пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"199910
27.12.1999

Баланс интересов армии и общества

   

В последнее время наша организация обратилась со своими предложениями по реформированию армии во многие инстанции, потому что мы твердо уверены: перемены в армии необходимы, они назрели.

К нам часто обращаются журналисты различных изданий с просьбой прокомментировать те или иные события, высказать свое мнение о состоянии вооруженных сил. К сожалению, ни наши оценки, ни проблемы, которые мы поднимаем, не нашли в центральной печати своего отражения. Поэтому мы решили высказать свое мнение сами.

На встрече с Президентом Украины рабочая группа ХОССМ предложила ряд мер по реформированию вооруженных сил.

Мы сделали это по следующим причинам.

По нашим наблюдениям, качество призыва, т.е. здоровье и интеллектуальный уровень призывников, не улучшается, а ухудшается. Но мы отнюдь не торопимся обвинять в этом Министерство обороны. Наоборот, нынешний Министр обороны, Центральное медицинское управление и Управление по воспитательной работе заняли жесткую  и непримиримую позицию по отношению к призыву юношей, страдающих определенными болезнями, а также к неуставным отношениям в армии. У нас есть прекрасные части и в Вооруженных силах, и в МВД, и в Национальной гвардии, но общая ситуация остается тревожной, и причины этого в кризисе всего общества.

Взять, например, очень сложную проблему: призыв в армию больных юношей, которая прочно связана с тремя составляющими — общим кризисом здравоохранения, снижением уровня жизни широких слоев населения, снижением образовательного уровня подростков. Подростковые врачи, которые, по идее, должны знать все о состоянии здоровья молодых людей, из-за перегрузок, связанных с сокращениями штатов, часто едва успевают проводить диспансеризацию, делать необходимые прививки. А если учесть огромную документацию, которую ведет подростковый врач, становится ясно, что дать точную медицинскую характеристику каждому юноше они просто не в состоянии. Подростковая служба регламентируется устаревшим законодательством, проект нового приказа по подростковой службе  «застрял» в министерствах и ведомствах, в результате чего нагрузки на подросткового врача все время увеличиваются, ставки уменьшаются, а эффективность обследования падает. Вот и приходят часто в военкомат на приписку призывники с чистыми карточками, что отнюдь не означает отсутствие заболеваний, иногда тяжелых, часто совершенно не совместимых с армией. Можно спросить, неужели больной ребенок, затем больной юноша может нигде и никогда не лечиться? Оказывается, может. Мы часто сталкиваемся с тем, что родители, иногда это мать-одиночка, не имея никаких средств на лекарства, годами лечит своего сына у знахарей, не обращаясь к врачу. А юноши с психическими отклонениями часто вообще не подозревают о своих болезнях, впрочем, как и их родственники. Врач из медкомиссии военкомата, не услышав жалоб, посмотрев на чистую карточку может искренне ошибаться. Мы сталкиваемся с ошибками чаще, чем с проявлениями кор-рупции, возможно, потому, что к нам, как правило, обращаются малоимущие. Часто молодые люди скрывают, что стоят на учете в детской комнате милиции, естественно, скрывают, что употребляют наркотики. Наркоманов и лиц с нарушениями поведения, с судимостями Министерство обороны в армию брать запрещает, но контроль за психическим и физическим  состоянием подростков отсутствует. Подросток — «дитя улицы» —  может не иметь судимости и при этом употреблять наркотики, нигде не учиться и не работать, и принести в армию законы и логику улицы. В этой ситуации офицеры сталкиваются с нездоровыми физически и трудными в психологическом плане юношами. Нужно очень любить свою работу, чтобы, месяцами не получая зарплату, работая с трудными подростками, чего-то добиться. Обследование и лечение у нас, вопреки всем декларациям, платное. Поэтому дети из малоимущих  семей, которыми часто некому и некогда заниматься, попадают в армию больными чаще всего. Большинство развитых стран, включая многие страны Азии, пользуются страховой медициной, которая дает возможность малоимущим обследоваться на нормальном уровне бесплатно. У нас  дальше бесконечных разговоров о реформах в медицине дело не идет. Мы даже сталкивались с тем, что в некоторых медицинских учреждениях требовали оплатить обследование по направлению военкоматов, что является прямым нарушением закона. В военкоматах чаще всего нет квалифицированных психологов, т.к. их ставки сокращают в первую очередь, в поликлиниках их тоже обычно нет. Школа давно перестала быть тем контролирующим учреждением, которое раньше хуже или лучше занималось воспитанием подростка при обязательном десятиклассном или профессионально-техни-ческом образовании. Во-первых, молодые люди из малообеспеченных семей обычно уходят из школы после 9-ого класса, а часто и раньше. Хорошо, если они учатся в ПТУ, а то просто перебиваются случайными, часто сомнительными, заработками. Но даже, если они учатся, требования к поведению и обучению за последнее время резко снизились, поэтому характеристики, которые молодые люди приносят в военкоматы, чаще всего очень формальны. Все перечисленное вынудило нас даже выступить в средствах массовой информации с обращением к родителям и учителям, но услышат нас, как всегда, только те, кто хочет и может услышать.

Мы говорили о социальных причинах, приводящих в армию больных подростков. Эти же причины, плюс материальное положение офицеров, приводят к неус-тавным отношениям. Иногда мы слышим от родителей убежавшего от дедовщины солдата: «Мы думали, что  армия его исправит». Это, как правило, говорят родители тех детей, которые до армии вели асоциальный образ жизни или имели нарушения форм поведения и стояли на учете в милиции. Очень часто при судебно-медицинской экспертизе оказывается, что у молодого человека есть психические нарушения. Родители, способствуя попаданию молодого человека в армию, тем самым создают психотравмирующую ситуацию для своего сына и, в какой-то степени, осложняют психологический климат в части. Все это касается самой среды, самой ткани нашего существования.

Коррупция — очень страшная вещь, но на наших глазах не меньший вред обороноспособности, да и всему обществу в целом, приносят безответственность и некомпетентность. Например, больных призывников годами обследуют, давая все новые отсрочки, тратя государственные, т.е. наши с вами деньги, непонятно на что, в то время как грамотное решение основного специалиста поставило бы точку во время работы первой же медкомиссии. По нашим наблюдениям, чаще всего это происходит с неврологическими больными, с больными, имеющими эндокринные нарушения или иммунодефицит. У нас есть случай, когда больной с иммунодефицитом обследуется уже 2 года и до сих пор не комиссован. Есть случаи, когда призывники имеют пограничные неврологические или психические нарушения. И никто из членов медкомиссии не берет на себя смелость признать его однозначно больным или здоровым. При нашем постоянном дефиците бюджета остается только развести руками: конечно, никаких денег на зарплату офицерам не хватит, если относиться к бюджету по принципу: «все вокруг народное, все вокруг мое».

С безответственностью мы сталкиваемся и в случаях дедовщины. Там, где офицеры, несмотря на все трудности, работают, дедовщина никогда не принимает крайних форм. Наоборот, когда мы знакомимся со всякого рода ЧП — убеждаемся, что причиной их, как правило, бывают небрежность медработников или безответственность командиров. Иногда бывает, что перевод в другую часть настолько меняет положение солдата, что он хочет служить и благополучно служит до конца призывного срока. В хорошей части даже не очень здоровый солдат не чувствует себя изгоем, а при нынешней социальной ситуации и положении в здравоохранении военный госпиталь — иногда единственное место, где юношу обследуют и пролечат. Поэтому, говоря о вооруженных силах, мы говорим о клубке острых социальных проблем.

Нас разочаровало первое слушание проекта нового Закона о воинской повинности, т.к. новый вариант Закона не решает ни одной насущной проблемы, более того, может способствовать появлению новых.

Нужно повысить интеллектуальный уровень при-зывников, но при этом нельзя призывать в армию студентов, как это предлагается в одном из вариантов закона. Совсем недавно студенты показали, что они могут быть серьезной и достаточно организованной силой. Во всяком случае, в борьбе за восстановление льгот на проезд в транспорте они добились успеха. Идея призывать студентов в армию крайне непопулярна и в студенческой среде, и в среде преподавателей и, вообще, среди городского населения. Но дело не только  в том, что эта идея непопулярна и может вызвать массовые протесты, она еще и вредна, т.к. объективно снижает стратегическую обороноспособность страны. Высшая  школа готовит квалифицированных специалистов, способных участвовать в разработке новых технологий, в ускоренном развитии которых так нуждается Украина.

По данным социологического опроса, опубликованным в газете «День», 76% населения Украины выступают за создание профессиональной армии. Но проект Закона о воинской повинности этого не предусматривает. Косметические же меры, вроде призыва в армию студентов, ни к какому улучшению не приведут. Они не уменьшат коррупцию при призыве, а, возможно, даже увеличат ее, не исключат попадание в Вооруженные Силы нездоровых призывников. Особую тревогу вызывают попытки пересмотра ст.17 настоящего Закона о воинской повинности в сторону сокращения оснований для отсрочек. Мы давно считаем, что ст.17 нуждается в коррекции, но именно потому, что она не соответствует нынешним социальным условиям. В нашей экономической ситуации призыв в армию единственного кормильца в  семье, где есть еще дети, особенно нездоровые, инвалиды, даже при работоспособной матери, ставит семью в катастрофическое положение. Мы сталкиваемся с тем, что такие семьи, оставшись без кормильца, без средств к существованию, тут же начинают остро нуждаться в помощи государства, районных, областных администраций, депутатов. Оказывается, что государству гораздо выгоднее и проще не брать таких юношей в армию. Кстати, эти юноши, как правило, хотят служить, т.к. домашние проблемы им зачастую решать тяжелее, чем служить. Так мы столкнулись с проблемой семьи В., где старший сын был единственным кормильцем. Мать из-за болезни младшего 11-летнего ребенка практически не работала, бабушка-инвалид нерегулярно получала пенсию. Проводив старшего сына в армию, мать осталась без средств к существованию, без денег на лечение ребенка. Естественно, пришлось обращаться в районную администрацию, областную, выделять средства на обследование ребенка, что лишь в небольшой степени помогло им, т.к. ни средств, ни работы у матери нет.

Все это говорит о том, что проблемы армии нельзя решать в отрыве от социума, механически выдергивая отдельные факты. Ни к чему, кроме новых осложнений это не приведет. Поэтому мы предлагаем подойти с другой стороны: решать проблемы с точки зрения социума, определив баланс интересов между обществом и Вооруженными Силами. Только баланс интересов может привести к какому-то положительному результату, иначе новый закон будет принят впустую.

Констатация наших бед может занять еще больше места в этой статье, но мы хотим привлечь внимание политиков, депутатов, исполнительной власти, чтобы всем вместе решать существующие проблемы. Как мы уже говорили, воли и желания Министерства обороны при таком нагромождении и переплетении социальных проблем достаточно для их решения, тем более, что другие ведомства, в частности, Минздрав, на наш взгляд, такую волю не демонстрируют, да и законодательная база не соответствует современным потребностям.

Решению проблемы могло бы способствовать создание профессиональной армии. Вместо трудоемкого поиска здоровых призывников, коррупции и некомпетентности при призыве, армия отбирала бы самых лучших, самых здоровых — психически и физически — юношей. Выбрать здоровых, идущих в армию с охотой, во много раз легче, чем исключить из общей массы призывников больных. Да и к отбору можно привлечь военных врачей, которые будут заинтересованы в качестве призыва — им ведь потом лечить.

Но даже сейчас, пока никто не нашел необходимые миллионы на полную профессионализацию армии, начать хотя бы поэтапный переход на профессиональную основу, ввести оборонный налог, как это сделали наши прагматичные соседи — поляки и другие страны Европы. Оборонный налог — это определенная сумма, которую вносит юноша призывного возраста в бюджет, если он не может или не хочет по каким-то обстоятельствам служить в армии. Оборонный налог должен быть обязательно дифференцированным, т.к. молодой  коммерсант и юноша, который помогает малообеспеченным родителям, брату, сестре не должны платить одинаковую сумму. В ряде стран начальная сумма оборонного налога составляет в год одну минимальную зарплату. Это как бы точка отсчета. Освобождаются от оборонного налога те, кого по закону не призывают, т.е. 6,7,8 степень ограничения по болезни или те, кто имеет родителей-инвалидов, или является единственным кормильцем в многодетной семье, где есть младшие дети и т.д.

Деньги, поступающие в бюджет от выплат оборонного налога, должны использоваться на нужды обороны. В этой ситуации резко сократится коррупция  при призыве, естественно уменьшатся случаи неуставных отношений, а главное, служить будут те, кто хочет, а кто не хочет, будут им помогать, т.е. тоже участвовать в общем деле.

Есть и частные предложения: восстановить в полном объеме подростковую службу, т.к. подростками необходимо заниматься вплотную. Ввести в военкоматах должности психологов с необходимой квалификацией и опытом.

А главное, но это уже из области благих пожеланий: и врачам, и депутатам, и родителям, и военным, понять простую истину: чужих детей не бывает — они все наши.

Рабочая група ХОССМ

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори