований и был помещен в специализированную больницу. Там он был осмотрен врачами, и ему была предоставлена полная необходимая медицинская помощь. В частности, в августе 2012 года у заявителя диагностировали туберкулез, и ему было предоставлено необходимое лечение. Таким образом, в деле заявителя не было нарушения статьи 3 Конвенции.
43. Заявитель утверждал, что ему не предоставляли никакого лечения, пока состояние его здоровья значительно не ухудшилось. Заявитель утверждал, что тюремные власти пытались скрыть реальную ситуацию. В частности, в середине марта 2013 года ему было предложено подписать документ, в котором говорилось, что результат его CD4 + теста был 120 клеток, однако он знал, что это было неправдой. Заявитель также указал, что он не получал прописанных ему лекарств. В частности, Правительство не представило никаких доказательств в поддержку своего заявления о том, что заявитель получал прописанные медикаменты.
44. Суд неоднократно подчеркивал, что государство должно гарантировать, что лицо содержалось под стражей в условиях, совместимых с уважением к человеческому достоинству, и чтобы, с учетом практических требований лишения свободы, его здоровье и благополучие были защищены надлежащим образом (см. Kudła v.Poland[GC], no.30210/96, §§ 92-94, ECHR 2000-XI). Отсутствие надлежащей медицинской помощи может составлять обращение, противоречащее статье 3 Конвенции (см., среди других источников, Hummatov v.Azerbaijan, № 9852/03 and 13413/04,29 November 2007;Ukhan v. Ukraine, № 30628/02, 18 December 2008; и Petukhov v.Ukraine, № 43374/02, 21October 2010).
45. Другие соответствующие принципы касательно лечения в заключении, определенные Судом в его прецедентном праве в отношении статьи 3 Конвенции, приведены в решении по делу Sergey Antonov v.Ukraine (упомянутом выше, §§ 70-75).
46. Суд отмечает, что с ноября 2011 года состояние здоровья заявителя, по-видимому, ухудшилось, и он был помещен в медицинскую часть. В то время администрация Одесской колонии по собственной инициативе запросила информацию о ВИЧ-статусе заявителя и получила подтверждение, что заявитель был ВИЧ-инфицированным.
47. Суд отмечает, что, несмотря на полученную информацию, первый тест на клетки CD4+ был проведен более семи месяцев спустя, и, несмотря на низкий уровень клеток и диагноз ВИЧ в 4 клинической стадии, заявитель начал проходить курс АРТ в конце декабря 2012 года, по-видимому, при содействии специализированного НПО. Это бездействие само по себе составляет бесчеловечное и унижающее достоинство обращение, противоречащее статье 3 Конвенции.
48. В отношении утверждений заявителя о том, что он не получал предписанные лекарства, Суд повторяет, что необоснованного утверждения об отсутствии, задержке или неудовлетворительной медицинской помощи, как правило, недостаточно для возникновения вопросов в соответствии со статьей 3 Конвенции. Обоснованная жалоба обычно включает, среди прочего, ссылки на состояние здоровья, медицинские предписания и другие доказательства – например, заключения экспертов – демонстрирующие серьезные недостатки в медицинской помощи, оказанной заявителю (см. Valeriy Samoylov v. Russia, no. 57541/09, § 80, 24 January 2012).
49. Суд далее отмечает, что он уже рассмотрел большое количество дел против Украины, которые касались жалоб на неадекватную медицинскую помощь, предоставляемую заключенным (см., более недавнее дело, Barilo v.Ukraine, no. 9607/06, 16 May 2013, и Kushnir v.Ukraine, no. 42184/09, 11 December 2014). В отсутствие в Украине эффективных средств правовой защиты для подачи таких жалоб (см. параграфы 58-59 ниже), Суд обязан был выполнить первичную оценку доказательств, прежде чем определить, были ли соблюдены гарантии статьи 3 Конвенции.
50. В связи с этим, Суд повторяет, что в случае, когда обвинения выдвигаются в соответствии со статьей 3 Конвенции, Суд должен применить "особенно тщательную проверку" (см. Nechiporuk and Yonkalov. Ukraine, no. 42310/04, § 148, 21 April 2011). Тем не менее, эта задача особенно осложняется необходимостью оценки доказательств, требующей экспертных знаний в различных областях медицины. В этой связи, Суд подчеркивает, что он помнит о вспомогательном характере своей роли и признает, что он должен соблюдать осторожность, принимая на себя роль суда первой инстанции, если это не является неизбежным в обстоятельствах конкретного дела (см. McKerr v. The United Kingdom (dec.), no. 28883/95, 4 April 2000). Суд также напоминает, что он не должен принимать решения по вопросам, лежащим исключительно в сфере компетенции медицинских специалистов, или устанавливать, действительно ли заявитель нуждался в таком лечении в соответствующее время (см. E.A. v. Russia, № 44187/04, § 57, 23 May 2013), и соответствовали ли выбранные методы лечения потребностям заявителя (см. Ukhan, упомянутый выше, § 76, и Okhrimenko v. Ukraine, № 53896/07, § 71, 15 October 2009). Учитывая вышесказанное, и обращая особое внимание на уязвимость заявителей ввиду их содержания под стражей, Суд считает, что именно Правительство обязано представить надежные и убедительные доказательства, показывающие, что данный заявитель получил всеобъемлющую и надлежащую медицинскую помощь в период содержания под стражей.
51. В соответствии с принципами, упомянутыми выше, Суд отмечает, что доказательства, представленные Правительством в поддержку своего утверждения, что заявителю оказывалась надлежащая медицинская помощь, и что он получил предписанные медикаменты в полном объеме, являются неудовлетворительными. Копия медицинской карты заявителя очень плохого качества, нечитабельна, и содержащаяся в ней информация очень расплывчата и несет фрагментарный характер. В частности, невозможно понять, какие жалобы заявителя рассматривались, или установить, насколько точно соблюдались назначения врачей
52. Суд повторяет, что вопросы неоказания надлежащей медицинской помощи лицам с ВИЧ в украинских учреждениях содержания под стражей уже были рассмотрены Судом в ряде дел (см. Kats and Others v. Ukraine, № 29971/04, 18 December 2008; Pokhlebin v. Ukraine, № 35581/06, 20 May 2010; и Salakhov and Islyamova v. Ukraine, № 28005/08, 14 March 2013). В целом, ситуация в отношении лечения лиц с ВИЧ в этих учреждениях также была рассмотрена в деле Sergey Antonov v. Ukraine (№ 40512/13, 22 October 2015)
53. В свете вышеизложенного и, в частности, учитывая непредоставление заявителю необходимого лечения ВИЧ-инфекции в местах лишения свободы, Суд приходит к выводу, что в период с ноября 2011 года по март 2013 года заявитель не был обеспечен достаточной медицинской помощью в заключении, что приравнивается к бесчеловечному и унижающему достоинство обращению по смыслу статьи 3 Конвенции.

II. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ

54. Заявитель жаловался, что в его распоряжении не было эффективного средства правовой защиты в отношении его жалобы в соответствии со статьей 3 Конвенции. Он сослался на статью 13 Конвенции, которая предусматривает:
“Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушением было совершенно лицами, действовавшими в официальном качестве».

A. Приемлемость

55. Правительство не представило каких-либо замечаний по вопросу о приемлемости данной жалобы.
56. Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3(a) Конвенции и не является неприемлемой по любым другим основаниям. Поэтому она должна быть объявлена приемлемой.

B. Существо дела

57. Стороны не представили каких-либо замечаний по существу этой жалобы.
58. Суд отмечает, что статья 13 Конвенции гарантирует доступ на национальном уровне к средствам правовой защиты для обеспечения соблюдения прав и свобод по Конвенции, вне зависимости от того, в какой форме они предусмотрены в национальном праве. Со ссылкой на свое предыдущее прецедентное право (см., среди других источников, Melnik, упомянутое выше, §§ 113-16, и Dvoynykh v.Ukraine, № 72277/01, § 72, 12 October2 006), свои недавние выводы (см. Barilo,упомянутое выше, §§ 104-05) и обстоятельства настоящего дела, Суд считает, что Правительство не смогло доказать, что заявитель имел практический доступ к эффективным средствам правовой защиты в отношении своей жалобы, то есть средствам, которые могли бы предотвратить возникновение нарушений, или предоставить заявителю соответствующее возмещение.
59. Следовательно, Суд приходит к выводу, что была нарушена статья 13 Конвенции в связи с отсутствием в национальном законодательстве эффективных и доступных средств правовой защиты в отношении жалобы заявителя на отсутствие надлежащей медицинской помощи.

III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

60. Статья 41 Конвенции предусматривает:
“Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает лишь возможность частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию справедливой стороне.”

A. Компенсация вреда

61. Заявитель потребовал выплатить ему 20,000 евро (EUR) в качестве компенсации нематериального вреда.
62. Правительство утверждало, что в настоящем деле не было допущено никакого нарушения прав заявителя, в связи с чем его требования являются безосновательными. Правительство сочло требования заявителя чрезмерными.
63. Принимая решение на справедливой основе, Суд присуждает заявителю 10000 евро (EUR) в качестве компенсации нематериального вреда.

B. Компенсация затрат и расходов

64. Заявитель также потребовал выплатить ему 910 евро (EUR) в качестве компенсации затрат и расходов.
65. Правительство утверждало, что заявленная сумма является чрезмерной, и что услуги, указанные в договоре с адвокатом, представленном заявителем, не соответствуют фактически оказанным услугам.
66. В соответствии с прецедентным правом Суда, заявитель имеет право на возмещение затрат и расходов только в той мере, в какой было показано, что они действительно были понесены, были обязательными и разумными. В настоящем деле, адвокат заявителя, который представлял его на протяжении всего разбирательства в Суде, представил копию договора с заявителем о правой помощи, в соответствии с которым адвокат представлял заявителя в национальных судах и подготовил заявление в Суд. Принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении документы и изложенные выше критерии, Суд считает разумным присудить заявителю требуемую сумму.

C. Пеня

67. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на предельной кредитной ставке Европейского центрального банка с добавлением трех процентных пунктов.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1. Объявляет жалобу заявителя, в соответствии со статьей 3 Конвенции, в отношении ненадлежащей медицинской помощи в период с декабря 2006 года по ноябрь 2011 года неприемлемой, а оставшуюся часть жалобы приемлемой;

2. Постановляет, что была нарушена статья 3 Конвенции в связи с отсутствием надлежащей медицинской помощи в период с ноября 2011 года по март 2013 года;

3. Постановляет, что была нарушена статья 13 Конвенции в связи с отсутствием эффективных средств правовой защиты в отношении жалобы на отсутствие надлежащей медицинской помощи;

4. Постановляет:
(a) государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, когда это решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, следующие суммы, в переводе на валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты:
(i) 10 000 (десять тысяч) евро с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации нематериального вреда;
(ii) 910 (девятьсот десять) евро с добавлением любых налогов, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации затрат и расходов;
(b) с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная предельной кредитной ставке Европейского центрального банка в этот период с добавлением трех процентных пунктов;
5. Отклоняет оставшуюся часть требований заявителя относительно компенсации.
Составлено на английском языке и провозглашено в письменном виде 22 октября 2015 года, в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Клаудиа Вестердийк                                                                                   Жозэп Касадеваль
Секретарь                                                                                                       Председатель

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори