пошук  
Публікації › Бюлетень "Права Людини"200032
№32
2000

Бюлетень "Права Людини"

Хроніка

27.12.2000

Луганщина як територія ризику для журналістів

   

За місяць в Луганській області скоєно чотири кримінальні злочини проти журналістів обласних ЗМІ, що дехто з газетярів розцінює як початок кримінального перерозподілу інформаційного простору напередодні виборів.

16 вересня під виглядом пограбування було побито редактора газети “Ракурс” Микола Сєвєрін.

15 жовтня біля свого будинку в центрі Луганська був побитий журналіст телекомпанії “Ефір-1” Валерія Сороколіта.

В ніч з 15 на 16 жовтня було обкрадено редакцію газети “XXI век” та корпункт телекомпанії “1+1”. Злодії не взяли коштовну техніку, їх зацікавленість обмежувалася комп’ютерами та дискетами. Тобто тим, що вміщує інформацію.

19 жовтня в Краснодоні побито кореспондента газети “Наша газета” Анатолія Кибельнюка, що перебував там у відрядженні. Хто наступний?

Олексій Свєтіков, “Луганськінформ-КВУ”

Хроніка

27.12.2000

Хабарник — голова селищної ради

   

Сергій Петренко очолював другий відділ Лутугінського райвійськкомату, коли у 1996 році був обраний головою однієї з селищних рад. Таке сумісництво дозволило йому знайти непоганий засіб для збільшення власного прибутку. Він запропонував призовнику Петру Іваненко шлях, як не піти до армії — “усього” за 400 доларів. І попередив, що коли той не погодиться, то підполковник направить його служити в будівельний батальйон, в компанію до колишніх “зеків”. Отримавши кошти, Петренко виписав довідку про те, що начебто у Іваненка росте другий син.

Таку довідку Петро повинен був оплачувати кожен рік до свого 27-річчя. Нарешті в січні цього року підполковник був затриманий на гарячому, при отриманні хабара у 200 доларів. Прізвища змінені.

“Луганська правда”, скорочений переклад Ірини Свєтікової

Політика і права людини

27.12.2000 | Евгений Захаров, Харьков

Политические преследования в Украине

   

О 26-й годовщине объявления 30 октября Днем политзаключенного в Украине, похоже, не вспомнили. Об этом не сообщило, по моим наблюдениям, ни одно информационное агентство, не написала ни одна газета, не говоря уже об электронных масс-медиа, не было и ни одной публичной акции. Хотя, как хорошо известно, именно украинские узники совести были в числе наиболее активных борцов за статус политзаключенного.

То ли забывчивость эта связана с общей посттоталитарной усталостью, то ли общество стало относиться к политическим репрессиям в СССР как к историческим событиям, произошедшим в чужом государстве, канувшем в Лету, любопытным лишь узким специалистам, но очевидно, что интерес к диссидентам изрядно упал.

А на мой взгляд, зря, потому что украинская действительность дает много оснований для разговора о том, что политические преследования становятся в современной Украине все выразительнее. Об этом свидетельствуют и использование силовых структур для преследования политических оппонентов, и грубое блокирование печати оппозиционных газет “Свобода” и “Информационный бюллетень” (тиражи двух номеров последней изымались из типографии — как утверждает главный редактор, сотрудниками СБУ, и сейчас газета печатается без указания типографии), и отстранение от радиопередачи “Украинская культура вчера и сегодня” журналистки Леси Ворониной только за то, что она дала в эфир без согласования с начальством интервью с Евгеном Сверстюком, в котором Сверстюк критически отзывался о Викторе Медведчуке, бывшем адвокатом по назначению КГБ Василя Стуса в его последнем судебном процессе в 1981 году, а ныне известном политике, первом вице-спикере украинского парламента, и судебный процесс донецкого адвоката Сергея Салова.

Поэтому акции Харьковской правозащитной группы и были связаны с желанием напомнить о Дне политзаключенного и необходимости большего внимания к политическим преследованиям, характер которых существенно изменился. Этому были посвящены публикации в 29-м номере бюллетеня Харьковской правозащитной группы “Права человека”, приуроченные к 30 октября — “Вечный сценарий” (расшифровка радиоинтервью Леси Ворониной с Евгеном Сверстюком) и статья “Через 20 лет” – очерк о харьковских политических процессах 1980-1981 гг. Об этом же шла речь в интервью Е.Захарова харьковской телепрограмме “День за днем”.

На процессе Салова следует остановиться особо (см.также ниже заметку А.Букалова). Накануне выборов 31 октября Салов обнаружил в своем почтовом ящике номер парламентской газеты “Голос Украины”, в котором сообщалось о смерти Леонида Кучмы. Газета была фальшивкой, к ее изготовлению Салов не имел никакого отношения. Он показал номер газеты всего нескольким людям и был арестован: Салова обвинили в нарушении статьи 127 УК Украины “Воспрепятствование избирательному праву”. И вот за это “преступление” Салов был приговорен (в июле!) к пяти годам лишения свободы с отсрочкой приговора на два года, а до этого содержался под стражей в СИЗО. Следует заметить, что адвокат Салова неоднократно просил о замене меры пресечения, и даже представитель обвинения соглашался с этим, но суд был неумолим.

Квалифицировать действия властей в отношении Салова иначе, как политическая репрессия, по-моему, нельзя.

А сколько в Украине прошло уголовных процессов, вызванных политическими мотивами! Словно бы работает формула: “Мы не будем сажать наших политических оппонентов, мы посадим их спонсоров!”. А посадить найдется за что любого, кто занимается бизнесом. Законодательство словно бы нарочно устроено таким образом, что его невозможно не нарушить, и поэтому всякий уязвим и ощущает себя незащищенным. Поэтому властям было так легко, в общем-то, лишить оппозицию поддержки. Но доказать, что уголовное преследование имеет политические корни, как правило, весьма трудно. Тем не менее, ясно одно: политические репрессии будут, если общество с ними смирится и не будет пытаться им противодействовать.

Політика і права людини

27.12.2000 | Александр Букалов, г.Донецк

Права человека — защитника прав человека

   

Накануне президентских выборов в Донецке был арестован адвокат Сергей Салов. Он многим известен тем, что подал иск в суд на государство за пропавший после перестройки в сберкассе вклад, и не сразу, но все же выиграл дело. В этот раз с ним приключилась другая история — у него был обнаружен номер газеты “Голос Украины”, который он вынул из своего почтового ящика, и в котором сообщалось о смерти Л. Кучмы. Номер газеты оказался фальшивкой. И хотя фальшивка в те дни имелась в руках многих граждан, тем не менее именно адвоката обвинили в попытке воспрепятствовать осуществлению избирательных прав граждан. Возможно и даже вероятно, что сыграла роль существенная деталь: сам Салов являлся доверенным лицом кандидата в президенты Александра Мороза. Адвоката несколько месяцев содержали в СИЗО как опасного преступника. В июле он был осужден Куйбышевским райсудом Донецка к пяти годам лишения свободы условно. 15 сентября облсуд оставил приговор в силе.

Сейчас Салов опротестовал решение облсуда его председателю А.Кондратьеву. Адвокат уверен, что преступления не совершал. По его словам, описание его действий в приговоре суда слово в слово совпадает с соответствующей нормой Кодекса об административных правонарушениях и максимум, что ему грозит – штраф. Однако в этой истории возник новый аспект.

Согласно ст.2 Закона об адвокатуре, адвокатом не может быть лицо, осужденное за совершение преступления, приговор в отношении которого вступил в законную силу. А ст. 17 этого же Закона гласит, что по решению квалификационно-дисциплинарной комиссии адвокат может быть лишен права заниматься адвокатской деятельностью. Комиссия коллегии адвокатов рассмотрела вопрос о лишении Салова права заниматься адвокатской практикой. Осужденный адвокат попросил у комиссии время на подготовку объяснительной, и время заседания перенесли на 22 ноября.

Несмотря на отсутствие окончательного вердикта коллег Салова, через несколько дней его не пустили в зал заседания Куйбышевского райсуда для защиты его клиента. Судья, который ведет дело, пояснил, что в рассмотрении дела в суде объявлен перерыв до выяснения легитимности полномочий Салова.

Несколько лет назад автор был очевидцем ситуации, когда в Лондоне у офиса “Международной Амнистии” расположился пикет работников этой организации, которым грозило увольнение в связи с сокращением финансирования и соответственно численности центрального офиса. Пикетчики держали плакаты, на которых было написано: “ПРАВА ЧЕЛОВЕКА — ЗАЩИТНИКАМ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА!”. Похоже, что ситуация с Саловым свидетельствует — Украина уже глубоко в Европе

Катування та жорстоке поводження

27.12.2000 | Олексій Свєтіков, “Луганськінформ-КВУ”

За що вбили людину в антрацитівській міліції?

   

10 вересня 2000 року Сергій Лисий, робітник антрацитівського рудоремонтного заводу, був затриманий міліцією за підозрою у скоєнні крадіжки металу з території заводу. Через тиждень перебування в ізоляторі тимчасового утримання Сергія автомобілем швидкої допомоги привезли до реанімаційного відділення з поламаною грудиною, переломами основи черепа, декількох ребер, рук і ніг. Водночас робітники ДАІ приїхали до жінки покаліченого і запропонували йти з грішми до лікарні, бо інакше чоловік помре. Але ліки, що їх Людмила Лиса принесла на вимогу лікаря, допомогти вже не могли, бо травми, що отримав Сергій в ІТУ були несумісні з життям. І 18 вересня Сергій Лисий помер. За свідоцтвом жінки, що забрала тіло чоловіка для поховання, воно було знівеченим, з поламаними руками, ногами, головою, ребрами. Навіть під нігтями були загнані предмети.

Прес-служба луганського УВД стверджує, що в ІТУ у Сергія почався психічний напад, і він бився головою об стінку. Але лікарі стверджують, що зламати грудну клітину таким чином неможливо. Інше міліцейське пояснення — Сергія “заспокоювали” однокамерники. Таким чином, скоріш за все і на цей раз ніяких наслідків від загибелі людини, затриманою міліцією, і навіть ще не відданої під суд — не буде.

Катування та жорстоке поводження

27.12.2000

О проблеме гуманизации изоляторов временного содержания милиции

   

Президенту Украины Кучме Л.Д.

Уполномоченному Верховной Рады Украины по правам человека Карпачевой Н.И.

Председателю Верховной Рады Плющу И.С.

Премьер-министру Украины Ющенко В.А.

Председателю Конституционного Суда Скомороху В.Е.

Председателю Верховного Суда Бойко В.Ф. Генеральному прокурору Потебенько М.А.

Министру Внутренних дел Кравченко Ю.Ф.

Министру юстиции Станик С.Р.

4 ноября исполняется 50 лет Европейской Конвенции защиты прав человека и основных свобод. В связи с этим, Правлением нашей правозащитной организации на встрече с представителями общественности Луганска 26.10.2000 года было отмечено, что развитие государственного строя в Украине все в большей мере происходит под влиянием Конвенции. Фактическая инкорпорация основных положений Конвенции во Второй раздел Конституции Украины открыла возможность пря-
мого применения норм международного права в зако-
нодательной и правоприменительной практике страны. Вместе с тем, при обсуждении этой практики в нашем регионе участники дискуссии, специалисты высказали озабоченность по поводу отсутствия скоординированной стратегии имплементации норм Конвенции — в сфере досудебных процедур, в судебном процессе, при исполнении наказаний. Значительное число нарушений прав человека обусловлено, в частности, тем, что многие практикующие юристы, воспитанные в традиции доминирования государственного интереса над частным, не способны усвоить концепцию абсолютного характера прав человека. Кроме того, они по инерции не считают нормы Конвенции действующим законодательством, к чему обязывает статья 9 Конституции Украины. К тому же, существует определенная неясность относительно того, каким образом на Украину распространяется юрисдикция Страсбургского Суда, его прецедентное право.

В связи с необходимостью гуманизации правоприменительной практики мы хотели бы обратить Ваше внимание на конкретную, но общезначимую проблему, для решения которой необходимо Ваше участие. Наш Комитет исследует в регионе одну из самых острых правозащитных проблем — применение пыток в процессе дознания в изоляторах временного содержания милиции. Как показывает наш опыт, пытки применяются очень часто — уже одним только тем, что сами условия содержания в ИВС, порядок допросов имеют целью морально сломать человека, чтобы ускорить рас-
следование дела. А часто бывает — чтобы сфальсифи-
цировать дело в угоду порочной практике милицейской отчетности по критерию раскрываемости преступлений.

Нам известны случаи трагического исхода содержания в ИВС. Последний такой случай — в г. Антраците. 10.09.2000 года рабочий рудоремонтного завода Лысый С.Д. (г.Антрацит, п.Боково-Платово, Петренко,4) был помещен в ИВС Антрацитовской милиции по подозрению в краже металлоконструкций, а 17.09.2000 года машина скорой мед. помощи вывезла его из ИВС с травмами, несовместимыми, как сказал врач Чернявский И. С., с жизнью. 18.09.2000 года Лысый С.Д. умер в реанимационном отделении ЦГБ. Практика пыток опасна еще и тем, что она затягивает работников милиции, прокуратуры, суда в порочный круг преступных отношений, из которого при существующей системе дознания, следствия, надзора и суда нет выхода. Вот крайне показательный и трагический пример.

Гражданин Российской Федерации Перекрест Вла
димир Викторович был задержан сотрудниками Лутугинского РО УМВД в Луганской области 01.04.1999 года для “выяснения личности” — он гостил у родных и имел при себе паспорт. В течение дня его допрашивали на предмет причастности к недавнему убийству Чивик М.0. При этом сотрудники уголовного розыска начали избивать Перекреста В.В., добиваясь признания в убийстве. Родные задержанного показали, что он был дома во время убийства, но их показания не приняли во внимание. Поскольку Перекрест В.В. был избит, его уже не могли просто отпустить. Поэтому начала действовать логика репрессивной машины: сначала выносится постановление о задержании за якобы оказанное сопротивление милиции, на следующий день суд выносит решение об аресте на 15 суток, его помещают в ИВС и продолжают выбивать признания в убийстве. При этом применяются орудия пыток — противогаз, палки. Впоследствии Перекрест В.В. не выдерживает истязаний, пишет под диктовку явку с повинной, его направляют в больницу с диагнозом: острая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, гематома теменной области и голеностопного сустава. В больнице его охраняет сотрудник милиции, держит в наручниках, прикованным к кровати. То есть пытки продолжаются и в больнице. После выписки его опять поместили в ИВС, причем 10 суток содержали без всякого обоснования, даже надуманного. Жалоба адвоката Гавриш Д.И. по поводу пыток была расследована таким образом, что, оказывается, Перекрест В.В. получил увечья при падении в камере ИВС со второго яруса кровати. Правда, на суде выяснилось, что в камере не было двухярусной кровати, он спал на настиле высотой 0,6 метра. А свидетельские показания о “падении”, как выяснилось, были сфальсифицированными. Тем не менее, прокуратура всячески пытается добиться приговора по делу. Лутугинский суд дважды ставил под сомнение убедительность доводов обвинения, дело сейчас передано в Ленинский райсуд Луганска. Срок содержания Перекреста В.В. под стражей истек, и он содержится в настоящее время в Луганском СИЗО, как считает адвокат, незаконно. Это трагедия не только Перекреста В.В. — это трагедия всего украинского судопроизводства, правоохранительной системы, которая стремительно вырождается в репрессивную машину, обслуживающую корпоративные интересы.

Мы считаем, что европейский вектор развития Украины не может быть обеспечен без глубокого реформирования правоохранительной системы. Согласно Конвенции, запрет пыток, безусловное соблюдение прав человека имеет абсолютный характер, и именно эта презумпция, а не смена мундиров и вывесок, должна быть положена в основу реформы. Мы предлагаем принять специальный закон об условиях и порядке содержания в ИВС, устанавливающий институциональные и процедурные гарантии против жестокого обращения с задержанными в милиции на основе европейских правовых стандартов. Этим же законом необходимо создать постоянно действующий независимый механизм в стране для рассмотрения жалоб о жестоком обращении и пытках. Нынешнее положение, когда правоотношения между задержанным и должностными лицами регулируются приказами Министра, только усугубляет ситуацию. Позвольте также обратить Ваше внимание на то, что проблемы с задержанными и содержащимися в ИВС значительно возрастут после 28 июня 2001 года, когда потеряет юридическую силу п. 13 “Переходных положений” Конституции Украины. Обращаясь к Вам, мы исходим из того, что в трудное время кризиса философия реформ должна отводить ключевую роль правам человека, как важнейшему гуманитарному ресурсу развития. С этой целью необходима выработка общенациональной правозащитной стратегии, на основе которой будут объединены усилия как государственных, так и неправительственных правозащитных организаций.

С уважением,

Председатель правления Общественного Комитета защиты конституционных прав и свобод граждан Н.Козырев.

 

Коментар “ПЛ”: Ми пропонуємо читачам “ПЛ” , і фізичним, і юридичним особам підтримати звернення луганської правозахисної організації. Пропонуємо читачам “ПЛ” звернутися до найвищих керівників держави з вимогою розслідувати і дати належну публічну оцінку фактам, наведеним п.Козирєвим. Якщо не перервати ланцюг безвідповідальності за людське життя, ми і надалі будемо мати кримінальне суспільство і незахищених громадян.

Соціально-економічні права

27.12.2000

Відкрите звернення Харківського обласного відділення Всеукраїнської громадської організації “Комітет виборців України”

   

У цей складний час звичайній людині вижити важко. Підвищуються ціни на продовольчі товари, комунальні послуги, паливо та, як виявляється, ще й на послуги щодо оформлення різноманітних документів. Коли дорожчають приватні послуги — це зрозуміло, але через що відбувається підвищення цін на послуги державних установ нам, клієнтам, ніхто пояснити не може. Що ж мається на увазі? Якщо Ви проживаєте у Харківській області і вирішили, наприклад, оформити закордонний паспорт, то крім звичайних платежів (державне мито, страхування та послуги відділу ПР і МР УМВС України в Харківській області) Вам доведеться заплатити ще ні багато, ні мало 40 гривень за введений з 1 серпня пакет послуг під назвою” “Видача та оформлення бланків, заяв-анкет, облікових карток”. При цьому отримувач платежу є не державне, а приватне підприємство-посе-
редник ВКФ “ЮРКОН”. Як нам стало відомо, цей пакет послуг не передбачений п.1 Постанови КМУ від 11.07.91 р. № 85 (за станом на 01.08.1995 р.), а є нововведенням працівників вищезгаданої установи саме в Харківській області. Тож, якщо взяти до уваги те, що скоріше всього буде введений візовий режим в’їзду на територію Російської федерації, залишається лише поспівчувати тим харків’янам, які час від часу виїжджають чи то до родичів, чи то по справах в ту ж саму Бєлгородську область. Ситуація ускладнюється ще й тим, що не кожен харків’янин може дозволити собі заплатити таку суму. Ми звертаємося до представників місцевої влади, депутатів Верховної Ради, керівництва МВС в Харківській області з пропозицією роз’яснити ситуацію навколо згаданої проблеми і, якщо не відмінити, то хоча б змен-
шити суму платежів. Закликаємо ЗМІ та громадські організації Харківського регіону приєднатись до висвітлення та вирішення цієї проблеми.

Михайло Камчатний

Голова Правління ХОВ ВГО КВУ

Від редакції “ПЛ”: виявилося, що проблема медичної реформи дійсно на часі в нашому суспільстві. Мабуть бюлетень №29 ще не встиг потрапити до наших читачів, а ми вже отримали повідомлення про стан справ з охороною здоров’я в Тернопільській області. Дані надіслані до редакції екологічно-гуманітарним об’єднанням “Зелений світ”.

Право на охорону здоров’я

27.12.2000 | Олександр Степаненко, м.Чортків

Сумна статистика...

   

Тенденції у справі охорони здоров’я у Терно-пільській області, взагалі ті ж самі, що і в Україні в цілому: захворюваність росте, медичні установи і лікарі скорочуються. Власне із скороченням медичних працівників ще можна було б погодитися, бо дійсно потрібно оптимізувати кількість лікарів, особливо у містах. Але само по собі скорочення лікарів без впровадження у роботу органів охорони здоров’я сучасних методів організації лікувального процесу, нових методів лікування і профілактики хвороб, нічого не покращить і не забезпечить дійсної економії. Бо необачливе скорочення лікарів може привести до подальшого зростання захворюваності серед населення. Зараз матеріальне, фінансове та інформаційне забезпечення галузі впало нижче будь якого прийнятного мінімуму. Сільської медицини вже фактично нема. Сільські мешканці майже перестали звертатися до лікарів: немає грошей заплатити хоча б за елементарні ліки, та й якість медичної допомоги у сільській місцевості погіршилася. У зв’язку з цим занижені офіційні дані по онкозахворюванням, інфекційним та венеричним хворобам, лептоспірозу та туберкульозу (останній зараз на рівні 40-50-х років). Серцево-судинні, на мою думку, дещо завищені, тому що у випадках смерті на дому причини смерті, як правило, не з’ясовуються, а в довідці, частіше всього пишуть “від серця”. Народжуваність особливо стрімко падає в останні три роки. Усі статистичні показники по Тернопільській області, наведені в таблицях, складені Управлінням охорони здоров’я Тернопільської обласної державної адміністрації. Для порівняння наведені аналогічні статистичні показники по Україні в цілому, що були надруковані у Короткому статистичному довіднику Державного комітету статистики України — “Україна в цифрах у 1999 році”.

 

 

захворюваність на туберкульоз

захворюваність онкопаталогією

захворюваність на венеричні хвороби

 

захворіло всього

зареєстровано всього

захв.сифілісом

захв.гонореєю

 

абс.число

на 100 тисяч

абс.число

на 100 тисяч

абс.чис-ло

на 10 тисяч

абс.число

на 10 тисяч

Тернопільська обл

3201

27,41

22021

189,21

4171

3,5841

4341

3,731

Україна в цілому

27 100

54,6

754 400

1525

566 800

11,4

26 100

5,26

Показники за 9 місяців 1999 року

Народжуваність, смертність і природний приріст (скорочення) населення (на 1000 нас.)

показник

1990

1996

1997

1999

 

Тернопіль-ська обл.

Україна в цілому

Тернопіль-ська обл

Україна в цілому

Терно-піль-ська обл

Україна в цілому

Тернопіль-ська обл

Україна в цілому

народжуваль-ність загальна

14,2

12,7

11,5

9,1

10,9

8,7

9,6

7,8

смертність загальна

12,8

12,1

13,9

15,2

14,3

14,9

14,3

14,8

природний приріст

1,4

0,6

-2,4

-6,1

-3,4

-6,2

-4,7

-7,0

смертність немовлят

11,4

12,8

13,3

14,3

12,5

14,0

13,3

12,8

Аналіз цих даних приводить до песимістичних висновків. Тому добре, що бюлетень “ПЛ” порушив тему права на медичну допомогу. Я погоджуюся з думкою п.Сухорукової, що “суспільство на диво легковажно ставиться до проблеми”. Гадаю, що позиція уряду стосовно практичної медицини з повною відповідальністю можна окреслити, як аморально-злочинну: фінансування нижче всякого прийнятного мінімуму, ніякої стратегії виведення галузі з колапсу, немає навіть серйозних розмов на цю тему. Складається враження, що влада зняла з себе відповідальність за долі хворих людей, що їм просто пропонується тихо вмерти. Можна критикувати радянську модель охорони здоров’я, однак не можна заперечувати того факту, що система таки була: недосконала у чомусь, але реально працююча. А на фасадах сьогоднішніх клінік не буде гротеском гасло: “Хочеш жити? — Плати!”

Медична громадська організація “Пульс України”, яка була створена під час передвиборної активності екс-міністра Раїси Богатирьової, звернулася до депутатів Верховної Ради з проханням подати до Конституційного Суду України подання стосовно тлумачення досить декларативної статті 49 Конституції України про безоплатність медичної допомоги. Сама по собі мета звернення можливо і має сенс: офіційне тлумачення цієї статті повинне бути. Як на мене, і сама редакція статті колись мала б змінитися на більш конкретну. В той же час, найважливіше, що можна прочитати між рядків “Звернення” — переконання (і слухняна згода з тим), що влада бюд-
жетних грошей на медицину не дасть! Отже, тягар видатків по медичній реформі пропонується перекласти на плечі платників податків, і тиха медична громадськість нічого не має проти.

І все ж, якщо мені запропонують підписати це звернення, я це зроблю заради того, щоб проблеми медичної сфери, нарешті, зазвучали в парламенті. Я за створення солідарних фондів фінансування, за розвиток механізмів медичного страхування. Однак, гадаю, треба бути повним ідеалістом, щоб сподіватися, що усе це запрацює достатньо швидко і підтримає на плаву нещасну систему охорони здоров’я. І не хто інший, а саме наша надто скромна у подібних речах держава повинна взяти на себе основну частину видатків по фінансовому, матеріальному, кадровому, інформаційному і т.п. забезпеченню обов’язкового мінімуму безоплатної допомоги. Цей мінімум повинен бути нормативно окреслений, фінансуватися із державного бюджету і гарантуватися усім — від Гаранта до бомжа. Усе інше — будь ласка, за рахунок муніципального, страхового, приватного фінансування. І є очевидним, що держава дасть кошти на забезпечення такого більш-менш прийнятного мінімуму медичної допомоги лише за умови, якщо цього буде вимагати суспільство, громадськість, можливо, і Церква.

Отже, проблема повинна звучати, аби стати пріоритетною. Бажано і на сторінках “ПЛ”.

Кримінально-виконавча система

27.12.2000 | Георгий Радов

Правовые основы участия институтов гражданского общества в деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы Украины

   

Проблема правового регулирования участия институтов гражданского общества в деятельности учреждений по исполнению наказаний представляет большой интерес как для юридической науки, так и для практики. Действующее законодательство Украины в обобщенном виде не дает исчерпывающего перечня форм и направлений такого участия. Вместе с тем правовая система нашего государства располагает некой совокупностью нормативно-правовых актов, предметом регулирования которых в той или иной степени является данная сфера. Следует подчеркнуть, что термин “гражданское общество” в этих документах не употребляется. Как правило, законодатель применяет термин “общественность”, подразумевая при этом общественные организации и отдельных граждан. Однако гражданское общество представляет собой более сложное образование, и говорить о тождественности этих терминов не корректно. Учитывая, что наша Конституция провозглашает Украину демократическим правовым государством, правильнее будет вести речь о гражданском обществе, не ограничиваясь более узкими рамками понятия “общест-
венность”.

Особое место в правовом регулировании обсуж-
даемого вопроса занимают международные правовые акты. Согласно положениям Закона Украины “О действии международных договоров на территории Украины” от 10.12.1991г. и “О международных договорах Украины” от 22.12.1993 г., а также статьи 9 Конституции Украины, подписанные и ратифицированные международные договоры Украины составляют неотъемлемую часть национального законодательства. В случае, если положения национального и международного документа расходятся, то применяются нормы последнего.

Начнем обзор с “Положения о государственном департаменте Украины по вопросам исполнения наказаний”. В пункте 4.8 Положения говорится, что Департамент “обеспечивает организацию воспитательной работы с лицами, которые содержатся в учреждениях, привлечение к ее проведению представителей творческих союзов, общественных и религиозных организаций, трудовых коллективов”. Обратите внимание: “привлечение общественных организаций к работе с осужденными” — это не есть обязанность общественных организаций, это обязанность персонала. Именно он должен обеспечивать привлечение общественных организаций. А если их нет — содействовать их созданию. Вторая норма, которая усиливает это требование — п.6 Положения. Он гласит: “Депар-тамент в процессе выполнения возложенных на него обязанностей взаимодействует... с органами местного самоуправления, общественными организациями”. Это тоже категорический императив. Департамент не может игнорировать это при организации своей работы.

Когда мы ведем речь о международных правовых документах, мы должны учитывать специфику правового регулирования. А она такова, что зачастую в них не предписывается, что и как конкретно необходимо делать. И это не случайно. Закон ограничивается формулировкой юридического принципа. В этом состоит очень важное различие между нашими ведомственными документами и международными правовыми актами. Конкретное применение принципа может регулироваться либо дополнительным нормативным документом, либо непосредственно исполнителем. При этом его действия часто не требуют дополнительной регламентации, главное — чтобы они не противоречили принципу. Однако мы в нашей стране привыкли к тому, что регулируется любая мелочь. Например, если в ведомственной инструкции укажут, что окно должно быть шириной 2 и высотой 3 метра, то тебя накажут, если оно окажется шириной 2,30. Или если установлено, что койки в штрафном изоляторе должны закрываться на ночь, а их не закроют, то и в этом случае последствия будут неприятными. Но таким способом вопросы взаимодействия с институтами гражданского общества регулировать нельзя. Формы участия гражданского общества в деятельности тюрьмы могут быть настолько многообразны, что их в законе все перечислить просто невозможно. Для этого очень важно установить законодательный принцип, который необходимо соблюдать. Законодательный принцип — это нечто более важное, чем конкретная норма. Если мы его не учитываем в своей практической деятельности — значит, мы нарушаем закон. Впрочем, мы с вами привыкли к тому, что для нас основной прерогативой регулирования нашей деятельности являлся даже не закон, а приказ. Те, кто давно служит, наверное, помнят, как это бывало: принимают, например, в стране закон об административном надзоре. Но он не исполняется сразу после опубликования. Только после того, как приходит приказ об исполнении закона, иногда через полгода, закон начинают исполнять.

Но я предлагаю посмотреть на взаимодействие с гражданским обществом с точки зрения меркантильных интересов тюремного ведомства. В лице общественных организаций мы нередко можем получить поддержку, рассчитывать на солидарность людей, которые понимают, что в тюрьме работать не так просто, как кажется на первый взгляд. Непосредственно с осужденными работаете вы. Но общественные организации могут привлекать общественное мнение к нашим проблемам, могут воздействовать — как юридические лица! — на определенные чиновничьи слои. Тюрьма — один из социальных и государственных институтов. Уголовное наказание предполагает лишение только некоторых прав и свобод, все остальные за человеком сохраняются. Эти права зафиксированы во Всеобщей декларации прав человека, они неотъемлемы ни при каких обстоятельствах. Даже если кто-то совершил убийство, государство не может лишить этого человека определенных прав. Именно для защиты основных прав человека и создаются правозащитные организации. Правозащитники — это люди, которые стоят на страже соблюдения прав человека. Мы живем еще не в правовом государстве, у нас правовой нигилизм является нормой государственной и общественной жизни. Поэтому основные права и свободы человека должны постоянно быть для нас ориентиром.

Я знаю, что в каждой колонии есть и Всеобщая декларация прав человека, и пакты есть, и Минимальные стандартные правила, которые определяют нашу деятельность по отношению к осужденным. Всего имеется 89 различного уровня международных нормативных документов, которые связаны с тюремной деятельностью. В большинстве из них вы найдете предписания, которые так или иначе требуют от тюремной администрации взаимодействия с гражданским обществом и предоставления ему возможности на равных отслеживать те процессы и явления, которые происходят в тюрьме. В ст. 61 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными говорится: “необходимо везде, где это возможно, привлекать общественные организации к сотрудничеству с персоналом учреждения”. Еще раз хочу подчеркнуть — речь идет о предписаниях, адресованных тюремным работникам. Именно они должны привлекать общественные организации. Не ждать, когда те придут, и тем более не давать им от ворот поворот, когда кто-то из них приходит, а стимулировать их интерес к системе, привлекать их, любить и, если хотите, пытаться им понравиться. В Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными речь идет не только о юридических лицах или объединениях граждан. Допускается участие и отдельных граждан. В пункте 2 ст. 49 Правил записано: “Возможно использование в учреждениях исполнения наказаний работы граждан на общественных началах”.

Очень большой опыт такой работы есть у аме-
риканцев, например, программа “Старший брат”. Основы этим программам были положены очень давно в Англии, в учреждениях для подростков. Там отставные моряки военного морского флота приходили в эти учреждения как частные лица и учили мальчишек морскому искусству, рассказывали о путешествиях. Такие программы дают очень хорошие результаты. Прежде всего потому, что направлены на личность. Человек как индивидуальность в массовых мероприятиях теряется, он не ощущает духовный, душевный контакт с ведущими мероприятия, не может поделиться с ними своими эмоциями, не может получить ответ на личные вопросы в доступной именно ему форме. Это вопрос достаточно сложный, но я хотел акцентировать внимание не на целесообразности индивидуальной работы, а на ее юридической стороне. Необходимо иметь в виду, что для таких форм работы в учреждениях есть правовые основания. Аналогичный подход зафиксирован и в Европейских тюремных правилах (ЕТП) — усовершенствованном варианте Минимальных стандартных правил. Обязательность их реализации вытекает из факта вступления Украины в Совет Европы. Для нас Европейские тюремные правила составляют основу для организации деятельности учреждений по исполнению наказаний, хотя формально они носят рекомендательный характер. Статья 89 ЕТП предписывает необходимость доступа в учреждения представителей любых общественных организаций, но в первую очередь тех, что помогают осужденным. Это могут быть общества психологической поддержки, оказывающие услуги лицам, находящимся в тюрьмах. Их энтузиасты оказывают заключенным конкретную помощь: проводят аутотренинги, помогают преодолевать психологические проблемы, депрессивные состояния и т.д. Они бесплатно делают то, что на самом деле требует немалых денег, которых в распоряжении администрации нет.

Есть еще один любопытный взгляд на правовую основу участия общественности в деятельности нашей системы. Он вытекает из ведомственных документов различных отраслей, на первый взгляд никакого отношения к тюрьме не имеющих. По меньшей мере, слово “тюрьма” в них не присутствует. Но, для понимания их связи с тюрьмой, я бы предложил вам выйти за пределы привычного стереотипа и рассматривать тюрь-
му не только как орган исполнения наказания. Давайте посмотрим на нее, как на институт государственной и общественной жизни, задача которого — обеспечение конституционных прав и свобод для лиц, которые пребывают в местах лишения свободы. Тюрьма не только исполняет наказание. Она — полифункциональное учреждение, которое одновременно “и швец, и жнец, и на дуде игрец”. Она должна и исполнять наказание, и воспитывать, и заботиться о содержании заключенных. Но это далеко не все ее функции. Тюрьма обязана обеспечивать заключенных информацией, она должна охранять их здоровье, решать вопросы обеспечения трудом и т. д. Эти виды жизнедеятельности общества регулируются соответствующими отраслевыми законодательствами. Например, имеются нормативные документы по вопросам охраны здоровья. Положения этих документов впрямую не связаны с уголовным наказанием. В то же время осужденный имеет право на охрану здоровья, как и любой другой человек. При этом законы предусматривают, что для обеспечения охраны здоровья людей и для повышения эффективности данной деятельности, в ней, кроме государственных структур, обязательно принимают участие и общественные структуры. Статья 6 Закона Украины “О здравоохранении” предусматривает участие граждан и общественных организаций в такой деятельности с целью содействия охране здоровья. Осужденный — объект правовой защиты этого закона в той же мере, как и мы с вами, и для защиты его прав на охрану здоровья могут создаваться общественные организации. Спектр проблем, касающихся тюремной системы и для решения которых могут создаваться общественные организации, довольно широк. Юридическая основа для этих организаций существует.

В своей деятельности работникам системы испол-
нения наказаний не стоит ограничиваться только Исправительно-трудовым кодексом. Кодекс насчитывает всего немногим более ста статей. Тюрьма по спектру ее функций — это государство в государстве, и сотней статей все многообразие жизни в ней не урегулируешь. Да и не надо ИТК регулировать права и свободы осужденных граждан в той их части, которую они не утратили, ибо здесь действуют законодательные нормы, общие для всех. Я хотел бы подчеркнуть, что закон в какой-либо отрасли не только допускает создание общественных организаций в данной сфере, но и предусматривает иногда право контроля с их стороны. Например, ст. 46 Закона Украины “Об охране труда” предусматривает общественный контроль соблюдения законодательства об охране труда, который осуществляется трудовыми коллективами, профессиональными союзами и другими организациями. Несколько слов о Законе “Об информации”. Право граждан на информацию гарантируется нашей Конституцией. Во Всеобщей декларации прав человека говорится о свободе выражения, о свободе слова. Человек имеет право знать все. Даже если он приговорен к смертной казни — он имеет право знать, когда, где и за что его казнят. Если мы хотим иметь позитивный результат, мы должны делать то, что от нас требует закон. Такой подход радикальным образом может влиять не только на результаты нашей работы, но даже на существующий в местах лишения свободы климат. Кстати, в Законе “Об информации” в качестве субъекта контроля соблюдения норм закона могут выступать и общественные организации.

Правовое поле представляет нам колоссальный простор для творчества. Но для того, чтобы руководствоваться законами, надо, как минимум, знать эти законы. Без знаний нельзя созидать. Посмотрите многие законы — и вы откроете для себя колоссальные возможности и перспективы. Воспользуйтесь этими возможностями, пусть ваша работа в этом направлении будет носить не эпизодический, а систематический характер. И тогда обе стороны — и тюрьма, и общество — смогут полнее удовлетворить свои интересы. Я не буду говорить о банальных нормах Исправительно-трудового кодекса, которые известны и предписывают участие общественности в тюремной деятельности. Это нормы уже архаичные. Но немало возможностей открывает перед местными органами власти Закон о местном самоуправлении. Он допускает создание специальных структур для решения социальных проблем, которые существуют в данном регионе. Среди таких проблем вполне могут быть и проблемы тюрьмы. Органы самоуправления могут создавать общественные организации, существующие за счет средств местного бюджета. Таким образом, можно привлекать дополнительное финансирование из местного бюджета на осуществление тех программ и решение тех проблем, которые возникают в местах лишения свободы. И еще один Закон — о благотворительности и благотворительных организациях. Этот закон создает колоссальные предпосылки для деятельности благотворительных организаций. Он предусматривает налоговые льготы для физических и юридических лиц, которые отдают часть своих доходов, сбережений или имущества на благотворительную деятельность. Этот же закон освобождает от ряда налогов те организации, которые существуют только на пожертвования и членские взносы.

Хотел бы отметить, что сейчас можно использовать не только достоинства существующей правовой системы, но даже и ее недостатки. А законодательных актов с недостатками и противоречиями у нас много, в том числе и среди тех, что регулируют отношения с несовершеннолетними. И эти противоречия, как ни странно, можно использовать на пользу взаимодействия между тюрьмой и обществом. Персоналу учреждений с об-
щественными организациями придется не просто сотрудничать, а жить. И рано или поздно это сотрудничество все равно состоится. А потому уже сегодня нужно начинать нарабатывать какие-то методы взаимодействия, какие-то приемы, отрабатывать механизмы взаимоотношений, которые позволят потом меньше совершать ошибок. Нам к этой цели надо идти через практику, через притирку с теми НПО, которые приходят в учреждения сегодня. Хотя, я повторяю, их пока очень мало.

В условиях демократического правового государства, которое строит Украина, отсутствие в качестве субъекта государственной правовой деятельности институтов гражданского общества есть нонсенс. В любом нормальном обществе — это обязательный атрибут — то, что создает систему противовесов исполнительной власти и является одним из принципов организации общественно политической жизни в демократическом правовом государстве. Если нет таких организаций, либо если они не развиты — гражданское общество не структурировано. Тогда создаются предпосылки для перекосов в обществе. Природа не терпит пустоты: если в социуме нет самостоятельно возникших институтов гражданского общества, их место обязательно займут представители власти и станут от имени общественности решать за общество так, как выгодно им. Тюремная система без общественных организаций не обойдется. А потому мы сегодня не только можем, мы обязаны содействовать созданию и поддержке таких организаций, как непременному условию, которое обеспечит качественное функционирование нашей уголовно-исполни-тельной системы. Это есть категорический императив: любые попытки блокировать участие гражданского общества в деятельности тюрьмы неминуемо приведут к краху системы, неминуемо подтолкнут ее в то состояние, которое известно нам как ГУЛАГ. Ведь ГУЛАГ не возник сам по себе, он не мог сам себя создать, он стал логическим следствием диспропорций между обществом и государственной исполнительной властью.

Мы сегодня, к сожалению, в реальной жизни не имеем разветвленного и структурированного гражданского общества, которое имеется в цивилизованном мире. У нас общественных организаций очень немного. Работают они в разных сферах, а вот что касается тюремной сферы, то такие организации можно перечесть по пальцам. Чем больше будет институтов гражданского общества, занимающихся разными аспектами общественной жизни, чем более структурированным будет общество, тем лучше. Создавая общественные организации, группы людей не просто объединяются по интересам, они приобретают юридический статус, являются равноправными субъектами государственно-правовой деятельности, с их мнением должны считаться государственные структуры. Если закон достаточно полно регулирует права и обязанности этих общественных институтов и механизмы для реализации этих прав, то тогда взаимодействие продуктивно. Тогда не возникают ситуации, когда юридически оформленная организация приходит в тюрьму, а начальник говорит: “Я вас сегодня не пущу”. Правовой механизм не позволит начальнику так поступить без достаточных оснований. А если он все-таки так сделает, то может поплатиться карьерой. Нормативная база не должна быть абстрактной, она должна создавать механизмы, позволяющие ее реально применять. Мы сегодня пока еще не имеем четких и ясных норм, которые снимали бы проблемы во взаимоотношениях тюрьмы и НПО и создавали бы правовые механизмы для обеспечения взаимодействия между персоналом учреждений и гражданским обществом.

У недержавних організаціях

27.12.2000 | Олександр Багін

Звіт про учбовий візит до Польщі

   

Українські екологічні неурядові організації багато чули про надзвичайні успіхи Польських НДО в їх розвитку та впливу на становлення в державі громадянського суспільства. Було дуже цікавим подивитися своїми очима на стан екологічного руху Польщі та ознайомитись з досвідом участі громадськості в прийнятті рішень. Тим більш, що Польща готується увійти до європейської спільноти.

При підтримці голландської організації Mіlіeukontakt Oost Europa, на запрошення екологічної недержавної організації “Польска зелена сіть”, групі представників українських НДО була надана можливість приїхати до Польщі та вивчати методи діяльності польських колег. Наприкінці червня дев’ять лідерів українських екологічних організацій поїхали до Польщі і на протязі тижня побували в чотирьох містах та зустрілись майже з двома десятками представників різноманітних організацій та з державними службовцями.

На початку візиту нас ознайомили з туристично-фермерським господарством під Варшавою. Таких господарств за останні роки у Польщі виникло дуже багато. Держава підтримує цей рух і надає пільгові кредити. Це дуже цікавий досвід розвитку аграрного сектору. В цьому господарстві нам були організовані зустрічі з представниками громадського Інституту екології. Ця недержавна, неприбуткова, наукова установа, яка виникла з метою обслуговування громадських організацій, журналістів, студентів, тощо (E-maіl: [email protected] www.most.org.pl/bwle). Цей інститут приймав участь у створенні “Зеленої мережі”, має велику відеотеку, розробляє проекти з енергозбереження, по вирішенню проблем транспорту та побутових відходів, втілює альтернативні еколого-освітні програми.

Наступна зустріч була з керівником “Центру екологічного лобіювання”. Цей центр має інформаційне бюро, а керує ним рада з 21 особи, яка і визначає пріоритети. Основне завдання — добування та поширення інформації та пробивання прийняття необхідних рішень. Аналогічної організації в Україні немає.

У Варшаві наступного дня ми ознайомилися з роботою Інституту Екорозвитку. Основне завдання цієї установи — сприяння екологічного розвитку суспільства. Він займається розробкою регіональних програм екорозвитку і ще — розвитком екологічного туризму та сільського господарства. Реалізує деякі міжнародні програми. Інститут займається видавництвом, проводить конференції та семінари. Ще він вирішує проблему адаптації польських законів до європейських та розробляє рекомендації для співпраці НДО та держадміністрацій у вирішенні конкретних екологічних проблем, займається моніторингом та аналізом статистичної інформації. В цьому інституті розроблена програма “Зелені легені Європи”.

У Вроцлаві відбулася зустріч з керівником відділу охорони довкілля воєводства (у Польщі відбувається адміністративна та територіальна реформа). Ми дізналися що екологічні платежі у Польщі не йдуть до бюд-жету, а зараховуються у спеціальні фонди різних адміністративних рівнів. За це вже давно борються екологічні організації України. В ті ж фонди сплачуються податки за відходи, в тому числі — за побутові.

Це дуже важливий момент у вирішенні проблем санітарної очистки міст та збору відходів. В цьому воєводстві є цікавий досвід співпраці з громадськими організаціями. Екологічні фонди мають наглядові ради, у які входять представники адміністрацій, недержавних організацій, бізнесу та вчені. Це закріплено Законом. Для більш ефективних дій спільно створюються оргкомітети різних заходів.

В цьому ж місті ми відвідали НДО “Центр екологічного розвитку”. Ця організація використовує різні методи та форми роботи. Має дуже широкий спектр напрямків діяльності — від екоосвіти та використання велосипедів до проведення кампаній по переробці побутового сміття.

Дуже цікавою була бесіда з представниками “Центру права екологічного”. Центр виконує законотворчу роботу, проводить тренінги для НДО, здійснює консультації та захищає права різних суб’єктів права. Це в минулому була група юристів при правничому інституті, а зараз вже окрема організація. Діяльність цієї організації дуже схожа на мережу організацій “Еко-Право” в Україні. Було зазначено, що є проблема створення кишенькових громадських організацій. Це роблять як держструктури, так і бізнес-структури.

Краківські зустрічі почались з відвідування “Центра освіти екологічної”. Цей центр виконує багато роботи по розробці екологоосвітніх навчальних програм та видає різноманітну екологічну літературу. Його діяльність багато чим схожа на екологоосвітні центри в Україні але поль-ські організації мають кращу фінансову підтримку як на місцевому рівні, так і від міжнародних фондів, особливо європейських. Тут ми придбали деякі підручники та посібники.

Далі на нас чекали представники організацій “Сприяння екологічним ініціативам” та “Клубу екологічного”. Перша організація насамперед виконує сервісні функції для інших організацій, в тому числі і юридичні. Історія екологічного руху Польщі починається десь у середині 80-х років. За цей час екологічний рух неодноразово переживав кризу. Зараз він структурований на всіх адміністративних рівнях і стабілізований, але є деякі проблеми стосунків між старими та молодими лідерами. На теперішньому етапі основне завдання зеленого руху — щоб закони почали працювати.

В адміністрації міста Кракова ми дізналися, що існує проблема побутових звалищ та переробки сміття. Міська адміністрація спільно з громадськими організаціями реалізує освітні програми для школярів, населення, управлінців та підприємців. У Польщі впевнені, що чимменш влада буде втручатися в процес розподілу грошей екологічних фондів, тим ефективніше вони використовуються. Дуже важливим є те, що частина фондів обов’язково використовується на фінансування програм і проектів громадських організацій.

Представники влади визнають, що вони іноді бувають неправі і приймають помилкові рішення, тому повинні бути організації, які могли б висловлювати свою точку зору та протестувати. Нас поінформували, що державні фонди фінансують громадські акції та заходи майже на 60 відсотків. Але ця система ще неостаточна, вона удосконалюється. Ще було цікавим дізнатися, що у відділі комунального господарства працює 120 спеціалістів — з них 60 займаються охороною природи.

Останнім містом нашого учбового візиту був Люблін. Нас приймала організація, яка і запросила українських екологів відвідати та вивчити досвід польських організацій це НДО “Для природи і людини”. Ця організація входить до “Польської зеленої мережі”. Очолює організацію Йоана Фурмага, представник нового, молодого екологічного руху Польщі. Інформаційне бюро організації випускає свій часопис “Ойкос” — екологічний журнал. Декілька проектів зараз реалізує ця організація з екологічної освіти.

Загальне враження таке, що Польща значно сягнула вперед в розвитку економіки та громадського суспільства, є певні успіхи громадських організацій у спів-праці з державними установами та участі у прийнятті рішень. Цей учбовий візит дав багато нової інформації про можливості громадського руху, встановлені нові контакти, з’явились пропозиції до подальшої співпраці та ідеї щодо нових проектів

У недержавних організаціях

27.12.2000 | Алексей Светиков, г.Северодонецк

Мы — в Польше

   

Варшава для нас началась с аэропорта, значительно более “многосамолетного”, чем родной Борисполь. Иные профили воздушных кораблей на стоянках. К тому же, сразу после посадки начала преобладать польская речь наших попутчиков по рейсу “Украинских авиалиний”. А до этого казалось, что в самолете летят исключительно украинцы. Так что “языковой барьер” возник незамедлительно, и только присутствие все знающего и на всех языках говорящего Сергея Выхриста придает уверенности. И еще удивило полное равнодушие к нам польских таможенников — их было легко не заметить.

В здании аэропорта нас встречают трое: перевод-чик Валентин (житель Ковеля, обучающийся в институте в Люблине,) с ассистенткой, и молодая энергичная особа, похожая на студентку-старшекурсницу, представившаяся руководителем принимающей польской организации. Целую неделю она будет для нас хозяйкой, гидом и ангелом-хранителем. Еще один участник тура — водитель микроавтобуса, ожидающего нас на стоянке. “Великолепная чертова дюжина”, собравшаяся из разных городов двух соседних государств.

Учебный тур начинается с короткой экскурсии по Варшаве. Меня в этом городе поразили контрасты, своеобразное смешение двух миров и двух эпох. Советская эпоха встречала нас мучительно знакомыми образами блочных многоэтажек “спальных” микрорайонов, величественным “памятником Сталина”, как поляки называют помпезный высотный дом в центре города, удивительно похожий на здание на Красной Пресне в Москве, и на здание университета в Харькове, и изрядно разбитыми тротуарами. Новое, идущее с Запада время, бросается в глаза бесконечными рекламными щитами, супермаркетами и автомобильными пробками. На улицах почти не видно российских легковых автомобилей, но несколько раз встречаются “Таврии”.

Наша экскурсия — это пешая прогулка от королевского замка через рыночную площадь к мемориалу памяти Варшавского восстания 1944 года. Вряд ли у организаторов был специальный умысел — стандартное посещение исторического центра столицы. Но раз уж мы у мемориала, то наша хозяйка должна рассказать, как советская армия руками немецких карателей расправилась с “не нашей” армией Крайовой, наблюдая за гибелью патриотов из-за Вислы. По глазам коллег вижу — все эту историю хорошо знают. И все мы дружно делаем вид, что она не касается страны, гражданами которой мы являемся — Украины. Хотя в той войне, пусть и не у берегов Вислы, воевали моя мама, мой отец и трое его братьев. Все они остались живы — повезло. А вот старшая сестра моей матери сгинула в пучине лихолетья. Не в Польше — где-то на территории родной Украины.

Напротив мемориала — костел, привлекающий внимание военной символикой — с двух сторон от входа установлены якорь и пропеллер. Здесь же, на стене, памятная плита, сообщающая, что отец папы Павла ІІ — офицер польской армии. Внутри костела вывешены воинские штандарты, а у входа — список выдающихся побед польского оружия. Ищу знакомые по истории Украины названия. Увы. Не значится здесь Хотин, где в 1621 г. 35-тысячное польское и 40-тысячное войско украинских казаков Петра Сагайдачного разгромили 160-ти тысячную орду турецкого султана Османа ІІ. Зато упоминается битва под Варшавой 1920 года — бесславное завершение польского похода Тухачевского и Буденного.

На обратной дороге мы заходим в костел “Святого духа”. Именно здесь в 1980 году сотоварищи Леха Валенсы по “Солидарности” скрывались от солдат генерала-Президента Войцеха Ярузельского. В старинном здании стоят два ряда деревянных скамеек. Может быть, на какой-то из них когда-либо сидели рядом эти два экс-Президента двух разных эпох. Конечно — это фантазия, но в отличие от Украины, с ее перманентными войнами между левыми и правыми — здесь эта фантазия вполне реальная. Ибо поляки думают прежде всего о единой для всех них Отчизне, а уж потом — об идеологиях и убеждениях.

РУЖЕЦ ВБЛИЗИ ВАРШАВЫ

Первый рабочий день группы прошел в Ружеце — небольшом селе в десятке километров от Варшавы по катовицкому шоссе, которое организаторы представили нам как один из центров агротуризма. Эта новая для Польши сфера деятельности, как и многое другое в последнее десятилетие, пришло благодаря веяниям из Западной Европы, присоединение к которой в рамках ЕС — страстное желание всех поляков, с которыми мы общались. Хотя, убежден, западное происхождение агротуризма достаточно спорно — граждане СССР значительно раньше начали проводить свои выходные в пригородах или удаленных деревнях. Где и воздух почище, и часть продуктов — прямо с грядки. Да и выращены “для себя”, без применения химикатов.

Впрочем, европейский агротуризм вряд ли так полезен для здоровья, как наш садово-огородный, сопровождаемый довольно существенной физической нагрузкой. В Ружеце же наши силы берегли для вечерней дискуссии, и мы слонялись по огромной, площадью 3,5 га, территории агрофермы. Здесь, к нашему удивлению, ничего не произрастает — пустая глинистая земля с большим двухэтажным домом и небольшим искусственным прямоугольным водоемом. В водоеме много рыбы, на берегу складной стул, удочки и наживка для рыбной ловли. Это для нас, туристов. Впрочем, на этот раз “туристами” были общественники-защитники природы, деятельность которых трудно совместима с хобби такого толка. Дом — это, по сути, небольшая гостиница, причем, сами хозяева в нем не живут — у них еще один небольшой дом через улицу. Наше знакомство с семейным туристическим бизнесом протекает динамично и наглядно — обслуживанием группы занимается вся многочисленная семья нашего хозяина. Обед, ужин и завтрак готовят взрослые, накрывают стол две девочки-подростка. И только двое младших сыновей увлеченно гоняют мяч по пустому подворью, напрочь игнорируя заботы взрослых по добыванию злотых.

Вскоре после нашего приезда наступило время обеда, который хозяева постарались приготовить в местной сельской традиции — суп-лапша и своеобразное овощное блюдо. По вытянувшимся лицам гостей хозяева поняли, что эти “туристы” вряд ли ищут экзотики в кулинарии. На ужин появились вполне магазинные колбаса, ветчина, масло и сыр. Агротуризм безусловно должен приспосабливаться ко вкусам своих клиентов.

Что касается других бытовых условий, то они были вполне на уровне. Наша группа и двое представителей варшавских общественных организаций заняли шесть комнат на 2-х этажах, на каждом из которых имеется душевая и туалетная комнаты с вполне приличной сантехникой. Большой холл с камином на первом этаже стал для нас первым в Польше конференц-залом, где происходила встреча с экообщественниками из Варшавы.

Развитие агротуризма в Польше — свидетельство того, что граждане этого государства реально занимаются экологическими проблемами. Известно, что туризм, как вид хозяйственной деятельности, достаточно вреден для окружающей среды так называемых рекреационных зон, поскольку приводит к чрезмерной концентрации в них людей. Бытовые отходы, мусор и сточные воды существенно влияют на состояние таких территорий, которые к тому же обычно имеют повышенную чувствительность к антропогенной деятельности. Здесь также часто оказываются недостаточными ресурсы, например, питьевой воды. Наконец, транспорт, доставляющий людей в удаленные от городов на десятки километров туристические центры, наносит дополнительный ущерб природе.

Агротуризм не вызывает такой большой концентрации населения, а его центры располагаются на более устойчивых к внешним воздействиям территориях. Опирается он на местные, обычно достаточные, природные ресурсы, включая произведенную здесь же экологически чистую сельхозпродукцию. К тому же центры агротуризма обычно не так удалены от городов и поэтому создают меньшие транспортные потоки. Так что агротуризм существенно более экологичен, чем туризм традиционный.

Имеются и чисто экономические преимущества агроферм, и в первую очередь, более рациональное использование трудовых ресурсов за счет совмещения сельхозтруда и деятельности по обслуживанию отдыхающих (особенно с учетом сезонности сельхозработ), а также использование более дешевого продовольствия, воды, энергоресурсов. Наконец, агротуризм идеален для краткосрочного отдыха (отдыха выходного дня), поскольку не требует много времени на дорогу. К сожалению, государственная поддержка развития агротуризма в Польше показалась мне недостаточной: земля под него покупается на общих основаниях, каких-либо налоговых льгот и специального режима кредитования нет. Довольно низкий земельный налог таковым является для всех производителей, что вряд ли достаточно для еще несформировавшегося в стране агротуристического бизнеса. Единственная структура, оказывающая ему помощь, это ассоциация агротуристических предприятий, распространяющая информацию об агротуристических фермах и формирующая тем самым клиентуру.

У наших ружецких хозяев особого процветания мы не увидели — денег на освоение участка у них явно не хватает. Во дворе лежат стройматериалы для расширения домостроения, причем лежат они явно не первый год. Здесь же мокнут под открытым небом три разу- комплектованных автомобиля, и вряд ли у них есть шанс когда-либо поехать. Наконец, кроме агротуризма семья занимается еще одним промыслом — швейным. Что касается Украины, то с этого года агротуризм пришел на благословенную землю Крыма: тамошняя ассоциация фермеров создала ассоциацию агротуризма и планировала принять в самодеятельные мотели первых отдыхающих. Хотя, думаю, что настоящий агротуризм для Луганщины — это будущие агрофермы в приайдарских и придеркульских селах и хуторах. Там удивительно красивые места и одна из наименее загрязненных в Украине территорий. Но будущему луганскому агротуризму не обойтись без помощи и участия региональных властей — слишком бедно наше население, чтобы спрос на этот новый экологичный вид туризма сформировался сам по себе.

ТОЖЕ ЗЕЛЕНЫЕ, ТОЛЬКО ВАРШАВСКИЕ

Общественный институт экологии (ОИЭ) — это не вуз и не научный институт. Так называется варшавская общественная природоохранная организация, входящая в состав Польской Зеленой Сети (ПЗС). Директора института зовут Евой, с ней мы встречаемся в первый день пребывания в Польше, в Ружице. Как и украинские столичные организации, ОИЭ претендует на определенную организационно-координирующую роль в рамках ПЗС, его лидер много рассказывала о работе других организаций, а в штате есть у них человек, занимающийся координацией деятельности организаций “Зеле-
ной сети”. Миф об особенной роли столичных NGO (неправительственных организаций) характерен для всех стран мира, хотя в действительности в демократическом обществе у общественных организаций вышестоящих инстанций не бывает. Поэтому нас больше интересовала собственная практическая работа ОИЭ.

В отличие от многих киевских организаций, варшавянам есть что рассказать, и что показать. Оригинальные и на высочайшем полиграфическом уровне выпущенные плакаты по тематике, которую ведет институт, газета “Два колеса”, эффективные акции, осуществленные самостоятельно или в содружестве с другими NGO — свидетельство серьезной и плодотворной работы.

Руководители ОИЭ работают на безоплатной основе — это их общественная миссия. Но за выполнение двух основных проектов четверо членов организации получают вознаграждение. Двое из них работают над энергетическим проектом, занимаясь пропагандой и лоббированием использования возобновляемых источников энергии (солнце, ветер и вода) и, в виде отдельной проблемы, использования биогаза. Еще двое — работают над транспортной проблемой, включающей два направления: расширения использования роллеров (велосипедов) и снижения скорости автомобильного движения в городах.

В украинском обществе укоренилось не всегда справедливое мнение, что общественники никогда не должны получать вознаграждение за свою работу. Обосновывают это мнение тем, что общественная организация — это добровольное объединение граждан, целью которого является удовлетворение собственной их потребности в общественно полезной деятельности. И человек, работающий не по заданию общества, а по собственному побуждению, не должен требовать за это вознаграждения.

В большинстве случаев это верно, и людей, работающих в NGO, называют добровольцами или волонтерами. Организация создает условия для безвозмездной работы своих добровольцев, но сам их труд бесплатный, а порой члены организации еще и платят членские взносы. Однако при этом следует иметь в виду, что безвозмездная общественная работа — это право, а не обязанность человека, и делается она, когда у человека есть время и желание ее делать. Если же первого или второго нет, то выполняемая добровольцем работа либо подождет другое время, либо другого добровольца.

Увы, это не всегда возможно, и NGO часто должна принимать на себя обязательства по срокам и качеству выполнения работ. И тогда нельзя обойтись только работой волонтеров, требуется на кого-то возложить определенные обязанности. А за обязательный труд полагается платить. Поэтому общественные организации могут и должны оплачивать систематический (пос-
тоянный) и значительный по времени труд, от которого зависит выполнение сложной задачи. Постоянного труда на платной основе требует также организация или руководство взаимосвязанной работой значительного числа волонтеров.

Впрочем, доля зарплаты в расходах на выполнение экологических проектов — невелика, и иногда от нее можно вполне отказаться. А вот обойтись без помещения, связи, расходов на транспорт и полиграфию — невозможно. Денег на это в Польше ОИЭ не находит и финансирует свою деятельность в основном за счет зарубежных грантов. В этом наши соседи не намного опередили Украину. Кроме работы по собственным проектам, ОИЭ принял участие в ряде акций, проведенных другими общественными организациями. Так, вместе с культурно-экологическим обществом Мазовецким (в Мазовецком воеводстве располагается Варшава) осуществляется большая кампания против строительства супермаркетов в городе. Кроме информационно-протестных акций, для этого используется судебное оспаривание решений о выделении участков земли под их строительство.

Такая позиция обуславливается тремя обстоятельствами: 1) под строительство супермаркетов выделяются большие площади земли, на которых вырубаются де-
ревья; 2) тяжелые грузовики, подвозящие товары к супер-маркетам, портят дороги и загрязняют воздух; 3) продажа различных товаров в одном месте приводит к неразумному росту потребления.

Еще одна совместная акция с другими варшавскими организациями — противодействие строительству мусоросжигательного завода, широкая общественная кампания “ПХВ — убийца в вашем доме”. И пусть не удалось добиться отмены строительства первого завода, но от проекта создания еще одного власти столицы уже отказались.

ОИЭ поддержал акцию молодежной организации “Фонд освобождения зверят” (студенты в возрасте 18-24 года), направленную против использования в цирках диких зверей. Листовочная кампания и пикетирования привели к тому, что, например, цирк в Бельско Бяле полностью отказался от таких номеров.

В будущем ОИЭ планирует существенно расширить свою деятельность, увеличив число лиц, работающих по программам, до десяти. Перспективным для себя направлением деятельности здесь считают борьбу за запрещение использования трансгенных сортов растений, включая сою и картофель.

Еще одна общественная природоохранная организация, с работой которой мы ознакомились во время встреч в Ружеце — “бюро помощи экологического лоббирования”. Рассказал о ней ее руководитель Дарек. Бюро было создано несколькими организациями, входящими в систему "Польской зеленой сети", как специализированная сервисная служба. Функционирует как неприбыльная организация, все расходы которой покрываются 21 экологической организацией, которые бюро обслуживает. С другими организациями бюро не работает.

Высшим органом бюро является совет, в состав которого входят представители от обслуживаемых организаций. Совет собирается один раз в год и назначает руководителя, принимает другие решения, определяющие работу бюро.

В организации на постоянной основе работают три человека, один из которых занимается лоббированием, второй — интернет-сайтом и электронной почтой, третий — бухгалтер.

Основная задача бюро — помощь в организации лоббирования тех или других решений в Правительстве и Сейме, а также мониторинг деятельности Правительства и Сейма, затрагивающей экологические вопросы, и информирование о ней местные организации. Важная часть стратегии лоббирования — взаимодействие со СМИ. Благодаря бюро, центральные власти Польши лучше знают общественные экологические организации и их деятельность, а NGO лучше информированы о экологической деятельности властей. Пожалуй, организации, аналогичной бюро помощи экологического лоббирования, в Украине нет — ни по функциям, ни по правовой форме.

ЕВРОПЕЙСКАЯ УНИЯ

26 июня в Варшаве группа встретилась с коллективом института устойчивого развития (ИУС) — негосударственным научно-методическим учреждением, являющимся ведущим в сфере унификации экологического законодательства Польши с законодательством ЕС. Процесс вхождения Польши в Европейский Союз, хотя и обожаем поляками, но требует от государства огромных усилий по устранению противоречий национального законодательства с общеевропейским. Страна, долгое время ориентировавшаяся на СССР, по форме и содержанию правовой практики слишком отличается от стран Западной Европы и теперь должна ее изменить. А для этого только в области экологии и охраны окружающей среды потребуется принять или кардинально переделать несколько десятков законов.

Мониторинг различий экологического законодательства и предложения по его изменению выполняет ИУС в содружестве с 40 другими экологическими организациями, материалы передаются как в Сейм, так и в Страсбург.

Надо отметить, что Западная Европа умело стимулирует и финансирует этот процесс. Так, значительная часть экологических проектов общеевропейского значения финансируется польским правительством за счет средств, которые надлежало передать странам Запада в виде процентов по кредитам. Использовать такой канал наши польские хозяева порекомендовали и нам.

Кроме процесса европейской унии, институт устойчивого развития разрабатывает ряд специальных экологических проблем, таких, как проблема изменения климата и контроля эмиссии парниковых газов, проблемы экологической реструктуризации хозяйства, транспортная проблема, проблема туризма и экотуризма, регионального экоразвития.

В качестве примера может быть приведена деятельность в области контроля изменений климата на уровне региональных проектов.

На 1-м этапе было издано пособие “Наш район охраняет климат”, включающий 14 примеров практики. На 2-м этапе проведены курсы подготовки для чиновников из регионов, с раздачей и освоением пособий. На 3-м этапе был проведен конкурс региональных проектов в области внедрения процессов использования источников возобновляемых энергоресурсов. На 4-м этапе лучшие проекты получили финансирование за счет средств конверсии, то есть процентов за кредиты, которые должно было уплатить польское правительство.

ИУС — одна из старейших профессиональных общественных организаций Польши, она образована 10 лет тому назад деятелями польской Солидарности и экологического польского клуба. Это была единственная из представленных нам NGO, которая не входила в “Зеленую Сеть”.

ВРОЦЛАВ — ДРЕВНЯЯ СТОЛИЦА ПОЛЬШИ

И, кроме того, это один из наиболее архитектурно онемеченных польских городов, существенно отличающихся по виду от других. Еще одна находка организаторов - размещение участников тура в доме встреч иезуитской миссии. Масса впечатлений и новых знаний.

Субъективное мнение — экологические организации Вроцлова наиболее энергичные и деловые среди организаций городов, в которых мы были. И здесь, по-видимому, нет противостояния между польским клубом экологичным и организациями “Зеленой сети”.

А знакомство с городом началось с посещения офиса маршалека сейма Дольношлеского воеводства и рассказа его чиновника о порядке сбора и распределения средств экологических фондов.

Закон предусматривает платежи за загрязнение атмосферы от работы котельных, технологических источников, использования топлива, транспорта, и др. Начисление платежей производит плательщик один раз в квартал, а отдел экологии производит контроль за правильностью начислений и своевременным перечислением средств. В случае несвоевременной уплаты против предприятия возбуждается административный процесс, и при неперечислении средств в течение 14 дней взыскание обращается на имущество.

Плательщик может обратиться к маршалеку с просьбой об отсрочке или отмене платежа, если у предприятия тяжелое финансовое состояние. Если сумма платежей меньше 1145 злотых — заявление об освобождении от платежей может подать любой плательщик. Решение маршалека может быть обжаловано в воеводскую комиссию органов самоуправления, которая состоит из юристов.

Средства за загрязнения окружающей среды зачисляются плательщиком в 4 различных фонда: национальный, воеводский, повитовый и гминовый.

Распределение полномочий между канцеляриями воеводы и маршалека равны примерно 80:20, тем не менее, при маршалеке имеется наблюдательный совет, состоящий из его представителей и представителей NGO.

ПРОБЛЕМЫ, НАД КОТОРЫМИ РАБОТАЮТ ПОЛЬСКИЕ ЭКОЛОГИ

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ БИОМАССЫ

По нашему мнению, энергетическое использование биомассы через получение биогаза — особенно актуально для Украины. Последняя является великой сельскохозяйственной страной, с колоссальной площадью высококачественных сельхозугодий. Крайне неэффективная энергетика государства из-за преобладания немобильных энергомощностей АЭС и парогенераторных ТЭС, приводит к частым технологическим отключениям потребителей, к проблемам в работе энергосистем. Единственный способ разрешить проблему — изменение структуры генерирующих мощностей за счет создания более мобильных.

Создание биогазовых установок для теплоэлектроснабжения сельскохозяйственных регионов позволяет разрешить эту задачу с наименьшим объемом инвестиций. Одновременно решаются еще две важнейшие эколого-экономические задачи: сокращение расхода природного газа и угля, и переработка вредных отходов животноводства с получением ценного органического удобрения — компоста. Для успешного решения этой задачи Украина нуждается как в знаниях, технологиях, так и в инвестициях. Поставка оборудования биогазных установок в порядке инвестирования или лизинга, лоббирование такой программы и соответствующая образовательная программа могли бы быть серъезной основой сотрудничества Северодонецкой городской экологической ассоциации “Зелений світ” и других природоохранных NGO Луганщины.

ТРАНСПОРТАЯ ПРОБЛЕМА

Еще одна серьезная экологическая проблема, которой занимаются польские экологи: — автотранспорт и ущерб от него окружающей среде. Основные виды деятельности ОИЭ в этом направлении: издание плакатов, пропагандирующих велосипед: издание газеты “Два колеса”; лоббирование в органах местной власти решений по строительству велосипедных дорожек. Для осуществления такой деятельности в национальном масштабе в Польше создана специальная коалиция, названная “Транспортный круглый стол”.

Другое направление транспортного проекта, — это лоббирование в органах местной власти (на уровне воеводств и гминов) ограничения снижения скорости автомобильного движения до 50 км/час. По подсчетом польских специалистов количество погибших в автокатастрофах снизится при этом на 2000 случаев в год.

Бюлетень "Права Людини", 2000, №32

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори