пошук  
версія для друку
06.11.2017 | Евгений Захаров

Почему Ленин до сих пор с нами

   

Арсен Аваков написал свой текст «Ленин с нами» в 2007 году. В постскриптуме автор, глядя на памятник душителю свободы Ленину на площади Свободы, спрашивает: «Неужели Ленин по-прежнему с нами?»

Уже больше трех лет нет памятника Ленину на главной площади Харькова, как и во всех уголках страны, кроме временно оккупированных территорий. Но, увы, Ленин по-прежнему с нами и в нас. Строки коммунистической песни – «Ленин всегда живой, Ленин всегда со мной… Ленин в тебе и во мне» – к сожалению, попали в яблочко. Более того, с нами и в нас по-прежнему и Сталин!

Я хорошо помню сильное впечатление от стихов Бориса Чичибабина «Не умер Сталин», прочитанных впервые у нас дома на Подгорной в 1959 году. Хоть и было мне всего-то семь лет… Там были такие строчки:

…Пока, во лжи неукротимы,

сидят холеные, как ханы,

антисемитские кретины

и государственные хамы,

покуда взяточник заносчив

и волокитчик беспечален,

пока добычи ждет доносчик, –

не умер Сталин.

 

…А в нас самих, труслив и хищен,

не дух ли сталинский таится,

когда мы истины не ищем,

а только нового боимся?

Я на неправду чертом ринусь,

не уступлю в бою со старым,

но как тут быть, когда внутри нас

не умер Сталин?

Там еще было:

…Пока мы лгать не перестанем

и не отучимся бояться, –

не умер Сталин.

И еще:

И не по старой ли привычке

невежды стали наготове –

навешать всяческие лычки

на свежее и молодое?

Все как будто про то, что у нас сегодня, не правда ли?

О чем бы мы ни говорили – о реформе полиции или прокуратуры, пытках в СБУ или борьбе с коррупцией, помощи внутренним переселенцам или очередях на линии разграничения – мы всегда отвечаем на вопрос: попирает ли государство свободу человека и направлено ли оно на прекращение или хотя бы смягчение человеческих страданий, или, наоборот, равнодушно к ним? Ответ на этот вопрос, как лакмусовая бумажка, отделяет тренд на уход от постсоветского государства и превращения в государство, в котором преобладают европейские ценности, от консервативного тренда на сохранение советских рудиментов, укорененных в бесчеловечных практиках Ленина и Сталина.

Победа в войне с Россией напрямую зависит от того, какой тренд победит. Украина способна конкурировать со значительно большей авторитарной и патерналистской Россией, только когда сама отбросит патернализм и станет действительно свободным и демократическим государством. А отошли мы от России еще недалеко и постоянно даем задний ход. Осознание этого конфликта трендов, постоянная проверка на соответствие государственных решений коммунистическим рецептам Ленина, Сталина и их последователей, и отказ от решений советского толка должны обезопасить нас от поражения.

 

Как же преодолеть старые советские тренды?

 

Вспомним: Германия в корне изменилась после поражения во Второй мировой войне благодаря продуманной, последовательной и решительной денацификации. И Украина крайне нуждается в аналогичном процессе – реальной декоммунизации. Того, что у нас считается ею – отказ от символики, снятие памятников, переименование городов, площадей, проспектов, улиц, переулков – мало. Бесспорно, демифологизация коммунизма является необходимой. Но этого далеко недостаточно. В моем списке задач декоммунизации отказ от символики – на последнем, шестом, месте. Вот первые пять[1].

Коммунизм уничтожил частную собственность, и вследствие этого существенно изменилось сознание человека. Поэтому первейшая задача декоммунизации – возвращение людям чувства собственника и формирование сильного среднего класса. Человек без собственности, строго говоря, не может осознавать себя гражданином, а, следовательно, разговоры о существовании сильного гражданского общества пока что умозрительны.

Коммунизм ликвидировал свободу мысли, свободу слова, свободу собраний, свободу ассоциаций и другие фундаментальные свободы, и демократию как такую. Возвращение фундаментальных свобод не только на бумаге, но и в реальности, утверждение демократических ценностей и народовластия – вторая задача декоммунизации.

Создание общества справедливого распределения материальных благ государством привело к патернализму. До тех пор, пока люди будут ждать, что государство обеспечит им жилье, рабочие места, надлежащую зарплату, бесплатное образование и медицину, социальную защиту – коммунизм будет жить. Поэтому третья задача декоммунизации – утверждение в сознании людей отказа от патерналистских ожиданий и права «свободно распоряжаться собственной судьбой». В этой плоскости можно наблюдать определенный прогресс: сегодня большинство людей уже не надеется, что государство обеспечит им «хорошую жизнь», а рассчитывает на себя и своих близких.

Один из постулатов коммунизма – это коллективизм, власть коллектива, отказ от индивидуальности. Возвращение индивидуализма, осознание того, что только свободный и автономный человек, независимый от воли коллектива, может сполна воспользоваться интеллектуальной и экономической свободой, стать независимым, состоятельным и счастливым – это четвертая задача декоммунизации.

Коммунизм ввел интернационализм, который в советской практике привел к идее слияния наций и попытки искоренить национальное сознание и бытие, растворить национальные меньшинства в общей массе советских людей. Развитие национальной самобытности, национальных культур – это еще одна задача декоммунизации, не менее важная, чем перечисленные выше.

Осуществление всех задач декоммунизации должно существенно изменить приоритеты развития и общества, и государства. При этом надо вылечить старые украинские болезни – все политические силы руководствуются политической целесообразностью и пренебрегают правом, игнорируют судебную власть и пытаются управлять ею, а у многих людей, и в государстве, и в обществе, сохраняется ошибочное представление, что сложные проблемы можно решить простым путем – с помощью применения силы и принуждения. В результате в обществе царит популизм, а в государственных и местных органах во многом сохраняется советская командно-административная система управления. Приведем некоторые примеры.

Способы шестой волны мобилизации в некоторых местах, в частности, в Харькове, были не только неприемлемыми в демократическом обществе, но и такими, что только способны дискредитировать украинское государство в глазах цивилизованного мира. Люди в штатском, представлявшиеся сотрудниками милиции, задерживали молодых людей на улицах, рынках, станциях метро, в учебных заведениях при сдаче ЗНО и получения дипломов под разными предлогами – установление личности, сходство с подозреваемым в совершении преступления и т. д. Задержание процессуально не оформлялась. Задержанных отвозили прямо на сборный пункт Харьковского областного военкомата. Там выписывали и вручали повестки (при отсутствии документов повестки заполняли со слов задержанных). А со сборного пункта уже никуда не выпускали и вывозили в военную часть – служить. Родственникам не сообщали.

Такой варварский способ выполнения плана мобилизации позорит и армию, и государство в целом. Военный конфликт на юго-востоке страны побуждает украинскую власть сплотить население, оно должно быть заинтересовано в максимальной поддержке государства и армии. Все украинцы должны разделиться на две части – те, кто защищает страну от агрессора, и те, кто им помогает. Но кто захочет поддерживать государство, которое грубо нарушает права человека и действует как этот самый агрессор (вспомним точно такие же облавы, которые устраивали в России, чтобы послать солдат на вторую чеченскую войну)? Ничего более вредного для Украины на радость российской пропаганде нельзя и придумать, ей даже врать не надо. А хуже всего то, что эта практика, очевидный рудимент советского образа мышления и действий, считается вполне приемлемой большой частью украинского чиновничества.

Такой же рудимент мы усматриваем в равнодушном отношении к слишком долгому переподчинению пенсионеров города Счастье от оккупированного Луганска в Северодонецк, которые восемь месяцев не получали пенсии. Аналогичная история произошла с пгт Мироновский и Луганское и городом Светлодарск, которые были подчинены Дебальцево, а после его сдачи в феврале 2015 должны были перейти в подчинение Артемовска (ныне – Бахмут). И вот все бюджетники не получали зарплаты и пенсий с января по август, и в этих городах установился настоящий голод, мы увидели это наглядно, когда привезли туда продукты.

Эти примеры показывают, что коммунизм остался в головах людей, и его так просто не убрать. Пока коммунистические стереотипы не будут вытравлены из сознания людей, существенных изменений быть не может. А руководство государства должно осознать, что политический режим, который нарушает права человека все больше и больше, обречен на поражение.

Во времена коммунизма произошел конфликт двух основных инстинктов человека, самосохранения и морального, – делать добрые дела и не делать злые. Религиозные люди считают, что моральный инстинкт – от Бога. Поскольку практика коммунизма вела к преступлениям, то любой думающий человек понимал, что совершается зло. Но инстинкт самосохранения заставлял подавить это понимание, молчать, чтобы выжить. Так было с основной массой людей. Инстинкт моральный вел к дисенту, к сопротивлению, в результате чего люди становились жертвами репрессий. Уход от этого конфликта означает создание такой системы условий и общественных отношений, когда инстинкт самосохранения не ведет к дурным поступкам, а инстинкт моральный требует не только назвать поступки коммунистического государства преступлением, но и искупить этот грех. Должен произойти катарсис. Очищение от этого греха возможно только тогда, когда преступление будет доказано на юридическом уровне и признано общественным сознанием. Поэтому известный тезис Конрада Аденауэра – «Коммунизм может быть побежден только убежденным христианством» – целиком правильный, и это означает, что освобождение от оков коммунизма будет продолжаться долго[2].

 

Печальные выводы

 

Из всего вышесказанного следует неутешительное резюме, что Ленин и Сталин будут с нами еще очень долго. Хотя советский период уже стал глубокой историей, и люди, родившиеся в независимой Украине, часто вообще не знают, кто это такие, и чем знамениты. В советском детском саду мы все прекрасно знали, кто такой Ленин, и по этому поводу была куча анекдотов. А в 1998 году, когда социологи опрашивали семилеток, ровесников Независимости, оказалось, что ни один ребенок не знал. В Харькове на аллее от памятника Шевченко к университету есть детская площадка, на которой скульптуры детей, в том числе и маленький Володя Ульянов. И вот недавно я слышу, проходя мимо, как молодая мама говорит своем детенышу: давай я тебя рядом с мальчиком сфотографирую! Но люди думающие не могут не понимать, какую зловещую роль сыграли Ленин и Сталин вчера и продолжают играть сегодня. 

Я думаю, что Василий Гроссман в своей замечательной повести «Все течет» был совершенно прав, когда назвал Ленина воплощением русского национального исторического начала, а Сталина – русской советской государственности. Но отсюда немедленно следует, что Россия не изменит свою имперскую политику по отношению к Украине, пока существует, и что эта политика – плоть от плоти русского национального самосознания. Поэтому тем более актуально для нас осознать это и стать иными, действительно избавиться от их влияния и наследия, которые, как тяжелые гири на ногах, не дают нам возможности жить. И стать сильными, потому что мир по-настоящему уважает и помогает только сильным.

Вот как о Ленине высказывались другие его выдающиеся современники. «В сущности, – подумал я, – этот человек, такой простой, вежливый и здоровый, – гораздо страшнее Нерона, Тиберия, Иоанна Грозного. Те, при всем своём душевном уродстве, были всё-таки людьми, доступными капризам дня и колебаниям характера. Этот же – нечто вроде камня, вроде утеса, который оторвался от горного кряжа и стремительно катится вниз, уничтожая всё на своём пути. И при том – подумайте! – камень, в силу какого-то волшебства – мыслящий. Нет у него ни чувств, ни желаний, ни инстинктов. Одна острая, сухая непобедимая мысль: падая – уничтожаю» (А.И. Куприн). А вот жесткие слова Ивана Бунина: «Выродок, нравственный идиот от рождения, Ленин явил миру как раз в самый разгар своей деятельности нечто чудовищное, потрясающее; он разорил величайшую в мире страну и убил несколько миллионов человек – и всё-таки мир настолько сошел с ума, что среди бела дня спорят, благодетель он человечества или нет?»

Такое понимание Ленина и такое неприятие массовых убийств как практики государственного управления необычайно актуальны сегодня. И нам крайне необходимо дать не только политическую, а и правовую оценку действиям коммунистического режима.

 

Коммунизм ждет своего Нюрнберга

 

Последствия преступлений коммунистического режима, трагического наследия Ленина и Сталина, ужасны, они касаются «и мертвых, и живых, и нерожденных» (Тарас Шевченко). Кроме миллионов погибших от политических репрессий и нерожденных, что само по себе существенно повлияло на генофонд и развитие украинского народа, эти преступления больно ударили по тем, кто остался в живых. Они негативно повлияли на их социальную и политическую активность, посеяли страх перед властью. Историческая память и психология тех, кто выжил, были изуродованы воспоминаниями о раскулачивании, массовых арестах и расстрелах, людоедстве во время голода, о доносах на соседей и тому подобном. Эти трагические события до сих пор отражаются на психологии их потомков.

Массовые репрессии, о которых запрещалось знать до конца восьмидесятых годов ХХ века, привели к разрыву постепенности в интеллектуальном развитии украинского народа, потере идентичности и общих ценностей. Они имели следствием также неосознанный комплекс неполноценности у значительной части украинцев.

Постгеноцидное украинское общество остро нуждается в спокойной совести, освобождении от психологических комплексов, свободе от страха. Это невозможно без публичного признания действий коммунистического режима преступлением, которое должно быть произведено на правовом уровне. Это является моральным долгом нации перед погибшими, это необходимо для утверждения исторической справедливости, укрепления иммунной системы украинского народа против политических репрессий, насилия, неоправданного государственного принуждения.

В Европе отношение к Сталину и коммунизму немногим отличается от отношения к Гитлеру и нацизму, что легко увидеть в многочисленных резолюциях Европарламента, Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), Комитета Министров ПАСЕ, ОБСЕ. И, в частности, к Украине прямо относятся п.п.5-8 Резолюции ПАСЕ №1481 (2006) «Необходимость международного осуждения преступлений тоталитарных коммунистических режимов»:

«Падение тоталитарных коммунистических режимов в Центральной и Восточной Европе не во всех случаях сопровождалось международным расследованием совершенных ими преступлений. Более того, виновники этих преступлений не были преданы суду международного сообщества, как в случае со страшными преступлениями, совершенными во имя национал-социализма (нацизма).

Как следствие, общественность очень плохо осведомлена о преступлениях, совершенных тоталитарными коммунистическими режимами. Коммунистические партии являются законными и активно действуют в некоторых странах, даже несмотря на то, что в отдельных случаях они не дистанцировались от преступлений, совершенных тоталитарными коммунистическими режимами в прошлом.

Ассамблея уверена, что знание истории является одной из предпосылок предотвращения подобных преступлений в будущем. Вдобавок, моральная оценка и осуждение содеянных преступлений имеют большое значение для воспитания молодых поколений. Четко определенное отношение международного сообщества к прошлому может стать ориентиром на будущее.

Кроме того, Ассамблея уверена, что жертвы преступлений тоталитарных коммунистических режимов, которые продолжают жить сегодня, или их семьи заслуживают сочувствия, понимания и признания их страданий.»  

На Украине созданы все предпосылки, чтобы провести полноценный судебный процесс для правовой квалификации искусственного голода 1932-1933 гг. на основании материалов следствия, проведенного СБУ в 2009 г., и руководство государства должно было бы поддержать проведение этого процесса. Такие же процессы должны быть проведены и в отношении других преступлений коммунистического режима. На самом деле нет никаких сомнений в том, что Сталин и его подручные виновны в умышленных массовых убийствах, а коммунистический тоталитарный режим, который сделал массовый террор практикой государственного управления в СССР, сам по себе преступен. Однако, необходимо установить эти факты в правовой плоскости. При этом, поскольку все обвиняемые умерли, нужно создать специальные правила для такого суда наподобие Уставу международного военного трибунала от 8 августа 1945 года.

Напомним, что в судебном решении Конституционного Суда Российской Федерации, принятом 30 ноября 1992 г., было четко констатировано: «В стране в течение длительного времени господствовал режим неограниченной, опирающейся на насилие власти узкой группы коммунистических функционеров, объединенных в Политбюро ЦК КПСС во главе с генеральным секретарем ЦК КПСС».

Перечень преступлений советского режима за все годы, начиная с 1917 года, весьма велик, включает множество событий и занимает многие страницы. Приведем поэтому список наиболее серьезных и значимых преступлений коммунистического режима, подтвержденных документально[3].

1. Организация т.н. «красного террора», когда согласно постановлению Советского правительства 5 сентября 1918 г. была внедрена практика взятия заложников, внесудебных расстрелов и организованы концлагеря для «социально-чуждых» слоев населения и политических противников.

2. Массовые репрессии против крестьян – т.н. «раскулачивание», выселение, аресты и расстрелы по решениям троек Полпредств ОГПУ. 1930–1931 гг.

3. Организованное Сталиным и Политбюро ЦК ВКП(б) масштабное изъятие зерна для засыпки в государственные хранилища и продажи за границей, в результате чего возник искусственный голод. От голода погибло в СССР от 7 до 12 млн. человек, в том числе около 4 млн. населения Украины, 1932-1933 гг.

4. Массовые аресты и расстрелы по т.н. «кулацкой» операции НКВД – расстрелы согласно заранее намеченным квотам. Июль 1937 – ноябрь 1938 гг. (арестовано 767397 человек, из них 386798 расстреляно)

5. Массовые аресты и расстрелы по национальному признаку в рамках т.н. «национальных операций» НКВД (немецкой, польской, «харбинской», латышской и т.п.) Июль 1937 – ноябрь 1938 гг. (арестовано около 350 тыс. человек, из них 250 тыс. расстреляно)

6. Массовые аресты и расстрелы граждан Монголии, проведенные советским НКВД. 1937–1938 гг. (арестовано около 25 тыс. человек, из них около 20 тыс. расстреляно)

7. Репрессии против членов семей осужденных за «измену родине». В период 1937–1938 гг. в качестве «членов семей изменников родине» (ЧСИР) было арестовано свыше 18 тыс. жен и 25 тыс. детей были помещены в детские приемники НКВД.

8. Расстрелы и осуждение по т.н. «расстрельным спискам», когда мера наказания определялась не судебными органами, а самим Сталиным и его ближайшими соратниками по Политбюро – Молотовым, Ворошиловым, Кагановичем, Ждановым, Микояном и др. За период февраль 1937 – октябрь 1938 гг. были вынесены санкции на осуждение по 383 спискам, содержащим 44 тыс. фамилий, из них 39 тыс. – к расстрелу.

9. Санкция Сталина о применении в НКВД в ходе следствия т.н. «мер физического воздействия» – т.е. пыток и истязаний. Телеграмма, подписанная Сталиным 10 февраля 1939 г., подтвердила «правомерность» этой практики, принятой в 1937 г. В более поздние годы Сталин продолжал давать указания о применении пыток, например, в ходе т.н. «дела врачей» в 1952–1953 гг.

10. Заключение т.н. «Пакта о ненападении с Германией» и подписание секретного протокола о разграничении сфер влияния СССР и Третьего Рейха. Согласно этому тайному протоколу СССР начал проводить акты захвата соседних территорий и в качестве союзника Гитлера участвовал в разгроме государственности Польши, начал войну с Финляндией, оккупировал Литву, Латвию, Эстонию, Бессарабию. В итоге СССР был обвинен международным сообществом в проведении агрессивной экспансионистской политики и исключен из Лиги наций. Август 1939 – лето 1940 гг.

11. Санкционированные Сталиным и Политбюро ЦК ВКП(б) массовые депортации гражданского населения по т.н. «классовому» и национальному признакам:

– Выселение польских граждан с территории Западной Украины и Западной Белоруссии 1939–1940 гг.

– Выселения граждан из Литвы, Латвии, Эстонии и Молдавии в мае – июне 1941 г.

– Выселение немцев, калмыков, чеченцев и ингушей, карачаевцев, крымских татар и других народов в 1941–1945 гг.

– Выселение из Литвы, Латвии, Эстонии и Молдавии в 1949 г. т.н. «кулаков».

– Выселение украинцев во второй половине 40-х годов «за пособничество УПА».

12. Массовый расстрел военнопленных польских офицеров и гражданских лиц по решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г.: в апреле-мае 1940 г. органами НКВД в Катыни, Медном и Харькове расстреляно 21857 польских граждан.

13. Проведенные по указаниям Сталина бессудные казни заключенных в тюрьмах: летом 1941 года в Западной Украине, осенью –  в Орловской тюрьме, в московских тюрьмах, в Куйбышеве.

14. Санкционированные лично Сталиным акты индивидуального террора – тайные политические убийства, осуществленные госбезопасностью за границей и в СССР.

15. Организованные по указаниям Сталина советниками МГБ СССР показательные судебные процессы в Венгрии, Болгарии и Чехословакии в 1949–1952 гг.

Перед украинским обществом и государством стоит безотлагательная задача правовой квалификации преступлений как преступлений против человечности и геноцида, имевших отношение к Украине, перечисленных и многих других, как, например, репрессий против украинских церквей. И правдивого рассказа о нашей истории и о преступлениях коммунистического режима. Чем лучше будет решаться эта задача, тем меньше рудиментов коммунизма будут переживать наши дети и внуки.

 

 

[1] Близкие идеи относительно декоммунизации высказывал Владимир Панченко в статье «Как избавиться разрухи в головах» ( «Український тиждень», №3 (427) от 21 января 2016 года).

[2] Это обоснование тезиса Конрада Аденауэра принадлежит Мирославу Мариновичу.

[3] Список составлен Научно-информационным и просветительским центром международного общества «Мемориал».

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори