пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"199920
29.12.1999 | И.Сухорукова, г.Харьков

ДЕЛО «БЕГЛЕЦА» А.НИГРУЦЫ ИМЕЕТ СЧАСТЛИВЫЙ КОНЕЦ

   

«ПЛ» несколько раз возвращался к делу А.Ниг-руцы, который был осужден за дезертирство. С 1998 года Харьковская правозащитная группа, при под-держке коллег из Одессы и Крыма, обращалась в самые высокие инстанции с просьбами пересмотреть дело А.Нигруцы.

И вот с 20 апреля Артур Нигруца на свободе. Военная коллегия Верховного Суда Украины в составе: Председателя — Дрыги М.Д., судей — Бондарева В.В., Волкова О.Ф. с участием прокурора Федюшина О.Г. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело А.Нигруцы по протесту заместителя Председателя Верховного Суда Украины. Военная коллегия постановила: протест удовлетворить. Определением Военной коллегии Верховного Суда Украины мера наказания осужденному Нигруце А.Н. была снижена с 4 лет до фактически отбытого срока (2 года 2 месяца). Суд посчитал обстоятельства, толкнувшие А.Нигруцу на дезертирство исключительными и в соответствии со ст.44 УК Украины уменьшил срок наказания.

Харьковский областной союз солдатских матерей считает, что Военная Коллегия Верховного Суда Украины вынесла гуманное решение. Однако вопросы в этом непростом деле остались, и касаются они, прежде всего, применения ст.241 УК Украины.

Давайте подумаем зачем нам, стране с мирной оборонительной доктриной, статья — дезертирство? Почему по этой статье выносятся приговоры с такими длительными сроками лишения свободы? Почему в проекте новой редакции уголовного кодекса сохранена эта статья? Опыт работы с военнослужащими, само-вольно оставившими часть, убеждает нас, что в редчайших случаях молодые люди оставляют место службы из-за нежелания служить или по каким-то иным криминальным мотивам. Как правило, солдаты бегут либо из-за неуставных отношений, либо из-за болезней (случай с Нигруцей не единичен), особенно психичес-ких. Нужно ли нам сохранять эту жестокую статью, если, в большинстве случаев, осужденные солдаты сами жес-токо пострадали во время прохождения срочной служ-бы? В случае с А.Нигруцей, прежде всего, виновны те, кто призвал больного юношу, затем военные меди-ки, которые его не лечили, затем те медики, которые халатно и поверхностно провели медицинское обсле-дование по направлению прокуратуры. Суд, скорый и «правый», не учел никаких смягчающих обстоятельств, хотя отец солдата во время процесса твердил, что сын болен и болен тяжело. Как не парадоксально, но первыми здоровьем Артура занялись медики колонии, в которой он отбывал наказание. В медсанчасти колонии его обследовали, лечили в меру тех скудных материальных средств, которыми располагают сейчас медики этого ведомства.

Чего же можно ожидать от гражданина, по отношению к которому государство не выполнило свой долг?

Сейчас родители Артура собираются предъявлять иск к Министерству Обороны. Возможно, в ходе рассмотрения этого дела будут исследованы обстоятельства, когда никто в батальоне, где он во время службы получил травму, не обратил внимания на его состояние здоровья и солдата не лечили. К сожалению, невропатолог поликлиники Харьковского военного округа также признал его здоровым, не проведя ни единого обследования.

Нашим законодателям хорошо бы подумать о том, насколько статья о дезертирстве соответствует нашим реалиям. Закон об альтернативной службе — можно смело сказать — этим реалиям не соответствует.

Проект закона о воинской службе, с нашей точки зрения, тоже не решает насущных вопросов, остро стоящих перед нашим обществом.

Законодатели не учитывают тех проблем, которые ставит жизнь. Дезертиры в мирной Украине — это анахронизм, сохранившийся с 30-х годов. Так же как и ст.400 проекта УК Украины — добровольная сдача в плен, по которой в военное время срок наказания до 15 лет. В каком времени живут те, кто сочиняет подобные юридические «шедевры»?

Артур на свободе, работает, лечится. Но кто знает, сколько таких, как он, в наших колониях?

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль