пошук  
версія для друку
Періодика › Бюлетень "Права Людини"200213
18.12.2002 | Инна Сухорукова, Мария Недайвода.

"Электорат – это то, что остается от народа после выборов" [Евгений Головаха] . Или два репортажа членов ХПГ о первомайской демонстрации в Харькове

   

Инна Сухорукова:

"А народу нравится.", — сказала моя коллега, когда мы обходили парк Шевченко после демонстрации единства трудящихся и админресурса. Митинг "Заеды" уже кончился. У подножия памятника Ленину гневно бушевал краснознаменный коммунистический шквал отрицательных эмоций. А те, кого привели на площадь то ли по принуждению, то ли по приглашению, исполняя административные разнарядки, в это время мирно собрались в кружки, разложили выпивку, закуску и праздновали. "Кипучая, могучая, никем непобедимая, страна моя, Москва моя, ты самая любимая", — доносилось от одного кружка. Резонный вопрос: почему эти любители единой и неделимой не митингуют сейчас у памятника Ленину, мы даже не задавали. Народу нравилось. "Собраться, выпить, спеть вместе, как раньше", — с трепетом говорили люди средних лет. "Как в детстве", — с не меньшим восторгом говорили совсем молодые. На вопрос: видят ли они в этом какую-нибудь политическую подоплеку, веселящееся население отвечало дружно: "Да какая политика, кому она нужна. На трибуне поговорили и разошлись". Но радовались далеко не все. Понурая группка молодежи, помахивая цветными шариками и флажками, желто-голубыми и розовыми, о чем-то спорит. Подходим, спрашиваем:

– Понравилось?

– А что тут может нравиться? – резко спрашивает юноша. – То, что нас заставили, как баранов, прийти сюда?

– Угрожали?

– Да, угрожали. Вызывали в деканат и говорили, что исключат из института, что впереди сессия.

Мы нарочно не спрашивали названия вуза — зачем подставлять молодежь? У нас и так есть заявления тех, кто не боится. То же самое говорят учителя школы, рабочие одного из харьковских заводов. В то же время в других институтах и учебных заведениях все прошло по "мягкому" варианту: предложили прийти, не запугивали никакими админмерами, не угрожали.

Теперь давайте задумаемся: чего добивалась власть? Ностальгии по светлому прошлому? Добилась. Нежности к распавшемуся Союзу? Тоже. Уважения к себе и признания? О, нет. Это показали выборы 31 марта, когда многие из тех, кто пришел на площадь по принуждению ли, по приглашению ли, голосовали не "За едУ", а совсем за другие партии. В Харькове в большинстве — за коммунистов. К сожалению, советскому человеку нравится ходить строем, кому-нибудь подчиняться и что-то получать ни за что. Увы, феномен советского человека, у которого главная заповедь — "не думать, а если думать, то не говорить" (старый анекдот времен Брежнева) — сохранился. Но зачем нашей некоммунистической власти эта ностальгия? Что смогут сделать со страной люди, которые не приучены самостоятельно мыслить? Но ведь много теперь уже и тех, кто мыслил и мыслит самостоятельно. Каково им? Как себя чувствуют те, кого выгнали на праздник насильно? Вместо радости — унижение? Разве это забудут? Особенно молодежь, которая к такому, слава Богу, привыкнуть не успела.

И еще один вопрос. Никто не обвинит нас в приверженности к коммунистической идеологии (социа-

листы и социал-демократы — это совершенно другое дело, но не будем сейчас вести речь о различии идеологий). Но почему нельзя было разрешить левым идти в той же колонне, если это — общенародный праздник, как декларирует власть, а у нас одна страна? Почему социалисты и коммунисты должны были судиться, чтобы отстоять свое законное право на свободное выражение собственных взглядов? А ведь социалисты предлагали идти в одной колонне со своими лозунгами.

Нельзя ничего сделать искусственно в таком сложном организме, как свободное общество. Искусственными бывают только тоталитарные режимы. Для тоталитаризма нужна единая доктрина, а ее нет в Украине, с ее разнонаправленными регионами (иначе победила бы национальная идея в Западной Украине, а Восточная создала бы, скорее всего, что-то по типу Беларуси, хотя и там, как мы видим, единства не получается). И плывет в первомайском дне ностальгическая песня: "Кипучая, могучая, никем непобедимая.", - отрицая то государство, от имени которого народ пригласили или погнали на демонстрацию. И народу, к сожалению (может, и не большинству, но значительной его части) эта песня нравится, как и возможность петь ее вслух при большом стечении народа. Неужели демократическая власть хотела именно этого? Если хотела — почему она тогда не коммунистическая? Если же нет — ситуация у нас иррациональная, прямо как в сказке Кэррола "Алиса в Зазеркалье", заглянув в которое, каждый встретит то, что хочет. Только сказка про Алису — добрая, а унижение тысяч граждан — дело злое и бесперспективное. Неужели это в который раз нужно доказывать?

Мария Недайвода: В конце апреля я впервые услышала о добровольно-принудительной первомайской демонстрации от своей подруги — работника одного из райисполкомов Харькова. К сожалению, не могу назвать ни ее имени, ни райисполкома, иначе у нее будут неприятности. С досадой, еще уставшая от выборов и от того, что результаты на избирательном участке, за который она отвечала, не позволили получить ей премию, которой "отблагодарили" за нужные показатели ее коллег, она посетовала, что ей уже сообщили о следующей "стратегической" задаче — доставить на первомайский митинг 100 человек подведомственного райисполкому института, построенных в колонну по 12 человек, во главе с ней и руководителями института. Я восприняла это как послевыборную шутку начальников моей подруги. Но не тут-то было.

Я удивлялась ей, а она мне и нашей организации, которая такой разнарядки от нашего Киевского райисполкома не получила. Мое объяснение, что Харьковская правозащитная группа должна бороться с разнарядками по определению, а не выполнять их, вызвала у нее искреннее удивление. "А вы не боитесь испортить отношения с властями своей борьбой?" — спросила она. Надо заметить, что она, как и я, прожила большую часть сознательной жизни при приснопамятной советской власти и искренне верит, в силу своей нынешней деятельности в исполнительных органах, что ничего не изменилось за последние 10 лет, просто "материально жить стало хуже".

Итак, еще не успокоившись после созерцания по телеку автобусов, возивших людей с открепительными талонами по районам Харьковской области, в том числе и студентов из разных регионов Украины, оттирающих законных избирателей от кабин для голосования, я горестно размышляла об очередной циничной выходке нашей местной власти и очередном надругательстве над хилыми ростками украинской демократии. Проведя практически бессонную ночь, к пяти часам утра я "созрела" для того, чтоб своими глазами увидеть эту хваленую поддержку блока "За едУ" и демократических реформ нашего Президента. Скандальные демонстрации антагонистов (судя по судебным разбирательствам, которые предшествовали сегодняшнему празднику) сулили много интересного. Но.

Демонстрация заединщиков вызвала в памяти один старый анекдот и несколько цифр результатов выборной гонки в Харьковской области. Анекдотом можно определить атмосферу митинга — "Если тебя насилуют, постарайся хотя бы получить удовольствие". Люди начали получать удовольствие еще на месте построения колонн. В отличие от советских времен, некоторые пить начали сразу, но осторожно. Бутылок не видела, но запах был. Зато увидела молодых ребят, которые стоя играли в карты, чтобы не терять времени и сноровки. Еще на выходе из метро меня поразили юные почитатели Народно-демократической партии из СШ №112. Они гордо несли партийную атрибутику и были настроены хоть и не особенно весело, но спокойно. Наверное, образцом поведения им служили их старшие товарищи и, одновременно, руководители нашего города и области. Их я увидела позже, как и полагается, возле бывшего обкома КПСС. Приятно удивило уже то, что нигде не просматривалась охрана, а руководители заметно похудели после выборов. Во всяком случае, почти аристократическая бледность губернатора напомнила мне его "демократическую молодость", когда мы в полном упоении орали на первых митингах: "Ельцин! Это наш харьковский Ельцин!".

Настроение рядовых участников было благодушное, а вот организаторы из райисполкомов были явно озабочены. Во всяком случае, моя подруга, которую я встретила, держала при себе жалкую пятерку из полагающейся по разнарядке сотни и, чуть не плача, взывала их к помощи в поисках остальных. Пятерка не хотела размножаться делением, и как я выяснила уже дома, так и осталась жалкой пятеркой. Моя подруга, судя по всему, опять получит нагоняй, а не премию. Большого разнообразия в оформлении колонн не было: названия районов города, затем флаги блокообразующих и клонированных партий, затем люди с эмблемами этих партий. Судя по оформлению колонн, Народно-демократическая партия напрасно вошла в блок "За едУ". Если тысячи демонстрантов, идущих с двух сторон улицы Сумской к площади Свободы, несли исключительно эмблемы НДП, то, идя самостоятельно на выборы, она могла, наверное, получить в Харьковской области больше голосов, чем те жалкие 15,6% (см. "Время", №38, 4 апреля 2002 г.), которые достались блоку. Опять же, если принять во внимание, что КПУ (ее харьковские организации) вывела на демонстрацию каких-нибудь две сотни людей, а на выборах получила аж 30,6% (см. тот же номер газеты).

Короче говоря, судя по наглядности, участие других партий знаменитого блока практически не ощущалось. Зато были красочные портреты нашего Президента, которые несли демонстранты от НПО "Электротяжмаш", "ФЭД", ХПИ и некоторые другие представители студенческих и рабочих масс. Портретов было немного, как, откровенно говоря, и искренних почитателей Президента и его любимого партийного блока. Во всяком случае, люди, едва ступив на брусчатку площади Свободы, резко поворачивали в обратном направлении, оставляя придавленных ранее к трибуне слушать ораторов.

Митинг практически уже закончился, а колонны, построенные ретивыми исполнителями разнарядок, все еще шли и шли к площади. В общем, любит послушный электорат харьковскую власть. Жаль только, что электорат есть, а граждан нету, иначе однажды не стал бы он выполнять разнарядку и все тут. Всех, как говорится, не посадишь, не уволишь с работы или учебы, не отберешь у всех зарплату.

О коммунистическом митинге или много, или ничего. Меня поразила колонна идущих в первом ряду ветеранов в орденах, которые, несмотря ни на какие неправильные убеждения, не могут не вызывать уважения, и вкрапления молодых и средних лет "коммунистов", которые за 10 лет уже могли бы найти какое-нибудь полезное занятие даже при ненавистном им "режиме Кучмы". Одна старушка раздавала привычные своим содержанием листовки. Дамы средних лет, идущие с митинга заединщиков, ахали и отворачивались, а девочки — студентки или школьницы — брали, похоже, просто из уважения к старости.

Как ни разделяются у нас люди по партийным убеждениям, как ни белит или чернит власть какие-то политические силы, но лучше пусть будет много разных, пусть и неправильных, чем все одинаковые и узнаваемые до тошноты.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори