пошук  
версія для друку
15.12.2008 | Галя Койнаш
джерело: www.zaxid.net

Чёрная дыра «украинского антисемитизма»

   

Пишу эти слова в конце 2008 года, пытаясь вырвать вопрос антисемитизма в Украине с грани чёрной дыры, где время и пространство утратили свои контуры. Постараюсь понять, почему вопрос там оказался, и кому это выгодно, но задание у меня одно – прекратить путаницу разных вопросов, чтобы именно во времени и пространстве идти дальше.

Моя жизнь как, наверное, и жизнь многих читателей, прошла под тяжестью Холокоста. Не сниму эту тяжесть, да и не стремлюсь. Моя семья пострадала несравненно больше от сталинского режима, но именно Холокост и причастность огромного количества людей к аппарату смерти, к умышленному убийству детей по этническому признаку остаются за гранью пропасти, осознанием зла, к которому мы, люди, способны. Осознанием долга знать и помнить, и ответственности за то, чтобы это никогда не повторилось.

В то же время, я убеждена, что натыкаемся на опасные последствия, когда чётко не различаем требование осмысления прошлого и вызов сегодняшнего дня. Не сомневаюсь  также, что некоторые люди целеустремленно запутывают разные вопросы и продалбливают отдельные мифы и стереотипы. Странное нежелание обращать внимание на информацию, предоставленную специалистами в этой сфере,  демонстрирует, как крепко укоренились стереотипы в сознании некоторых людей. Вернёмся к интересным результатам мониторинга, и к пагубному влиянию подобных стереотипов, но сначала стоит определить, в чём именно нас всех фактически обвиняют.

Набор обычных обвинений содержит как врождённый антисемитизм и коллаборационизм, так и якобы значительную роль в Холокосте. Я родилась после Шоа, моя семья никаким образом не принимала в ней участия, наоборот. Считаю, что любой человек, который был причастным к уничтожению евреев (или других невинных людей) во Вторую мировую войну, совершил грех и преступление против нас всех. Это ни увеличивается, ни оправдывается национальностью, или какими-либо якобы высшими мотивами.

Извинения на государственном уровне могут свидетельствовать о зрелости, о готовности раскрыть и осмыслить белые пятна в истории нации. В своей статье «Молчание не по-европейски»,  Ярослав Грицак пишет: «Каждая из европейских наций сдала свой экзамен совести, хотя нигде это не давалось легко». Безусловно, следует приветствовать признание 1995 года Президентом Шираком роли Франции в депортации свыше 75 тысяч французских евреев, но в обществе рисуют скорее образ Франции под оккупацией, с жертвами, мужественными бойцами Сопротивления и кучкой предателей. Хорошо помню растерянность многих поляков, в том числе и близкого человека, когда появилась книга Гросса об участии поляков в уничтожении евреев в Едвабном (Jedwabne). Но они же были жертвами, а не преступниками! То, что Президент Квасневський, интеллигенция и церковь смогли понять необходимость в признании вины, действительно заслуживает уважения.

Тем не менее, сомнения остаются. В западных странах достаточно распространен стереотип француза - мужественного борца с нацизмом, в то время, как поляков и украинцев обвиняют в коллаборационизме и антисемитизме. Есть исторические причины, а есть и достаточно циничное манипулирование сознанием людей. Забывают, что французская власть, а не только отдельные французы были причастны к Холокосту. В западных странах не учитывают тот факт, что за помощь евреям поляк или украинец рисковал не только своей жизнью, но и жизнью своих близких. Боюсь, что на фоне размытых и крайне несправедливых обвинений в адрес целого народа или значительной его части, не очень реалистично ожидать признания коллективной причастности к Холокосту. За отдельное преступление поляки смогли извиниться, но за коллективную вину в преступлениях отдельных лиц, когда сами поляки так ужасно страдали?

Я не видела убедительных доказательств причастности Шухевича и руководства УПА к Холокосту. Повторю, что подобная причастность заслуживает однозначного осуждения, и если смогут доказать какие-то преступления, то считаю, что сторонникам УПА, и, наверное, украинской власти надо было бы их осудить. Но когда до сих пор нет консенсуса в обществе относительно роли УПА, относительно количества оккупантов в военные годы, возможно, не стоит удивляться, что призывы извиниться  вызывают у многих людей раздражение.

На мой взгляд, самым ценным уроком европейского опыта является готовность отказаться от вопросов, которые могут только разъединять людей ради объединения вокруг недопущения антисемитизма и ксенофобии в наши дни.  Что те люди, сидящие за столом переговоров, осознавали свою вину за то, что произошло, я почему-то сомневаюсь. Но расхождений было множество, и речь шла не только о роли в войне, но и об ответственности за проблемы, порождённые распадом колониальных империй. Можно выяснять до конца света - или наиболее вероятно, до начала новой войны, кто виноват, но вопрос, что делать, требовал решения не после выяснения отношений, а теперь. Надо было жить вместе, и никакие претензии по поводу прошлого не оправдали бы неадекватные реакции, приведшие к новым вспышкам агрессии.

Хотелось бы, чтобы Украина научилась такому прагматизму. Имеем, правда, дополнительную проблему в беспощадном наплыве пропаганды и вранья со стороны многих русскоязычных СМИ и, нередко, Министерства иностранных дел Российской Федерации. Печальная эффективность подобных атак в некоторых кругах обусловлена ещё одной проблемой. Новые подробности о войне постоянно выкапываются европейскими исследователями, но они в основном всего лишь дорисовывают более или менее чёткую и общепризнанную картину. Ясности относительно отдельных периодов украинской истории нет, и очень много информации о войне можно как угодно назвать, только не объективною.

Стереотипы имеют несколько привлекательных черт: они легко запоминаются, не требуют болезненных умственных процессов, и обычно экономят время. Ведь речь часто идёт о режиме копипейста, нередко из года в год. Проблемы возникают, по крайней мере, для тех, кто ничего против правды не имеет, когда действительность меняется, а слова, якобы описывающие ту самую реальность - никак. На прошлой, довольно типичной, неделе, я получила одно тревожное сообщение о росте антисемитизма в Украине, и прочитала ещё два текста в Интернете, недатированные, но, судя по компьютерным данным, один в последний раз изменили в апреле 2008 г.

Прежде чем объяснить, почему крик о росте антисемитизма, мягко говоря, утратил свою актуальность, стоит обратить внимание на первый комментарий под текстом «Антисемитизм. Подозревается Украина». Возмущённый читатель под ником Александр, видимо, охвачен впечатлениями от прочитанного и пишет: «Позор! И это в наши дни!!!! Незалежная украина как была так и осталась - грязной антисемитской страной».

При таком «анализе» ситуации, комментарии излишние, но один вопрос всё-таки напрашивается. Действительно ли это в наши дни?  Обратимся к специалисту: на протяжении последних лет Вячеслав Лихачёв проводит мониторинг проявлений антисемитизма и ксенофобии в Украине. В недавней статье под названием «Динамика проявлений антисемитизма в Украине в начале XXI в.: реальность и стереотипы», он анализирует стереотипы на предмет соответствия эмпирическим данным.

Вместо роста антисемитских преступлений, о котором трубят со всех сторон, оказывается, за последние два года количество нападений на евреев даже немножко снизилось. В этом году по всей стране зафиксировано три уличных нападения. Если добавим двух человек из Львова, которые в июле получили лёгкие травмы, когда к ним в квартиру ворвалась агрессивная и видимо антисемитская супружеская чета пенсионеров (которые ещё больше пострадали от инцидента), то речь идёт о пяти жертвах. В прошлом году зафиксировано 5 нападений (или 6, если учитывать один случай, не получивший точного подтверждения) с 8 (или 9) жертвами. Никаких серьёзных случаев не было. Лихачёв указывает и на значительный спад числа фактов вандализма (в основном, осквернения могил и мемориальных знаков) в 2008 году.

Трудно не согласиться с автором, что нет никакого повода ни радоваться, ни расслабляться. На протяжении последних двух лет, наметился рост расистских нападений на выходцев из Африки, Азии или Ближнего Востока. Лихачёв также отмечает, что снижение случаев вандализма, возможно, обусловлено некоторыми суровыми приговорами за такие преступления.

Получается, мы ищем насильников так сказать под фонарём, где виднее, да и знаем, что они там прячутся потому, что они раньше всегда там нас подстерегали. И ясно ведь, что не скажем, что их стало меньше. Хитрые они, не дадим себя обдурить! Или же не скажем из других мотивов. Результат один: насильников никто не замечает, что вызывает раздражение у законопослушных граждан, и ставит под угрозу других жертв насилия. Более того, не делаем необходимых выводов относительно эффективных способов противодействия проблеме.

Что касается антисемитизма в политической жизни и электоральной динамики, стоит обратить особое внимание на комментарий специалиста по ультранационалистическим политическим движениям Андреаса Умланда. Он выделяет Украину, как единственную страну Восточной Европы, где никаким ультраправым политическим силам не удалось пробиться в парламент.  На парламентских выборах 2007 г. единственная политическая сила, отстаивающая расистский принцип национально-пропорционального представительства, Всеукраинское объединение «Свобода» получило 0,76% голосов избирателей. Автор также отмечает, что «объем антисемитской пропаганды в ходе избирательной кампании был в 2007 г. на порядок меньше, чем в 2006 г»

Основным источником антисемитской пропаганды в 2002-2006 гг. являлась, конечно, пресловутая  Межрегиональная академия управления персоналом (МАУП). По оценкам В. Лихачёва МАУП выпускала до 90% от общего количества антисемитских материалов в печатных СМИ.

«Осенью 2007 г. в силу ряда причин Академия свернула антисемитскую кампанию так же резко, как и начала ее. С сентября 2007 фиксируется резкий спад количества антисемитских публикаций, продолжившийся и в 2008 г. По результатам первых девяти месяцев 2008 г. мы можем говорить о десятикратном (!) уменьшении количества антисемитских публикаций в украинских периодических изданиях по сравнению с аналогичным периодом 2007.»

Об этом сообщалось в регулярных мониторинговых отчётах Вячеслава Лихачёва, которые являются самым важным источником достоверной информации о ситуации в стране. Поэтому, вызывает, по меньшей мере, удивление текст, вместе с рекомендациями участников круглого стола, вроде бы посвящённого 70-летию трагедии «Хрустальной ночи», и проведённого Еврейский народным университетом им. Маймонида, некоторыми еврейскими организациями, совместно с организацией под названием «Антифашистского комитета Украины». Для меня непонятно, как люди, которые якобы стремятся противодействовать антисемитизму, могли посвятить большую часть круглого стола и текста про него возмущению заведомо устаревшей информацией.  Даже без подсказки, неужели не вызывает некий умственный дискомфорт, что цитируют материалы с 2002 и 2004 гг. в канун 2009-го года?  Эффективно противодействовать антисемитизму поможет свежая информация, если она есть, и если задание круглого стола действительно заключается в противодействии антисемитизму. В ту скорбную годовщину было бы слишком горько подозревать их в другой цели.

Вячеслав Лихачёв пишет и об антисемитизме в общественном сознании. Хотя у него обоснованные сомнения относительно соответствия современным потребностям «шкалы Богардуса», этот метод для оценки социальной дистанции между различными группами населения не первый год используется. Стоит, поэтому, отметить, что в 2008 году индекс социальной дистанции по отношению к евреям сократился (с 4,6 в 2007 году до 4,1 в 2008 году).

Если постоим твёрдо в 2008 году, хотя нет никакого поводу терять бдительность (повода никогда и нигде не бывает), ситуация, как оказывается, не такая катастрофическая, как малюют. Те, кто предпочитает не расставаться со стереотипами, или откровенно их фабрикуют, в частности, люди, попытавшиеся сделать из неприятного инцидента с двумя крайне предубеждёнными пенсионерами с черпаком страшный «погром», делают нам всем, независимо от этнической группы, злую услугу. Они порождают страх, подозрения и взаимную враждебность.

Более того, они отвлекают людей от борьбы с примитивной потребностью во врагах и козлах отпущения. В сентябре этого года напали на Главного раввина Винницы и его трёхлетнего сына. Без всякого сомнения, на них напали как на евреев, но скинхеды, которые, по всей видимости, совершили преступление, нападают на многих людей, которые не вписываются в их чрезвычайно ограниченную и примитивную схему «правильных украинцев». Учитывать надо общий характер и всю опасность таких маргинальных и агрессивных группировок.

Некоторые уроки мы же всё-таки усвоили с войны. Мы знаем, что провоцирует рост ненависти и агрессии и позволяет носителям примитивного маразма беспрепятственно распространять заразу. В период острого кризиса мы не имеем права пренебрегать знанием, пропитанным кровью и страданием. Наверняка остаются нерешёнными вопросы относительно роли некоторых украинцев во время Второй мировой войны и Холокоста, остаются и люди, избежавшие наказания за преступления. Насколько мы все несём за это ответственность, не знаю. Однако за то, что мы ставим людей, которые выделяются, под угрозу, за то, что ничего не делаем, чтобы противодействовать ненависти и насилию, мы несём непосредственную ответственность в нашем времени и в нашем пространстве.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори