пошук  
Публікації › Бюлетень "Права Людини"199916
№16
1999

Бюлетень "Права Людини"

Хроніка

29.12.1999

В МАЕ ПРОИЗОШЛО СУЩЕСТВЕННОЕ ПОДОРО-ЖАНИЕ БОЛЬШИНСТВА ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ

   

Этот процесс наблюдался практически во всех областях Украины. В 23 регионах выросла цена на сахар-песок и репчатый лук, в 21 — на рис, картофель и муку высшего сорта, в 19 — на рис и гречневую муку. В 15 областях подорожало растительное масло (в Харьковской области — почти на 50%) и яйца. В 10 — на вермишель, говядину и манную крупу. Правительственные чиновники все объясняют ажиотажным спросом.

К сожалению, выводы из всего этого не уте-шительные. Даже, если некоторые цены немного понизятся, подорожание товаров — факт необратимый. В 1997 году такое повышение цен произошло на бензин, а в прошлом году на растительное масло и молочные продукты. А если учесть, что по данным Минэкономики практически во всех регионах Украины (кроме Крыма, Киева и Донецкой области) принято решение о повышении тарифов на жилищно-коммунальные услуги, то перспективы весьма пессимистичны

Хроніка

29.12.1999

ЩО ПОКАЗАЛО ОПИТУВАННЯ, ЯКЕ ПРОВЕДЕНО ГАЗЕТОЮ «ДЕНЬ» В ІНТЕРНЕТІ

   

На Вашу думку, чи будуть сфальсифіковані ре-зультати виборів Президента України в жовтні-99?

За даним опитування відвідувачів web-сторінки «Дня» в Інтернеті відповіді були такі:

· так, будуть значні фальсифікації — 44%;

·можливі деякі фальсифікації — 43%;

·швидше за все фальсифікації не буде — 6%;

·я впевнений(а), що підсумки виборів буде підбито чесно — 2%;

·інше — 1%;

·не знаю, важко сказати, не хочу відповідати — 4%.

В опитуванні взяло участь 225 осіб. Серед рес-пондентів 68% — чоловіки, 32% — жінки; 72% — з вищою, 28% — з середньою освітою. Вік учасників опитування — в основному  20-30 і 30-40  років (46% і 27 % відповідно).

Наш інформ.

Хроніка

29.12.1999
джерело:
УНІАН

БЕЗ СТРОКУ ДАВНОСТІ

   

Прокуратора м.Дубно Рівненської області по¬рушила кримінальну справу за фактом розстрілу кількох сотень в’язнів місцевої тюрми у червні 1941 року співробітниками НКВС. Це зроблено з ініціативи громадськості та спеціальної комісії міськради, ство-реної для розслідування цього злочину сталіністів. Як повідомив голова комісії письменник Микола Пше-нич¬ний, кримінальну справу відкрито за клопотанням Генеральної прокуратури Польщі, яка звернулася з таким проханням до українських колег. Чимало роз¬стріляних українців офіційно були громадянами По¬льщі і на той час не встигли оформити радянського громадянства. Втративши надію на правову оцінку цього злочину з боку українських правоохоронних органів, члени депутатської комісії міськради зверну¬лися за допомогою до польського консула у Львові Вінцентія Дембітського, який порушив це питання перед польською прокуратурою. За рішенням Дуб¬ненської міськради на одному з приміщень колишньої тюрми (нині тут виправна колонія) встановлено меморіальну дошку, а в одній з її кімнат буде відкрито музей, експонати якого розповідатимуть про злочини комуністичного режиму.

Вибори

29.12.1999 | И.Л., Одесса

ЛЕОНИДУ КУЧМЕ ПРЕДЛАГАЮТ ПОДВИНУТЬСЯ

   

Главе нашего государства направлено «Обраще-ние к Президенту страны представителей политических партий, объединений и организаций Одесщины», под которым стоит 14 подписей местных политиков. Ав¬торы документа, кратко обрисовав тяжелейшее поло¬жение, сложившееся в Украине за годы правления Л.Кучмы, просят уважаемого Леонида Даниловича «поступить честно, порядочно, с чувством гражданской ответственности за судьбу народа, сдержать слово и принять решение об отказе баллотироваться на сле¬дующий президентский срок».

Одесситы напоминают, что еще осенью 1997 года, обращаясь к народу. Президент заявил, что, если во время его правления ситуация в стране коренным образом не улучшится, то он не станет выдвигать свою кандидатуру на следующий срок. А все годы пре-зидентства Л.Кучмы у нас были только ухудшения по всем направлениям, это было пятилетие под зна¬ком грозящей катастрофы, с которой ни хоровод пре¬мье-ров, ни сам гарант Конституции — никто не знал, как бороться. И нужно не только уметь держать слово, власть обязана и отвечать за свои поступки. Поэтому лучший выход для Президента и его окружения — уйти, освободить дорогу для тех, кто действительно будет трудиться на благо Украины и ее народа.

Кримінально-виконавча система

29.12.1999 | В.Нестеренко, г.Харьков

ПРОБЛЕМЫ РАБОТНИКОВ СИЗО

   

В марте 1999 года в Харьковскую правозащитную группу обратились с жалобой 174 сотрудника Донец-кого СИЗО №1. В жалобе они сообщают, что админист¬рацией СИЗО грубо нарушается устав несе¬ния внутренней службы, контролеры осуществляют надзор за заключенными бессменно, по 12 часов в сутки. Сверх¬урочные — 4-5 часов работы — им не оплачи¬ваются. Время проведения обысков, занятий по спец¬подготовке в рабочее время не засчитывается, отсутст¬вует перерыв. Посты не оборудованы сануз¬лами и умывальниками. Работники, несущие службу на постах туберкулезных больных, ВИЧ-инфицированных, венерических больных не обеспечены дезинфицирую¬щими материа-лами, не проводится дезинфекция постов и камер. Повышена заболеваемость сотрудни¬ков тубер¬кулезом, что находится в прямой причинной связи с отсутствием дезинфицирующих средств. Лече¬ние от туберкулеза работники вынуждены оплачивать сами. За вредность работы каждый сотрудник получает 10 гривень.

Посты больных не изолированы от содержащихся там же здоровых заключенных. Выдача пайков произ-водится по завышенным ценам, с 1996г. — с запоз-данием. Причем выдаются ненужные продукты, напри-мер, сок. На тех, кто от пайка отказывается, оказывают¬ давление, вплоть до увольнения. Работники не смеют возражать против распоряжений администра¬ции, т.к. рискуют быть уволенными. Личный состав принуждается к приобретению обмундирования за свой счет. Это же касается и приобретения фото¬средств, канцтоваров. Администрацией незаконно изымаются удостоверения личности, неугодные работ¬ники лишаются льгот на проезд в общественном транспорте. Замалчиваются и укрываются факты напа¬дения заключенных на охрану. Охранников по надуман¬ным причинам увольняют, лишь бы не было шума.

Такое письмо от сотрудников СИЗО со 174 подпи-сями свидетельствует о безвыходном положении лю¬дей. Обращение в ХПГ вообще звучит, как крик о по¬мощи.

В мае 1999 года, ровно через месяц, мы получили письмо от гражданки Ляшенко О. А., сестры 20-летнего призывника Твердохлеба Сергея Алексеевича, направ-ленного на службу в в/ч 3025 внутренних войск МВД.

Твердохлеб С А был охранником туберкулезной зоны. В апреле 1998г. прошел флюорографию. Обсле-доваться он должен каждые 6 месяцев. Но в следую¬щий раз его обследовали через 8 месяцев, в декабре 1998 года и результаты обследования показали, что его левое легкое находится в стадии распада.

Начальник медсанчасти не привлечен к ответст-венности, ни уголовной, ни дисциплинарной. Но этого мало. Вместо направления в госпиталь Твердохлеба командируют 22 мая 99г. в в/ч Ж3005, в Харьков. В госпитале, куда солдата привезли, не оказалось тубер-кулезного отделения. Безвыходность его положения заключается в том, что если он будет жаловаться, его демобилизуют. Он вынужден будет лечиться за свой счет.

В печати несколько месяцев назад промелькнуло, что Харьковское СИЗО победило в судебной схватке с журналистами и газетой «Киевские ведомости», кото-рая оклеветала по схо¬жим сообщениям администра-цию СИЗО. На это можно только сказать, что всту-пивший в законную силу при¬говор или решение обсуждению не подлежат.

В газете «Тюрьма и воля» №20 в статье «Ситуация с туберкулезом в УИНах и СИЗО по-прежнему остается напряженной...» журналист А.Алиев сообщает, что за¬болеваемость туберкулезом в СИЗО и УИН в 45 раз больше, чем на воле. Он взял интервью у начальника отдела надзора за соблюдением законов при испол-нении судебных решений по уголовным делам Донец¬кой областной прокуратуры. Начальник указанного от¬дела Нахай Ю В убеждает журналиста, что в 1998 году в местах лишения свободы смертность от туберку¬леза «нес-колько сократилась».

Хотелось бы верить, что Директор Государствен-ного департамента Украины по вопросам исполнения наказаний должным образом прореагирует на направ-ленное ему письмо ХПГ по поводу условий работы кол-лектива СИЗО №1 г.Донецка и сделает соответствую-щие выводы: необходимо срочно направить комиссии во все 32 СИЗО Украины. Проверки УИН должны произ-водиться не реже, чем 1-2 раза в год. Эти комис¬сии должны быть, по возможности, независи¬мыми. Про-верки должны касаться прежде всего усло¬вий содер-жания заключенных и работы персонала СИЗО. О положении и тех, и других можно судить из письма доннечан.

У недержавних організаціях

29.12.1999 | Д. Стус, м.Київ

УКРАЇНСЬКИЙ «МЕМОРІАЛ»: МЛЯВЕ ЖИТТЯ ЗАГРОЖУЄ ПЕРЕЙТИ В ЛЕТАРГІЧНИЙ СОН

   

10 березня в синьому залі Будинку кіно, проходив вечір, афішований як урочистий, присвячений 10-ій річ-ниці існування «Всеукраїнського Меморіалу імені Ва­силя Стуса».

Лесь Степанович Танюк виголосив промову, заду-ману як незбагненний синтез звіту за 10-річну діяль­ність керованої ним організації зі звинуваченням на адресу тих, хто своєю діяльністю, вільно чи невільно, сприяє девальвації національних цінностей та святинь.

Менше сотні людей, що зібрались у тому залі, були свідками не дуже продуманого звіту, що з дивних причин зосередився передовсім на спогадах про актив­ну роботу «Меморіалу» в 1989-1991 роках, а також на згад­ці про шість десятків книжок, кілька десятків люби­тельських кіноплівок та низку освітніх програм, розроб­лених невеликою групою на чолі з Валентиною Скачко для мережі «Інтернету». На разі — все, що вда­лося почути.

Побачити пощастило більше. Ближче до закін­чен-ня цього несвяткового ювілею з’ясувалося що при­сутні «поцупили» (взяли?) кілька виставлених книжок, котрі, виявляється, в бібліотеці «Меморіалу» наявні аж у одно-му примірнику. Чесно кажучи, після всього поба­ченого писати про щось не кортіло, і взятися за цю невеличку замітку змусила наша трагічна бездіяльність, яку звикли ховати за неувагою держави, важким жит­тям, байду-жістю людей і ще якимись об’єктивними умовами.

Однак приклад Росії та російського «Меморіалу» переконливо доводить, що мову слід вести швидше про нездатність керівництва правильно організувати роботу, аніж про щось інше. Оскільки автор статті трохи знайо-мий з діяльністю Пермського відділення «Меморіалу», важко втриматися від зіставлень (боронь Боже, від порівнянь, порівнювати бо нічого). З одного боку чітка структура, тісна співпраця з міжнародними фондами, обласними та зарубіжними відділеннями «Меморіалу», «International Amnesty», іншими громадсь­кими організа-ціями що працюють у цій сфері, з дру­гого— орієнтація на подвижницьку громадську діяль­ність

Проте наші люди й досі здатні творити чудеса і здатні на подвиг. Що й засвідчила доповідь голови Іва-но-Франківського відділення «Меморіалу» Романа Кру­цика. В області створено музей жертв комуністичних репресій, що вже отримав статус державного, для п’ятнадцяти родин репресованих було «вибито» в облради квартири, ініційовано подання законопроекту про від-шкодування майнових збитків родинам репресова­них, оскільки в чинному законодавстві це питання ви­кладено в такому розпливчастому формулюванні, що фактично не діє. Слухаючи цю людину, складалося враження, що до звіту Івано-Франківського обласного відділення ціл-ком можна би було долучити звіт Всеук­раїнського «Ме-моріалу» на правах, скажімо, район­ного.

Такий стан «Меморіалу», тим більш прикрий, що це — перша в СРСР офіційно зареєстрована громадсь­ка організація, що була опозиційна комуністичному режи-мові. Про це сьогодні вже забули. А починалося все переповненою багатотисячною залою, де вирували при-страсті, куди намагалися проникнути комуністичні ідео-логи і лише ціною відчайдушної боротьби вдалося від-стояти святі тогочасні ідеали. Пізніше з’ясувалося, що у відчайдушному протистоянні з загниваючою сис­темою відстояти право на правду значно легше, аніж потім зорганізувати відповідну роботу. Поступово роз­ходилися люди, зникав запал, а постійна орієнтація на кому-ністичне гасло щодо щоденного місця для под­вигу (вва-жаємо, для постійної безплатної — але ж громадсько-корисної! — праці) настільки прорідила ряди симпатиків, що, крім фанатично відданих цій справі людей, у «Мемо-ріалі» не залишилося нікого.

Можливо, така ситуація когось і влаштовує. Однак ми всі народжуємося для того, аби жити. І протягом тривалого часу ніхто не може втриматися лише на мак­симумі. Професіонали ж узагалі звикли отримувати за кваліфіковану працю достойну платню. І це добре. Бо поки таких умов не буде створено, не буде й широкого резонансу від роботи «Меморіалу»; бракуватиме коштів на плівку, на експедицію, на копіювання...

А без відповідної «упаковки» зібрані та, як стверд-жують працівники «Меморіалу», систематизовані мате-ріа­ли про злочини на нашій землі комуністичної сис­теми залишатимуться аматорськими вправами, що, з огляду на. той же аматорський рівень, не матимуть жод­них шансів бути почутими і сприйнятими молодшим поко-лінням. І сьогодні —- поки не пізно — слід зробити все можливе, аби зібрану титанічними зусиллями ін­фор-мацію про злочини комуністичної системи таки донести до широкого кола громадськості. Хоча б із чисто прагматичних міркувань: аби майбутні виборці могли порівняти важке сьогодення з тими безчинст­вами, що творилися на нашій землі кілька десятиліть тому.

Співробітниця «Меморіалу» Валентина Скачко го­ворила й про часті випадки звертання до організації матерів, чиї діти так і не повернулися з війська. І усві-домлюючи весь трагізм сьогочасної ситуації, «Мемо-ріал» не береться за ці справи лише тому, що кілька працівників нe можуть упоратися з усім.

І все ж будемо сподіватися, що тривала невидима сторонньому оку млява діяльність «Всеукраїнського Меморіалу» в наступному десятилітті не трансформуєть­ся у летаргічний сон. Щоправда, автор статті має великий сумнів, що цього можна уникнути, і далі орієнтуючись винятково на працю на громадських засадах.

Коментар ПЛ. Можна тільки подякувати Дмитрові Стусу, який зачепив дуже важливу й одночасно болючу для нас тему. Бо Харківська правозахисна група вийш­ла з харківського «Меморіалу» (це до 1992 р. — колиш­ня його правозахисна група) і фактично веде усі «мемо-ріальські» напрямки — історико-просвітницький, право-захисний та благодійний, створила у Харкові міську Комісію з питань поновлення прав реабілітова­них, має відповідні програми і штатних співробітників. Я думаю, що наш звіт на вечорі, який описує пан Дмитро, теж виглядав би добре. Але ми не були туди запрошені і взагалі про нього не знали. На жаль, харківський «Мемо-ріал», як і значна кількість осередків «Меморіалу» на Схо-ді та Півдні України» до Всеукраїнського «Меморіалу» імені Василя Стуса не входять.

Варто зупинитись на причинах цього «невходжен-ня». У 1990 та 1994 роках на загальних зборах харків-ського «Меморіалу» двічі розглядалось питання про вступ до Всеукраїнського «Меморіалу», і двічі зібрання голосувало загалом «проти» — за рахунок літніх людей, які боялися «бандерівців», і тих, кого бентежила занад­то політизована діяльність об’єднання і відсутність саме «меморіальської» праці. Таке враження складалося го-ловним чином тому, що багаторічний голова Всеук­ра­їнського «Меморіалу» Лесь Танюк був поглинутий по-літикою і на меморіальські справи у нього просто не вистачало часу, зате ім’я «Меморіалу» використовувалося у всіляких політичних акціях. Це питання — приєд­натися чи не приєднуватися до Всеукраїнського «Меморіалу» — навіть розкололо організації в деякіх містах (Одесі, Дніпропетровську та інших) на два або навіть три товариства, що тільки послабило їх.

Так сталося, що єдиний до 1991 року меморіаль­ський рух розділився і з тих часів все більше занепа­дав. На те була й одна об’єктивна причина: два напрямки роботи «Меморіалу» з трьох, а саме, історико-прос-вітницький та благодійний, почала підтримувати дер-жава. Були створені Комісії з питань поновлення прав реабілітованих для виконання Закону про реабі-літацію жертв політичних репресій та редакційно-видав­ничі групи для підготовки серії «Реабілітовані історією», і в багатьох місцях саме мемо­ріаль­ці опану­вали ці структури. Залишився правозахисний напрямок та деякі питання, яких не торкаються державні органи, наприк­лад, історія дисидентського руху в 60-ті — 80-ті роки, пошук місць поховання розстріляних та ідентифі­кація останків... «Меморіал», хоча і послаблений, але продовжував діяти. При цьому частина осередків тяжі­ють до міжнародного товариства «Меморіал» — харківсь­ка, донецька, львівська, одеська, дніпропет­ровська, маріупольська, луганська, миколаївська, алек­сандрійська організації (деякі з них входять і до Всеук­раїнського «Меморіалу»), деякі — до Всеукраїнського товариства імені Василя Стуса — івано-франківська, тернопільська, київська організації. Називаю тільки тих, чия діяльність помітна і, як на мене, все ж таки плідна і результативна. І хоча загалом з оцінкою діяльності ме­моріальських організацій, що її дав Дмитро Стус, важко не погодитись, все ж таки, на мою думку, «Меморіал» має в майбутньому перспективу. Це переконливо до­водить приклад великої кількості російських осередків «Меморіалу», не менш міцних ніж Пермський «Меморіал» — Московського, Петербурзького, Рязанського, Красноярського, Томського та інших товариств. Можна тільки по-доброму позаздрити нашім російським коле­гам: у більшості меморіаль-ських організацій є офіси, оргтехніка, штатні спів-робітники...

Що ж заважає сьогодні українським групам «Ме-моріалу»? Мабуть, все разом — загальні стагнація і втомленість, необхідність весь час витрачати на заро-бітки, щоби прожити, брак громадянської ініціативи... Чи не було б доречно знову, враховуючи десятирічний почасти сумний досвід, спробувати об’єднатись усім групам в «Меморіалі» імені Василя Стуса і спробувати почати знову? Що саме мають сьогодні робити меморіальські групи? Цікаво було б знати точку зору інших меморіальців. Запрошуємо їх до розмови.

Євген Захаров
У недержавних організаціях

29.12.1999

СВАРЩИК, ОХРАННИК И ОФИЦИАНТКА.

   

Несколько лет тому назад мне посоветовали об¬ратиться к председателю правления Международного общества прав человека Денде Валентину Михайло¬вичу. Такое громкое название этой организации, а такие пустые люди там сидят. Председатель правления обыкновенный сварщик 3-го или 4-го разряда, а его заместитель № I Брик Леонид тоже весьма недалекий человек, бывший охранник вневедомственной охраны, секретарь этого общества — бывшая официантка и никакого юриста нет в этом обществе с громким на¬званием. Находились они в полуподвальном помеще¬нии и там же находится одновременно воскресная школа.

Решить мой вопрос они не могли. Просили меня стать членом их организации, но требовали довольно приличные вступительные взносы. Я не решился, ибо в такой организации должен быть юрист или человек, имеющий большой опыт практики в правозащитном деле.

Впоследствии узнал, что Денда поругался со свои¬ми заместителями и их из этого помещения по ул.Ленина 21 попросили. Теперь Денда работает один и его адрес неизвестен и практически никакую работу он не ведет. Только и представляется, что он предсе¬датель МОПЧа. Я считаю на этой должности должен быть человек обязательно с высшим образованием. Я думал, что они могут составить хотя бы исковое заяв¬ление или официальное письмо в соответствующие органы. Они за это не брались. Я думал секретарь МОПЧа Гулинская Алина должна все-таки уметь состав¬лять исковое заявление, но оказывается умела только чаевые брать и тарелки разносить. Через неко¬торое время я узнал, что в г.Одессе имеется еще одна правозащитная организация «Защитим себя сами», которая находится в одном помещении с Одес¬ским «Мемориалом». Я в 1998 г. зашел туда и вижу снова этих же людей. Оказывается Гулинская в МОПЧе работает секретарем, а здесь уже работает заместите¬лем председателя правления «За-щитим себя сами». Снова просил составить мне пись-мо, но она заявила, что надо платить вступительный взнос, который уста¬новил самозванный председатель Бирюков В.В. — для пенсионеров 12 грн., а для остальных больше — где-то в два раза. Затем ко мне подошел бывший председатель Фаер С.Е. и рассказал, что никаких взносов у нас нет. Мы символически берем от 50 коп. до I грн. в качестве вступительного взноса. Юрист, которого порекомендо¬вал мне Фаер, все рассказала и объяснила, составила бесплатно исковое заявление и письмо в прокуратуру. Насколько я понял, в этом обществе главное лицо Фаер С.Е. Как сказали мне, теперь уже бывший пред¬седатель. А почему бывший — не знаю.

У недержавних організаціях

29.12.1999 | В.П.Кырмызы,г.Ильичевск

КАК РАБОТАЕТ В.М.ДЕНДА, Я ЗНАЮ ДАВНО

   

Практически никакой работы он не ведет.Сам он, как мне сказали, имеет образование всего лишь 8 клас¬сов и диплом сварщика 4-го разряда. Я видел у него бланки: «Хельсинки-96», «Международная правозащитная ассамблея», Одесское отделение Между-народного Общества Прав Человека и др. Я просил его рассказать об опыте своей работы. Он практически ничего не мог сказать, и я просто увидел человека, манипулирующего различными бланками, а какую рабо¬ту ведет и кто у него консультанты не говорит. Помещения у него нет .Я просто увидел, что вся его работа только на бумаге числится. Я его спрашивал, откуда он деньги берет хотя бы на канцелярские расходы. Я, например, свои собственные деньги, примерно 10 — 15 грн. ежемесячно трачу на пересылку писем в различные ведомства и у меня в мыслях нет, чтобы просить деньги или вымогать деньги у людей. В большинстве своем ко мне обращаются люди прек¬лонного возраста от 60 до 96 лет.

Вот, например, гражданин Петров на квартирном учете стоит уже более 25 лет, а директор только в течение 1996 г. раздал налево и направо 20 квартир. Даже людям, которые вообще не работают на заводе. Директор завода железобетонных конструкций — друг мэра города Хмельнюка В.Я. Когда начали списки проверять, то нас даже на завод не пускали. Обратились в отдел квартирного учета горисполкома — тоже совершенно секретно. Обратились к прокурору, а он дал понять, что бессилен и не хочет портить отношения с мэром города Хмельнюком В.Я. Мэр Хмельнюк отказался регистрировать наше правозащитное общество, заявив, что я, наверное, беру взятки эа такую работу, Я заявил, что за 48 лет работы, я не имею ни дачи, ни квартиры, ни машины, зато имею замечательных дочку и сына — студента-отличника. Практически прокурор города отказался нам помогать, но мы его заставили работать через областную прокуратуру. А ведь директор завода не может продавать квартиры без ведома мэра Хмельнюка. Вот почему мэр на должности правозащитных структур хочет назначить своего человека.

Второй пример: председатель общества ветеранов войны города Волошко К.П. ветеранские деньги, около 18 тыс. путем различых махинаций присвоил себе .А кто такой Волошко? Был преподавателем военной кафедры института и за взятки уволен из армии. Теперь мэр го-рода Хмельнюк В.Я. сделал его председателем общест-ва ветеранов войны. Волошко член исполкома города. Теперь очевидно с кем мы ведем борьбу. Ко мне, как члену правозащитного общества, обратились пенсионеры, которые просили найти деньги, пожертвованные инвалидам войны бизнесменами. Я подключил различные инстанции прокуратуры, органы борьбы с хищения-ми, КРУ. И вот нашли официально около 10 тыс.грн., которые присвоил себе Волошко.

Нам приходится обращаться во всевозможные инстанции. Я часто по какому-либо делу составляю, печатаю и отправляю по почте более 10 писем. Печатаю на своей машинке. Недавно испортилась пишущая ма-шинка — пришлось отдать в ремонт. Заплатил в общей сложности около 50 грн. Я работаю и понимаю людей, очень сочувствую им, ибо я был одиннадцать раз уволен с работы и в 10-ти случаях я был восстановлен и никогда не нанимал адвоката, а трудовое право приш-лось, волей — не — волей, — учить. Жизнь заставила. У меня есть консультанты юристы, которые знают, что ни с кого не беру ни копейки, и дают мне консультации бесплатно по тем вопросам, в которых я не компетентен. Наши консультанты: Базелюк Анатолий Александрович — друг по несчастью, который тоже был уволен несколько раз. И бывший судья Завтонов Владимир Яковлевич. Конечно, эти мои адвокаты — юристы очень хорошо меня знают, знают, что я человек в этом вопросе порядочный и знают, что я не позволяю себе ни у кого просить деньги. Действительно, к нам обращаются, в основном, люди самые бедные. Богатые люди к нам не приходят. Чаще всего обращаются пенсионеры, которые получают от 37 до 59 грн.

Хочется спросить и президента МОПЧ, и редакцию нашего бюллетеня «Права Людини», и Елену Гринберг: откуда брать деньги, хотя бы на канцелярские нужды. Бумагу еще как-то можно выпросить, а вот напечатать и отправить письмо — уже необходимы деньги. Кто-то должен в этом отношении нам помогать. Мер города Ильичевска, он сам себя считает самым лучшим мэром Украины, нам никогда не поможет, он уже более полугода не хочет нас регистрировать. Ищет против меня криминал. Будучи первым секретарем горкома, он в середине 80-х годов поручил проверить мои так называемые хищения. Правда, тогда он был всего лишь товарищ, а теперь капиталист. Дошли до того, что в городе многие его поклонники в служебных кабинетах повесили портрет Хмельнюка. Редко увидишь портрет Кучмы, а вот цветной портрет мэра можно увидить во многих офисах и кабинетах. С таким человеком вести борьбу трудно, а приходится. Если ему задаешь каверзный вопрос, который задевает его, то он тут же заявляет, что за него голосовало 90% населения.

И в заключение хочется сказать, конечно, и метод и способ, которые избрал В.Денда, не очень ее хорош. Обманывать людей — это дискредитация правоза-щитных организации в глазах людей. Зачем брать деньги, если заранее знаешь, что это тебе не под силу?

Никогда не надо работать ради денег в право-защитных организациях. Здесь должны быть люди гу-манные, преданные истине, сердечные и очень сочув-ствующие бедам и страданиям граждан, которые ока-зались в бедственном положении.

Но вместе с тем, хочется спросить, откуда все же брать деньги на самые необходимые расходы?

У недержавних організаціях

29.12.1999 | С.Милославский, председатель совета Днепропетровского областнвго общественного правозащитного объеди

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО В ФОНДЫ «КАУНТЕРПАРТ», «ВІДРОДЖЕННЯ» И ДРУГИЕ ПОДОБНЫЕ ОРГАНИЗА¬ЦИИ

   

С 1994 года в Днепропетровской области действует правозащитное объединение «Антимафия». Все это время мы пытаемся получить финансовую поддержку в виде так называемых грантов в различных «Каунтер-партах», фондах «Відродження» и т.п.

Все эти организации наперебой предлагают себя и пишут, что оказывают помощь наиболее независимым от государства общественным организациям. И мы подумали: какая прелесть! существует ли в Украине более независимая организация, чем наша? Вряд ли: создана она по инициативе «снизу», людьми, которые на собственной судьбе испытали, что такое «нарушение прав человека»; «Антимафия» помогает наиболее обездоленным; помогает абсолютно бесплатно; открыто и резко критикует власть, «грызется» с ней по каждому обиженному; только за 1998 год провела на площади в центре города (г.Днепродзержинск) 8 голодовок-протестов, связанных с невыплатой зарплаты (все окончились полной победой), чем вызвала на себя буквально ненависть со стороны нашего беспомощного и коррумпированного государства. Сегодня у нас нет даже офиса (власть не дает, а денег на аренду нет).

Мы давно хотим иметь свою (это гарантирует ее независимость) правозащитную газету. Трибуну, с которой можно было бы озвучивать преступления власти против народа и конкретных судеб. Куда не обратимся за помощью — ноль. Боятся бизнесмены: говорят, не дай Бог узнают в исполкоме, что мы дали деньги на вашу газету, разорят, уничтожат. Пробовали собирать у простых людей: собрали аж 64 гривны. Вдруг, читаем: фонд Сороса! Каунтерпарт!.. десятки других.

Пишем, ходим, кланяемся, просимся на чужой компьютер, платим последние деньги за бумагу, ксерокс, отправку почты. И получаем ответ: извините... грант присужден другой организации...

Что же это за такие организации? Назовите их. Расскажите о них подробнее. Приведите в пример их проекты. Дайте поучиться!

«Антимафия» не хочет никого обидеть, но... У нас создается такое впечатление, что все эти гранты уже давно распределены.

И распределены как раз не среди независимых, а среди проправительственных общественных организаций. Созданных сверху. Сфера деятельности которых весьма и весьма лояльна к власти, нейтральна.

Самое главное: этим организациям дают рекомендации органы власти! депутаты! и т.п. Этот факт говорит о многом. Мы, например, даже представить себе не можем, как можно пойти в исполком и просить- исполком, чтобы он помог получить деньги на газету, которая будет критиковать... исполком!

У нас такое впечатление, что мы и подобные нам нужны лишь для создания видимости конкурса проек-тов, как говорят, для создания толпы. Да, видимо, власть и держит на своей территории подобные фонды не без условий...

Комментарий ПЛ: Мы намеренно обьединили публикацию трех последних материалов: как нам, кажется, они все посвящены одному и тому же и удачно дополняют друг друга.

Мы, как и наши читатели и авторы Е.Гринберг, И.Шевченко и В.Кырмызы, считаем, что действия В.М.Денды только дискредитируют правозащитные ор-ганизации. Если правозащитные организации будут брать деньги с обратившихся к ним людей, то это будут уже какие-то другие, не правозащитные организации. Мы можем рассказать немало забавных случаев, как мы отбояривались от подарков, принесенных нам благо-дарными заявителями после успешного завершения работы по их жалобам. Даже этого мы себе не позво-ляем и, думается, понятно почему: к нам действительно обращаются, как правило, люди небогатые. И кроме того, для нас чрезвычайно важна наша независимость. И это является причиной другого самозапрета: мы не позволяем себе получать какие-либо средства от орга-нов власти. Ни в каком виде: ни в прямом, ни в кос-венном, в виде каких-то льгот по аренде помещения и коммунальных услуг.

Но на какие же тогда средства существовать пра-возащитной организации? Если в ней все будут рабо-тать как волонтеры, без оплаты, то выход только один — вкладывать свои средства. Именно так и работала наша организация с 1988 по 1992 год: мы все где-то рабо-тали и из своих зарплат выделяли деньги на нужды организации. Постепенно мы поняли, что уже достигли предела: для того, чтобы успешно работать дальше, нужно профессионализироваться: находить средства именно на эту работу, иметь постоянное место для работы, оргтехнику, средства связи, библиотеку, сред-ства для оплаты труда сотрудников, выполняющих необходимую вспомогательную работу: разработку программ для компьютеров, ремонт и наладку всех технических средств и т.д. И мы начали обращаться в благотворительныне фонды.

Недавно я нашел первую поданную нами заявку (это было в 1992 году): какая же она была наивная и непрофессиональная! Нечего и говорить, что мы полу-чили отказ и получали его еще несколько раз, пока, наконец, не добились успеха. С тех пор наша орга-низация изрядно разрослась: у нас только в штате работает двадцать человек, а еще больше — вне штата. Поиск средств для работы организации превратился в постоянную работу, которую нужно уметь делать хоро­шо: профессионально составленная заявка есть необ­ходимое условие получения финансовой поддержки. Здесь таится и некая опасность: появились организа-ции, которые набили руку на написании хороших проек-тов, и даже опытные работники фондов не всегда могут увидеть подмену и, действительно, иногда гранты получают организации, которые на самом деле ставят целью только личное обогащение. Но я не стал бы, подобно Сергею Милославскому, утверждать, что все, кто получает гранты, таковы и что все гранты давно распре-делены, да еще среди тех, кто лоялен к власти. Ситуация мне видится гораздо более сложной и неод-нозначной. Никаких условий власть фондам, рабо-тающим на территории Украины, не ставит, более того, многие организации получают средства из фондов, расположенных в других странах и не имеющих пред-ставительства в Украине, и власть это терпит. Но есть и другое — организации, называющие себя правозащит-ными, часто крикливы, некомпетенты и имеют весьма отдаленное представление о правах человека и других вещах. Случай организаций, возглавляемых В.Дендой, весьма показателен. Поэтому фонды априори насто-роженно относятся к заявкам от правозащитных организаций, и это можно понять.

Примерно от трети до половины наших заявок получают поддержку в фондах, остальные отвергаются. Например, мы ни разу не получили гранты в фонде «Евразия» (подавали проекты шесть раз), в «Каунтер-парте» (три раза). Но мне в голову не приходило искать причины неудачи где-то помимо себя. Надо понять, как работает фонд, почему он отказался поддержать твой проект, узнать, какие проекты получили поддержку — эта информация может помочь в следующий раз добиться успеха. Наш эксперт Всеволод Речицкий, блестящий ученый мирового уровня, получил грант на зарубежную поездку только с восьмого раза! И таких примеров можно привести много.

Видимо, назрела необходимость провести обуче-ние активистов правозащитных организаций методике подготовки заявок на проекты, Потому что только из-за отсутствия необходимой квалификации хорошие орга-низации могут не получать грантов. Вот только где найти средства на такое обучение?!

Евгений Захаров


Погляд

29.12.1999 | И.Л., г.Одесса

РАССТРЕЛЫ В ОДЕССЕ

   

16 мая в Одессе, как и почти каждый день, снова звучали выстрелы. Произошло двойное заказное убийство. Среди бела дня (около 15 часов) неподалеку от своего загородного дома был расстрелян из автомата председатель Одесского областного арбитражного суда Борис Вихров. Вместе с ним погиб директор местной телекомпании АМТ Игорь Бондарь. Если тележурналист был убит, скорее всего, только потому, что оказался в роковой час «не в той компании», то в отношении судьи все не так просто. Вряд ли состоятельна версия политического убийства, которую попытался выдвинуть в одной из городских газет корреспондент радио «Сво-бода» в Одессе Игорь Столяров, ссылаясь на мнение президента Одесской правозащитной академии Вале-рия Кочетова (погибший судья был депутатом горсовета позапрошлого созыва; на печально известных пов-торных выборах мэра Одессы летом минувшего года выдвигал свою кандидатуру, но снял ее, якобы не по своей воле; когда в арбитражном суде решалась судьба помещения правозащитной академии, занял объективную позицию в противовес пожеланиям нынешних городских властей). Другие журналисты пытались связать убийство Б.Вихрова с судьбой гибнущего Черноморского пароходства, точнее, с судьбой «Тараса Шевченко», одного из знаменитых его пассажирских лайнеров, который в январе нынешнего года в г. Ильичевске пытались продать некой британской фирме по бросовой цене — 2 млн. 200 тыс. долларов США (при подлинной цене, как считают эксперты, не менее, чем в 11-12 миллионов!). Кто-то неплохо поживился бы на такой сделке. Результаты грабительского аукциона позже были признаны незаконными, но областной арбитражный суд ук-лонился от рассмотрения этого дела. Невмешательство в эту темную историю неприкрытую, наглую попытку в очередной раз обокрасть и пароходство, и страну в целом, очевидно, кому-то было выгодно. Председатель парламентского комитета, народный депутат Украины Юрий Кармазин сообщил журналистам, что правоохра-нительным органам о готовящемся покушении на Б.Вихрова было известно еще полгода назад. Но наша доблестная милиция, как известно, пока человека не убьют, не приезжает...

А что касается истинных мотивов, то о них можно судить из сказанного на пресс-конференции в Киеве главой милицейского ведомства Юрием Кравченко. По словам министра, в ходе осмотра личного имущества судьи были найдены записи о его расходах, превы-шающих один миллион американских долларов. Только на территории загородного участка Б.Вихрова распо-ложено пять больших построек и трехэтажный дом. Поэтому сразу напрашивается вопрос об источниках доходов убитого, которые явно превышают зарплату го-сударственного служащего. По городу ходят слухи, что эта трагедия только начало больших криминальных раз-борок в Одессе.

Не будем строить прогнозы, заметим лишь, что пока непонятно, как же охраняют граждан наши право-охранительные органы и чем они занимаются вообще, если криминальные разборки в канун президентских выборов охватили не только Одессу, а и всю страну. Может, загадочным происхождением немалых состояний некоторых судей, конечно же, не только одесских, да и не только судей, а и многих других «скромных служащих» сответствующим госслужбам следует интересоваться до того, как киллеры приведут чей-то приговор в исполнение?

А пока — хроника убийств в Одессе продолжается. В течение недели после гибели Б.Вихрова и И.Бондаря были застрелены два предпринимателя, еще двое были убиты, видимо, только потому, что приехали в област-ной центр за покупками... Скорбный перечень можно продолжать...

Начальник управления МВД Одесской области генерал-майор Иван Григоренко отказался от интервью в связи с трагическими событиями в городе. Милиция безмолвствует...

Ничего не делая для изменения ситуации, конечно, и сказать нечего. Ведь ни одно из громких заказных преступлений, произошедших в Одессе в разное время и имевших большой общественный резонанс, так и не раскрыты. Это и убийство крупного предпринимателя А. Табачника, и похищения в период прошлогодних выбо-ров главы Киевской райадминистрации И. Свободы и начальника правового отдела горисполкома С.Вар-ламова, и покушения на жизнь председателя горизбиркома Л. Капелюшного и бывшего мэра, народ-ного депутата Украины (все-таки вновь избранного) Э.Гурвица. У следствия есть «информация»... Но не более того. Да и дошедшее до суда нашумевшее опять же благодаря прежде всего выборам дело об убийстве редактора «Вечерней Одессы» Б.Деревянко тоже нельзя считать раскрытым. Обвиняемые рассказали в суде, какими «методами» милиция добилась от них «нужных» показаний. И в их печальной повести, кажется, больше логики, чем у следователей. В деле по-прежнему больше темных пятен, чем ясности. Практически сразу после трагедии на всех уровнях было заявлено, что мотив убийства — в профессиональной деятельности погибшего. Но в суде этот мотив не исследовался. Кто был заказчиком преступления, не установлено. Имя посредницы в убийстве было названо, но она в розыске. Надо полагать, пожизненном, если вообще было названо подлинное имя, а не случайно подвернувшееся, как и схваченные исполнители, возможно, просто подошли как удобные кандидатуры. Во всяком случае, общественный обвинитель от редакции «Вечерней Одессы» Ю.Иванов после завершения суда выступил с заявлением, в котором требует дополнительного расследования. Так те ли люди осуждены?

При этом на пресс-конференции в марте с. г. заместитель начальника управления МВД Украины в Одесской области полковник В.Романовский, возглав-ляющий отдел по борьбе с организованной преступ-ностью, отметил, что за последние пять лет было обезврежено 100 (сто!) группировок, насчитывающих свыше 800 человек, в том числе 12 бандитских формирований (это в одном, отдельно взятом областном центре, а что же по стране в целом — полки, дивизии преступников?). В последнее время в Одессе «пали» преступные группировки Вишни, Дуды, Григорьева, Роганова, Константинова... Но ежедневная уголовная хроника говорит о том, что организованная преступность по-прежнему правит бал!

Так кто же ответит за то, что Украина преврати-лась в криминальное государство, а Одесса не в сво-бодную экономическую, а в свободную мафиозную зо-ну?

Погляд

29.12.1999 | А.Прима, г.Харьков

ЗЕМЛЯ И ВОЛЯ

   

Задаваясь вопросом о перспективах развития та-кого социального института как права человека, нельзя обойти вниманием проблему законотворчества. Юриди-ческий гарант, коим являются законы государства, есть немаловажный фактор реализации прав и свобод его граждан. Исторический опыт демократического право-вого строительства на территории бывшей Российской империи удручающий, ибо он насчитывает лишь 46 лет (с 1864 по 1917 г.г.) и это в то время, когда в странах Западной Европы он берет свое начало с 1215 года (Великая Хартия Вольностей).

Мировая практика выработала три типа законов. Первый тип Закона, который адекватно отражает су-ществующие в обществе отношения, дает возможность реализоваться прогрессивным тенденциям, служит гарантом социальной защищенности личности и таким образом является правом в его истинном значении. Такой закон добровольно соблюдается основной мас-сой законопослушного населения в силу того, что вы-полнять его просто выгодно.

Другой тип Закона — это закон, который не отвечает этим требованиям, а представляет из себя носителя интересов слоя, группы или партии, находящейся у власти и исполняемый остальными гражданами лишь в силу строжайшего контроля со стороны государст-венного аппарата.

Таковыми были законы и документы их заме-няющие (постановления ЦК и др.) в период, начавшийся с 1917 года, когда тысячелетиями выработанные пра-вовые традиции (не убивай, не кради, не произноси ложного свидетельства на ближнего своего), на страже которых стояли три социальных института: государство (преступление), церковь (грех), мораль (зло) были перечеркнуты росчерком пера, объявляющим, что нрав-ственным является то, что служит делу диктатуры про-летариата, т.е. даже если это убийство, воровство (оно же экспроприация), лжесвидетельство. Население с одной стороны развращено вседозволенностью, с дру-гой стороны, поскольку эти законы не отвечали его интересам, старалось без вреда для себя уклониться от их исполнения.

Третий тип Закона (и к этому типу относится наша Конституция), который хотя и не отражает реальное положение дел в обществе ( а ведь право это не что иное как форма существующих социальных отношений), но фиксирует реальные тенденции развития этих отношений, предоставляет юридические гарантии реа-лизации этих тенденций, потребностей граждан, уста¬новления демократических начал во всех, в первую очередь, экономической, сферах жизнедеятельности общества.

Современный этап законотворчества нашего государства, не обремененный демократическим опытом правового строительства, затруднен еще, по крайней мере, двумя обстоятельствами: отсутствием четко выраженной государственной идеологии (без этого не функционирует ни одно государство), и отсутствие у основной массы населения умения и желания выполнять законы того правительства, к которому оно отно-сится, мягко говоря, с предубеждением.

Все эти обстоятельства не могли не привести к целому ряду противоречий, которые оказывают сущест-венное влияние и на становление прав человека, в том числе, на одно из самых основных из них. Какое?

В одном из проектов Конституции Украины было сформулировано положение о том, что частная соб-ственность является основным гарантом свободного развития человека. К сожалению, эта формулировка не нашла своего отражения в ныне действующей Кон-ституции Украины. Хотя ч.5 статьи 41 «Право частной собственности нерушимо» вполне отвечает мировым стандартам демократических государств. Однако, я позволю себе некоторую вольность, чтобы спросить: «Можно ли быть немного беременной?» Во всяком случае вся прекрасная половина Земного шара на этот вопрос даст отрицательный ответ. К сожалению, такой же ответ надо дать и по поводу частной собственности, право на которое нам дала Конституция, а именно, в части самого существенного для всех времен и народов социального феномена — права частной собственности на землю.

Мировая хозяйственная и юридическая практика выработала фундаментальное положение о том, что быть собственником — это значит владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом.

По части владения и пользования с правом собственности на землю все в порядке, т.к. согласно ч.1 ст.51 Закона Украины «О собственности» граждане Украины наделены правом пожизненного наследуемого владения земельным участком. Но при этом лишены права распоряжения им, т.е. запрещено отчуждение земельных участков (продажа, дарение). Хотя в Земельном кодексе Украины и существуют положения: «Граждане приобретают право собственности на земельные участки в случае: купли-продажи, дарения и обмена (ч.2 ст.6) и «Собственники земельных участков…не вправе в течение шести лет со дня приобретения права собственности продавать или иными способами отчуждать принадлежащий им земельный участок… (следовательно, по истечение шести лет собственник вправе осуществлять подобную операцию). Однако, действие этой статьи Земельного кодекса Украины приостановлено. Это делает право частной собственности усеченным, т.е. это уже не есть институт частной собственности в его истинном значении. Можно понять опасения законодательной власти по поводу предоставления гражданам — владельцам земельных участков возможности воспользоваться правом частной собственности на землю в полном объеме. В истории прецеденты уже были, так, по свидетельству Голды Меир, в течение 50 лет (до 1948 года) земля значительной части Палестины была куплена американским еврейством у местных шейхов за звонкую золотую монету, и таким образом стала собственностью будущего государства Израиль.

Но, учитывая действующие в Украине законы и, что еще важнее, существующие в них противоречия, вряд ли такое может произойти с землей в Украине. Почему?

Как уже было отмечено, наиболее существенными социальными феноменами, обеспечивающими сущест-вование людей нашей планеты являются земля и собственность. Наиболее фундаментальными научными категориями, которые находят свое реальное воплощение, как научная идеология в экономической, политической и правовой практике являются также категории «земля», «собственность».

Читаем в Конституции Украины, что земля, ее нед-ра, атмосферный воздух, водные и иные природные ресурсы, находящиеся в пределах территории Украины, природные ресурсы ее континентального шельфа, исключительной (морской) экономической зоны являются объектами права собственности Украинского народа (ч.1, ст.13); в Законе Украины «О собственности», что национальное богатство Украины: земля, ее недра … являются собственностью народа Украины (ч.1, ст.1); в Земельном кодексе Украины — что в государственной собственности находятся все земли Украины, за исключением земель, переданных в коллективную и частную собственность (ч.1, ст.4). Так кто же собственник земли — народ или государство?

Перспективы: согласно ст.156, ч.1 Конституции Украины внесение изменений в раздел 1, а именно в этот раздел включена ст.13, представляется в Верховную Раду Украины Президентом Украины или не менее, чем двумя третями от конституционного состава Вер¬ховной Ради Украины и при условии его принятия не менее, чем двумя третями от конституционного состава Верховной Ради Украины, утверждается всеукраинским референдумом, который назначает Президент Украины.

Так значит все-таки собственник земли — народ Украины и решение вопроса о полной реализации права частной собственности на землю, как одного из основных прав человека — его прерогатива.

Депортовані народи

29.12.1999 | Г.Алтунян, г.Харьков

55-ЛЕТИЕ ДЕПОРТАЦИИ КРЫМСКИХ ТАТАР

   

18 мая 1944 года, по пpямому распоряжению Сталина, сатpапы Беpии под руководством генерала армии Серова провели беспрецедентную акцию — в течение  2-х дней из Крыма были выселены все до одного крымские татары, а вместе с ними греки, армяне, каpаимы, болгары. Всем им были отдельно предъявлены обвинения в сотрудничестве с гитлеpовцами.

Когда сегодня стоpонники компаpтии выходят на митинги и демонстpации с портретами Сталина — невольно задумываешься, насколько коротка память народная. Как можно забыть злодеяния, как можно забыть Голодомоp, 37-ой год, геноцид целых народов. Людей, лишенных памяти, называют манкуpтами, и это большое горе для народа, для страны, если эти манкуpты становятся весомой частью общества. Вот почему тысячу раз прав был Александр Твардовский, когда говорил:

Память! Как ты ни горька

Будь зарубкой на века.

Сегодня крымские татары с таким трудом, с таки-ми мучениями постепенно возвращаются в Крым и при этом находят силы, а главное, желание поставить в центре города Симферополя памятник выдающемуся деятелю правозащитного движения современности Петру Гpигоpенко, — это не может не вызвать уважения и гордости за всю Украину.

Я был на открытии этого памятника, стоял рядом с крымскими татарами, которые за свои стремления вернуться на родину получали огромные сроки, рядом с украинцами и русскими, которые тоже отсидели в хpущевско-бpежневско-андpоповских лагерях за неиз-менное желание быть свободным человеком в неза-висимой и демократической стране, рядом с пpед-ставителямм мусульманской и православной конфес-сий, рядом с министрами правительства Украины и Крыма, рядом с народными депутатами Украины.

Мог ли предполагать Петро Гpигоpенко, когда он в годы советского безвременья вместе с несколькими единомышленниками стал бороться за права человека, за права репрессированных народов, что тысячи людей придут на открытие памятника в его честь? Думаю, что нет. Замечу, что вряд ли этот боевой генерал, про-шедший практически всю войну, мог также представить, что спикер парламента независимой Украины Александр Ткаченко в присутствии Президента Украины, узнав, что устанавливают памятник Гpигоpенко, заявил: «Гpиго-pенко? Да ведь это шпион, он ушел вместе с Суворо-вым!» Этот деятель стал кандидатом в Пpезиденты Украины... Пронеси, Господи, и помилуй нашу многострадальную Родину...

К сожалению, до сих пор живет миф о том, что крымские татары, многие народы Севеpного Кавказа активно сотрудничали с немцами и поэтому понятна, мол, реакция властей — желание избавиться от пятой колонны.

Hу, даже если сотрудничали, то это никак не могли быть женщины, старики и дети, которые составляли подавляющее большинство депоpтантов. Как надо из-вратить сознание людей, чтобы они молчали, когда за грехи одних (если они были) отвечали другие?

Отношение крымских татар к немцам ничем, в среднем, не отличалось от отношения других народов.

Было за что гражданам Советского Союза не лю-бить, мягко говоря, свою власть. И, если поддержка оккупантов не стала массовой, то во многом потому, что Гитлеp свои человеконенавистнические устремле-ния не скрывал и новый порядок насаждал огнем и мечом.

Успехи немцев в начале войны, в результате кото-рых миллионы наших солдат оказались в плену, обреченные на голодную смерть, да плюс к тому зверские приказы Сталина — все попавшие в плен предатели, поставили людей в безвыходное положение — либо смерть, либо сотрудничество с врагом.

Было сформировано достаточно большое ко-личество батальонов по национальному признаку, в том числе и три батальона из крымских татар. Были также армянские, грузинские, калмыкские и дp. батальоны. Полки, дивизии и даже аpмии фоpмиpовались из pус-ских и укpаинцев.

Hа одном из участков фpонта кpымскотатаpские батальоны вступили в бой с Кpасной аpмией и были pазбиты. До войны кpымские татаpы составляли пpи­меpно 25% населения Кpыма, а в паpтизанском движении в Кpыму татаp было около 40%.

Много лет спустя в Ташкенте судили гpуппу кpымс-ких татаp за то, что они боpолись за пpаво беспpе-пятственного возвpащения на pодную землю. Сpеди них был командиp паpтизанского отpяда, за го­лову кото-pого в свое вpемя немцы давали много ты­сяч маpок.

Этот маленький наpод послал на фpонт всех своих взpослых сыновей. Большинство из них геpойски сpа­жалось, а один — известный летчик Ахмед-хан стал дважды Геpоем Советского Союза.

Были пpедатели? Hавеpное. Hо pазве это основа-ние для депоpтации всех поголовно — женщин и детей, коммунистов и беспаpтийных, веpнувшихся с фpонта инвалидов и стаpиков — всех за 24 часа в телячьи ва­гоны и на восток.

А мы уже не потихоньку, уже не в пьяном застолье вспоминаем былые песни:

Сталин — наша юность боевая,

Сталин — наша мудpость и полет...

Только после того, как Укpаина стала независи-мой, кpымские татаpы получили возможность возвpа-титься без огpаничений в Кpым.

Hо это еще не pешение пpоблемы. Более 100 ты-сяч из веpнувшихся до сих поp не имеют гpажданства Укpаины, а это значит, они огpаничены в пpаве соб-ственности, тpудоустpойства и т.д.

Многие десятки тысяч не могут веpнуться из-за отсутствия сpедств, не могут пpодать свою недвижи-мость, не могут выйти из гpажданства Узбекистана, Ка-захстана, Pоссии. А те, кто пpиехал, не имеют сpедств на стpоительство, на покупку кваpтиp. Очень тяжело этому коpенному наpоду Укpаины стать полнопpавным на своей Pодине.

Если пpи этом учесть, что кpымские татаpы — одна из немногих гpупп населения Кpыма, котоpая це­ликом стоит на позициях независимой Укpаины, по­нятно, насколько важно для будущего Укpаины пpосто челове-ческое участие в их пpоблемах.

Для pешения всех своих вопpосов кpымские та­таpы пpоводят pаз в 2-3 года съезды полномочных пpедставителей — Куpултай. В свою очеpедь Куpултай избиpает исполнительный оpган — Меджлис. До пос-леднего вpемени власти, хоть и не пpепятствовали пpоведению Куpултая, деятельности Меджлиса, но «де-юpе» пpизнавать их не хотели, видя в этих стpуктуpах возможного конкуpента.

Поэтому фактически диалога, уважительного pаз-говоpа между властью и кpымскими татаpами не было. Конечно, отдельные пpедставители властных стpуктуp встpечались с pуководителями Меджлиса, но как с част­ными людьми.

Многие евpопейские стpаны, США, Туpция пpиз-нают Меджлис, а Укpаина — нет.

Тут важно отметить, что сегодня Меджлис во главе с Мустафой Джемилевым выpажает интеpесы наиболее массовой и умеpенной части татаp.

Пpенебpежительное, а поpой и вpаждебное отно-шение левого pуководства Кpыма к судьбе кpымских татаp неизбежно усиливает позиции наиболее нетеp-пеливых, обиженных и деpзких.

За месяц до печального юбилея со всех концов Кpыма начались маpши кpымских татаp с таким pас-четом, чтобы к 18-му мая собpаться на одной из глав-ных площадей Симфеpополя для пpоведения митинга-pеквиема, митинга скоpби.

Постепенно число демонстpантов pосло и к утpу 18 мая не только площадь, но и все пpилегающие улицы были заполнены людьми. Интеpесно отметить, что в этом шествии не было видно ни одного не­тpезвого, не было сказано ни единого бpанного слова.

За день до митинга Пpезидент Укpаины и спикеp паpламента пpиняли pуководителей Кpыма — главу Веpховного Совета, пpедседателя пpавительства и pуководство Меджлиса.

Hа этой встpече впеpвые был фактически пpизнан Меджлис и своим Указом Пpезидент Укpаины создал пpи себе Совет пpедставителей кpымскотатаpского на-pода в качестве консультативно-совещательного оpга-на.

Pуководитель Меджлиса Мустафа Джемилев наз-начен пpедседателем этого Совета, а в состав Совета полностью вошел Меджлис.

Указ был зачитан на митинге pуководителем пpа-вительства Кpыма Сеpгеем Куницыным. Этот Указ и само выступление Куницына были воспpиняты с пони-манием и одобpением. Впеpвые один из главных pуководителей автономии говоpил с людьми сочув-ственно и по-человечески, обещав сделать все, что от него зависит. Впpочем, пожалуй, не стоит оболь­щаться, ибо не все зависит от господина Куницына, а Пpед-седатель Веpховного Совета Кpыма господин Гpач вообще не считает необходимым отдельно зани­маться пpоблемой кpымских татаp. Мы, мол, вас не высылали, да и вообще, кpоме татаp из Кpыма выс­лали и дpугие наpоды, ко всем должен быть одинако­вый подход.

Я считаю, что это непpавильно. К каждому от-дельно взятому гpажданину независимо от националь-ности отношение должно быть одинаковое. Мы pавны пеpед законом. Hо когда pечь идет о целом наpоде, следует вспомнить, что для кpымского татаpина нет дpугой Pодины, кpоме Кpыма, им негде жить, кpоме Кpыма.

Поэтому в повестку дня поставлен вопpос о воз-pождении национальной автономии. Ведь была же до войны Кpымскотатаpская автономная pеспублика, кото-pая, кстати, для любителей истоpии, была создана по указанию Ленина, а пеpвым пpедседателем Совнаp-кома был бpат вождя Дмитpий Ильич.

В заключение следует отметить, что именно от позиции pуководства Укpаины, ее Пpезидента и Паpла-мента зависит, сохpанит ли наша стpана статус госу-даpства — одного из немногих на постсоветском пpо-стpанстве, где pазвитие идет пусть медленно, пусть неувеpенно, пусть болезненно, но бескpовно.

И дай нам Бог избpать такого Пpезидента и такой паpламент, чтобы они пpониклись болями и заботами каждого гpажданина и бедами целых наpодов.

Коментар «ПЛ»: Серед засобів, якими будува­лося «світле майбутнє», чільне місце посідали депор­тації (примусове виселення до віддалених місцевостей по-рядком адміністративного, судового рішення або терору великих груп населення). Примусове пересе­лення громадян України за радянської доби — і сьогод­ні одна із «білих плям» нашої історії

Кремлівським керівництвом до «зрадників Батьків­щини» було зараховано жителів Криму: татар, греків, вірменів, болгар, а також осіб турецького, грецького та іранського підданств, що мешкали на півострові. Вже 10 травня 1944 р. Л. Берія доповідав Й. Сталіну: «Врахо-вуючи зрадницькі дії кримських татар проти радянського народу і виходячи з небажаності подаль­шого проживання кримських татар на прикордонній окраїні Радянського Союзу, НКВС СРСР вносить на Ваш розгляд проект рішення ДКО про виселення всіх татар з території Криму». 11 травня цей проект був підписаний «ба­тьком народів». Принагідне зазначимо, що у 1939 р. в Криму проживали 218179 кримських татар, 20652 — греків, 15353 — болгар, 12873 — вір­мен.

«Операцію» по депортації у Криму було розпочато вночі 18 травня 1944 р. Станом на 18.00 год. 19 травня було — повідомлялось в телеграмі на ім’я Л. Берії — «підвезено спецконтингенту до станцій посадки 165515 чоловік. Відправлено до місць призначення 50 еше­ло­нів чисельністю 136412 чоловік». На 16 годину нас­туп­ного дня операцію по переселенню кримських татар за межі півострова було завершено. «Виселено всього 180014 чоловік»,— повідомлялось у черговій телеграмі на ім’я наркома внутрішніх справ СРСР.

Всього в травні було виселено 188626 кримських татар.

«НКВС вважає за доцільне,— доводив до відома Сталіна Л. Берія 29 травня того ж року,— провести ви-селення з території Криму всіх болгар (12075 чоловік), греків (14300 чоловік), вірменів (9919 чоловік). Дозвіл було дано підписаною 2 червня Й. Сталіним постано­вою ДКО № 5984.

У червні 1944 р. з Криму було депортовано 14368 греків, 12075 болгар та 11296 вірменів.

Відповідно до постанови ДКО № 6100 від 24 черв-ня 1944 р. з Криму виселялись і місцеві жителі турець-кого, грецького та іранського підданств, що «мали прост­рочені національні паспорти», їх (всього 3652 чол., з них 3531 громадянин Греції, 105 — Туреччини та 16 — Ірану) було депортовано у Ферганську область.

Всього ж на час прибуття на спецпоселення, було нараховано 228392 чол., виселених з Криму, з них 224740 чол.-- відповідно до постанов ДКО від 11 трав­ня та 2 червня 1944 р.

До 1 жовтня 1948 р. на спецпоселення додатково поступили 7219 чол., зарахованих у «кримський» кон­тин­гент (репатріанти, демобілізовані та ін.). Фактично ж число уродженців Криму, що поступили у 1945-48 рр. на спецпоселення, було більше, але частину ре­патріан­тів було віднесено до контингенту «власовці». В березні 1949 р. серед виселених з півострова було також 257 українців, 1280 росіян, 427 німців, 272 турки, представ­ників інших національностей — 283 чол.

Депортованих з Криму було віднесено до категорії спецпоселенців, виселених навічно. На них поширюва­лась і дія Указу Президії Верховної Ради СРСР від 26 листопада 1948 р.: 20 років каторжних робіт за втечу з місць поселення.

Про умови, в яких опинились спецпоселенці «крим­ського» контингенту, свідчить те, що від початку депор­тації до 1 жовтня 1948 р. народилось 6564 чол., а по­мерло 44887 чол. Зокрема, у 1945 р. ці числа скла­дали, відповідно, 1099 та 15997 чол.

Прибулих влітку 1944 р. в Узбецьку РСР кримсь­ких татар було розселено в областях: Ташкентській — 14214 родин (56114 чол.), Самаркандській — 7539 (31829), Андижанській — 5007 (19173), Ферганській — 3829 (16173), Наманганській — 3453 (13801), Кашка-Дар’їнській — 2252 (9984), Бухарській — 752 (4009); всього 37046 родин (151083чол.).

Депортації населення, а також втрати його під час бойових дій зменшили чисельність населення півост­рова в 3,4 рази: з 1196 тис. чол. напередодні війни до 351 тис. відразу після визволення Криму від гітлерівців. Після виселення кримських татар необ­хідність в бута­форній автономії відпала, і Кримську АРСР у 1945 р. було перетворено на Кримську область у складі РСФРР. Внаслідок примусового виселення корінного населення економіка півострова почала за­непадати. Виправити становище, на думку московсь­кого керів­ництва, могли мешканці внутрішніх областей Росії. За­відувач відділу Державного архіву Російської федерації О. Силаєва зазначає: «По зруйнованих війною селах центральної Росії, по шпиталях та лікарнях почався но­вий «призов» — людей запрошу­вали (і далеко не всюди добровільно) ... взяти участь у відновленні кримських здравниць». Лише у 1944 р. в Крим було переселено 13966 родин, в т. ч. з Красно­дарського краю — 3100, Воронезької об­ласті — 2001, Ростовської — 1995, Там­бовської — 1953, Став­ропільського краю — 1950, Брянсь­кої області — 1048, Орловської — 1024, Курської — 985. Зок­рема, в Алуштинському районі було поселено 2349 ро­дин з Краснодарського краю, в Балак­лавському — 2000 з Воронезької, Бахчисарайсь­кому — 2146 з Брянської та Орловської, Білогорському — 1556 з Курської та Там­бовської, Старо-Кримському — 1268 з Ростовської, Тамбовської та Курської, Судаксь­кому — 2469 з Став­ропільського та Краснодарсь­кого країв, Ялтинському — 935 з Ростовсь­кої області. В степових районах (Кіровському, Нижньо­гірському. Приморському та Ра­дянському) було розсе­лено 1132 родини з Тамбовської області В котрий раз експериментування «батьків нації» схибило: вже в 1945 р. з півострова повернулось до рідних домівок 1615 родин, в наступному — 4203, у 1947 — 3156, у 1948 — 950 родин. Всього у 1944—.49 рр. 55% переселенців повернулись до Росії. Причини цього «зворотництва» яскраво та досить точно описані О. Аджубеєм. Зок­рема, колгоспники-переселенці висловлювали таке прохання: «Хоча б виписали на колгосп по одному та­тарину, щоб він нам розповів, що, де садити і звідки воду брати».

Переселення в Крим тривало і у 1950 р. Всього у 1950-53 рр. у колгоспи та радгоспи Криму прибуло 10739 родин, а виїхало 1687.

За матеріалами книги Ігора Винниченка «Україна 1920-1980-х: Депортації, заслання, вислання»


Вісті з пострадянських країн

29.12.1999 | Кара Хайдар, Крым

БЕЛОРУССИЯ — ВЗГЛЯД ИЗ КРЫМА

   

С 23 по 25 апреля 1999 года в городе Минске состоялась очередная — 13 встреча Центров Плюрализма. Сеть Центров Плюрализма объединяет более десятка общественных организаций  из стран Восточной и Западной Европы, США.

13 встреча Центров Плюрализма была посвящена изучению общественной ситуации в Белоруссии. Участники смогли сравнить ситуацию в Белоруссии с ситуацией в других странах, в частности на Украине, Кубе, Кавказе, в Югославии и Прибалтике. Встреча, организованная Институтом Демократии в Восточной Европе (США) и Центром «Суспольносьць», прошла под девизом — «Бороться вместе за демократию».

Крым на этой встрече был представлен четырьмя общественными организациями – Центром «AYDIN», Обществом «Возрождение Крыма», НГО «Совет учителей», НГО «Крымскотатарская инициатива». Более подробный отчет о работе Центров плюрализма Вы можете прочитать в бюллетене «Бахчисарайские инициативы».

Мы же предлагаем вашему вниманию наш взгляд на политическую ситуацию в Белоруссии.

Белорусь  в представлении крымского обывателя — некий коммунистический рай во главе со справедливым «царем — батюшкой» на земле. Такой стереотип возник благодаря муссированной пропаганде со стороны русской шовинистической прессы Крыма, которая занимает лидирующее положение на полуострове.

Безусловно я, как крымский татарин, ожидал увидеть страну эпохи сталинизма. И мои чувства усилились, когда мы въехали в Минск. Город  со ста-линскими постройками и советской символикой произ-вел на меня гнетущее впечатление. Молодой парень, который нас встречал, по дороге в офис Центра «Суспольносьць»  пытался рассказывать историю горо-да, но явно у него это не получалось. Площади Маркса, Ленина, памятники Калинину и Дзержинскому, казалось, смогли бы свести с ума любого человека, не счи-тающего себя «советикусом». Не знаю как моим кол-легам, а мне в то время хотелось одного — скорей бы закончился этот кошмар.

На счастье, кошмар длился недолго. Когда по при­езду мы вошли в офис Центра «Суспольносьць» и нас встретили молодые ребята, живо говорящие на родном языке, с открытыми и добрыми лицами, когда взгляду мне бросилось в глаза то, что рядом с белорусской национальной символикой на стене красуется маленький чеченский флаг, на душе стало уютно и всей грудью хотелось воскликнуть белорусский клич — «Живе Белорусь ».

И это факт: Белорусь , демократическая Белорусь , живет, несмотря ни на какие репрессии «тоталитарного идола». И иначе быть не может. Для меня было приятно осознать тот факт, что основу национального движения составляет молодежь. Молодые ребята лет 14-16 соз-дают общественные организации, вступают в поли-тические партии. Позже мне рассказывали, что основ-ная масса политзаключенных Белоруси  — студенты и школьники, которые, выходя из тюрем, вновь бросаются в гущу национального движения. И это то, в чем Украина проигрывает, на мой взгляд, Белоруси . Ведь не надо быть пророком, чтобы понять: если основа демо-кратического движения — молодежь, что за ней будущее. Недолго осталось Белоруси  томиться в неволе.

И еще один белорусский феномен, заслужи-вающий внимания. Лукашенко со своим «гениальным» умом смог сделать то, что не может сделать ни один демократический лидер поссоветского пространства — консолидировать белорусскую общественность. Сегод-ня оппозиционная пресса, общественные организации, профсоюзы Белоруси  объединены в единый Демокра-тический блок. И самое главное, что этот блок сраба-тывает. Лидеры различных оппозиционных партий, ос-тавили за «бортом корабля демократии» свои амби-ции. В эти дни все чаще приходила мне в голову мысль: неужели, Украина, и тебе нужен Лукашенко, чтобы пра-вые политические силы могли понять — перед какой опасностью стоит их Родина?

В последний день встречи ее участники смогли принять участие в Чернобыльском шляхе — демонстра-ции, организованной Белорусской оппозицией. Колонна, в которой в едином порыве шли и старик — инвалид и 14–летний юноша, а молодая мать вела за руку 4-х летнего сына, скандировала — «Белорусь в НАТО!». И в этом призыве я вновь услышал — «Белорусь живе».

Нові видання

29.12.1999 | В.Овсієнко, м.Київ

ДУХОВНИЙ ПОДВИГ НЕ МИНАЄ МАРНО

   

У видавничій спілці «Просвіта» (Львів) вийшли у світ “Палімпсести” Василя Стуса — реконструйована його сином Дмитром збірка віршів видатного поета, який загинув у 47 років у карцері політичного концтабору на Уралі 4 вересня 1985 року.

Цим третім томом у двох книгах завершено видання Творів у шістьох томах, дев’ятьох книгах, що здійснювалося впродовж 5 років.

1 червня 1999 року в Київському Будинку вчителя сприяннями Товариства «Просвіта» і благодійного фонду «Рідний край», що діє при ньому, відбулася під назвою «Люди і текст» презентація всього видання. Вели його один з упорядників видання кандидат філології Дмитро Стус і Галина Стефанова. На жаль, через недугу в ньому не взяла участь голова редакційної колегії видання Михайлина Коцюбинська, яка, однак, надіслала зворуш-ливого листа, в якому, зокрема, сказано:

«Страшенно прикро, що я не змогла бути тут з вами в один з найщасливіших у моєму житті днів, адже не часто щастить пересвідчитися в реалізації свого сокровенного задуму, особливо коли цей задум — такий масштабний і значущий для української культури — здійснений у, м’яко кажучи, далеко не сприятливих умовах, а радше всупереч цим умовам на спасенному ентузіазмі. Що ж, це в річищі наших традицій: чи не все найкраще з українських культурних здобутків, як і творчий подвиг Стуса, здійснювалося, набувало плоті й ваги наперекір умовам, у якихось вищих сферах надреальності... З цих аскетично скромних томів постає екзистенційне самоствердження людини, яка вибудувала себе в умовах несвободи, виборола своє прямостояння, явила високі зразки інтелекту й поетичних осяянь, з якими можна гідно виходити на обшири сучасної світової культури... За кількістю нового і невідомого матеріалу, чудом збереженого і щасливо розшуканого, це видання унікальне. Стус вірив, що твори його дійдуть до читача, а для цього зробив багато рукописів. Хоч частина з них загинула (може, безповоротно втрачена остання його збірка «Птах душі» — плід останніх п’ятьох років його невільничого життя), та упорядники явили чудеса винахідливості у прочитанні текстів рукописів, насамперед Дмитро Стус, його дружина Оксана Дворко і Галина Бурлака».

Далі М.Коцюбинська відзначила, що ця праця не-великої групи подвижників, людей, здебільшого, близь-ких до Стуса (рушієм проекту був син поета), досі належно не поцінована. Та велике бачиться на відстані. Виступаючи на презентації, професор Київського уні-верситету Василь Яременко запевнив, що редакційна колегія видання буде висунута на здобуття Державної премії ім. Т.Шевченка. Може, це буде їй замість зарплати, яку вона одержувала (тобто не одержувала), як усі.

Дмитро Стус представив усі томи видання. До пер-шого тому увійшли ранні вірші, написані до ув’язнення 1972 року. Це невидані збірки «Зимові дерева» (упо-рядкував Микола Гончарук), «Веселий цвинтар» (Вален-тина Макарчук). «Круговерть» (Д.Стус). Друга книга увібрала вірші, що лишилися поза збірками.

Том другий з дещо іронічною (Гьотевською) наз-вою «Час творчості (Dichtenszeit)» — це написані за 9 місяців від першого арешту до суду приблизно 200 віршів і 200 перекладів (упорядниці Г.Бурлака та О.Дворко).

Третій том — вірші, що ходили в списках під назвою «Вибране». Це їх Генріх Бьоль висунув у 1985 році на здобуття Нобелівської премії. Але її присуджують тільки живим...

Четвертий том — літературознавчі статті, дра-матургічні спроби і публіцистика. Його підготували Сергій Гальченко та Микола Гончарук.

До п’ятого тому увійшли переклади (М.Гончарук, О.Дворко, Альбіна Шацька).

Нарешті шостий том у двох книгах «Листування» впорядкувала М.Коцюбинська, додавши унікальний «Словник імен, що зустрічаються в листах».

 — Живемо в час парадоксів, — сказав Євген Сверстюк. — Ще ніколи не було в нас так, щоб відверто кримінальний елемент був при владі. З іншого боку, ще ніколи не було так, щоб як сновидіння з’являлися храми, і не лише в Києві, а й по селах. І це відбувається в часи, які ми називаємо скрутними. З’являються книжки, про які ми не могли й снити — що будемо тримати в руках твори забороненого Стуса, щоденники Єфремова, про які тільки ходили легенди. А в кого не вилучали Грушевського? Тепер ми все це маємо. Але це треба осмислити, коли говоримо про нинішні страшні, скрутні часи. Часи завжди різні для різних людей. Ми прийшли поклонитися Василеві Стусу за те, що він зробив неможливе у свій час і за своїх обставин — для нинішніх людей. Нам не найбільше бракує фондів. Вони знайдуться. Треба написати твір — і він так чи інакше буде виданий. «Не доходять ненаписані листи», — каже Надія Світлична. Жодна з цих дев’ятьох книг не мала права з’явитися на світ, хіба за винятком підцензурних листів. Але вони вийшли. Духовний подвиг ніколи не минає марно. Є якась загадкова енергія обірваного життя і є величезна сила сконцентрованої моральної волі, яка орієнтує інших людей. Якби не «сімейний підряд» Дмитра і його дружини Оксани, то не можна було б зрушити цю велику справу. Так само якби не енергія Леоніди і Надії Світличних, то навряд чи були б видані книжки Івана Світличного. Уся справа в людях. Наш час потребує масштабних людей, які здатні заповнити прогалини, які здатні за нинішніх умов не хилитися, не пристосовуватися, не стогнати і не скиглити.

Бачачи, як виходять ці книги, — продовжив Є.Сверстюк, — я думав (вам буде смішно): а де Стус узяв олівця? паперу? Нам же давали олівця тільки заяву написати — і забирали! Стус голодовками виборов собі цей привілей. І щоб йому дружина передала два томи Гьоте. Це було надзвичайно тяжко. Він був людиною прямої постави. Він вимагав, щоб з ним рахувалися, доки він живий. У кожному рядку він такий, як є. Ніде він не зігнувся, не пішов легшим шляхом. І це головний урок Василя Стуса для нас усіх. Це шевченківський урок. Візьміть його підцензурне листування. Воно таке зміс-товне, ніби того цензора не існувало! Або «Феномен доби» — він покликається на заборонених авторів! Це тоді, коли 99% пишучих прикидалися, що вони й не чули тих заборонених авторів... Але за все це треба було платити!

Виступили також директор видавничої спілки «Просвіта» Олександра Коваль, яка без вагань узялася за це видання, голова Товариства «Просвіта» Павло Мовчан, директор Інституту літератури ім. Т.Шевченка академік Іван Дзюба, народний депутат Анатолій Матвієнко, чиїми стрияннями було видано один з томів, Леонід Фінберг — представник Міжнародного фонду «Відродження», коштом якого видано 6 із 9 книг. До речі сказати, що один том видано коштом Благодійного приватного фонду «Кальміус», ще один — громадським коштом, насамперед завдяки збірці Надії Світличної, Канадського інституту українських студій в Едмонтоні. Семен Глузман передав для видання комп’ютери. Держава ж не дала на нього ні копієчки, попри запевнення віце-прем’єра Валерія Смолія при врученні на руки вдови поета Валентини Попелюх 25 січня 1998 року ордена Ярослава Мудрого...

Василеві краяни з Рахнівки Гайсинського району на Вінниччині привезли синові і дружині поета коровай і глечик води з криниці, з якої він пив. А чудові митці Сергій Мороз, сестри Галя та Леся Тельнюк співали пісень на тексти Василя Стуса.

Бюлетень "Права Людини", 1999, №16

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори