пошук  
Права Людини в Україні. Інформаційний портал Харківської правозахисної групи
версія для друку
12.10.2020 | Андрей Диденко
Право на справедливий суд

Оправдательные приговоры

Ілюстраційне зображення (RFE/RL)
   

Какая страна, такой и закон.
Неизвестный автор

«Правосудие – это справедливость в действии»
И. Самсин (Урядовий курьер, 15.12.2011)

____________

«Правосудие по своей сути признается таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах…» – абз. 10 п. 9 Решения Конституционного суда Украины от 30 января 2003 года по делу № 1-12/2003.

Конституционный суд Украины, как высший судебный орган, в своем решении определяет понятие «правосудие», ставит правильные ударения, говорит взвешенно и компетентно. Так должно быть в цивилизованной стране. А что же на самом деле? И какой вывод можно сделать? Является ли Украина страной цивилизованной? Или Конституционный суд провозглашает в своем решении сугубо декларации и метафоры, а понимать слово «правосудие» нужно в переносном смысле?

О качестве правосудия может ярко свидетельствовать количество оправдательных приговоров по уголовным делам.

Например, в царской России было от 25 до 40 % оправдательных вердиктов. А вот в СССР во времена массовых политических репрессий в 1935–1939 годах в среднем провозглашалось около 12 % оправдательных приговоров. В Украине в 2000–2002 годы количество оправданий была почти нулевым – 0,02 %, в 2008–2012 годах чуть больше – 0,2 %, и, как достижение, в 2013 году – 0,4 %. Иными словами, в независимой Украине оправдательный приговор – это что-то нереальное.

Складывается впечатление, что украинские следственные и судебные органы никогда не ошибались и не ошибаются. Притом, что приговор суда имеет статус закона и обязателен для исполнения.

Даже в Российской Федерации показатель оправданий на порядок выше – в 2013 году, например, количество оправдательных приговоров составило 4,5 %.

В то же время, для сравнения, показатели в судах США коррелируются в пределах 17–25 %, континентальной Европы – 15–20 % (в ЕС – более 25 %, в Великобритании – около 30 %) оправдательных судебных решений.

Может, украинские правоохранительные органы и суды в 20–60 раз работают лучше, чем в Великобритании и США?

Попробуем разобраться на конкретных примерах.

Правосудие – есть ли оно в Украине?

Наверное, вопрос риторический и мы все понимаем, что, возможно, где-то в мире и есть правосудие, но точно не в украинских реалиях. Почему это так и откуда такая уверенность?

В чем измеряется правосудия?

На этот вопрос ответ очевиден. Качество правосудия в государстве измеряется реализацией принципа необратимости наказания. Это заключается в том, что ни одно лицо, совершившее преступление, не должно избежать ответственности и справедливого наказания, и ни один невиновный не должен быть наказан.

Иными словами, качество правосудия измеряется ощущением защищенности человека от произвола со стороны агентов государства.

Есть ли в нашей стране такое ощущение защищенности от преступных посягательств со стороны представителей власти и реализован ли в полной мере принцип необратимости наказания? Опять вопрос риторический.

Харьковская правозащитная группа в течение десяти лет при каждой публичной возможности освещает проблематику, существующую в стране, на реальных примерах – историях необоснованно осужденных к высшей мере наказания (пожизненному лишению свободы) без всякого шанса на справедливость, без всякой возможности на пересмотр своего приговора в суде.

Меняется власть, но неизменной остается ситуация полной безнадежности для незаконно осужденных пожизненно. Почему власть в стране не заинтересована в реализации правосудия? Неужели Президент или Генеральный прокурор не знают или не догадываются об ужасной реальности относительно соблюдения прав человека в судебной сфере? Неужели им не было бы интересно исправить правовые ошибки минувшего советского режима и с гордостью отчитаться об устранении недостатков в законе и освобождения из под стражи десятков неправомерно осужденных пожизненно?!

Можете ли вы себе представить что-то подобное в Соединенных Штатах Америки или Великобритании, Франции, или – зачем далеко ходить – в соседней Польше?

Чтобы правозащитники на протяжении десятилетия называли конкретные сфабрикованные дела, называли фамилии незаконно осужденных, выступали публично на всевозможных ток-шоу, пресс-конференциях и круглых столах, говорили, что необходимо создать в стране инструментарий, который бы исправлял судебные ошибки прошлого, а со стороны государства не было никакой реакции?! Возможно ли такое в цивилизованной стране?!

Украина находится в состоянии войны. Президент, чиновники высшего ранга каждый день жалуются на беззакония оккупанта и агрессора, призывают к усилению международных санкций из-за содержания в неволе украинских пленных, а в то же время в Украине десятки незаконно осужденных пожизненно находятся в заключении десятками лет без единого шанса на исправление ситуации.

Скажите, пожалуйста, это на самом деле происходит в стране, которая является членом Совета Европы, имеет безвизовый режим с Евросоюзом, в стране, послы которой на международных встречах с важным видом говорят о демократии и верховенстве права?!

Экскурс в историю законодательства

Систему правосудия Украина получила по наследству от Советского Союза. В свое время частью 1 «Декрета о суде» от 24 ноября 1917 года Советом Народных Комиссаров РСФСР было отменено судопроизводство царской России и начала создаваться новая, советская система. На «Декрете о суде» основывались постановление Народного Секретариата УССР от 4 января 1918 года «О введении народного суда» и Декрет Совета Народных Комиссаров Украины от 14 февраля 1919 года «О временном положении о народных судах и революционных трибуналах». На российских советских кодексах, с некоторым отличием, строился первый украинский процессуальный уголовный кодекс, вступивший в силу 13 сентября 1922 года. Затем Верховный Совет УССР утвердил 28 декабря 1960 года «Уголовно-процессуальный Кодекс УССР», который с 1961 года начал действовать и действовал (с изменениями и дополнениями) и после обретения Украиной независимости еще в течение почти 23 лет.

13 апреля 2012 года был принят Уголовный процессуальный кодекс Украины, который вступил в силу 19 ноября 2012 года. В этом кодексе уголовный процесс выписан в качественно новой форме по сравнению с редакцией УПК 1961 года. В нем отражены положения, ранее неизвестные уголовно-процессуальному законодательству Украины. Например, во время действия советского УПК обвинение строилось на признании лицом своей вины (явке с повинной). В случае отказа подсудимого от своих показаний, которые он давал во время досудебного следствия, суд мог абсолютно законно сослаться на то, что подсудимый пытается избежать ответственности, и взять за основу признательные показания, полученные в ходе следствия оперативником или следователем. Новый УПК обеспечивает исследование всех доказательств только в суде. И если подсудимый отказывается от своих показаний, полученных в ходе следствия, и заявляет, что к нему применялись пытки с целью получения признаний, суд не вправе учитывать такие показания в качестве доказательств, а тем более ссылаться на них в судебном решении.

Констатация реалий

В 2012 году во время многочисленных публичных мероприятий мы отмечали, что необходимо дать шанс на пересмотр приговоров лицам, осужденным к высшей мере наказания (пожизненное лишение свободы) исключительно на основании полученных под пытками признаний, от которых подсудимые отказалась в суде. Однако проходит время, осужденные пожизненно умирают, не дождавшись справедливого суда, как это произошло с Александром Рафальским, Степаном Чернаком, Виктором Щеткой, Андреем Сорокой и многими другими, о которых мы не знаем.

Как указывает в своем исследовании Экспертный центр прав человека: «В постсоветской системе координат, если следствие завершается оправдательным приговором, это означает, что следователь плохо работал, „недособирал информацию“, или „прокурор чего-то не заметил“. Статистика показывает, что в Украине до сих пор оправдательные приговоры не превышают одного процента, в то время как за рубежом 25–30 % оправдательных приговоров – это норма. У нас допрос превратился в процесс сбора доказательств, который должен подтверждать ту версию, которой руководствуется следователь, уверенный, что он уже знает, „кто во всем виноват“».

Мы имеем целый ряд проблем, которые остались нерешенными с советских времен, и для того, чтобы показать сложность ситуации, мы и решили исследовать вопрос незаконно осужденных пожизненно.

Эта категория людей является «настоящими отбросами», то есть они никому не нужны. Действительно, кому нужны люди, которые осуждены на всю жизнь без права на освобождение? Только родные и близкие тянут это ярмо, непосильную ношу несправедливого приговора. Адвокаты уже давно «высосали» все деньги, люди потеряли бизнес, только и работают на содержание в неволе своих родных. Кто бы знал, сколько потрачено денег на взятки и ремонты камер, на передачи, свидания и разные мелочи, такие как перевод в другую камеру или создание более приличных условий содержания. Однако люди, не жалея времени, продолжают добиваться в судах пересмотра приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам – процедуре, которая не работает. По крайней мере, автору неизвестно ни одного случая отмены приговора осужденному пожизненно согласно с этой процедурой с оправдательным решением. Однако известны яркие примеры судебной многолетней волокиты.

Как работает пересмотр приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам

Вот несколько примеров с нашей фотовыставки «13 историй необоснованно осужденных», которые на протяжении многих лет тщетно пытаются добиться пересмотра приговора через процедуру вновь открывшихся обстоятельств. Напомним, что вновь открывшимися обстоятельствами считаются только те обстоятельства, которые не были известны суду при вынесении приговора. Грубые нарушения прав человека, которые были проигнорированы судом, вновь открывшимися обстоятельствами не считаются.

Дело Игоря Волкодава и Игоря Зинченко

В этом деле защита предоставляет заключение судебной экспертизы, которая противоречит экспертному заключению, положенному в основу обвинения. В деле представлены на исследование два разных черепа якобы одного и того же человека. Результаты экспертизы из материалов дела исчезли. Также существует два разных приговора с разными датами и разными местами совершения преступления – убийства одного и того же человека. Эти обстоятельства не были известны суду при вынесении приговора в виде пожизненного лишения свободы в отношении Игоря Волкодава и Игоря Зинченко.

Защита обратилась в апелляционный суд города Киева, который вынес приговор, с ходатайством о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам 15 февраля 2015 года. Суд принял заявление и направил для рассмотрения по существу в Дарницкий районный суд города Киева. В этом суде не было присяжных, поэтому дело было перенаправлено ​​в Днепровский районный суд. Днепровский суд также не стал рассматривать дело и перенаправил назад в Дарницкий райсуд, который отказал в рассмотрении. Решение об отказе было обжаловано, и апелляционный суд направил дело в Деснянский районный суд, где оно рассматривается по сей день под председательством судьи Ларисы Бабайловой, при участи судьи Инны Клочко, а также трех присяжных – Игоря Гриневича, Натальи Подлесной и Дмитрия Прихно (фактическое отсутствие в Украине суда присяжных – отдельная тема). На последнем заседании, 7 сентября 2020 года, судом признано отсутствие в материалах дела выводов экспертизы и рассмотрение перенесено.

Дело Александра Рафальского (покойный), Вячеслава Барановского, Степана Чернака (покойный), Владимира Харченко (покойный)

Защитой была инициирована и экспертными бюро проведена государственная экспертиза, которая полностью противоречит государственной экспертизе, на которой основывается обвинение. В деле Рафальского за убийство осуждены четыре человека. Экспертиза свидетельствует о том, что лица, указанные обвинением как убитые, не могли быть таковыми. Эти материалы не были известны суду при вынесении приговора в виде пожизненного лишения свободы Рафальскому, Барановскому и Чернакау, 15 лет лишения свободы – Харченко.

31 декабря 2015 года защитой направлено заявление о пересмотре приговора по вновь открывшимся обстоятельствам в апелляционный суд Киевской области. Суд принял дело к рассмотрению и передал в Тетиевский районный суд Киевской области. В этом суде не хватило судей для формирования коллегии из трех судей и дело было возвращено в Апелляционный суд Киевской области. Последний направил дело в Таращанский районный суд, в котором также не смогли собрать коллегию судей и дело было возвращено снова в апелляционный суд, который перенаправил дело в Фастовский районный суд Киевской области. В Фастовском суде также не было коллегии и адвокаты обратились с жалобой в Высший специализированный суд по уголовным делам, который направил дело в Деснянский районный суд столицы. Эти перенаправления дела продолжались три года и наконец в 2018-м судья Деснянского районного суда Котович О. Л. единолично не находит в деле вновь открывшихся обстоятельств и отказывает в открытии производства. На это решение защитой подана апелляция и апелляционный суд Киевской области обязывает Деснянский суд рассмотреть заявление о пересмотре приговора по вновь открывшимся обстоятельствам. Затем дело попадает на стол судьи Деснянского суда города Киева Роману Винтоняку, который также не видит в деле вновь открывшихся обстоятельств и закрывает производство. Адвокаты снова подают апелляцию. Апелляционный суд удовлетворяет ее и уже в третий раз дело возвращается в Деснянский районный суд под председательством уже известной нам по делу Волкодава и Зинченко судьи Ларисы Бабайловой. Суд в очередной раз не видит в этом деле вновь открывшихся обстоятельств и отказывает в рассмотрении по существу. Защита обращается в апелляционный суд и на этот раз получает отказ, на который была подана кассационная жалоба в Верховный суд. 1 сентября 2020 года Верховный суд (судьи Александр Марчук, Олег Могильный и Сергей Слинько) истребовали материалы дела из Деснянского суда.

Барановский, единственный из осужденных по этому делу оставшийся в живых, написал ходатайство о доставке в суд для рассмотрения заявления о пересмотре приговора.

Дело Ярослава Мысяка, приговоренного к расстрелу

Защита инициировала независимые экспертизы. Экспертные выводы подтверждают подделку подписей, а также невозможность нанесения телесных повреждений орудием, представленным следствием в качестве доказательств. Эти обстоятельства не были известны суду при принятии решения в виде смертной казни.

С заявлением о пересмотре приговора в порядке вновь открывшихся обстоятельств защита обратилась в Печерский районный суд города Киева в 2014 году. Суд принял заявление к рассмотрению и перенаправил его по территориальной принадлежности в Закарпатский апелляционный суд. Апелляционный суд в свою очередь дело перенаправил в Ужгородский горрайонный суд. После назначения дела к рассмотрению и запросов адвокатов к специалисту, который отвечает за систему отбора присяжных, выяснилось, что списки присяжных не совпали, а судья, назначенный к рассмотрению дела, не имел необходимой квалификации.

После повторного отбора присяжных и назначения судей Ужгородский горрайонный суд в январе 2017 года оставил заявление без удовлетворения. Защита обжаловала это решение в апелляционном суде. Апелляционный суд Закарпатской области отменил решение Ужгородского суда и назначил рассмотрение по вновь открывшимся обстоятельствам, вернул дело опять в Ужгородский суд. Но из-за нехватки судей для коллегиального рассмотрения дело передали в Мукачевский горрайонный суд Закарпатской области.

С 2017 года продолжается пересмотр приговора под председательством судьи Виктора Гейруша с участием судей Владимира Носова, Сергея Каминского и запасного судьи Оксаны Маргитич.

Следующее заседание должно состояться 6 ноября 2020 года в 10:00.

Зарубежные модели пересмотра приговоров

Каждая страна самостоятельно пытается достичь надлежащего уровня правосудия. Через качество судебных решений растет доверие людей к суду. Мы предлагаем рассмотреть два алгоритма пересмотра окончательных уголовных приговоров – в соседней Польше и Великобритании.

Польша

Польша также находилась в социалистическом лагере и так же, как и Украина, имела тоталитарное карательное наследие. Однако в Польше работает институт Омбудсмена по защите права на справедливый суд.

Омбудсмен Польши имеет право вносить кассацию по уголовным делам. Этот процесс урегулирован уголовно-процессуальным законодательством. Омбудсмен может обжаловать любое окончательное решение суда, в том числе и в тех делах, в которых было применено пожизненное лишение свободы. Омбудсмен вправе истребовать для ознакомления официальные судебные документы после окончания производства по уголовному делу. Омбудсмен не является стороной кассационного процесса, но является его участником. Омбудсмену сообщают о дате судебного заседания в высшей судебной инстанции, в котором Омбудсмен может участвовать.

Омбудсмен изучает дело по заявлению, а в исключительных случаях – по собственной инициативе. Офис Омбудсмена не ведет статистики, касающейся количества кассаций, которые подаются стороной производства в Верховный суд. Количество кассационных представлений не эквивалентно количеству кассационных представлений Омбудсмена в Верховном суде, так как при отсутствии правовых оснований Уполномоченный кассацию не подает, а направляет заявителю аргументированное разъяснение. Мы об этом писали ранее.

Великобритания

Великобритания имеет длительную демократическую историю, правовую культуру, доверие общества к суду. Но даже в Великобритании, стране, где оправдательные приговоры являются обычной практикой, существует процедура пересмотра окончательных судебных решений.

В Англии, Уэльсе и Северной Ирландии существует Комиссия по пересмотру приговоров (Коуп), которая является государственным органом. Согласно соответствующему закону на Комиссию возложена ответственность за расследование предполагаемых судебных ошибок. Она была основана согласно статье 8 Закона об уголовной апелляции 1995 года и приступила к работе по расследованию возможных судебных ошибок. С 1 марта 1997 года Комиссия вправе направить дело в апелляционный суд, если есть основания полагать, что существует реальная перспектива того, что суд может отменить обвинительный приговор или смягчить наказание.

Комиссия хоть и является государственным органом, но имеет независимый статус. В ее состав не входят представители правоохранительных органов.

Тотальная коррупция в правоохранительной и судебной сферах

Известный адвокат из США Стивен Пиджеон, который в 2012 году баллотировался на должность прокурора штата Вашингтон, после ознакомления с ситуацией в Украине, сказал: «По моему мнению, в Украине все указывает на системную коррупцию в юриспруденции. Украина имеет плохую репутацию в мире. В такой ситуации даже Президент другой страны не может чувствовать себя в безопасности. И с этими вопросами было бы логично, если бы разбирался антикоррупционный суд с палатой апелляции. Поэтому самая большая проблема – это коррумпированные приговоры. Украина должна определиться, она движется вперед или назад. Я уверен, что Украина должна двигаться вперед в направлении реформы юриспруденции. У меня складывается впечатление, что на низшем уровне недостаточно судей, занимающихся уголовными делами. Также у меня сложилось впечатление, что в Украине осталось негативное наследие советских времен».

Стивен Пиджеон подчеркнул, что «принятие проекта закона № 3078 может быть первым шагом для того, чтобы избавиться от этих советских традиций».

«В Украине есть истории, когда людей заставляли подписывать сфабрикованные документы под пытками. Это все делалось для того, чтобы выбить из них признание. В Америке таких случаев не существует более ста лет. При том, что у вас нет быстрого просмотра дел, в которых доказательства исключают вину », – также отметил он.

Пожизненно важно

Чтобы вы понимали, сама тема осужденных пожизненно раздражает общество. Потому что ассоциируется с серийными маньяками, различными негодяями и подонками, которые насилуют и убивают, расчленяют людей. Что-то такое и должно быть на самом деле, ведь термин «пожизненное лишение свободы» предусматривает такие составы преступлений, где речь идет об убийствах двух и более лиц при отягчающих обстоятельствах. Однако среди осужденных пожизненно можно на пальцах пересчитать действительно дерзких и общественно опасных лиц, а живых маньяков даже и не припомню (Ткач недавно умер в тюрьме). Так вот, среди более чем полутора тысяч осужденных пожизненно (на самом деле их тысяча восемьсот, но из-за временной оккупации Донецкой и Луганской областей часть пожизненно осужденных находится на оккупированных территориях) около тысячи – осуждены согласно УПК 1961 года.

В прошлом году Харьковская правозащитная группа совместно с European Prison Litigation Network, а также ОО «Театральная платформа», при поддержке посольства Франции реализовали научно-практический проект с творческой составляющей «Пенита-опера», в котором театралы рассказывали об историях осужденных пожизненно женщин.

В обществе ведутся дискуссии вокруг необходимости введения в стране условно-досрочного освобождения для осужденных пожизненно в результате квази-пилотного решения Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) Петухов против Украины № 2, в котором Евросуд признал нарушение статьи 3 (пытки) Конвенции о защите прав человека и основных свобод как системное нарушение, которое требует изменений в законодательстве. Иными словами, ЕСПЧ признал, что пожизненное лишение свободы без перспективы освобождения является жестоким обращением со стороны государства и Украина должна это исправить. В контексте этого Кабинет Министров поддержал два законопроекта Министерства юстиции, которые, в частности, позволят пересмотр пожизненных приговоров. Предлагаемые нормы соответствуют практике ЕСПЧ. «Принятыми законопроектами мы также наводим порядок с освобождением лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы, поскольку ЕСПЧ констатировал, что существующий механизм помилования в Украине не соответствует Европейской конвенции, и механизм освобождения пожизненно осужденных должен быть четким, прозрачным и предсказуемым», – отметил министр юстиции Денис Малюська.

30 сентября 2020 года на заседании Комитета Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности обсуждался проект Закона Украины «О внесении изменений в Уголовный кодекс Украины и Уголовно-процессуальный кодекс Украины относительно выполнения решений Европейского суда по правам человека» (рег. № 4049), поданный Кабинетом Министров Украины. Комитетом законопроект был поддержан и принят за основу. В законопроекте предлагается гуманизация отдельных норм уголовного законодательства в отношении применения наказания в виде пожизненного лишения свободы. Таким образом, Кабинет Министров, а собственно Министерство Юстиции, хочет продемонстрировать, что квази-пилотное решение ЕСПЧ Петухов против Украины № 2 выполняется и осужденные пожизненно через 25–30 лет будут иметь шанс на освобождение.

Но необходимо различать пересмотр приговоров осужденных пожизненно с перспективой освобождения условно-досрочно и пересмотр судебных решений осужденных, которые не совершали преступления, или тех, которые настаивают, что пожизненное лишение свободы не пропорционально тяжести совершенного правонарушения.

В этом случае должен существовать совсем другой инструментарий. Мы в очередной раз лоббируем принятие законопроекта «последней надежды» под № 3078, зарегистрированного депутатом Сергеем Власенко, призывающего поддержать этот законопроект как первый шаг к справедливости. Как первый шаг для внедрения в Украине принципов верховенства права и оправдательных приговоров осужденным пожизненно по УПК 1961 года.

Что нужно сделать, чтобы в Украине появились оправдательные приговоры?

ХПГ в течение десяти лет пытается способствовать внедрению на законодательном уровне процедуры, которая позволит пересмотр сомнительных приговоров осужденных пожизненно. Были разработаны и зарегистрированы в парламенте несколько законопроектов.

Первое, что необходимо сделать для того, чтобы и в нашей стране начали действовать на практике, а не только декларативно такие понятия, как правосудие и верховенство права – это признать ошибки прошлого и создать инструментарий для их исправления.

Это может быть принятие законопроекта № 3078, который даст возможность пересмотра сомнительных уголовных приговоров осужденных пожизненно по УПК 1961 года, потому что эта категория заключенных является наиболее дискриминированной – осужденные по старому, карательному, репрессивному законодательству и осужденные областным (апелляционным) судом как первой инстанцией.

Во-вторых, это расширение полномочий Омбудсмена. Омбудсмен является представителем всего парламента по защите прав человека. Одним из самых распространенных нарушений является нарушение права на справедливый суд. Уполномоченный в данном случае выступает как статистик нарушений в своем ежегодном отчете. А какие реальные инструменты воздействия имеет Омбудсмен в случае грубых нарушений права на справедливый суд? Например, в случае грубых нарушений при судебном решении, вступившем в силу? Никаких! Поэтому будет вполне логично предоставить Омбудсмену право обращаться в Высокий суд в случае разумного сомнения в справедливости окончательного судебного приговора, как это происходит в Польше. В качестве пилотного проекта – предложить Уполномоченному взять опеку над осужденными пожизненно по УПК 1961 года.

В-третьих, усовершенствовать процедуру пересмотра уголовных приговоров по вновь открывшимся обстоятельствам, предоставив реальную возможность судам не только отменять решения относительно неправомерно осужденных, но и выносить оправдательные приговоры.

И напоследок абсолютно логично вернуть Верховному суду Украины полномочия пересмотра уголовных приговоров в порядке исключительного производства в случае существенных нарушений материального и процессуального права в ходе досудебного следствия и рассмотрения дела по существу.

Верховный суд вправе отменить окончательное судебное решение самостоятельно и не ждать решения ЕСПЧ.

«Идея внедрения независимой институции по пересмотру приговоров, интересная, но согласно общим положениям и принципам права – приговор, установленный судом, может отменить и изменить только суд. Поэтому я бы эту независимую комиссию рассматривал как фильтр, который исследует дела пожизненников и подает amiсus curie в суд, который пересматривает дело», – говорит директор Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров.


Проект ЕС «Оказываем сопротивление пыткам, жестокому обращению и безнаказанности в Украине»


Рекомендувати цей матеріал
При передруку посилання на khpg.org обов'язкове. Думки і міркування авторів не завжди збігаються з поглядами членів ХПГ
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль