пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"200031
27.12.2000 | Георгий Радов

Персонал и взаимодействие тюрьмы и общества

   

Система исполнения наказаний в Украине в последнее время переживает очень сложный период. Что является причиной возникших сложностей? Вовсе не то, что персонал стал глупее или растерял опыт, который имел. Причина трудностей находится за пределами системы как таковой. Система оказалась заложницей перемен, которые происходят в государстве. Она продолжает работать в прежнем ритме, в прежнем режиме, опираясь на устаревшую идеологию и сложившиеся схемы управления, которые не вписываются в происходящие перемены.

В нашей стране десятилетиями существовала моновласть. Теперь ее не стало. У нас началось формирование гражданского общества. Возникает множество новых субъектов общественной жизни. И интересы государственного управленческого аппарата сильно отличаются от интересов субъектов формирующегося гражданского общества.

Украина в своей Конституции провозгласила себя демократическим правовым государством. А в таком государстве принципиально иной, чем был прежде, уклад жизни, новые приоритеты и ценности общества. В нем возникают новые общественные институты, которые берутся за решение целого ряда социальных, экономических и политических проблем, тогда как прежде все эти проблемы решал один субъект — власть.

Что касается тюремной системы, то она давно перестала быть для власти приоритетной. А ведь прежде государство очень внимательно относилось к нашей системе. Громадное число достижений, которыми обладал СССР, связано в той или иной степени с деятельностью именно тюремного ведомства. Это и величайшие проекты века — строительство БАМа (двойное строительство, потому что БАМ начинали строить в тридцатые годы), Беломорского и Волго-Донского каналов, сооружение туннеля между материком и островом Сахалин. Успехи в области ракетостроения и самолетостроения Туполева, Королева, Яковлева тоже достигнуты в тюрьме. Танк Т-34 Кошкин придумал, сидя в тюрьме. И таких примеров можно привести очень много. Доля тюремной системы в создании валового национального продукта была доведена до 20%.

Сегодня все изменилось. Тюремная система оказалась в нашей стране никому не нужной. В современной экономике тюремной системе места уже нет, а потому власть потеряла к ней интерес. Правда, у власти есть еще обязанность исполнять судебные решения: содержать в местах лишения свободы людей, которым вынесен соответствующий приговор. Однако в новой ситуации, когда формируется гражданское общество и возникают новые гражданские институты, тюрьма становится органом, который не только исполняет судебные решения. Тюрьма начинает выполнять роль социальной клиники для общества. Задача этой клиники — ресоциализовать граждан, которые в силу различных жизненных неблагоприятных обстоятельств стали на путь преступлений. Таких людей следует рассматривать в качестве естественного результата несовершенства общественной жизни.

Преступниками, как и прокурорами, никто не рождается — ими становятся. В цивилизованном мире на людей, которые совершили преступление, советуют смотреть как на тех, кого постигла неудача. Да и в истории нашего народа к людям, совершившим преступление, традиционно относились, как к юродивым. Их не столько осуждали и презирали, сколько им сострадали, старались оказать помощь.

Киевским институтом внутренних дел выпущен первый том истории украинской тюремной системы. Он содержит документы за период с 911 г. по 1917 год. Публикуемые в книге документы убедительно свидетельствуют: тюрьма всегда такова, какой ее хочет видеть общество. У нее жесткая зависимость от приоритетов общественной жизни, от ценностей и морального состояния народа, от уровня его духовности.

Зависимость тюремной системы от ожиданий общества настолько велика, что ее трудно даже представить. Мы сегодня стоим перед проблемой правильной оценки той сложной ситуации, в которой оказалась наша тюремная система. Сможем ли мы из нее выбраться, учитывая несовершенство нашего общества? Нынешний момент накладывает на профессионалов, которые работают в этой системе, серьезную обязанность: не ждать, пока общественное сознание дозреет до адекватного восприятия и понимания роли тюрьмы в жизни общества и государства, а инициировать это понимание.

Мы привыкли, что вторжение в профессиональную деятельность персонала со стороны некомпетентных лиц или общественности, которая ставит перед собой задачи по защите прав человека, всегда вносило определенный диссонанс в устоявшийся режим нашей работы. Такое вторжение создавало, мягко говоря, угрозу негативных последствий со стороны вышестоящих начальников. Но сегодня ситуация резко меняется.

Мне бы не хотелось, чтобы на проблему отношений между тюрьмой и обществом смотрели только через призму интересов осужденных. Как ни странно это может показаться для правозащитников, но проблема прав осужденных носит второстепенный характер. Главное в тюремной системе — это люди, которые в ней работают. Если удастся решить задачу комплектации пенитенциарного персонала представителями лучшей, интеллектуальной части населения, то они, как бы „тиражируя“ себя в своих подопечных, будут выполнять социально полезную роль.

Давайте посмотрим на проблему взаимодействия между тюрьмой и обществом именно через призму проблем персонала. Эти проблемы очень хорошо известны. Каковы у персонала личные бытовые условия жизни? Адекватна ли оценка обществом его труда, вклада в общественную безопасность, в общественное благополучие? Оценивается ли этот труд так, как оценивается он во всем цивилизованном мире?

Следует подчеркнуть, что Минимальные стандартные правила обращения с заключенными начинаются не с проблем осужденных, они начинаются с проблем персонала. В них записано, что государство должно приравнять денежное содержание людей, работающих в пенитенциарной системе, к наиболее оплачиваемым категориям работающих в государстве.

Почему же во всем мире эта профессия признается столь важной для общества? Потому что от того, каким будет персонал, зависит качество воздействия тюрьмы на осужденного, следовательно, и общественное благополучие. При хорошем персонале общество не будет получать от тюрьмы социально опасных людей, которые будут ему приносить вред.

Ценность любой структуры в обществе определяется тем, что она ему дает. А что мы с вами сегодня даем нашему обществу, если в структуре преступности огромное число злодеяний приходится на долю тех, кто раньше отбывал срок в местах лишения свободы? Общество в силу его плохой информированности не осознает еще этого и не в состоянии предъявить нам претензии. Но мы-то должны понимать, что персонал рискует оказаться заложником сложившейся ситуации, именно его государство может представить виновником бед системы. Однако система всегда была подконтрольна государству, и персонал работает так, как от него требует само государство. Отличие сегодня состоит в том, что прежде требовало только государство. А сегодня мы находимся под перекрестным огнем системы государственного управления и гражданского общества. Сегодня все ощутимее идет структуризация гражданского общества. Все больше возникает правозащитных организаций, профессиональных объединений, религиозных конфессий, которые ставят во главу угла заботу о моральности и о безопасности общества. Рано или поздно наступит момент, когда они, образно говоря, предъявят счет за то, что происходит в системе.

Проблема стоит гораздо острее, чем кажется на первый взгляд. И для того, чтобы не оказаться в такой ситуации, персонал должен сегодня сам инициировать общественную активность. По большому счету, только гражданское общество и его институты могут нас осудить, так же, как и могут нас оправдать. Чтобы не ждать негативного результата, мы должны уже сегодня делать все для того, чтобы привлечь внимание общества к деятельности системы, сделать эту деятельность открытой, чтобы люди знали то, что сегодня знает каждый арестант. Только тогда персонал сможет быть понят обществом и оправдан им. Но для этого необходимо, чтобы общество действительно знало проблемы системы и осужденных. Многие задачи система не в состоянии самостоятельно решать в силу объективных обстоятельств: нет нормального закона, нет адекватного уровня общественного сознания, нет адекватной оценки нашего труда, никто не занимается формированием престижности профессии. Сегодня во многих регионах из тюремной системы идет большой отток кадров. Вместе с тем общество продолжает находиться в плену старых стереотипов и нередко негативно воспринимает работников пенитенциарной системы.

Происходит отчуждение нашего общества от тюремной системы. Это отчуждение формировалось на протяжении семидесяти лет и винить в нем сейчас некого. Оно чревато очень серьезными негативными последствиями, которые отразятся на обществе. У профессии работника тюремной службы должен формироваться имидж, который привлекал бы в нее молодых людей. Для того, чтобы идти работать в тюрьму, должны быть материальные и моральные стимулы. Здесь нужны люди, которыми движут высокие общественные идеалы, потребность участвовать в социальной регенерации тех, кто стал преступником. Эти люди должны действовать во имя высоких целей, например, во имя общественного блага или во имя спасения христианской души. В любом случае мотивация должна быть такой, чтобы сюда пришли люди, которые представляют интеллектуальную часть нашего населения, а не те, кто хотел бы самоутверждаться на незащищенных людях, какими являются осужденные. Мы не должны забывать, что социализированный продукт общества всегда есть отражение качества социализирующего института. Какие мы — такие и наши дети или наши подопечные.

Минимальные стандартные правила должны соблюдаться Украиной, но в части, касающейся персонала, они нашей страной не реализованы. И никто не требует от законодателей их реализации. Сказано ли в Исправительно-трудовом кодексе что-нибудь о персонале? Содержатся ли в нем права персонала, закреплены ли там его обязанности и обязательства государства перед людьми, работающими в системе? Ничего этого там нет. У нас в стране проблемами взаимоотношения как между государством и персоналом, так и между государственными правовыми институтами, которые должны заботиться о персонале, никто не занимается. Хотя почти во всех странах Европы существуют профессиональные ассоциации сотрудников тюрем, которые защищают интересы своих членов.

Кто-нибудь в парламенте поднимает вопросы уголовно-исполнительной системы? Сегодня решение проблем тюремного персонала напрямую связано с тем, насколько ему удалось обеспечить себе поддержку общества, людей, которые напрямую никоим образом не связаны с тюрьмой, но безопасность которых зависит от результатов работы тюрьмы. Голодный обездоленный тюремный работник не способен сформировать из преступника такую личность, которая после выхода из тюрьмы не грабила бы и не убивала бы. И поскольку общество кровно заинтересовано в том, чтобы такого не было, оно должно помочь системе повысить качество ее работы. С одной из тюрем в Париже сотрудничает 103 общественные организации. И у французов нет таких проблем, как у нас, потому что им удается решать многие свои задачи через общественные организации.

Общество способно поддержать тюрьмы очень многими способами. Ведь к институтам гражданского общества относится вся система местного самоуправления. Муниципальные структуры имеют власть на своей территории, а потому могут за счет введения гибкой системы налогообложения стимулировать взаимодействие с конкретной тюрьмой предприятий или предпринимателей региона. Даже в нашей такой несовершенной правовой системе закон дает возможность местным органам самоуправления устанавливать так называемые местные налоги, которые местная власть может направлять на решение неотложных задач региона.

Сегодня без согласия местных властей нельзя открыть новое учреждение. Когда в одном из регионов появилась возможность открыть специализированную колонию для ВИЧ-инфицированных осужденных, местное руководство при поддержке населения заблокировали эту инициативу. И хотя с блокировкой создания новой колонии все оказалось нормально, но вот с поддержкой уже существующей тюрьмы вышло значительно хуже: несколько десятков метров разбитой дороги перед колонией власти даже не планируют заасфальтировать. Они считают, что ремонт дороги возле колонии, как и содержание осужденных – это все проблемы только тюрьмы. Но ведь тюрьма не производит преступников, они — это часть общества, о котором местные власти тоже должны заботиться. Власти этого не делают. Им это не выгодно. И поскольку тюремный персонал является заложником такого отношения со стороны властей, то сам персонал и должен искать способы стимуляции властей.

Такие способы есть. Например, можно предать огласке свои трудности и проблемы и таким образом часть груза ответственности попытаться переложить на бездействующие власти. Хотя надо понимать, что с пер-
вого раза это может не получиться.

Фундаментом для взаимодействия тюрьмы и общества является информирование общественного сознания всеми доступными способами. Персоналу надо обращаться в средства массовой информации, ходить в трудовые коллективы, может, читать какие-то лекции, встречаться с депутатами, лоббировать через них принятие нужных решений. Словом, проблемы тюремной системы должны выйти на определенный уровень общественного сознания. В Российской империи тюремные реформы становились возможными только благодаря такому подходу.

Сегодня тюремная реформа в Украине должна сводиться именно к тому, чтобы прежнюю административно-командную, тоталитарную систему с устаревшей внутренней организацией и управлением адаптировать к новой системе государственного управления. Мы должны одновременно взаимодействовать и по вертикали — по административной линии, и по горизонтали — с теми субъектами государственного самоуправления, которые существуют в демократическом правовом государстве. И прежде всего с гражданским обществом во всем его многообразии, с тем, что мы по старинке называем общественностью или общественными организациями.

Объединения граждан могут официально защищать интересы персонала в органах государственного управления, в парламенте и в органах местного самоуправления. Власти должны с ними считаться, реагировать на их обращения, в крайнем случае, хотя бы давать ответы на их запросы.

В демократическом правовом государстве тюремная система должна быть не репрессивно-карательной, не только уголовно-исполнительной системой, но прежде всего системой пенитенциарной. Называть сегодня „пенитенциарной“ нашу тюремную систему вряд ли еще можно. В полном смысле слова пенитенциарная тюремная система строится не по административно-ведомственному принципу, как это обстоит у нас, а по интегрально-функциональному. При этом вокруг тюрьмы существует множество субъектов социального характера, которые взаимодействуют с тюрьмой, имеют перед нею определенные обязательства и помогают ей. В результате тюрьма существует не в вакууме, она окружена рядом субъектов социального характера. Нам такую систему необходимо еще создавать. И начинать следует с законодательного определения для каждого социального субъекта его роли в отношениях с тюрьмой. Лишь тогда можно будет говорить о позитивном изменении ситуации.

Важным фактором в деятельности тюремных систем в мире являются отношения с прессой. В некоторых странах существуют нормы и механизмы, стимулирующие прессу целенаправленно содействовать повышению имиджа тюрьмы. Например, при получении льготной лицензии издание может взять обязательство иметь рубрику, в которой будет хроника тюремной жизни. На телевидении или радио создаются программы о тюрьме, финансируемые из бюджета.

Дело морального возрождения арестантов, злодеев не может быть только делом тюрьмы, это задача всего общества. Если общество самоустраняется от решения этой задачи, то в замкнутых пределах тюрьмы обеспечить возвращение людей из преступного прошлого в нормальное настоящее невозможно. Заключенному необходимо знать, что о нем беспокоятся, решают его проблемы, которые он сам не в состоянии решить в силу изоляции. У многих из осужденных на воле остались семья, дети или престарелые родители, которые нуждаются в помощи. Общество должно создавать систему поддержки родственников осужденных.

В упоминавшейся уже „Хрестоматии“ вы найдете документы, свидетельствующие о том, что в нашей стране в прошлом существовали организации, занимавшиеся специально детьми осужденных. Ни один ребенок осужденного не оставался без присмотра, его учили, давали профессию. Общество страховало себя таким образом от возможных будущих преступников. Именно так поступают в любом цивилизованном обществе, именно такие взаимоотношения между обществом и тюрьмой позволяют достигнуть позитивной социальной роли тюрьмы. Если же тюрьма отчуждается от общества и замыкается только на органы государственной власти, она не имеет будущего, она обречена. Если обречена тюрьма, то обречено и общество.

Идея подконтрольности тюремных учреждений гражданскому обществу — ключевая идея в механизме социального управления. Человек в заключении во многом ограничен, он живет как бы со связанными руками и при этом находится во власти другого человека. А поэтому лицо, которое распоряжается другими людьми, должно быть под всесторонним контролем общества.

Каждый гражданин может создать вместе с другими гражданами общественную организацию, зарегистрировать ее и таким образом формально получить мандат для осуществления контроля деятельности тюрьмы. Этими гражданами могут быть родственники и друзья осужденных или просто граждане, которые считают защиту прав человека важной общественной задачей. Ими могут быть предприниматели, заинтересованные в экономической деятельности тюрьмы.

Впрочем, что касается экономической деятельности тюрьмы, то законы европейских государств, как правило, запрещают тюрьмам организовывать свои производства на уровне, который позволял бы им составить конкуренцию свободному труду. Ни одна цивилизованная страна мира продукцию, изготовленную трудом заключенных, не выпускает на внешний рынок либо в качестве конкурирующей с продукцией вольных работников. В тюрьмах труд заключенных предназначен для самообеспечения либо для выполнения не престижных видов деятельности. В этих странах предприниматели объединяются в ассоциации и получают право и возможность контролировать производственную деятельность тюрем. В одной из английских тюрем для пожизненно заключенных работают станки московского производства, на которых изготавливают носки. Эти станки не обеспечивают качества, необходимого для конкуренции на рынке, заключенные делают носки для армии и для внутреннего пользования.

Во многих западных странах при каждом учреждении существует очень важный орган — попечительский совет, который управляет и координирует работу структур гражданского общества, участвующих в деятельности тюрьмы. В попечительский совет входят солидные люди — мэр, шериф, судья. Совет решает насущные задачи учреждения. Тамошние тюрьмы расположены, как правило, не в городах, а в небольших местечках в живописных местах. На местном вокзале можно встретить среди рекламной продукции стилизованный буклет с атрибутами тюрьмы, в котором описано, где именно она находится, как к ней проехать и какую продукцию она выпускает. Посетители в ней принимаются весь день. Любой воспитатель в тюрьме знает всех членов попечительского совета и всегда может к ним обратиться. У каждого осужденного имеется книжка, в которой записаны адреса и телефоны правозащитных организаций, имена их руководителей. Телефон висит на стене и всегда доступен.

Возможны ли у нас такие новшества? Будут ли они мешать работе персонала? Я думаю, что подобные изменения у нас сегодня будут вносить дискомфорт не столько в работу персонала, сколько в работу тех, кто организует современную украинскую тюремную систему.

Следует не забывать, что непродуманная трансформация тюремного ведомства таит в себе угрозу отчуждения от общественных интересов, от систем социального и правового контроля. Такой контроль должны осуществлять не только правоохранительные органы, но и любые структуры, которые являются потребителями продукции тюремного ведомства. При принятии ведомственных нормативных документов необходима их экспертиза как со стороны практических работников, так и привлечение для нее профессионалов из специализированных научных центров и вузов, которые работают в этой сфере.

Взаимодействие между тюрьмой и институтами гражданского общества возможно в определенных формах и в современной Украине. Многие из этих форм известны и до банальности просты. Однако в нашей стране отсутствуют механизмы, стимулирующие деятельность институтов гражданского общества в пенитенциарной сфере. Пожалуй, только религиозные организации приходят сегодня в тюрьмы и стабильно работают. Но их деятельность не решает многих наших проблем, поскольку носит узконаправленный характер, она ограничивается только духовной поддержкой заключенных. В Украине сейчас в 113 учреждениях работают 473 представителя 18 официально зарегистрированных религиозных конфессий. Среди заключенных 9,2 тыс. верующих. В их распоряжении имеется 102 молитвенные комнаты. Польза от взаимодействия с этими организациями несомненна, они помогают персоналу решать ряд вопросов повседневной жизни.

Тюрьма не зависит от общественно-политической формации, также как не зависят от этого преступник и преступность. Нам нужно использовать накопленный мировой опыт, но обязательно с учетом конкретной исторической ситуации, которая у нас сегодня сложилась. Для того, чтобы реформировать тюрьму, нужно знать не столько ее саму, сколько ориентироваться в том, в каком состоянии общество, правильно оценивать социально-правовую ситуацию в стране. Обратившись к истории, мы всегда сможем найти период, похожий на день сегодняшний, а значит, можем поискать в прошлом рецепты для решения некоторых современных проблем.

Несколько слов о ресоциализации осужденных. Это творческий процесс, его нельзя загнать в прокрустово ложе нормативных документов. Социальная роль тюрьмы не ограничивается только исполнением наказания. Чтобы исполнить наказание, много ума не надо. А вот возродить в преступнике человека — это мудрено. Тюрьма — это не лаборатория по искусственному выведению людей нового типа. Вы можете убедить человека, что надо жить по законам общества, но, выйдя из тюрь-
мы, он обнаружит, что на него смотрят как на изгоя, и все ваши усилия пропадут даром. Тюрьма должна иметь вполне определенную социальную задачу: моральное возрождение людей. Осуществить этот процесс без включения в него всего потенциала нации, всех общественных институтов практически невозможно.

Какова природа преступного поведения? Преступление — это внешнее выражение внутреннего мировосприятия. Основой преступления всегда является наличие социальной патологии, т.е. искаженной системы ценностей, приоритетов. Но это все приобретенное, но от этого человека можно и освободить.

Человеку по природе импонирует многообразие, он нормально формируется в очень разветвленной системе социальных коммуникаций. Cоциализация осужденного через формирование максимально большого числа социальных коммуникаций — очень важная идея пенитенциарной системы. Мы сможем создать такую систему, если включим в нее все общество, в том числе институты, которые не относятся к системе государственного управления — структуры местного самоуправления либо объединения граждан. Гарантия безопасности в обществе — вот цель пенитенциарной системы. Нормальное цивилизованное общество понимает, что существовать рядом с голодным обездоленным человеком всегда опасно и поэтому оно часть своих материальных и интеллектуальных ресурсов отдает обездоленным, таким способом как бы упреждая совершение преступлений и обеспечивая тем самым собственную безопасность.

Тюрьма должна работать на будущее. Для нас прошлое преступника имеет значение лишь в одном контексте — чтобы через него увидеть, кто перед тобой, какой у него букет социальных патологий, которые подлежат коррекции. Человек не одномерен, нет людей, в которых все хорошо или все плохо. В каждом происходит извечная борьба добра и зла, борьба достоинств с пороками. Надо пытаться находить эти достоинства и, опираясь на них, возрождать в человеке позитивное. Это позитивное поможет ему найти в себе силы, чтобы выкарабкаться из старого, грязного прошлого. Наказание, как бы нам это ни казалось целесообразным с точки зрения нашего исторического общественного опыта, не конструктивно. Наказание несет в себе только зло. В передовых пенитенциарных системах прежде, чем говорить об исправлении или покаянии, пытаются нейтрализовать то негативное, что есть в тюрьме. Нужно стремиться к тому, чтобы условия в тюрьме максимально приближались к условиям жизни на свободе. Задача персонала — сначала нейтрализовать негативное воздействие тюрьмы, а потом уже принимать меры к социальной реабилитации человека. Такова социальная роль тюрьмы и нашей деятельности в механизме социальной реабилитации осужденного, хотя это может показаться и парадоксальным нашему обывателю.

Персоналу учреждений на Западе работать намного легче, поскольку там система отлажена, существуют в обществе структуры, которые работают для тюрьмы. У нас сложность заключается в том, что такие условия нам надо создавать своими руками. Это очень сложное дело и камень преткновения — преодоление старых стереотипов. Но другого пути просто нет, мы должны ясно осознавать сложность предстоящих задач, впрочем, как и свою заинтересованность в их осуществлении, поскольку это связано с нашей с вами безопасностью, с нашим будущим.

Очень продуктивным при работе с неправительственными организациями может стать создание Попечительского совета как элемента постпенитенциарной системы. Сегодня у нас нет даже такого понятия. Но мы должны создавать такую систему, даже без надежды на то, что сегодня или завтра ситуация резко изменится. Задачей Попечительского совета прежде всего является не контроль деятельности тюрьмы, а поиск резервов и возможностей для оказания ей помощи.

Мы должны не просто искать, а настойчиво привлекать гражданское общество к себе в помощники. Ибо выжить в одиночку система не сможет. Общество должно разделить ответственность за ее будущее, оно должно найти ресурсы, чтобы помочь в реформировании системы. Не разделив с обществом ответственности, не переложив часть ее на его плечи, мы просто сломаемся под давлением обстоятельств.

Материал к печати подготовил А.Букалов

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори