увійти | реєстрація | забув пароль
сьогодні 28.09.2016 04:45
(за Київським часом)

навігатор

Kharkiv Human Rights Group Social Networking



ЕРМОЛЕНКО ПРОТИВ УКРАИНЫ

20.05.14

ПЯТАЯ СЕКЦИЯ

ЕРМОЛЕНКО ПРОТИВ УКРАИНЫ

(Заявление № 49218/10)

РЕШЕНИЕ

СТРАСБУРГ

15 ноября 2012

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

15/02/2013

Это решение стало окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции. Может подвергаться редакторской правке.

 

По делу «Ермоленко против Украины»,

Европейский Суд по правам человека (Пятая секция), заседая в составе:

         Dean Spielmann, Председатель,
         Mark Villiger,
         Karel Jungwiert,
         Boštjan M. Zupančič,
         Angelika Nußberger,
         Paul Lemmens, judges,
         Stanislav Shevchuk, специальный судья,
и Claudia Westerdiek, секретарь секции,

Рассмотрев дело в закрытом заседании 16 октября 2012 года,

Провозглашает следующее решение, принятое в этот день:

ПРОЦЕДУРА

1. Данное дело основано на заявлении (№ 49218/10) против Украины, поданном в Суд в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция») гражданином Украины г-ном Григорием Николаевичем Ермоленко (далее – «заявитель») 10 августа 2010 года.

2. Заявителя представлял г-н О. Морозов, адвокат, практикующий в Сумах, Украина. Украинское правительство (далее – «Правительство») представлял его уполномоченный г-н Н. Кульчицкий, Министерство юстиции Украины.

3. Заявитель утверждал, в частности, что в заключении он не получал надлежащей медицинской помощи, и что его содержание под стражей было несовместимым с состоянием его здоровья, в нарушение статьи 3 Конвенции.

4. 10 октября 2011 года Правительство было уведомлено о данном заявлении. Г-жа Г. Юдкивська, судья, избранная от Украины, не смогла участвовать в этом деле (Правило 28 Регламента Суда). Председатель Палаты принял решение о назначении г-на Станислава Шевчука специальным судьей (Правило 29 § 1 (b)).

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель родился в 1958 году и в настоящее время содержится в Сумской исправительной колонии № 116.

6. В рассматриваемый период времени заявитель был заместителем начальника Сумской районной государственной администрации. С 2002 года он страдает хроническим лимфолейкозом, и в 2007-2009 годах прошел несколько курсов химиотерапии.

7. 3 июня 2009 года против заявителя было возбуждено уголовное дело в связи с коррупцией. В тот же день он был арестован и содержался под стражей в течение восьми дней. По словам заявителя, в первые сутки содержания под стражей ему не давали воды и пищи, и не оказывали никакой медицинской помощи.

8. 22 июня 2009 года Сумская областная больница сообщила адвокату заявителя В., что в период между 15 марта 2007 года и 22 июня 2009 года заявитель пять раз помещался в больницу. Он страдал хроническим лимфолейкозом, считающимся неизлечимой болезнью, так что было возможно только поддерживающее лечение в специализированном гематологическом отделении, в дополнение к постоянному приему лекарств в периоды, когда он не находился в больнице.

9. С 28 июля по 13 августа 2009 года заявитель находился в Сумской областной клинической больнице. Ему был поставлен диагноз хронический лимфолейкоз, атеросклеротический кардиосклероз, гипертоническая болезнь, хронический холецистит, хронический панкреатит и кисты на обеих почках.

10. 8 сентября 2009 года заявитель получил третью группу инвалидности (самую слабую) в связи с его состоянием здоровья. В соответствии с Инструкцией по определению группы инвалидности, принятой Министерством здравоохранения Украины 7 апреля 2004 года, которая действовала в то время, третья группа инвалидности присваивалась людям с постоянными функциональными расстройствами организма незначительной тяжести, умеренно ограничивающими повседневную деятельность.

11. 23 декабря 2009 года Сумской областной апелляционный суд признал заявителя виновным в коррупции (получении 100000 украинских гривен (UAH) - на тот момент около 8700 евро (EUR) - в обмен на выделение 2,8 га земельных участков) и приговорил его к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества и запретом занимать административные должности. Суд отметил, что при вынесении приговора состояние здоровья заявителя было принято во внимание. В этом судебном разбирательстве заявителя представляли адвокаты Б. и Д.

12. В тот же день заявитель был помещен в Сумской СИЗО.

13. Заявитель обжаловал это судебное решение. В своей апелляции адвокат заявителя, М., отметил, что заявитель нуждается в операции на почках и страдает хроническим лимфолейкозом. Адвокат считал, что эти факты могли бы служить основанием для освобождения. Он заявил, что для заявителя этот приговор равносилен смертельному приговору.

14. 25 марта 2010 года Верховный Суд Украины рассмотрел дело с точки зрения фактов и вопросов права, и оставил приговор в силе, оставив без явного решения вопрос о состоянии здоровья заявителя. Тем не менее, было отмечено, что при вынесении заявителю приговора нижестоящий суд правильно оценил смягчающие обстоятельства. Из документов, представленных заявителем, неясно, какие конкретные медицинские доказательства были представлены ​​в национальных судах.

15. 7 апреля 2010 года заявитель был переведен в Сумскую исправительную колонию № 116.

16. 17 апреля 2010 года заявитель был помещен в медсанчасть колонии. Ему был поставлен диагноз атеросклеротический кардиосклероз, хронический холецистопанкреатит, кисты почек и хронический лимфолейкоз (III-IV стадии), и были назначены кардио- и спазмолитические препараты.

17. 26 апреля 2010 года заявитель был осмотрен гематологом областной больницы, который рекомендовал ему пройти химиотерапию.

18. С 22 июня по 7 июля 2010 года заявитель проходил лечение в больнице Темновской исправительной колонии №100. Ему был поставлен диагноз хронический лимфолейкоз, атеросклеротический кардиосклероз, гипертоническая болезнь, хронический холецистит, хронический панкреатит и ожирение. Было рекомендовано продолжить лечение в гематологическом отделении по месту отбывания наказания. Далее было отмечено, что в случае необходимости, после полного обследования в специализированной клинике, будет рассмотрен вопрос об освобождении заявителя.

19. 23 июля 2010 года начальник Сумского областного департамента по вопросам исполнения наказаний попросил начальника Департамента здравоохранения Сумской облгосадминистрации организовать обследование заявителя гематологом и химиотерапевтом Сумской областной больницы. В ответ ему сообщили, что заявитель будет помещен в гематологическое отделение Сумской областной больницы.

20. 26 августа 2010 года заявитель был осмотрен профессором Т. из Института гематологии и трансфузиологии Академии медицинских наук Украины. Было отмечено, что состояние здоровья заявителя начало ухудшаться с начала 2009 года. Он прошел пять курсов химиотерапии, которые имели положительный, но временный эффект. Состояние здоровья заявителя продолжало ухудшаться. Он испытывал слабость, вялость, боли в животе, потерю аппетита и потерю веса. Заявителю был поставлен диагноз хронический лимфолейкоз (IV стадия рака), который требует проведения иммунохимиотерапии в гематологическом отделении.

21. В соответствии с информацией, предоставленной 23 сентября 2010 года Сумской областной больницей, заявитель нуждался в иммунохимиотерапии в больничных условиях в дополнение к другим видам лечения, «отсутствие которых может привести к его смерти».

22. 28 октября 2010 года письмо, аналогичное письму от 23 июля 2010 года, было направлено начальнику департамента здравоохранения Сумской областной государственной администрации. Управлению было предложено «представить информацию о том, как заявитель может отбывать наказание с учетом его состояния здоровья» и возможен ли его перевод в медицинское учреждение Департамента по вопросам исполнения наказаний.

23. Глава Сумского областного департамента по вопросам исполнения наказаний сообщил, что 25 октября 2010 года заявитель был осмотрен двумя гематологами, кардиологом и урологом Сумской областной клинической больницы. Были сделаны УЗИ и ЭКГ, а также анализ крови. Заявителю был поставлен диагноз хронический лимфолейкоз (IV стадия рака), гепатолиеномегалия (увеличение печени), токсический синдром, ишемическая болезнь сердца, кардиосклероз, гипертония, сердечная недостаточность и кисты на обеих почках. Комиссия врачей пришла к выводу, что заявителю необходима иммунохимиотерапия в Сумской областной клинической больнице и операция по поводу кисты почек. Перевод заявителя в больницу Государственного департамента по вопросам исполнения наказаний был признан невозможным.

24. 16 и 30 ноября 2010 года заявитель отказался от перевода в онкологическое отделение Львовского СИЗО, поскольку оно находилось далеко от колонии.

25. В период с 30 ноября по 13 декабря 2010 года заявитель прошел курс химиотерапии в Сумской областной клинической больнице.

26. В период с 15 по 24 января 2011 года заявитель находился в медсанчасти колонии. Ему был поставлен диагноз острый отит.

27. После ходатайства жены заявителя о его освобождении, 4 февраля 2011 года Сумская областная прокуратура направила письма начальнику Сумской исправительной колонии № 116 и начальнику отдела здравоохранения Сумской облгосадминистрации с просьбой, к 10 февраля 2011 года, создать медицинскую комиссию для обследования заявителя и оценки его состояния здоровья, чтобы решить, имеются ли медицинские основания для освобождения заявителя. Комиссии было поручено рассмотреть следующие вопросы: 1) Какими заболеваниями страдает заявитель? На какой стадии находятся эти заболевания? 2) Было ли у заявителя диагностировано какое-либо заболевание, упомянутое в списке условий для освобождения (см. пункт 34 ниже)?

28. 8-9 февраля 2011 года заявитель прошел комплексное обследование в Сумской областной клинической больнице комиссией из шести врачей, которая включала двух заместителей главного врача больницы, руководителей гематологического и урологического отделений и других специалистов. Заявителю был поставлен диагноз хронический лимфолейкоз (IV стадия), ишемия, гипертония, крупные кисты на обеих почках и другие заболевания. Комиссия пришла к выводу, что у заявителя нет проблем со здоровьем, которые могут служить основанием для запроса об освобождении. В частности, диагноз заявителя не в полной мере совпадал с заболеванием, указанным в списке, поскольку у заявителя не было анемии, тромбоцитопении или постоянных повторяющихся инфекций. В соответствии со списком, хронический лимфолейкоз может служить основанием для освобождения только в случае таких осложнений.

29. 6 мая 2011 года заявитель был вновь осмотрен гематологом. Был проведен полный анализ крови, биохимический анализ крови, компьютерная томография головного мозга, ультразвуковые обследования различных внутренних органов, ЭКГ и другие процедуры. 10 мая 2011 года заявитель был обследован медицинской комиссией, состоявшей из десяти врачей, включая заместителя главного врача Сумской областной больницы, заместителей руководителей различных отделений больницы и профессоров из Сумского медицинского университета. Комиссия пришла к выводу, что ни одно из заболеваний заявителя не является достаточно серьезным, чтобы быть основанием для его освобождения. Был также сделан вывод, что состояние здоровья заявителя не изменилось, однако результаты его анализов показали некоторое улучшение.

30. 20 сентября 2011 года заявитель был помещен в хирургическое отделение больницы исправительной колонии № 85. Ему был поставлен диагноз однокамерные кисты на обеих почках.

31. Дальнейшей информации о состоянии заявителя не имеется.

 

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО И ПРАКТИКА

32. В соответствии с частью 2 статьи 84 Уголовного кодекса Украины, лицо, у которого, после совершения преступления или после вынесения приговора, возникло тяжелое заболевание, исключающее отбывание им наказания, может быть освобождено от отбывания наказания.

33. В соответствии с частью 5 статьи 154 Уголовно-исполнительного кодекса Украины, в таком случае глава тюремной администрации подает запрос в суд, приложив к нему заключение специальной медицинской комиссии по этому вопросу.

34. Список заболеваний (далее – «список»), которые могут служить основанием для подачи такого запроса, был принят совместным постановлением № 3/6 от 18 января 2000 года Государственного департамента по вопросам исполнения наказаний и Министерства здравоохранения Украины. В частности, в соответствии с пунктом 4.2.5 списка, хронический лимфолейкоз, осложненный анемией, тромбоцитопенией и постоянными повторяющимися инфекциями, может служить основанием для освобождения.

35. 3 декабря 1997 года Верховный Суд Украины внес поправки в решение пленарного заседания от 28 сентября 1973 года «О практике применения судами законодательства об освобождении от отбывания наказания осужденных, заболевших тяжелой болезнью». Верховный Суд пришел к выводу, что заключенный должен быть освобожден, если дальнейшее содержание под стражей угрожает его жизни, и может привести к серьезному ухудшению его здоровья. Это относится и к заключенным, которые были серьезно больны до осуждения, но чья болезнь прогрессировала во время отбытия наказания и приобрела характеристики, указанные в списке. Суды должны использовать индивидуальный подход в каждом конкретном случае и принимать во внимание не только медицинские заключения, но и серьезность совершенных преступлений, поведение осужденного и другие соответствующие обстоятельства. Решение суда должно быть мотивированным и содержать подробное обоснование всех выводов, сделанных судом.

36. 13 июня 2000 года Верховный Суд Украины, в деле X., отметил, что в соответствии со списком, серьезная болезнь может служить основанием для освобождения только тогда, когда она достигла определенной стадии. В решении суда по этому вопросу должно быть указано, какими именно серьезными заболеваниями страдает заключенный, и делают ли эти заболевания невозможным его дальнейшее содержание под стражей.

ПРАВО

I. ЗАЯВЛЕННОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ В СВЯЗИ С ОТСУТСТВИЕМ НАДЛЕЖАЩЕЙ МЕДИЦИНСКОЙ ПОМОЩИ И НЕСОВМЕСТИМОСТЬЮ СОСТОЯНИЯ ЗДОРОВЬЯ ЗАЯВИТЕЛЯ С СОДЕРЖАНИЕМ ПОД СТРАЖЕЙ

37. Заявитель жаловался, в соответствии со статьей 3 Конвенции, что ему не была оказана необходимая медицинская помощь, и что состояние его здоровья было несовместимым с содержанием под стражей. Статья 3 гласит:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

A. Приемлемость

38. Правительство не представило никаких замечаний по вопросу о приемлемости этих жалоб.

39. Суд отмечает, что эта жалоба не является явно необоснованной по смыслу статьи 35 § 3 (а) Конвенции. Кроме того, Суд отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо другим основаниям. Поэтому она должна быть признана приемлемой.

B. Существо дела

1. Аргументы сторон

(a) Заявитель

40. Замечания заявителя в основном ограничивается его несогласием с приговором. В частности, заявитель оспорил оценку доказательств по его делу национальными судами.

41. Заявитель, однако, считает, что его лейкемия перешла в четвертую, терминальную, стадию, потому что его осуждение и заключение под стражу были незаконными, и потому что он не получал надлежащей медицинской помощи и питания. В частности, 26 апреля 2010 года у него была диагностирована III стадия, а 3 августа 2010 года – IV стадия лейкемии. Кроме того, по словам заявителя, в 2010 году ему пришлось самому заплатить за иммунохимиотерапию.

(b) Правительство

42. Правительство заявило, что заявитель получал надлежащую медицинскую помощь и лечение во время содержания под стражей.

43. Правительство утверждало, что заявитель страдал данными заболеваниями еще до заключения под стражу. Его состояние здоровья ухудшилось, потому что лейкемия достигла IV стадии. Это – терминальное состояние. Диагноз был поставлен заявителю еще в 2002 году,  и с тех пор его состояние его здоровья ухудшалось.

44. Правительство также отметило, что в соответствии с частью 5  статьи 116 УИК, заявитель мог ходатайствовать о лечении в гражданских больницах за свой счет, однако нет никаких доказательств, что он это сделал.

45. Правительство также утверждало, что, поскольку заявитель получал в заключении надлежащую медицинскую помощь, его содержание под стражей не может считаться противоречащим статье 3 Конвенции.

46. Национальное законодательство предусматривает возможность освобождения от отбывания наказания в случае серьезной болезни. 8-9 февраля 2011 года заявитель был обследован медицинской комиссией, которая установила, что его диагноз не полностью совпадает со списком диагнозов, которые могут служить основанием для освобождения.

47. Таким образом, Правительство утверждало, что заявитель действительно страдал серьезным заболеванием, однако он получал надлежащую медицинскую помощь, и его болезнь не могла быть основанием для освобождения по состоянию здоровья. Если бы такие основания существовали, заявитель был бы освобожден.

2. Оценка Суда

48. Суд неоднократно подчеркивал, что в соответствии со статьей 3 Конвенции государство должно обеспечить, чтобы лицо содержалось под стражей в условиях, совместимых с уважением к человеческому достоинству, чтобы способ и метод исполнения такой меры не подвергали его страданиям и трудностям, интенсивность которых превышает неизбежный уровень страданий, присущих лишению свободы, и чтобы, с учетом практических требований режима лишения свободы, его здоровье и благополучие были должным образом гарантированы, среди прочего, путем предоставления ему необходимой медицинской помощи (см. Kudła v. Poland [GC], no. 30210/96, § 94, ECHR 2000-XI).

49. Однако, статья 3 Конвенции не может быть истолкована как устанавливающая общее обязательство освобождать заключенных по состоянию здоровья. Рассмотрев ряд дел, касающихся содержания под стражей лиц пожилого возраста и/или тяжелобольных, Суд посчитал, что статья 3 может требовать освобождения задержанного только в исключительных случаях, в частности, в случаях, когда состояние его здоровья является абсолютно несовместимым с содержанием под стражей (см. Farbtuhs v. Latvia, no. 4672/02, § 53, 2 December 2004).

50. В этой связи Суд повторяет, что для того, чтобы подпадать под действие статьи 3, жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня жестокости. Оценка этого минимума относительна: она зависит от всех обстоятельств дела, таких как продолжительность обращения, его физические и/или психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (см., среди прочего, McGlinchey and Others v. the United Kingdom, no. 50390/99, § 45, ECHR 2003‑V).

51.  При оценке совместимости состояния здоровья заявителя с содержанием под стражей следует учитывать три элемента: (а) состояние здоровья заключенного, (б) адекватность медицинской помощи и лечения в местах лишения свободы, и (в) целесообразность продолжения применения меры пресечения в связи с состоянием здоровья заявителя (см. Mouisel v. France, no. 67263/01, §§ 40-42, ECHR 2002-IX).

52. Кроме того, Суд придает особое значение существованию на национальном уровне процедуры, предусматривающей возможность освобождения в случае несовместимости здоровья заявителя с содержанием под стражей. Такая процедура должна обеспечивать достаточные гарантии защиты здоровья и благополучия заключенных, согласующиеся с законными требованиями тюремного заключения (см. Mouisel v. France, упомянутое выше, § 44) .

53. Обращаясь к настоящему делу, Суд отмечает, что у заявителя было диагностировано несколько серьезных заболеваний, требующих регулярной медицинской помощи. С 2002 года он страдал хроническим лимфолейкозом, и его состояние продолжало ухудшаться. Согласно медицинскому заключению от 22 июня 2009 года, заявителю требовалось регулярное поддерживающее лечение в специализированной гематологической клинике и постоянная медицинская помощь. Он также страдал другими серьезными заболеваниями.

54. Суд отмечает, что в заключении заявителя регулярно обследовали тюремные врачи и специалисты из гражданских больниц. Он также получал медицинскую помощь.

55. Однако, в апреле 2010 года заявителю был поставлен диагноз III стадия лейкемии, и ему было рекомендована химиотерапия. Несмотря на сделанный 23 сентября 2010 года вывод, что невыполнение этой программы может привести к смерти заявителя, только в конце ноября 2010 года, через шесть месяцев после первоначальной рекомендации, химиотерапия была, наконец, проведена.

56. Кроме того, Суд отмечает, что заявителю был поставлен диагноз киста почек, и в октябре 2010 года ему было рекомендовано хирургическое вмешательство. Однако заявитель был переведен в хирургическое отделение только через год, и на данный момент нет никакой информации о том, что операция была проведена.

57. Учитывая, что состояние здоровья заявителя было серьезным, и отсутствие своевременной химиотерапии могло привести к стремительному ухудшению здоровья заявителя и смертельному исходу, Суд не может прийти к выводу, что заявителю оказывалась адекватная медицинская помощь в заключении.

58. Суд, однако, подчеркивает, что тот факт, что национальные власти не смогли незамедлительно обеспечить прохождение заявителем важных медицинских процедур, не означает, что заявитель автоматически должен был быть освобожден по состоянию здоровья. Суд отмечает, что заявитель не представил конкретных деталей, касающихся бытовых условий его содержания и обращения с ним, и нет никаких доказательств того, что он содержался под стражей в условиях, которые можно приравнять к бесчеловечному или унижающему достоинство обращению (сравните с Farbtuhs v. Latvia, упомянутое выше, §§ 58-60).

59. Суд, тем не менее, считает, что содержание под стражей само по себе неизбежно сказывается на заключенных, страдающих серьезными заболеваниями. В частности, Суд учитывает тот факт, что национальные власти посчитали состояние заявителя достаточно серьезным, чтобы поднять на национальном уровне вопрос о совместимости состояния здоровья заявителя с его содержанием под стражей. Хотя, в соответствии с национальным законодательством, заявитель не имел возможности поднять этот вопрос непосредственно в национальных судах, когда жена заявителя подала запрос от его имени, прокурор отдал распоряжение о создании специальной медицинской комиссии для оценки наличия медицинских оснований для освобождения заявителя.

60. В этой связи, Суд повторяет, что он не может подменять своим мнением точку зрения национальных властей, особенно когда национальные власти выполнили свои обязательства по защите физической неприкосновенности заявителя, предоставив ему надлежащую медицинскую помощь (см. Sakkopoulos v. Greece, no. 61828/00, § 44, 15 January 2004). Тем не менее, в данном случае вопрос не поднимался в национальных судах, которые, в соответствии с национальной практикой (см. пункт 35 выше), должны были основывать свои решения не только на медицинских заключениях, но и на других соответствующих обстоятельствах. Кроме того, медицинской комиссии было поручено рассмотреть только конкретный вопрос, а именно совпадают ли проблемы со здоровьем заявителя с любым диагнозом из списка. Оценка того, насколько состояние здоровья заявителя, учитывая его серьезные заболевания, совместимо с содержанием под стражей, не входила в задачи комиссии.

61. При таких обстоятельствах, Суд считает, что, учитывая абсолютный запрет пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения, нельзя оценивать совместимость состояния здоровья заявителя с содержанием под стражей опираясь исключительно на исчерпывающий перечень заболеваний, без какого-либо рассмотрения со стороны национальных судебных органов.

62. По мнению Суда, такая практика не обеспечивает достаточных гарантий защиты здоровья и благополучия заключенных.

63. Суд считает, что, учитывая неспособность своевременно провести жизненно важные медицинские процедуры и неадекватность оценки совместимости состояния здоровья заявителя с его содержанием под стражей, в настоящем деле имело место нарушение статьи 3 Конвенции.

II. ДРУГИЕ ЗАЯВЛЕННЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

64. Заявитель жаловался, ссылаясь на статью 2 Конвенции, что он страдал раком крови и нуждался в операции на почках, однако, учитывая, что он не получал необходимой медицинской помощи в заключении, национальные суды, приговорившие его к лишению свободы,  фактически «приговорили его к смерти».

65. Заявитель также жаловался, в рамках статьи 3 Конвенции, что при допросах в отделении милиции 3-4 июня 2009 года он не получал ни пищи, ни воды, ни необходимых лекарств.

66. Заявитель также жаловался, ссылаясь на статью 5 §§ 1, 4 и 5 Конвенции, что его тюремное заключение было незаконным.

67. Заявитель, наконец, жаловался, в соответствии со статьями 6 § 1, 13 и 17 Конвенции, что судебное рассмотрение его дела и его осуждение были несправедливыми, что он невиновен, и что суды неправильно оценили доказательства по его делу.

68. Рассмотрев доводы заявителя в свете всех имеющихся в его распоряжении материалов, Суд считает, что в той мере, в какой рассматриваемые вопросы находятся в пределах его компетенции, они не содержат признаков нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции.

69. Следовательно, данная часть жалобы должна быть признана неприемлемой как явно необоснованная, в соответствии со статьей 35 §§ 3 (а) и 4 Конвенции.

III. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

70. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

A. Ущерб

71. Заявитель потребовать выплатить ему следующие суммы в качестве компенсации материального вреда: 77000 гривен на юридические расходы в ходе расследования и судебного разбирательства, 16588 гривен на питание, 3535 гривен[1] на лекарства, 43645 гривен на питание и лекарства в будущем, 21600 гривен на расходы, связанные с посещениями заявителя его семьей, в том числе будущими посещениями, и 60512,58 гривен в качестве возмещения стоимости конфискованного имущества и утраченного дохода.

72. Заявитель также потребовал выплатить ему 1000000 гривен[2] в качестве компенсации нематериального вреда.

73. Правительство заявило, что между заявленными нарушениями и понесенными убытками нет никакой причинно-следственной связи. Кроме того, заявитель требовал компенсации возможных будущих убытков.

74. Суд повторяет, что между заявленным ущербом и нарушением Конвенции должна существовать четкая причинно-следственная связь. В данном деле установление факта нарушения статьи 3 Конвенции в связи с отсутствием надлежащей медицинской помощи было вызвано отсутствием своевременной химиотерапии и операции на почках, в которых нуждался заявитель. Нет никаких доказательств того, что необходимость затрат на питание и лекарства связана с тем, что национальные власти не предоставили заявителю надлежащую медицинскую помощь. Точно так же, нет никакой связи между установленным нарушением и расходами, связанными с визитами членов семьи и конфискацией имущества заявителя в соответствии с вынесенным ему законным приговором.

75. Таким образом, Суд не усматривает никакой причинно-следственной связи между установленным нарушением и заявленным материальным ущербом, и поэтому отклоняет это требование. С другой стороны, принимая решение на справедливой основе, Суд присуждает заявителю 7500 евро в качестве компенсации нематериального вреда.

B. Расходы и издержки

76. Заявитель также потребовал выплатить ему 77000 гривен в качестве компенсации расходов и издержек, понесенных в национальных судах.

77. Правительство заявило, что данное требование не связано с представлением заявителя в этом Суде.

78. В соответствии с прецедентным правом Суда, заявитель имеет право на возмещение расходов и издержек только в той мере, в какой было показано, что они были фактически понесены, были необходимы и разумны. В данном случае, принимая во внимание имеющиеся в его распоряжении документы и вышеуказанные критерии, Суд отклоняет это требование.

C. Пеня

79. Суд считает разумным, что пеня должна быть основана на граничной кредитной ставке Европейского Центрального Банка, к которой следует добавить три процентных пункта.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО

1.  Объявляет жалобу по статье 3 Конвенции в отношении отсутствия надлежащей медицинской помощи в местах лишения свободы и несовместимости состояния здоровья заявителя с его содержанием под стражей приемлемыми, а остальную часть заявления неприемлемой;

 

2.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции;

 

3.  Постановляет:

(a)  государство-ответчик должно выплатить заявителю, в течение трех месяцев с даты, когда судебное решение станет окончательным в соответствии со статьей 44 § 2 Конвенции, 7500 (семь тысяч пятьсот) евро, плюс любые налоги, которые могут быть начислены на эту сумму, в качестве компенсации нематериального вреда, в переводе в национальную валюту государства-ответчика по курсу, действующему на день выплаты;

(b)  с момента истечения вышеупомянутых трех месяцев до выплаты, на вышеуказанную сумму начисляется пеня, равная граничной кредитной ставке Европейского Центрального Банка в этот период, плюс три процентных пункта;

 

4.  Отклоняет оставшуюся часть требований заявителя в отношении компенсации.

Составлено на английском языке и зарегистрировано в письменном виде 15 ноября 2012 года, в соответствии с Правилом 77 §§ 2 и 3 Регламента Суда.

Claudia Westerdiek                                                             Dean Spielmann
     Секретарь                                                                        Председатель

 

[1] Около 352 евро

[2] Около 10000 евро