пошук  
версія для друку
27.08.2012 | Георгий Кобзарь

Жительница Шевченково обвиняет в изнасиловании бывшего сотрудника милиции

   

После ужасного резонансного дела Оксаны Макар много шума было по поводу так называемых «мажоров», которым часто удается безнаказанно избегать заслуженного наказания.

Но, как показывает практика, часто в роли «мажоров», которым «закон не писан», выступают… сотрудники правоохранительных органов, как действующие, так и бывшие. Которые знают все «ходы и выходы» современного отечественного лабиринта под названием «правосудие» и умеют «находить общий язык» с коллегами…


Сама «дала»?

Эта практически «классическая» для таких случаев история произошла почти год назад, 22 сентября 2011 года, в небольшом поселке Шевченково Харьковской области. К 2-м девушкам в кафе подсели 2 молодых человека, «угостили» девчат алкогольными напитками, после чего повезли их «на рыбалку» в соседнее село. Разумеется, до села они не доехали.

Одна из них – К. – впоследствии в своем заявлении в милицию написала, что ее «привезли в посадку, сняли с мопеда», после чего один из парней поехал за 2-й подругой. Оставшись один на один с плохо себя чувствовавшей девушкой, Н. (кстати – бывший участковый милиционер) потащил К. «в кусты, где около часа насиловал».

Из жалобы К. в прокуратуру: «При этом я сопротивлялась, говорила, что заявлю в милицию, на что он сказал, что милиции не боится и что ему ничего не будет, так как якобы я ему сама «дала».

Когда через некоторое время вернулся второй парень с подругой, жертва от них помощи не дождалась. Наоборот, напарник Н. пришел «на помощь» ему и, по словам К., тоже ее изнасиловал.

Подробно описывать всю эту мерзость нет ни сил, ни желания. Подытоживая, заметим, что в тот же день К., ее мать и подруга (выступившая свидетелем) обратились в милицию с заявлением о совершенном преступлении. Казалось бы, при таких обстоятельствах порок должен быть непременно наказан. Увы, только казалось.

Смеркалось

К. вспоминает: «Нас неоднократно допрашивали разные сотрудники милиции. Но, ни одного протокола допроса я не видела и не подписывала... После этого меня переодели и забрали мою одежду как вещественное доказательство на судебную экспертизу, поскольку на ней были следы крови Н., следы крови от половых сношений с применением физического насилия».

По словам К., в больницу на осмотр ее повезли, когда уже было темно. Согласно акту медосмотра № 124 от 22.09.2011 г., у К. выявлены следующие повреждения: «в области ягодиц гематомы, в области спины, правого и левого плеча и предплечий множественные царапины».

Чуть позже, как указывает К., судебный эксперт тоже осмотрела ее. В выводе эксперта значится, что судебно-медицинское освидетельствование К. было проведено в амбулатории Шевченковского РО СМЭ 22.09.2011 г., в 19 часов 00 минут, «при пасмурной погоде и смешанном освещении».

А дальше начинается интересное. «Судебный эксперт сфотографировала мои спину, живот, поскольку они были в ужасном состоянии, спина была в царапинах и ранах», – свидетельствует К. – «Однако, этих фотографий в материалах дела нет. Моим представителем делался запрос о месте нахождения данных фотографий. Официального ответа нам не предоставили, судебный эксперт, который сделала фотографии моей спины и живота, в устной форме сообщила, что фотографий нет и не будет в материалах дела, поскольку данные фотографии она сделала для себя, после чего их уничтожила».

Хотя в выводе судебно-медицинской экспертизы и говорится, что «характер телесных повреждений, имевшихся у гражданки К., не исключает возможность их появления в ходе самообороны», других доказательств изнасилования, судя по всему, милицией выявлено не было.

«Его же посадят! Не бери грех на душу»

Не выявлено потому, что не смогли, или же потому, что не захотели? – утверждать не беремся. Учитывая, что многие местные милиционеры находятся с Н. в приятельских отношениях, что свидетельница, по словам К., запуганная насильниками, через некоторое время стала заявлять о том, что «ничего не видела», что экспертизу верхней одежды потерпевшей так до сих пор и не сделали, ограничившись исследованием нижнего белья. На котором, кстати, найдены следы крови К.

Несколько раз доблестные шевченковские пинкертоны выносили постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по п. 2 ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Украины («за отсутствием в деянии состава преступления»). И несколько раз, после жалоб К. и ее матери в прокуратуру, уголовное дело возобновлялось.

При этом прокуратура отмечала, что «постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено незаконно, поскольку проверки проведены без полного, всеобщего и объективного исследования обстоятельств события». И за допущенные нарушения оперуполномоченный, выносивший постановления об отказе, привлечен к дисциплинарной ответственности.

После чего дело попадало на дополнительную проверку… все к тому же оперуполномоченному, и с таким же результатом.

По словам К., об отношении милиционеров к делу может свидетельствовать эпизод, когда один из них, в разговоре с ней, намекал, что их бывший коллега может получить за совершенное им преступление аж 8 лет заключения. И вопрошал, хочет ли, мол, К. «брать такой грех на душу»?

Все хорошо, но виновные наказаны

Видя, что расследование изнасилования откровенно «волынится» сотрудниками милиции, К. и мать потерпевшей обратились к известному адвокату Роману Лихачеву – члену Харьковской правозащитной группы, который имеет значительный юридический багаж дел, выигранных у государственных и правоохранительных органов.

Адвокатом была составлена квалифицированная жалоба в прокуратуру на бездеятельность работников милиции и нарушение ими норм УПК Украины. На днях из прокуратуры пришло письмо, характерное некоей раздвоенностью содержания.

С одной стороны, в нем говорится о том, что Шевченковским РО на основании п. 2 ст. 6 УПК принято очередное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое «вынесено обоснованно и законно».

А с другой, указано, что «в связи с неоднократным принятием преждевременных, без выполнения всех необходимых проверочных мероприятий, решений об отказе в возбуждении уголовного дела», в отношении не только оперуполномоченного, но и его непосредственного шефа – начальника сектора уголовного розыска райотдела – «приняты меры дисциплинарного взыскания».

По-видимому, преодолеть этот правовой дуализм «все хорошо, но виновные наказаны», порожденный милицией и прокуратурой, можно только в суде. Адвокат Лихачев намерен больше не обращаться в прокурорские инстанции по данному делу, а добиваться справедливости в судебном порядке.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори