пошук  
версія для друку
05.01.2018 | Яна Смелянская

Блок-пост как способ воздействия на психику гражданского населения

   

Все граждане, вынужденные проезжать по дорогам Донбасса в связи с какими-то личными или служебными делами, сталкиваются с таким явлением как «блок-пост». Появились они весной 2014 года в связи с началом вооруженного конфликта и с тех пор плотно вошли в повседневную жизнь Донбасса. И если в 2014 году их наличие и география расположения не вызывала нареканий у граждан в связи с действительной необходимостью контроля за перемещением оружия, то спустя несколько лет работа блок-постов уже вызывает у местного населения сильное раздражение…

По служебной необходимости мониторы ХПГ уже 3 года каждый месяц осуществляют поездки на Донбасс. Мы можем без преувеличения заявить о том, что мы проехали по всем дорогам Донбасса и видели все блок-посты в зоне проведения АТО. И наше восприятие пропускных процедур на блок-постах также эволюционировало за эти три года…

Итак, наш вывод таков – концепция оперативного контроля за перемещением граждан автотранспортом с целью пресечения незаконного оборота оружия через механизм размещения в ключевых точках транспортных магистралей временных сооружений (блок-постов) на данный момент полностью себя исчерпала! Это касается территорий, удаленных от линии разграничения более чем на 10 км. Теперь поделимся своими аргументами…

В Протоколе 4 Международной Конвенции о защите прав человека и основных свобод, в статье 2 сказано, что каждый, кто на законных основаниях находится на территории какого-либо государства, имеет в пределах этой территории право на свободу передвижения и свободу выбора местожительства и, на пользование этими правами не должно налагаться никаких ограничений.

АТО на востоке Украины продолжается уже три с половиной года. И более трех лет гражданское население преимущественно Донецкой и Луганской областей сталкивается со множеством проблем и неудобств от того, что количество блокпостов при передвижения от одного населенного пункта к другому в разы превышает их логически оправданное количество. Речь сейчас идет исключительно об освобожденных территориях.

В крайне ограниченные рамки поставлены даже те граждане, которые проживают и передвигаются в пределах контролируемой правительством Украины части страны, не выезжая на неподконтрольные территории и находятся в значительной отдаленности от линии разграничения.

И если многокилометровые очереди на контрольно-пропускных пунктах въезда-выезда в сторону оккупированной части Донбасса (их всего 5) еще можно как-то объяснить, то почему скапливаются километровые очереди на таких направлениях как Краматорск-Константиновка, въезды в Мариуполь, перекресток в Новоахтырке, перекресток перед Бахмутом и др. – логически объяснить не получается.

Мониторинговые и юридические группы ХПГ с начала военного конфликта на востоке Украины проехали всю линию фронта и все населенные пункты, которые вошли в перечень зоны проведения АТО, и мы с уверенностью можем говорить о том, что все блокпосты от Харькова до Широкино, Станицы Луганской и Майорска носят исключительно декоративную функцию.

Абсолютно все блок-посты можно объехать в хорошую погоду по проселочным дорогам. Любой водитель, ориентирующийся по картам, может выбрать такой маршрут. Наша группа доезжала от Харькова до Станицы, от Изюма до Авдеевки или до Попасной, минуя все блок-посты, чисто из научного интереса… Поэтому те граждане, которые участвуют в схемах незаконного оборота оружия, вряд ли выберут дорогу через блок-посты. А вот гражданское население, простаивая часами в очередях на блок-постах, кто тихонько, а кто и в полной голос клянут, на чем свет стоит, и украинскую власть, и персонал этих блок-постов…

Тут стоит отметить, что ни одного нормативно-правового документа, который бы регламентировал работу блок-постов в зоне проведения АТО, и давал бы четкое понимание правил пересечения блокпостов гражданскому населению - не существует.

Из нормативных документов, в которых присутствует описание того, что есть блокпост, можно назвать только «Временный порядок пересечения линии разграничения»…

Так во Временном порядке пересечения линии разграничения сказано: «Блокпост (далі - БП) - загороджувальний пункт у визначеному місці (на ділянці місцевості, у споруді або їх комплексі) в районі проведення антитерористичної операції (далі - АТО), призначений для контролю за рухом людей, транспортних засобів, перевірки в осіб документів, що посвідчують особу, особистого огляду осіб і огляду речей, що при них знаходяться, огляду транспортних засобів та речей, що ними перевозяться, з метою запобігання несанкціонованому проникненню осіб на тимчасово неконтрольовану територію, проникненню з тимчасово неконтрольованої території учасників не передбачених законом збройних (воєнізованих) формувань, а також ввезення (вивезення) до/з району проведення АТО предметів і речовин, вилучених з цивільного обігу або обмежених в обігу; оборони сил та засобів, залучених до проведення АТО від протиправних посягань з боку не передбачених законом збройних (воєнізованих) формувань».

Что касается любимой отговорки полицейских при проверках на блок-постах про право на осмотр и проверку документов у граждан, ссылаясь на статью 15 Закона Украины «Про боротьбу з тероризмом»…

Так вот, статья 15 звучит таким образом: «Права осіб у районі проведення антитерористичної операції. У районі проведення антитерористичної операції посадові особи, залучені до операції, мають право…»

Обратите внимание на словосочетание «посадові особи». Юриспруденция дает точный ответ, кто есть «посадова особа» - это лицо, «…в якої наявні організаційно-розпорядчі або адміністративно-господарські функції». В свою очередь расшифруем понятие «організаційно-розпорядчі обов’язки» - «це обов’язки по здійсненню керівництва…» Таким образом, ссылаться на блок-посту на ст.15 ЗУ «Про боротьбу з тероризмом» могут только … руководители управлений, отделов или иных подразделений. И не нужно путать понятие «посадова особа» с понятием «службова особа» - это совсем разные функционалы.

Но мы же не можем на всех блок-постах посадить по начальнику рай- или горуправления полиции? Значит, вопросы к законодателям – необходимо привести в соответствие законодательную часть, касающуюся взаимоотношений правоохранителей и граждан в зоне проведения АТО…

Какая из сторон и как себя должна вести при пересечении этих самых внутренних блокпостов, какие документы, либо личные вещи должны предъявить граждане, пересекающие именно эти блокпосты проверяющему и от проверки каких вещей может отказаться гражданин?
Четких и упорядоченных инструкций доступных для гражданского общества по работе блок-постов вне контрольно-пропускных пунктов на линии разграничения, нет!

При проверке документов на блок-постах нацполиция (в редких случаях – военные) требуют только паспорт гражданина Украины. Ну, в крайнем случае – загранпаспорт. Почему? Документом, подтверждающим личность, в соответствии с принятым в мае 2011 года Законом «О документах», являются:

-специальная паспортная карточка;
-паспорт украинского гражданина, а так же украинский паспорт для путешествий за границу;
-служебный украинский паспорт;
-дипломатический украинский паспорт;
-удостоверение члена экипажа;
-документ, выданный для временного удостоверения гражданина Украины;
-документ, удостоверяющий личность моряка;
-удостоверение личности, выданное для возвращения в Украину.
-удостоверение застрахованной личности;
-социальное удостоверение;
-действующее пенсионное удостоверение;
-удостоверение инвалидности личности;
-удостоверение водителя;
-вид на постоянное жительство;
-проездной документ беженца, выданный для его выезда за границу;
-вид на временное жительство;
-удостоверение личности без гражданства, выданное для его выезда за границу;
-удостоверение беженца;
-разрешение на трудоустройство.
-карточка иммигранта.

То есть требование персонала блок-постов предъявить исключительно паспорт гражданина Украины не является законным. Гражданин при проверке имеет право предъявить любой из вышеперечисленных документов, подтверждающих личность.

Ни раз, и ни два мы сталкивались с ситуацией, когда на блокпостах сотрудники полиции, нацгвардии или иных военизированных подразделений, требуют от гражданских лиц предъявить личный мобильный телефон с целью переписать IMEI код телефона, ссылаясь на какое-то свое внутреннее распоряжение руководства.

По сообщениям начальника Краматорского горотдела полиции Виталия Максымива на блокпосту между Краматорском и Дружковкой за 2016 год полицейские проверили и внесли в базу 31,4 тысячи IMEI телефонов граждан.

Также привожу пример, свидетелями которого стала наша мониторинговая группа на блокпосту между Бахмутом и Часов Яром в Донецкой области в начале июля 2017 года.

Представители национальной полиции остановили автомобиль для проверки документов. В автомобиле находились две женщины. После проверки документов, человек в военной форме, который не представился, попросил у водителя-женщины телефон.

Водитель отдала телефон без пререканий (нам она сказала, что просто боится что-то сказать, потому что телефон забрал человек, у которого есть оружие).

Сотрудник полиции в свою очередь присел на скамеечку и начал перелистывать телефонную книгу, переписку в социальных сетях, сообщения в вайбер и СМС-сообщения из телефона женщины.

Мы сообщили работнику блокпоста, что его действия выходят за рамки закона. На что сотрудник полиции ответил: «А как вы предлагаете с сепаратистами бороться?»

Ознакомившись с нормативно-правовыми документами, регламентирующих полномочия сотрудников силовых структур, не удалось найти ни одной строчки о том, что действия сотрудников полиции, либо иных силовых структур, осуществляющих проверки на блокпостах, что подобные действия можно считать законными. Также отмечу, что такой «тщательной» проверке личных мобильных телефонов подвергаются ТОЛЬКО граждане, в паспорте которых числится регистрация места проживания в Донецкой, либо Луганской областях, преимущественно – в населенных пунктах на оккупированной территории...

Аналогичные ситуации мы не единожды фиксировали на блокпосту между Северодонецком и Новоайдаром (Новоохтырский блок-пост), когда из рейсовых автобусов, которые движутся с КПВВ «Станица Луганская», выводят всех пассажиров на проверку документов и заодно требуют ввести комбинацию в личный мобильный телефон, а затем продиктовать IMEI сотруднику блокпоста. Аналогичные случаи мы фиксировали на выездах из Мариуполя.

Юристы ХПГ подчеркивают, что данная процедура с переписыванием IMEI телефона незаконна. Потому как IMEI мобильного устройства относится к персональным данным. Они касаются человека и, в частности, его места нахождения. Если органам внутренних дел или СБУ так необходимо получить доступ к этим данным, есть установленная законом судебная процедура. Они определяют номер телефона, устанавливают IMEI и суд дает разрешение его отслеживать. Однако, по этому пути силовики не идут, а предпочитают пользоваться юридической неграмотностью большинства граждан, вынужденно пересекающих блокпосты.

Начальник Главного управления национальной полиции в Донецкой области Вячеслав Аброськин также не единожды заявлял о том, что полицейские на блокпостах переписывают IMEI (идентификатор) мобильных телефонов незаконно, но при этом обращался к гражданам Украины, чтоб последние к этим мерам отнеслись с пониманием.

Отдельным блоком проблемных вопросов работы блокпостов стоит выделить корректность работы силовиков с гражданским населением при осуществлении процедуры проверки на внутренних блокпостах.

Справедливости ради стоит отметить, что обильное строительство новых блок-постов в середине 2016 года, закончилось. В середине 2017 года общее количество блок-постов начало уменьшаться. Участки дорог, где на одном километре умещалось два блок-поста уже свободны для проезда.

Необходимо законодательно отрегулировать механизм «мягкого контроля» силовых структур за перемещением гражданского населения в зоне проведения АТО, что позволит снять существующее социальное напряжение…

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори