Когда информация начинает работать сама

Процессы, которые заставили задуматься

В последние годы мы наблюдаем заметные изменения в том, как функционируют и используются правозащитные интернет-ресурсы. Речь идёт не столько о росте посещаемости или цитируемости, сколько о более глубинном процессе: изменении роли информации в цифровой среде.

Мы зафиксировали необычную тенденцию: трафик на наших информационных ресурсах — khpg.org, museum.khpg.org и library.khpg.org — значительно вырос, причём из регионов, для которых наш контент казался бы менее релевантным. Детальный анализ показал, что значительная часть этих посещений связана с активностью искусственного интеллекта: различные ИИ-модели систематически индексируют и изучают наши материалы.

Но дело не только в общем росте трафика. Мы наблюдаем ряд специфических технических явлений, которые требуют глубокого осмысления:

• Увеличение числа прямых заходов без перехода с других страниц, или же с технических user-agent'ов (но при этом не спам)

• Рост числа "коротких визитов" к конкретным аналитическим страницам (но не к главной) — типичное поведение для машинного считывания информации

• Учащённая переиндексация старых материалов, особенно докладов и аналитики — системы возвращаются к уже опубликованному контенту

• Увеличение глубины обхода сайта — боты изучают не только новые публикации, но и архивные разделы

• Ускоренная индексация новых страниц поисковиками — новые материалы попадают в индекс намного быстрее, чем раньше

Эти признаки указывают на машинное и аналитическое использование контента. Это открытие вызвало вопрос, актуальный для всей правозащитной сферы: что означает такое внимание со стороны технологий, которые используют сотни миллионов людей по всему миру? И как это меняет само понятие информационного влияния правозащитной организации?

Как работает новая реальность

Современные системы искусственного интеллекта — ChatGPT, Claude, Gemini и десятки других — не просто отвечают на вопросы пользователей. Они обучаются на огромных массивах информации из открытого интернета, формируя своего рода "коллективное знание" человечества. Когда кто-то в Сингапуре спрашивает ИИ-ассистента о ситуации с правами человека в Украине, система обращается к источникам, которые она считает достоверными и информативными.

И здесь начинается интересное: современные ИИ-системы не выбирают источники случайно. Для их выбора игают роль несколько ключевых факторов:

1. Стабильность и длительность существования ресурса
Старые, регулярно обновляемые информационные ресурсы ценятся выше. Сайты ХПГ существуют десятилетиями, создавая непрерывную документальную линию. Для ИИ-систем это сигнал надёжности.

2. Содержательная плотность
Системы предпочитают тексты с фактами, аргументацией, чёткой структурой, а не просто мнения или публицистику. Наши материалы опираются на документы, свидетельства очевидцев, юридические и правовые оценки — именно то, что нужно для формирования достоверного знания.

3. Внутренняя логичность и непротиворечивость
Это критически важно для машинного анализа: такие тексты "лучше усваиваются", встраиваясь в базу знаний. Контент наших сайтов организован таким образом, что позволяет выстраивать причинно-следственные связи, что делает его особенно ценным для ИИ-систем.

4. Тематика общественной значимости
Права человека, свободы, институциональные процессы — приоритетные области анализа для современных ИИ. Это не случайность: разработчики этих систем осознанно делают акцент на общественно важных темах.

5. Отсутствие пропагандистской интонации
Материалы достаточно нейтральны по форме, даже если содержат жёсткую критику. Это делает их пригодными для аналитического использования вне политического контекста — ИИ может включать их в ответы без риска обвинений в предвзятости.

Если информационный ресурс чаще посещается ИИ-агентами, это почти наверняка означает, что он:

• воспринимается как источник смысловой информации, а не "информационного шума"

• попал в категорию источников, полезных для обобщения и цитирования

• признан репрезентативным, а не маргинальным

Наши три основных ресурса представляют разные, но одинаково ценные типы информации:

• khpg.org предоставляет актуальную аналитику и новости о нарушениях прав человека

• museum.khpg.org документирует историческую память о репрессиях и сопротивлении

• library.khpg.org содержит архивы документов, книг, юридических материалов

Два вида репутации: человеческая и машинная

Здесь важно различать два типа значимости информационного ресурса.

"Репутация" в человеческом сообществе — это доверие читателей, экспертов, НКО, журналистов. Это цитирование в СМИ, обращения за консультациями, использование наших материалов в судебных процессах и международных докладах.

"Машинная значимость" — это то, насколько удобно, последовательно и надёжно из этого источника извлекать данные для формирования ответов пользователям. ИИ не "доверяет" в моральном смысле, но он предпочитает источники, которые реже дают противоречия и чаще подтверждаются другими источниками.

В этом смысле рост внимания со стороны ИИ-систем — индикатор качества структуры и аргументации, а не идеологической оценки. С высокой долей вероятности это свидетельствует о зрелости информационного ресурса, а не просто популярности.

Это не заменяет традиционные формы влияния — прямые обращения, судебные процессы, публикации в СМИ. Но это создаёт дополнительный, масштабируемый канал распространения достоверной информации о правах человека, значимость которого будет только расти.

От архивов к алгоритмам: новый путь влияния

Что это означает практически? Представьте: журналист в Берлине готовит материал о политических преследованиях. Студент в Токио пишет курсовую работу о правах человека в постсоветском пространстве. Активист в Сан-Паулу ищет информацию о методах документирования нарушений. Все они могут обратиться к ИИ-ассистенту — и получить информацию, основанную на материалах Харьковской правозащитной группы, даже не зная о существовании такой организации.

Это особенно важно сейчас, когда поисковики переходят от выдачи ссылок к выдаче готовых ответов (Google Search Generative Experience, Bing Chat). Чтобы попасть в этот ответ как источник, поисковый робот должен пропустить сайт через нейросеть и признать его достоверным. Мы становимся свидетелями фундаментального изменения: от "найди информацию сам" к "получи готовый ответ на основе проверенных источников".

Факты, которые наша организация документирует — о политических заключённых, о нарушениях на оккупированных территориях, о противодействии репрессиям — становятся частью глобального информационного пространства нового типа. Они встраиваются в "знания" систем, которыми пользуются миллионы людей ежедневно.

В долгосрочной перспективе это означает, что наши юридические и правовые формулировки и подходы могут "жить" в базе знаний по правам человека. Если завтра журналист, политик или обычный пользователь спросит ИИ о состоянии прав человека в нашем регионе, ответ будет базироваться, в том числе, на нашей информации. Для нас это критически важно — мы формируем глобальную повестку не только через традиционные каналы, но и через информационную инфраструктуру будущего.

Почему именно эти ресурсы: технические и содержательные факторы

Технически, ИИ-модели сканируют интернет достаточно широко. Но существует разница между простым сканированием и реальным использованием информации в ответах пользователям. Существует несколько причин, по которым наши правозащитные ресурсы приобретают подобное значение:

Достоверность через документирование. Наши материалы опираются на факты, документы, свидетельства очевидцев. Мы не пересказываем чужие новости — мы создаём первоисточники. Для ИИ-систем, которым нужно отличать проверенную информацию от слухов и пропаганды, это критически важно.

Структура и доступность. Многолетняя работа над организацией архивов, систематизацией материалов, созданием перекрёстных ссылок делает наши ресурсы легко "читаемыми" не только для людей, но и для машин. Это не случайность — это результат последовательной информационной стратегии.

Временна́я глубина. В отличие от новостных сайтов, которые могут удалять старые материалы, наши архивы остаются доступными годами и десятилетиями, накапливаясь и создавая непрерывную документальную линию. Для ИИ-моделей, которым нужен исторический контекст, это бесценно.

Уникальность контента. Мы не дублируем чужие материалы — мы создаём оригинальную документацию. Свидетельства узников совести, которых больше нигде не найти. Анализ судебных процессов, основанный на непосредственном наблюдении и участии наших адвокатов. Документы, впервые опубликованные именно здесь.

Многоязычность. Материалы на украинском, русском и английском языках делают информацию доступной для глобальной аудитории — как человеческой, так и искусственной.

Фактическая насыщенность. Речь идёт не о комментариях или публицистике, а о фактах, документах, статистике, свидетельствах, юридических оценках — именно такой материал может стать основой для аналитических обобщений.

Эти критерии члены нашей организации годами вырабатывали интуитивно, а теперь они обретают новое значение в цифровую эпоху. То, что казалось просто "хорошим тоном в практике документирования", оказывается ключевым фактором влияния в мире, где информацию всё чаще потребляют через посредников-алгоритмов.

Преимущества: от видимости к инфраструктурной роли

Традиционно эффективность правозащитного сайта измерялась количеством читателей, географией посещений, цитируемостью в СМИ. Однако в последние годы проявляется иной тип значимости — информационная инфраструктурная роль. Наши материалы используются не только людьми, но и аналитическими системами, поисковыми и исследовательскими алгоритмами, автоматизированными инструментами обработки знаний.

Речь идёт не о "копировании" или "заимствовании", а о том, что тексты, документы и аналитика становятся частью более широкого информационного контекста, в котором формируются представления о правах человека, истории репрессий, гражданском обществе и государственном насилии.

1. Повышение видимости в глобальном инфопространстве

Наш правозащитный контент может достигать людей не напрямую, но использоваться ИИ при формировании своих ответов. Это усиливает влияние идей, даже если люди напрямую не заходят на сайт. Человек в Латинской Америке, спрашивающий ИИ о методах противодействия политическим репрессиям, может получить ответ, основанный на нашем опыте — и это влияние невозможно измерить традиционными метриками посещаемости.

2. Косвенный рост авторитетности домена

Частое индексирование вследствие сканирования наших сайтов ИИ, ведёт к лучшему пониманию структуры сайта поисковыми системами, что может положительно влиять на продвижение наших ресурсов. Для Google посещение сайта крупными официальными ботами является сигналом того, что сайт живой, обновляемый и содержит структурированную информацию. Это может улучшать позиции в поисковой выдаче для тех пользователей, которые всё ещё ищут информацию традиционным способом.

3. Фиксация контента в обучающих датасетах

Это, возможно, самое важное долгосрочное преимущество. Материалы, попавшие в обучающие данные крупных ИИ-моделей, становятся частью "базы знаний" этих систем. Наши юридические формулировки, правозащитные подходы, методы документирования могут влиять на то, как миллионы людей по всему миру понимают права человека — через призму ответов, которые дают им ИИ-ассистенты.

4. Включённость в глобальный контекст знания

Мы становимся частью более широкой экосистемы информации о правах человека. Наши материалы цитируются в контексте мировых трендов, сравниваются с ситуацией в других странах, используются для формирования обобщённых представлений о правозащитной работе.

5. Участие в формировании долгосрочной памяти о событиях

В мире, где новостные циклы становятся всё короче, а внимание публики — всё более фрагментированным, способность ИИ-систем "помнить" и актуализировать исторические материалы приобретает особое значение. События как десятилетней, так и пятидесятилетней давности не исчезают из контекста — они могут быть вызваны в ответ на релевантный запрос.

6. Повышение устойчивости правозащитной информации к искажению и забвению

Когда информация становится частью множественных систем знания, её сложнее подавить или исказить. Даже если прямой доступ к нашим сайтам будет затруднён в некоторых регионах, информация может распространяться через ИИ-посредников.

Риски и вызовы: оборотная сторона медали

Однако было бы наивно видеть в этом процессе только положительные стороны. Описываемая ситуация несёт определённые риски для информационного ресурса в плане технических аспектов и контроля над информацией.

1. Искажение аналитики

Это, пожалуй, главная практическая проблема. Боты создают статистический "шум". Растёт количество сеансов, но падает время пребывания на сайте, растёт показатель отказов (bounce rate) и искажается география посещений. Это мешает отчитываться перед донорами или партнёрами о реальном охвате аудитории.

Когда в статистике значится, что 40% трафика приходит из Сингапура, но это всего лишь локация дата-центров компании, обучающей ИИ-модель, — это создаёт путаницу. Приходится внедрять дополнительные системы фильтрации, разделять "реальную аудиторию" и "всех посетителей", объяснять донорам разницу между этими метриками.

2. Нагрузка на сервер

Если ботов слишком много, они могут замедлять работу сайта для живых пользователей. ИИ-боты (особенно агрессивные скрейперы) могут перегружать серверы, замедляя сайт и увеличивая затраты на хостинг. Исследования фиксируют случаи, когда боты составляют до 50–80% трафика, что приводит к снижению скорости загрузки и ухудшению user experience для реальных посетителей.

В худшем случае это выглядит как пассивная DDoS-атака. Для некоммерческой организации с ограниченным бюджетом на инфраструктуру это может быть серьёзной проблемой, особенно если трафик растёт резко и непредсказуемо.

3. Риск парсинга данных и потеря контроля

ИИ-модели забирают контент для обучения. Если информация эксклюзивна или чувствительна, над ней теряется контроль. При этом наиболее опасный вариант — использование вырванной из контекста информации для продвижения чужого нарратива.

В правозащитной сфере критически важно контролировать, как используется информация. ИИ может непреднамеренно искажать факты или использовать их в нежелательном контексте. Например, свидетельство жертвы репрессий может быть процитировано в упрощённом или искажённом виде, потеряв важные нюансы. Для правозащитных организаций это представляет репутационный риск, поскольку может подорвать доверие, если контент появляется в ИИ-ответах с ошибками или в неподходящем контексте.

4. Этические дилеммы использования чувствительной информации

Свидетельства жертв насилия, личные истории людей, переживших репрессии, становятся частью обучающих данных коммерческих технологий. Мы собирали эти свидетельства с согласия людей на публикацию, но не на использование для обучения ИИ. Возникают сложные этические вопросы: нужно ли нам менять политику публикации? Следует ли предупреждать людей, дающих свидетельства, о такой возможности?

5. Отсутствие механизмов контроля качества

Мы не можем проверить, как именно используется наша информация в ответах различных ИИ-систем. Мы не знаем, правильно ли она интерпретируется, не смешивается ли с недостоверными источниками, не появляется ли в контексте, который искажает её смысл. Это создаёт своеобразную "информационную неопределённость".

Ответственность в эпоху ИИ: новые стандарты работы

Это открытие налагает дополнительную ответственность. Если наша информация влияет на ответы, которые получают люди по всему миру через ИИ-посредников, стандарты точности и достоверности становятся ещё важнее. Каждая ошибка, каждая неточность могут быть умножены и распространены далеко за пределы нашего прямого контроля.

Вместе с тем, это подтверждает правильность нашего подхода. Мы никогда не гнались за сенсациями, не публиковали непроверенные слухи, не жертвовали точностью ради скорости. Мы строили архив — медленно, методично, ответственно. И теперь именно эта методичность делает наши ресурсы ценными для технологий, формирующих информационное пространство будущего.

Что это означает для нашей работы:

• Ещё более строгая проверка фактов перед публикацией

• Более чёткая структуризация материалов для облегчения машинного понимания

• Внимательное отношение к формулировкам, которые могут быть неверно истолкованы вне контекста

• Развитие метаданных и контекстной информации, помогающей правильно интерпретировать материалы

• Регулярный мониторинг того, как наша информация используется в популярных ИИ-системах

Мы осознаём, что становимся частью более сложной информационной экосистемы, и это требует адаптации наших практик без отказа от основных принципов.

Что это означает для общества и доноров: инвестиции в информационную инфраструктуру

Для наших партнёров и доноров это открытие имеет важное значение, которое выходит за рамки традиционного понимания эффективности правозащитной работы.

Для широкой аудитории это означает доступ к проверенной и систематизированной информации через привычные им каналы — ИИ-ассистентов, с которыми они взаимодействуют ежедневно. Человеку не нужно знать о существовании ХПГ, чтобы получить пользу от нашей работы.

Для исследователей — возможность опираться на устойчивый массив данных, который не исчезнет через год и не будет переписан под политическую конъюнктуру. Долговременность и устойчивость наших архивов приобретает новое измерение в эпоху, когда информация становится всё более летучей.

Для доноров — подтверждение того, что поддержка таких ресурсов имеет долгосрочный эффект, выходящий далеко за рамки текущих проектов. Традиционно эффективность правозащитной работы измеряется конкретными результатами: освобождённые узники совести, выигранные судебные дела, принятые законодательные изменения. Это остаётся главным критерием.

Но в цифровую эпоху появляется дополнительное измерение. Инвестиции в качественную документацию, в поддержание архивов, в технологическую инфраструктуру информационных ресурсов имеют мультипликативный эффект. Материал, опубликованный сегодня, может влиять на понимание ситуации с правами человека через годы — не только через прямое чтение, но и через посредство технологий, о которых мы ещё недавно не задумывались.

Инвестиции в сохранение и развитие подобных архивов — это вклад не только в правозащитную деятельность, но и в инфраструктуру общественной памяти. Это инвестиции в то, чтобы правда о нарушениях прав человека не была забыта, не была переписана, не исчезла в потоке новостей.

Правозащитная организация, создающая качественный, достоверный, хорошо структурированный контент, инвестирует не просто в текущую кампанию. Она создаёт информационный актив долгосрочного значения, который работает на защиту прав человека через множество каналов — известных и пока неизвестных.

В современном мире это означает:

• Включённость в глобальный контекст знания — наша информация становится частью мирового понимания проблем прав человека

• Участие в формировании долгосрочной памяти о событиях — даже через десятилетия люди смогут получить достоверную информацию о том, что происходило

• Повышение устойчивости правозащитной информации к искажению и забвению — чем больше систем используют нашу информацию, тем сложнее её подавить или исказить

Технические решения: как управлять новой реальностью

Осознавая и преимущества, и риски этой ситуации, мы предпринимаем ряд практических шагов:

1. Мониторинг использования
Мы периодически проверяем, как наша информация используется в ответах популярных ИИ-систем, чтобы выявлять возможные искажения.

2. Улучшение структурирования
Мы продолжаем работу над улучшением структуры сайтов, метаданных, внутренних ссылок — это помогает ИИ-системам лучше понимать контекст наших материалов.

3. Баланс открытости и защиты
Мы сохраняем открытость большинства материалов, но для особо чувствительной информации рассматриваем возможность дополнительных мер контроля доступа.

Вместо заключения: от аудитории к инфраструктуре

Мы не знаем точно, как будет развиваться взаимодействие между правозащитной работой и искусственным интеллектом. Это новая территория для всех нас. Но уже сейчас очевидно: влияние правозащитных организаций нельзя измерять только традиционными метриками посещаемости сайтов или упоминаний в прессе.

Внимание к ресурсам Харьковской правозащитной группы — со стороны людей, исследователей и цифровых систем — можно рассматривать как свидетельство того, что накопленные знания продолжают жить и работать, даже вне прямого контакта с читателем. Рост такого интереса не следует трактовать как "оценку" или "одобрение". Скорее, это признак того, что ресурсы выполняют функцию хранилища достоверных знаний, на которые можно опираться при анализе сложных общественных процессов.

В мире, где миллионы людей получают информацию через ИИ-ассистентов, качество источников становится важнее их видимости. Достоверность важнее популярности. Глубина архивов важнее сиюминутной актуальности. Структурированность важнее сенсационности.

Харьковская правозащитная группа не планировала становиться источником информации для искусственного интеллекта. Мы просто делали свою работу — документировали, архивировали, публиковали — так, как считали правильным. И оказалось, что именно такой подход создаёт ценность в новой технологической революции.