пошук  
Права Людини в Україні. Інформаційний портал Харківської правозахисної групи
версія для друку
23.01.2020 | Евгений Захаров, Геннадий Токарев
Кримінально-виконавча система

Расследование событий в колонии № 25 – всё законно?!

Державна установа «Олексіївська виправна колонія (№ 25)»
   

Мы много писали о событиях 3–10 января в Алексеевской исправительной колонии № 25 в Харькове, о том, что Генеральная прокуратура зарегистрировала несколько производств по заявлениям Харьковской правозащитной группы о преступлениях, совершенных во время этих событий, и что полтавский филиал ГБР начал расследование. Опубликовали мы также нашу правовую оценку происходящего.

Напомним, что, по свидетельствам, в 3 часа ночи 8 января бойцы ГБР в масках в полном боевом снаряжении вытащили часть осужденных, в одних трусах, одеться не дали, завели руки за спину и надели наручники или связали и доставили в штаб. Их положили лицом в пол. Отдельные осужденные пробыли на открытом воздухе более часа (температура воздуха минус 3 по Цельсию). В штабе осужденных заставили ползти на животе по лестнице на верхние этажи – второй, третий и четвертый, некоторых при этом жестоко били. У них сильно ободраны локти, колени и живот. В таком состоянии осужденных продержали с 3 часов ночи до обеда. По данным источника, били в первую очередь тех, кто жаловался работникам ХПГ 3 января. 22 осужденных сильно избили, заставили написать объяснительные записки – под диктовку или по образцу, – что спецназ ввели в колонию после 6 утра, что они сопротивлялись и препятствовали обыску, и поэтому к ним была применена физическая сила и спецсредства, и что они не имеют претензий.

Несмотря на то, что согласно положениям п. к) ч. 10 Руководства по эффективному расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, утверждено Верховным Комиссаром Организации Объединенных Наций по правам человека 9 августа 1999 года (далее – Стамбульский протокол) врачам и адвокатам должен быть предоставлен доступ к истязаемым лицам, содержащимся под стражей, а лицам, которые утверждают, что подвергались пыткам, должно быть разрешено иметь адвоката и созданы эффективные условия для их опроса (п. 116 Стамбульского протокола), адвокатов ХПГ много раз не впускали в колонию для оказания правовой помощи пострадавшим во время проведения следственных действий. Не пустили и врача. И только после вмешательства Генеральной прокуратуры с 20 января в колонию впускают по одному адвокату в день – на большее в колонии нет условий (!)

Из допросов потерпевших становится понятно, что администрация не препятствует осужденным рассказывать о прошлых преступлениях, но относительно событий 8 января запугала их настолько, что подавляющее большинство подтверждает версию, изложенную тогда в их объяснениях. Нашлось несколько осужденных, проигнорировавших запугивание. Один осужденный отказался свидетельствовать на допросе без участия адвоката.

Мотивы администрации очевидны: если осужденные утверждают, что все было законно и что они не имеют претензий, то уголовное производство должны закрыть, поскольку нет доказательств незаконных действий. Именно потому адвокатов ХПГ и не пускали в колонию, чтобы они не мешали осуществлению этого плана.

Следует заметить, что все вместе взятые написанные слово в слово объяснения не имеют никакой ценности, так как опрос/допрос жертв, которые продолжают содержаться под контролем тех, на кого они жалуются, противоречит принципам эффективного расследования жалоб на пытки. Подчеркнем, что при введении ГБР не работали как стационарные, так и индивидуальные видеорегистраторы! И это может иметь единственное объяснение – умышленное их отключение при применении ГБР. Из этого следует, что администрация колонии или территориального управление не хотела, чтобы эти события были зафиксированы техническими средствами, иными словами, хотела скрыть обстоятельства этих событий. Следовательно, в это время имели место нарушения закона! Ведь администрации было бы наоборот выгодно продемонстрировать видеозапись, на которой зафиксировано сопротивление осужденных бойцам ГБР.

На наш взгляд, необходимо открыть уголовное производство по вмешательству в работу компьютеров и/или компьютерных систем, а также по факту злоупотребления служебным положением всех тех должностных лиц, которые в соответствии с существующими правилами должны были осуществлять видеозапись – это, в первую очередь, дежурный помощник начальника колонии, сотрудники отдела надзора и безопасности, а также сами бойцы ГБР.

Также априори вызывают сомнения результаты судебно-медицинской экспертизы потерпевших, проведенной в колонии. О конфиденциальности говорить не приходится, да и без присутствия адвоката осужденные просто боятся рассказать, как именно их били. И уже в прокуратуре говорят, что эксперты не нашли следов сожжения бумаги на ягодицах заключенного П. Но следы от ожогов видели и адвокат П., и представитель парламентского Уполномоченного по правам человека, и член областной наблюдательной комиссии!

И возникает вопрос: чего стоит такое расследование? Оно ясно показало неподготовленность следователей, которые даже не слышали о Стамбульском протоколе, к расследованию пыток. Часть потерпевших следователи до сих пор не опросили. Становится очевидной необходимость создания и утверждения методики расследования, основанной на протоколе, чтобы расследовать пытки именно по этой методике.

Однако следует дождаться окончания расследования, выводы пока делать рано.


Проект ЕС «Борьба против пыток, жестокого обращения и безнаказанности в Украине»


Рекомендувати цей матеріал
При передруку посилання на khpg.org обов'язкове. Думки і міркування авторів не завжди збігаються з поглядами членів ХПГ
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль