пошук  
версія для друку
22.09.2014 | Вячеслав Лихачев

Проявления антисемитизма и ксенофобии в Украине в период Майдана и после (ноябрь 2013 г. – март 2014 г.)

   

Предварительные замечания

Начавшаяся в ноябре 2013 г. в Киеве кампания общественного протеста, вызванная отказом правительства от ранее официально задекларированного намерения прилагать усилия в направлении евроинтеграции, в силу значительной степени недовольства критической массы граждан действовавшей властью, с одной стороны, и неадекватными действиями силовых структур, брутальным насилием по отношению к демонстрантам, спровоцировавшим ответную реакцию, с другой, в течение трех месяцев полностью переформатировали украинскую политическую действительность. Протесты получили краткое название «Майдан» (или, реже «Евромайдан»; другие определения не прижились в широком употреблении) – по названию центральной площади украинской столицы, Майдана Незалэжности (Площади Независимости), ставшей отправной точкой и центром протестов.

В результате драматического развития событий, приведшего к трагической гибели более ста человек в ходе столкновений протестовавших с милицией, внутренними войсками и сторонниками действовавшей власти, бывший президент Украины Виктор Янукович покинул страну (по собственным утверждениям – из соображений безопасности), и парламент констатировал прекращение его полномочий. В рамках попытки легитимного выхода из политического кризиса Верховная Рада Украины провела конституционную реформу, вернув измененную несколько лет назад парламентско-президентскую форму государственного устройства, назначила исполняющим обязанности президента Александра Турчинова, определила дату досрочных выборов президента и сформировала правительство.

К сожалению, в силу дальнейшего развития событий на настоящий момент нельзя констатировать завершение кризиса. В силу слабости новой власти, которую некоторые пророссийски ориентированные граждане воспринимают как нелегитимную и ультра-националистическую, новая кампания протестов охватила в последние две недели южные и восточные регионы. В Автономной Республике Крым власть де-факто перешла к сепаратистам, при поддержке российской военной экспансии объявившим о присоединении к Российской Федерации.

Кампания протестов и приход новой власти в Киеве сопровождались массированной и не всегда адекватной информационной кампанией, в рамках которой общественное протестное движение, политическая оппозиция и, соответственно, новое правительство, характеризовались как ультра-националистические, экстремистские и ксенофобские. В этих обстоятельствах и для украинских граждан, и для иностранных наблюдателей представляется крайне важным понять, насколько эта характеристика соответствует действительности.

Для того, чтобы помочь всем заинтересованным разобраться в данной проблеме, в рамках этого доклада собраны все подтвержденные случаи проявлений антисемитизма и ксенофобии в период Майдана. В докладе собраны именно все попавшие в поле зрения мониторинга автора проявления ксенофобии, произошедшие с начала протестной кампании. Прямая и непосредственная связь конкретных инцидентов с общественно-политическим противостоянием не всегда очевидна. Например, нападения на религиозных евреев возле киевской синагоги на Подоле в январе приводятся в СМИ как пример антисемитизма протестующих, или, наоборот, как провокация спецслужб, направленная на дискредитацию протестующих, хотя достоверно о личности нападавших и их мотивах до сих пор не известно ничего. В данном докладе все предположения и интерпретации оставлены за скобками, автор ставил перед собой задачу исключительно собрать все факты. Сама по себе совокупность информации о преступлениях на почве ненависти в период протестной кампании позволяет ответить на вопрос, сопровождалась ли оная ростом антисемитизма или других форм ксенофобии в Украине в последние месяцы.

Для облегчения чтения доклад лишен справочного аппарата. Ссылки на все источники и рабочие материалы (в том числе, эксклюзивные, например, видеозаписи с камер наружного наблюдения синагог в Киеве и Запорожье) сохранены у автора.

Наконец, необходимо добавить, что автор является российским гражданином, не принимал непосредственного участия в политическом противостоянии и в процессе мониторинга событий старался сохранять объективность и беспристрастность, насколько это возможно при наблюдении за столь драматическими событиями.        

Хронология событий. Противоправная деятельность национал-радикалов в ходе протестов

21 ноября 2013 г. премьер-министр Украины Николай Азаров объявил, что правительство приостанавливает подготовку к заключению Соглашения об ассоциации с Европейским союзом, вопрос о подписании которого должен был рассматриваться на саммите Восточного партнерства в Вильнюсе 28–29 ноября. Поскольку ранее правительство, президент и правящая Партия регионов официально декларировали евроинтеграционные намерения, отказ от подготовки к подписанию Соглашения по ряду причин вызвал всплеск негодования в самых широких слоях общественности. Активисты, возмущенные тем, что руководство страны на протяжении долгого времени вводило общество в заблуждение, призвали граждан выходить на Майдан на бессрочную протестную акцию, призванную склонить президента и правительство вернуться к курсу на евроинтеграцию. Начинавшийся как внепартийная общественная инициатива, протест был поддержан оппозиционными политическими партиями, и приобрел значительный масштаб.

К протестам с самого начала присоединились самые разные политические и общественные силы, объединенные исключительно неприятием существующей власти, в том числе, радикальные националисты, критически относящиеся к современным европейским ценностям и евроинтеграции. В первую очередь, национал-радикальные силы общественного протеста (т.н. «гражданского сектора» Майдана) стали ассоциироваться с неформальным объединением «Правый сектор», а политического – с партией Всеукраинское объединение «Свобода». Необходимо отметить, что представители этих групп официально старательно воздерживались от ксенофобских высказываний и действий во время протестов, или даже, наоборот, декларировали свою толерантность.

Тем не менее, с первых дней массовых выступлений фиксировались отдельные проявления ксенофобии и акты насилия со стороны национал-радикалов.

23 ноября на сцене Евромайдана выступила поэтесса Диана Камлюк, известная тем, что в 2008 г. была осуждена за соучастие в убийстве выходца из Нигерии, совершенном в 2006 г. на почве расовой нетерпимости, и отсидела свой срок. Она прочитала свои стихи из сборника «Голос крови», в том числе расистского и антисемитского содержания. Свое выступление самодеятельная поэтесса завершила восклицанием: «Чтобы вы дожали и не повелись на мольбы жидов! В наших жилах течет украинская кровь белого человека!». Из толпы доносились как одобрительные, так и негодующий выкрики.

24 ноября представители националистических групп отбирали плакаты у активисток группы Феминистическая офензива, вышедших на Евромайдан с лозунгами против гомофобии и за гендерное равенство.

26–27 ноября активисты ряда праворадикальных групп – движения «Тризуб им. Степана Бандеры», Социально-национальной ассамблеи/ «Патриота Украины» (СНА/ПУ), партии Украинская национальная ассамблея (УНА), группы «Белый молот», а также представители футбольных болельщиков, организовали на Евромайдане неформальнео объединение «Правый сектор». Под этим «брендом» происходила дальнейшая мобилизация национал-радикальных активистов для участия в активности Евромайдана, включая силовое противостояние с органами правопорядка.

Костяк получившего впоследствии широкую известность «Правого сектора» составила парамилитарная группировка Тризуб им. С.Бандеры. Это объединение в последние недели стало просто «страшилкой» для всех национальных меньшинств, в первую очередь русских и евреев, особенно в российских СМИ. Лидеру объединения, выдвинувшемуся из руководства Тризуба в первые недели противостояния, Дмитрию Ярошу, ложно приписывают многие ксенофобские и шовинистические высказывания. На самом деле, ситуация несколько сложнее. Реальные высказывания Д.Яроша и других руководителей коалиции и официальные заявления объединения не дают оснований для сколько-нибудь серьезных опасений. Д.Ярош критиковал за «расизм» парламентскую националистическую партию Всеукраинское объединение «Свобода», неоднократно подчеркивал необходимость защиты прав национальных меньшинств. На встрече с послом Государства Израиль Реувеном Дин Элем Дмитрий Ярош обещал жестко пресекать любые проявления антисемитизма. Пресс-секретарь «Правого секретарь» – выходец из России Артем Скоропадский (журналист, урожденный Бычков, на определенном этапе изменивший свою фамилию на звучный творческий псевдоним). Наконец, один из лидеров объединения, выступающий от его лица с официальными заявлениями, Борислав Береза, по собственному утверждению – еврей, потерявший в Бабьем яру семерых родственников.

Однако и на настоящий момент (хотя сегодня идет речь о переформатировании аморфного неформального объединения в политическую партию), и особенно в первые дни протестов, «Правый сектор» представлял собой ситуативное объединение различных сил. СНА/ПУ в полном смысле этого слова могут быть названы неонацистским движением (о его руководстве и характере деятельности организации см. ниже, в разделе, посвященном амнистии тех, кого новая власть официально назвала политзаключенными).

26 ноября правые радикалы (в основном, принадлежащие к оформившемуся в эти дни «Правому сектору») напали на активистов левого движения, вышедших на Майдан с социальными лозунгами (за бесплатное образование и дешевый общественный транспорт). Нападавшие назвали левых участников протестов «шавками» (оскорбительно-презрительное прозвище для антифашистов в неонацистской среде). Национал-экстремисты пустили в ход баллончик со слезоточивым газом. Одному из левых активистов сломали палец.

27 ноября ультра-правые радикалы, поощряемые с трибуны, снова воспрепятствовали попытке левых активистов выйти на Евромайдан со своими лозунгами, вырывая у них из рук плакаты и вытесняя их за пределы митинга.

28 ноября около тридцати активистов праворадикального движения, применив баллончики со слезоточивым газом, атаковали акцию за права женщин, проходившую под лозунгами «Украинским женщинам – европейскую зарплату», «Европа – это оплачиваемые декретные отпуска», и др. В результате нападения пострадали два молодых человека и одна девушка.

В ночь на 30 ноября сотрудники спецподразделений милиции «Беркут» жестоко разогнали оставшихся на Майдане молодых людей, в основном – студентов. Десятки участников мирных протестов были избиты. Многие демонстранты были госпитализированы с тяжелыми травмами (в частности, один молодой человек в результате ничем не спровоцированного избиения около трех недель провел в коме и выжил только чудом).

По некоторым, не до конца подтвержденным данным, перед окончательным разгоном демонстрантов имели место локальные стычки сотрудников милиции с национал-радикалами, объединенными в «Правый сектор».

С этого момента протест утратил мирный характер и, вместе с тем, стал более массовым. Возмущение неоправданным применением силы со стороны правоохранительных органов способствовало резкому увеличению численности протестующих самой разной политической и идеологической ориентации. Лозунги, посвященные евроинтеграции, стали сменяться требованиями отстранения и наказания ответственных за неоправданное насилие над протестовавшими студентами, а после фактического отказа правительства вступать в диалог – требованиями отставки правительства и президента. Одновременно, часть демонстрантов начала готовиться к дальнейшему силовому противостоянию с милицией. Сформировавшуюся чуть позже Самооборну Майдана возглавил депутат Андрей Парубий, в прошлом – активист праворадикальной Социал-национальной партии Украина, впрочем, эволюционировавший в сторону умеренной идеологии.

Днем 30 ноября на Михайловской площади праворадикальные активисты, в первую очередь, связанные с «Правым сектором», организовали обучение всех желающих тактике силового противодействия сотрудникам правоохранительных органов, включая отработку групповых действий с подручными средствами, используемыми в качестве холодного оружия.

1 декабря в ходе массовой демонстрации, вызванной возмущением граждан фактом жестокого разгона протестовавших на Майдане студентов в ночь на 30 ноября, активисты национал-радикальных групп, а также примкнувшие к ним футбольные хулиганы, отдельные радикально настроенные активисты Всеукраинского объединения «Свобода» и протестующая молодежь, осуществили ряд противоправных действий.

Правые радикалы принимали участие в захвате зданий Киевской городской государственной администрации (предварительно побив стекла с фасада здания) и Дома профсоюзов, а также в столкновениях с милицией. Активисты ВО «Свобода» фактически взяли под свой контроль здание Киевской городской государственной администрации. В этом здании на протяжении всех трех месяцев находилась штаб-квартира одного из наиболее радикальных групп протестовавших – ориентирующейся на «Свободу» молодежной неонацистской группировки С14 (или «Сiч») во главе с Евгением Карасем. Сторонники «Правого сектора» закрепились на пятом этаже Дома профсоюзов. По неподтвержденным и, возможно, не вполне достоверным данным, активисты С14 на протяжении кампании протестов несколько раз избивали прохожих исключительно на основании их «неславянской» внешности. Даже если эта информация преувеличена, именно про-«свободовское» неформальное молодежное объединение С14 (официально являвшаяся одной из Сотен Самообороны Майдана) с полным основанием может считаться наиболее заметной организованной в полном смысле слова неонацистской и расистской группой в протестном движении.

Апогеем насильственных действий в ходе протестных акций 1 декабря стала безуспешная попытка прорыва кордона военнослужащих Внутренних войск и сотрудников милиции на ул.Банковой (т.н. «штурм Администрации президента») в середине дня. Хотя «Правый сектор» организованно не принимал участия в столкновении, самом начале конфликта активное участие принимали агрессивно настроенные молодые люди с символикой СНА/ПУ.

Позже, вечером, активисты праворадикальных групп, включая членов ВО «Свобода», предприняли попытку вандализма в отношении памятнику Ленина на бульваре Шевченко и в последовавших столкновениях с сотрудниками спецподразделений милиции.

Активное участие национал-радикалов в насильственных действиях 1 декабря дало основание власти говорить о том, что тон протестам задают фашисты, а оппозиции – о том, что власть использует провокаторов в рядах демонстрантов.

В организации столкновений на ул.Банковой обвинялся лидер хулиганско-экстремистской группы «Братство» Дмитрий Корчинский, ранее известный организацией политтехнологических провокаций. Через несколько дней после беспорядков он был объявлен в международный розыск, и три месяца скрывался заграницей (в розыск впоследствии были объявлены многие лидеры и активисты Майдана, в том числе национал-радикалы, однако в основном они продолжали активное участие в противостоянии, не покидая центра украинской столицы, который контролировали протестующие).

4 декабря несколько десятков правых радикалов, предположительно – сторонников партии «Свобода» напали на персонально известных своей левой позицией активистов Конфедерации свободных профсоюзов Украины (КСПУ) братьев Левиных, раздававших агитационные материалы на Крещатике. Нападавшие называли профсоюзных активистов «шавками». Анатолию Левину сломали ребра, Александру Левину – сломали нос и рассекли скулу, Денис Левин пострадал от применения слезоточивого газа из баллончика. Кроме того, нападавшими было испорчено имущество КСПУ – палатку порезали ножами, сломали звукоусиливающую технику, украли генератор.

Нападению предшествовало подстрекательское обращение со сцены ЕвроМайдана: «Уважаемые мужчины! Тут есть мужчины? Тут есть мужчины?! Ага, понятно… Братья, мне сообщили, что здесь, со стороны метро «Крещатик», тусуются, почему-то под красными знаменами, ну, впрочем, под какими же еще, не под украинскими же, группа паршивых «титушок». Я думаю, что мужчины знают, что дальше делать». Сообщение о наличии у профсоюзных активистов красных флагов было дезинформацией, более того, агитация КСПУ была согласована руководством профсоюза с лидерами Евромайдана. Лидер профсоюза, Михаил Волынец, далек от коммунистических взглядов и является народным депутатом от партии Батькивщина. Однако, братья Левины действительно являются левыми активистами, и, вероятно, были персонально идентифицированы как коммунисты кем-то из ультра-правых участников Евромайдана. Возможно, инициатором нападения был народный депутат Украины от партии «Свобода» Игорь Мирошниченко, замеченный возле палатки КСПУ незадолго до процитированного выше обращения со сцены, и присутствовавшего при окончании нападения. Комментируя произошедшее на камеру, он сказал об одном из пострадавших активистов: «если он будет за Ленина что-то говорить, я ему лично морду набью».

Видеозапись инцидента была выложена в Интернет с предуведомлением: «Активистами Майдана была обезврежена группа коммунистов-провокаторов возле метро Крещатик». Комментарий пользователя, выложившего видео, гласил: «Коммунисты пытались спровоцировать патриотических протестующих Евромайдана на столкновение, но были вовремя выявлены и отстранены от мирного протеста». Некоторые журналисты при описании инцидента делали акцент на еврейском происхождении пострадавших активистов, однако, насколько можно судить, инцидент не носил антисемитского характера.

7 декабря в киевском метро появились листовки от имени политической партии Всеукраинское объединение «Свобода», в которых содержатся призывы совершать расправу над евреями, выгонять их «с улиц нашей страны».

Пресс-служба Всеукраинского объединения «Свобода» опровергла причастность партии к этим листовкам и заявила, что это провокация.

8 декабря правые радикалы, члены партии «Свобода» и сторонники объединения «Правый сектор», разрушили памятник Ленину на бульваре Шевченко.

В ночь на 11 декабря сотрудники правоохранительных органов предприняли безуспешную попытку силового разгона Евромайдана.

15 декабря в пяти мажоритарных одномандатных территориальных округах прошли дополнительные выборы депутатов Верховной рады Украины. Во время парламентских выборов в результате массированных фальсификаций и масштабных общественных протестов Центральная избирательная комиссия постановила невозможность достоверного установления результатов в этих округах.

Согласно официальным результатам, в киевском округе № 223 победил кандидат власти, формальный самовыдвиженец Виктор Пилипишин, набравший 44,89% голосов избирателей. Его основным конкурентом был представитель Всеукраинского объединения «Свобода» Юрий Левченко, получивший 39,80% голосов избирателей.

В округе № 197 победил оппозиционный кандидат от партии «Батькивщина» Леонид Даценко, получивший 63,51% голосов избирателей. Напомню, что на выборах 2012 года, в которых он принимал участие по этому же округу, он попал в центр скандала, вызванного его антисемитскими откровениями. 28 октября 2012 года (т.е., в день выборов, что само по себе заслуживает внимания) в Интернете был распространен небольшой ролик (а также, на новостных ресурсах, расшифровки видеозаписи), на котором были зафиксированы вполне антисемитские рассуждения Леонида Даценко. В ходе беседы с неизвестным (очевидно, выполняющим провокационную роль) Л.Даценко отзывается об А.Яценюке с нескрываемой антипатией, напирая на его якобы имеющее место этническое происхождение: «Я Вам скажу, Яценюк не очень еще и прибавляет [имеется в виду, к популярности партии – В.Л.]. У него восприятие [в смысле, «его воспринимают» – В.Л. ] такое неоднозначное в Центральной Украине, учитывая его привязку, что он там жидок и так далее. […] Он думает, что он будущий президент Украины. Во-первых, он глубоко ошибается, потому что у нас в Украине в какие угодно – советские, царские [времена – В.Л.], никогда жиды не были первыми лицами». В ответ на уточняющий вопрос собеседника-провокатора об этническом происхождении лидера партии «Батькивщина» кандидат от этой партии смеется и говорит, что «бьют не по паспорту, а по морде».

Уже 11 декабря, накануне выборов 2013 года, в отношении Л.Даценко было возбуждено уголовное дело по ст.161 Уголовного кодекса («разжигание межнациональной вражды») за публикацию антисемитских призывов в поэтическом сборнике «И ангел с автоматом на плече».        

В стихотворении «жи-два, жи-восемь» Л.Даценко пишет про, что «всякие -маны и -ичи» (намекая на стереотипные окончания еврейских фамилий) «по ими же принятыми правилами игры/ идут по наши души в разных политсписках». «Им – хозяйничать, нам – сортиры чистить/ им – драть с нас деньги даже в лихие времена […] Им служат уже и спикеры, и премьеры».

Отмечу, что Л.Даценко стал единственным кандидатом от оппозиции, победившим на дополнительных выборах в Верховную раду, прошедших 15 декабря.

22 декабря активисты Всеукраинского объединения «Свобода» с применением физической силы выдворили из захваченного здания Киевской городской государственной администрации журналиста Виктора Гаценко, нецензурно оскорбляя его и угрожая ему расправой, поскольку он «враг украинского народа». Среди выталкивавших журналиста на улицу и угрожавших ему активистов были идентифицированы заместитель главы киевской «Свободы», один из лидеров партийной студенческой организации Руслан Андрейко, называющий себя комендантом Революционной комендатуры Киева, и Артем Рубан.

23 декабря по указанию депутата от «Свободы» Святослава Ханенко, руководителя Медицинской службы Майдана, прогнали с территории палаточного городка участников неформального объединения Медики-волонтеры Майдана. Добровольцы оказывали помощь пострадавшим в ходе массовых беспорядков 1 декабря, когда централизованная Медслужба Майдана еще не работала. Всеукраинский сове защиты прав пациентов организовал на сцене Евромайадана награждение участников группы Медики-волонтеры и сотрудников Красного креста, мужественно проявивших себя при помощи пострадавшим. После награждения охрана Майдана, ссылаясь на указание Ханенко, в грубой форме прогнала медиков-волонтеров. Возможно, это было связано с тем, что медицинскую помощь пострадавшим на Банковой организованно оказывала группа левых активистов, ошибочно отождествленных с Волонтерами-медиками Майдана, базировавшимися в Михайловском монастыре.

Фиксировались антисемитские высказывания и со стороны сторонников власти. Так, на прошедшем 16 декабря в Днепропетровске митинге в поддержку президента и правительства (подобные митинги получили в украинском политической лексиконе собирательное название «антимайдан») оратор заявил, что «сионистские мудрецы установили нам квоту на жизнь всего 2,7 миллионов» (имея в виду, что планы неких заговорщиков, управляющих социально-политическими процессами в мировом масштабе, входит сокращение населения Украины именно до этого количества).

На сайте организации «Украинский выбор», руководителем которой является Виктор Медведчук, 10 декабря была опубликована антисемитская статья «Евреи, евреи, кругом одни евреи», автор которой, Евгений Баранник, утверждал, что «все главные воры в Украине евреи» и «вся украинская «оппозиция» сплошь состоит из евреев». Надо сказать, что на сайте движения и ранее публиковались вполне антисемитские материалы.

Ранее, во время публичной кампании против подписания Соглашения об ассоциации, «Украинский выбор» активно эксплуатировал гомофобские настроения в обществе, дезинформируя украинцев, что «Ассоциация с ЕС – это однополые браки». Кроме того, на сайте организации неверно и, по всей видимости, сознательно ложно утверждалось, что условием евроинтеграционного процесса для Украины является депортация в страну всех европейских ромов (цыган).

На сайте Прогрессивной социалистической партии Украины была опубликована заметка под названием «Банда фашистов из Бандерлогии сеет гнев, от которого могут пострадать тысячи невинных». В заметке, в частности, утверждалось, что «пятая колонна Запада отрабатывает сценарий, написанный за пределами Украины, и цель которого – захват власти т.н. оппозицией и сдача Украины в управление транснациональному сионистскому капиталу – окончательно и навсегда!!!».

Для верного понимания и корректной интерпретации информации, приведенной в данном разделе, хочу обратить внимание на контекст. Брутальное неспровоцированное насилие, инициированное сотрудниками правоохранительных органов, носило и продолжает носить на несколько порядков большие масштабы, нежели отдельные случаи насилия со стороны представителей праворадикальных организаций. Бесспорно, авторитарная власть и прибегающие к неспровоцированному насилию правоохранительные органы представляют собой несравненно большую угрозу для демократии, общества в целом и прав и свобод каждого конкретного гражданина в частности, чем маргинальные экстремистские группировки. Кроме того, я особо хочу подчеркнуть, что количество бандитских нападений на активистов Евромайдана уже в декабре 2013 г. в разных регионах также значительно превосходит объемы насилия на идеологической почве, зафиксированные в данном разделе.

1 января в Киеве прошла манифестация в честь 105-й годовщины со дня рождения Степана Бандеры – лидера Организации украинский националистов и символической фигуры украинского национал-радикального движения. В факельном шествии, которое проводилось «Свободой» и не было официальной частью Евромайдана (Всеукраинское объединение «Майдан» отмежевалось от организации марша), приняли участие около 10 тысяч человек. В ходе шествия несколько активистов забросали горящими «фаерами» (пиротехническими дымовыми шашками) центральный вход в гостиницу «Премьер Палас». По факту произошедшего было открыто уголовное производство по ч.1 ст.296 («хулиганство») Уголовного кодекса.

Политисполком «Свободы» 2 января осудил действия радикальных активистов и исключил из рядов партии двух молодых людей, принявших участие в забрасывании гостиницы «фаерами», которые «были втянуты в инцидент и поддались на провокацию».

После принятия Верховной радой 16 января и подписания президентом Украины 17 января пакета репрессивных законопроектов, направленных на подавление общественной активности, протестные настроения стремительно радикализовались.

19 января значительные группы манифестантов предприняли попытку прорваться через кордоны солдат внутренних войск и милиции, перегородивших ул.Грушевскую, к зданию Верховной рады.

Хотя противостояние на ул.Грушевского связывают с «Правым сектором», это объединение не являлось его инициатором. Первым идти туда призвал со сцены активист Автомайдана, потом туда пошла 16-я сотня Самообороны Майдана, после нее «Правый Сектор» (который официально являлся 23-й сотней Самообороны).

Активное противостояние правоохранительных органов и протестующих на ул.Грушевского продолжалось до 24 января. В его ходе были убиты трое протестующих, сотни человек получили ранения и травмы различной степени тяжести.

В феврале насильственные действия с обеих сторон приобрели столь массовый характер в различных регионах страны, что подробное их описание займет слишком много места. Апогеем столкновений стали настоящие уличные бои в Киеве 18–20 февраля, в ходе которых были убиты более стал человек, тысячи получили ранения. Итогом противостояния стало бегство президента и формирование новой власти.

Проявления антисемитизма

1 декабря в Одессе группа околоцерковных активистов пророссийской имперской ориентации предприняла попытку демонтировать ханкуальный светильник, установленный в честь праздника Ханука еврейской общиной на Приморском бульваре. Милиция не допустила акта вандализма. Православные активисты, по мнению которых Ханукия (праздничный светильник) – это «символ владычества Израиля», вели антисемитскую агитацию, называли евреев «сатанистами» и обвиняли их в ритуальных убийствах детей.

22 декабря в очередной раз был осквернен памятник жертвам Холокоста в Николаеве. Несмываемым черным спреем на мемориальной табличке был нарисован перевернутый «сатанистский» крест.

В ночь на 1 января 2014 г. на сцене Евромайдана был разыгран рождественский вертеп, в ходе которого народный депутат от политической партии Всеукраинское объединение «Свободы» Богдан Бенюк изображал «жида». Его монолог был актуализацией традиционных антисемитских стереотипов в современных украинских реалиях: «вчера немножко торговал, сегодня депутатом стал», «немного людям в долг даю, имею с этого процент», «восток и запад – все мое, наши люди везде есть», и т.п.

Вечером 11 января, сразу после исхода шаббата (т.е., после захода солнца в субботу) произошел более серьезный инцидент – антисемитское нападение возле киевской синагоги Розенберга (синагоги на Подоле). После вечерней субботней молитвы с двух сторон от синагоги камеры наружного наблюдения зафиксировали две пары чего-то ждущих молодых людей. К сожалению, разглядеть их лица невозможно – их скрывали высоко поднятые шарфы или марлевые медицинские маски и низко опущенные капюшоны. За исключением этой особенности, ничто в их гардеробе не свидетельствовало об их идеологических пристрастиях или организационной принадлежности – обычная полуспортивная, полу-повседневная демисезонная молодежная одежда.

Около шести часов вечера на улицу из синагоги вышел Гилель Верхтаймер, 26-летний израильтянин, преподающий иврит и еврейскую традицию. Преподаватель обладал всеми внешними отличительными атрибутами ортодоксального еврея. Молодые люди, соединившись в одну группу, пошли за Гилелем Вертхаймером, и следовали на некотором расстоянии за ним до его дома на ул.Юрковской. Приблизительно в 18.10, когда он зашел в подъезд, они бросились следом и уже внутри напали. На крики выглянула соседка преподавателя. Нападавшие прекратили избиение и убежали. К счастью, нанести серьезные травмы они не успели.

Пострадавший обратился с заявлением в милицию. Уголовное производство было открыто с предварительной квалификацией по ч.1 ст. 125 Уголовного кодекса Украины («умышленное легкое телесное повреждение»).

17 января, приблизительно в четверть двенадцатого ночи, после встречи субботы (наступающей, по еврейской традиции, в пятницу вечером) и уже после того, как практически все уже разошлись, из синагоги вышел 33-летний припозднившийся прихожанин, учащийся в иешиве (религиозном учебном заведении) гражданин России Дов-Бер Гликман. Он повернул из здания налево и пошел по Щекавицкой улице в сторону Волошской улицы. Однако метров за 50 до пересечения улиц он увидел, что на углу стоят три молодых человека, показавшихся ему подозрительными. Они были обуты в высокие ботинки-берцы, лица не были видны из-за капюшонов. В общине все, разумеется, знали об инциденте, произошедшем неделей раньше с преподавателем, и были настороже. Не доходя до пересечения улиц, Дов-Бер Гликман свернул в подворотню, и, пройдя через двор, вышел на Волошскую чуть дальше ее пересечения с Щекавицкой. Но поджидавшие подходящую жертву преступники видели его маневр, и быстро пошли за ним. Услышав, что преследователи перешли на бег, студент свернул на Введенскую улицу, но через несколько метров его догнали. Один из преследователей вышел на проезжую часть, наблюдая с перекрестка Волошской и Введенской за ситуацией на улице, а двое молча набросились на жертву. Били руками и ногами, причем, по всей видимости, в носки ботинок были каким-то образом вделаны лезвия, оставлявшие глубокие порезы (это звучит очень странно, и большинство СМИ, описывая произошедшее, говорят о применении нападавшими ножей, но тем не менее именно так, по словам потерпевшего, и обстояло дело). Нападение произошло возле фасада жилого дома, пострадавшему удалось устоять на ногах. На крики студента на балкон дома выскочили люди, кто-то из жильцов дома закричал в окно. Тогда нападавшие прекратили избиение, подбежали к оставшемуся «на стреме» подельнику, и втроем они сели в машину, стоявшую на перекрестке с зажженными фарами.

Почувствовав, что ранен, Дов-Бер Гликман сумел дойти обратно до синагоги, где попросил охранника вызвать скорую. На полу в помещении миквы (бассейна для ритуальных омовений) остались обильные следы крови. Первая помощь пострадавшему была оказана на месте оперативно приехавшими медиками. После этого Гликман был доставлен в больницу, где медики зашили три колото-резанные раны на бедрах.
Характерно, что ни на углу Щекавицкой и Волошской, ни на пересечении Волошской и Введенской нет камер наружного наблюдения. И ожидали потенциальную жертву преступники явно сознательно в отдалении от здания синагоги, оснащенного камерами – возможно, ими были учтены ошибки, допущенные при первом нападении.
Уголовное производство также было открыто с предварительной квалификацией по ч.1 ст. 125 УК.

После ночного нападения, в субботу ученики иешивы организовали нечто вроде патруля, контролируя окружающие синагогу улицы, встречая и провожая приходящих на молитву верующих. После дневной молитвы, они обратили внимание на подозрительного молодого человека, который, по словам одного из прихожан, следовал за ним. Юноша лет 19-ти, по словам студентов, был похож на скинхеда – коротко стриженный, в высоких шнурованных ботинках и короткой куртке. Трое активистов самодеятельного «патруля» задержали молодого человека. Сопротивления тот не оказывал, вел себя достаточно, по словами учащихся иешивы, уверенно и даже нагло. У него был обнаружен блокнот, в который он зарисовывал подробный план прилегающих к зданию синагоги кварталов, с какими-то стрелочками. По версии активистов, молодой человек был разведчиком, «скаутом» на сленге молодежных субкультур, отмечавшим в блокноте маршруты следования прихожан от синагоги до дома.

«Патруль» сдал задержанного милиционерам, с которыми тот тоже держался довольно вызывающе. Задержанный, впрочем, был отпущен из отделения милиции. Впрочем, в общине уверены, что милиция не слишком рьяно ведет расследование и произошедших нападений.

20 января неизвестные вандалы осквернили мемориал «Скорбящая мать», расположенный в Пушкаревском парке в Полтаве.

Антисемиты нанесли на памятник неонацистский символ – кельтский крест, и граффити «Смерть жидам», а также зачеркнули надпись «Память про вас в наших сердцах».

В годы оккупации на территории Пушкаревского парка было расстреляно около 15 тыс. евреев, а также тысячи других мирных граждан, участников подполья и советских военнопленных. Мемориал был установлен в 1967 г.

В ночь на 2 февраля в г.Александрия Кировоградской области Украины неизвестные осквернили памятник евреям-жертвах Холокоста. Черной краской вандалы нарисовали свастику и нанесли надписи: «Смерть жидам» и «Zieg heil» (так, с ошибкой).
Милицией действия преступников предварительно были квалифицированы по ч.2 ст.298 Уголовного кодекса («умышленное незаконное уничтожение, разрушение или повреждение частей объектов культурного наследия»).
Памятник был установлен в 2006 г. на месте расстрела 2572 александрийских евреев на ул.Луначарского.

Мемориал уже подвергался осквернению в 2007 г. Тогда вандалами оказались трое учащихся ПТУ № 17.

24 февраля в 22.27 в Запорожье к забору синагоги подошли четверо молодых людей, лица которых были закрыты масками. Из пакета они извлекли бутылку с зажигательной смесью, подожгли фитиль и с расстояния, через задний двор, бросили в угол фасада здания синагоги. Бутылка разбилась о стену, смесь разлилась и загорелось. Возгорания здания не произошло, стене был нанесен незначительный ущерб. Сразу за бутылкой с зажигательной смесью неизвестные преступники бросили еще несколько бутылок с содержимым, отличающимся резким неприятным запахом, и, разбившись на пары, разбежались в разные стороны.

С места происшествия изъято вещественное доказательство – горловина бутылки с материей, которая была пропитана горючей жидкостью. Происшествие было внесено в Единый реестр досудебных расследований, открыто производство.

28 февраля в Симферополе (административный центр Автономной Республике Крым) антисемиты осквернили фасад здания синагоги «Нер Тамид», принадлежащую общине прогрессивного иудаизма. Неизвестные преступники написали черной краской на дверях синагоги «Смерть жидам», слева от дверей и на самих дверях оставили свастику, справа от дверей – «вольфсангель», «волчий крюк», один из рунических символов, использовавшихся в Третьем рейхе и получивших широкое распространение в неонацистском движении по всему миру. Таблички Религиозной общины прогрессивного иудаизма и Ассоциации еврейских организаций и общин Крыма с двух сторон от двери были перечеркнуты.

8 марта в г.Чигирн (Черкасской области) неизвестные подожгли с помощью бутылок с легковоспламеняющейся жидкостью еврейский памятный знак, установленный два года назад возле кладбища, на котором были обнаружены могилы хасидских религиозных авторитетов.

Амнистия национал-радикалам

Несправедливый суд и правоохранительные органы, занятые не профилактикой и объективным расследованием преступлений, а выполняющие задачи, связанные с защитой экономических и политических интересов правящей клики, были среди важнейших причин возмущения украинцев предыдущей властью. Факт наличия в стране политических заключенных, или, как минимум, избирательность и подконтрольность правосудия никем не подвергались серьезному сомнению. Поэтому вполне очевидно, что требование их освобождения было одним из важнейших лозунгов протестного движения и одной из важных задач революции.

В обществе, в котором люди в форме с санкции министра внутренних дел и по благословлению генерального прокурора только что из автоматов и снайперских винтовок расстреливали невооруженных сограждан, идея незамедлительного освобождения единым списком всех политзаключенных рангом поменьше Юлии Тимошенко, сопротивления не вызвало. 24 и 27 февраля в два приема (в силу спешки в первый раз не была соблюдена полноценная процедура реабилитации уже осужденных) депутаты Верховной рады освободили 28 человек, находящихся в СИЗО по подозрению в совершении преступлений либо уже признанных виновными.

Обстоятельства конкретных дел, по которым амнистированные обвинялись (или уже были осуждены), часто вызывали как минимум серьезные вопросы, а как максимум, на мой взгляд, выглядели откровенно сфальсифицированными. Впрочем, настоящим торжеством справедливости было бы беспристрастное расследование и, в зависимости от его результатов, вполне возможно, вполне безупречное с моральной и юридической точек зрения признание этих людей виновными.

Однако, в сложившихся обстоятельствах на это рассчитываться не приходится. Для значительной части общества эти люди, без преувеличения, герои сопротивления.

Показательно, что вообще не все амнистированные как «политические заключенные», собственно, вообще были причастны к какой бы то ни было политической деятельности. Так, Сергей и Дмитрий Павлыченко были осуждены за вполне обыденное криминальное убийство судьи, в совершении которого, насколько я могу оценить имеющуюся информацию, они были признаны виновными совершенно оправданно. Несмотря на серьезные процессуальные нарушения в ходе следствия и суда, в том числе, применение физического воздействия на обвиняемых, я полагаю, что отец и сын Павлыченко – обычные убийцы. «Политическим» их дело стало в результате, по большому счету, недоразумения (хотя весьма показательного с точки зрения настроений в обществе). Осужденные не были известными национал-радикалами. Правда, сохранилось свидетельство сокамерника Павлыченко-старшего, рассказывавшего об участии в акте насилия над чернокожим, однако его недостаточно для далеко идущих выводов, и явно не ксенофобия убийц судьи была причиной широкой общественной поддержки преступников.

Павлыченко-младший имел определенный авторитет среди болельщиков (вернее, ультрас) столичного футбольного клуба «Динамо». Субкультура футбольных фанатов всегда демонстрировала высокую степень внутригрупповой солидарности. Думаю, так же нет необходимости объяснять, что в этих кругах правоохранительные органы, мягко говоря, всегда не любили и не доверяли им. Высокий уровень общественной мобилизации фанатов способствовал развертыванию масштабной кампании под лозунгом «Свободу Павлыченко!». В ее рамках по всей стране и за ее пределами ультрас выходили на многотысячные марши. Акции фанатов привлекали огромное внимание СМИ и общественности в силу колоритности и особого стиля – использование пиротехники, энергичные фанатские «кричалки», яркие граффити на стенах, флэш-мобы в социальных сетях.

И «динамовские» ультрас, и большинство болельщиков других украинских клубов в целом придерживаются националистического мировоззрения, что естественно и для культуры «спортивного патриотизма» в целом, и для субкультуры футбольных болельщиков в частности. В силу этого на маршах в поддержку Павлыченко использовались неонацистские символы (кельтские кресты и популярный у украинских национал-радикалов «вольфсангель», «волчий крюк»). К кампании присоединились, стремясь использовать высокий мобилизационный потенциал болельщиков, депутаты от партии «Свобода». Так, «оторвавшись» от своего изначального содержания, довольно быстро дело двух Павлыченко стало политическим, а в результате революции они вышли на свободу.

Еще более показательное и актуальное для еврейской общины дело – случай Игоря Ганненко, одного из «сумских патриотов», как прозвали его подельников в СМИ. Группа И.Ганненко в составе четырех человек была осуждена в январе 2013 г. (в марте прошлого года Апелляционный суд Сумской области подтвердил приговор). Действия молодых людей были квалифицированы как «хулиганство».

Игорь Ганненко был лидеров неонацистской банды, совершавшей преступления на почве национальной, расовой и религиозной ненависти, в том числе антисемитского характера. В частности, несколько раз его группа совершала акты вандализма в отношении здания Сумского благотво­рительного еврейского центра «Хесед хаим».

Вполне доказанным по результатам следствия и судов можно считать факт поджога ночного поджога комнаты в общежитии Сумского государственного университета, в которой в тот момент спали темнокожие африканские девушки, не пострадавшие только в силу удачного стечения обстоятельств. Территория вокруг общежития была разрисована свастиками, фашистскими лозунгами, призывами к насилию на расовой почве и адресом российского неонацистского веб-сайта, содержавшего инструкции по террору в отношении иностранных студентов «небелых рас».

Собственно, в силу субкультурной природы группы, граффити на стенах и заборах были ее «визитной карточкой». Среди многочисленных лозунгов, агитации за здоровый образ жизни и против «черножопых» в настенном творчестве «сумских патриотов» присутствовал также провокационный рисунок, выполненный в стиле трафаретной живописи: портрет человека, отдаленно напоминавшего Виктора Януковича, с красной точкой во лбу, обозначающей, насколько можно судить, символический след от прямого попадания пули. Один из четверых осужденных в итоге молодых людей, собственно, к тому моменту, как группу начали арестовывать, участвовал только в эпизоде с «портретом Януковича». Это дало основание то ли не очень добросовестным, то ли не очень трудолюбивым журналистам осветить решение суда возмущенными материалами под заголовками типа «в тюрьму за антипрезидентское граффити».

Закономерно, что общественность восприняла приговор с негодованием. Оппозиционные СМИ и поддерживающие осужденных социальные сети донесли до читателей исключительно эпизод с рисунками. «Прострелянный» портрет автоматически стал одним из визуальных символов молодежного радикального протеста против тогдашней власти, а «сумские патриоты» – героями и политзаключенными.

Некоторые амнистированные национал-радикалам в романтическом ареоле мучеников немедленно бросились принимать активное участие в политической жизни страны. Заработанный ценой лишения свободы авторитет позволяет им командовать склонными к героизации подобных «борцов» молодыми людьми и подростками.

В первую очередь это относится к группе руководителей движения «Патриот Украины». В период 2006 – 2011 гг. эта группа была, пожалуй, самой серьезной неонацистской в полном смысле слова организацией в стране. Кроме того, в 2008 – 2009 гг. «Патриот Украины» получил широкую медийную известность участием в провокационных и политтехнологических кампаниях, вместе с «Братством» Дмитрия Корчинского и партией «Новая сила» Юрия Збитнева. Из сегодняшней перспективы массовая драка с милицией, которую устроили «Братство» и «Патриот Украины» у здания СБУ 18 октября 2008 года, выглядит как пролог к штурму Банковой 1 декабря прошлого года, давшему основания власти применить силу в отношении протестующих.

Лидер движения, Андрей Билецкий, вместе с двумя активистами, обвинялся в произошедшем больше двух лет назад покушении на убийство (т.н. дело «защитников Рымарской»). В данном случае я скорее готов согласиться с амнистировавшими националистов депутатами: данное дело мне тоже представляется сфальсифицированным. Основанием для его возбуждения стала драка между активистами «Патриота Украины» и пророссийским националистом Сергеем Колесником, который, поссорившись с одним из «патриотов» в интернете, пришел в харьковский офис организации и открыл стрельбу из травматического пистолета. Два активиста «Патриота», Игорь Михайленко и Виталий Княжецкий, действительно, может быть, несколько превысили пределы необходимой самообороны, нанеся Колеснику травмы подручными предметами. А.Билецкий непосредственно в драке не участвовал и вообще появился на месте происшествия позже.

Между тем, есть все основания для проведения расследования о причастности Андрея Билецкого к другим правонарушениям. В последнее время в прессе появляются статьи, раскрывающие механизмы чисто криминального сотрудничества «Патриота Украины» с харьковской властью, в том числе участия радикальных боевиков в рейдерских захватах киосков розничной торговли. Кроме того, неонацисты участвовали в дискриминационных действиях по отношению к проживающим в Харькове иностранцам, в частности – вьетнамцам. На протяжении многих лет пропаганда движения балансировала на грани разжигания межнациональной вражды, и, на мой взгляд, нередко эту грань пересекала.

В отличие от А.Билецкого, идеолог организации Олег Однороженко обвинялся в организации и участии (во главе с боевиками «Патриота Украины») в нескольких избиениях политических оппонентов. По меньшей мере, один эпизод коллективного избиения имеет бесспорное подтверждение – видеозапись нападения, сделанная самими неонацистами, до сих пор «гуляет» по сети.

Самыми известными из амнистированных активистов «Патриота Украины» являются т.н. «васильковские террористы» – Игорь Мосейчук, Сергей Бевз и Владимир Шпара. Национал-радикалы из г. Василькова Киевской области с августа 2011 г. обвинялись в подготовке террористического акта – по первоначальной версии СБУ, в месте большого скопления людей на День независимости, по версии, дошедшей до зала суда, они планировали подрыв памятника Владимиру Ленину в Борисполе. 10 января 2014 г. Киево-Святошинский районный суд Киевской области признал их виновными и приговорил к шести годам лишения свободы. Это вызвало возмущение у протестовавших на Майдане, которые попытались воспрепятствовать вывозу осужденных из здания суда. Праворадикальные активисты при ограниченной поддержке участников кампании мирных протестов Евромайдан, блокировали здание, пытались напасть на судью и воспрепятствовать отъезду машин с осужденными. Сотрудники спецподразделения милиции «Беркут» с применением силы разблокировали здание. В частности, от рук милиционеров серьезно пострадал бывший министр внутренних дел и политзаключенный, один из общественно-политических лидеров оппозиции Юрий Луценко. В результате избиения милиционерами были госпитализированы пятеро человек.

Позже активисты заблокировали автобусы с сотрудниками милицейского спецподразделения. После нескольких стычек и переговоров протестующие согласились пропустить бойцов «Беркута», обязав их снять маски, фотографируя их и фиксируя персональные данные.

Про троицу «васильковских террористов» можно сказать примерно то же, что и про лидера «Патриота Украины» Андрея Билецкого. Уголовное дело, на мой взгляд, было сфальсифицировано, обвинительный вердикт суда как минимум вызывает серьезные вопросы. Одновременно, есть все основания подозревать, что эти люди были причастны к целому ряду преступлений, в основном – чисто криминального характера. По сути, на городском уровне они (в первую очередь – Игорь Мосейчук) руководили боевиками-«титушками» из числа актива организации, действуя в защиту интересов фактического «хозяина» города «регионала» Сергея Иващенко. Судя по публикациям местных журналистов, многочисленным свидетельствам и видеодокументам, неонацисты обеспечивали силовое прикрытие фальсификациям на местных выборах в 2010 г. В сотрудничестве с городской властью неонацисты буквально затерроризировали местных жителей, жгли машины и избивали оппонентов. По всей видимости, именно нежелание правоохранительных органов расследовать злоупотребление местной власти привели к довольно грубой фальсификации уголовного дела в отношении «васильковских террористов». Возвращение Мосейчука и Со в Васильков – это материализация ночного кошмара для многих жителей города, спокойно вздохнувших после их ареста.

Амнистированные лидеры «Патриота Украины» немедленно, буквально спустя несколько дней после выхода на свободу включились в политическую жизнь сегодняшней Украины. И тут нужно понимать, что контекст их деятельности сегодня кардинальным образом отличается от всего их предыдущего опыта. Для многих они теперь – моральные авторитеты, кроме того, они выступают от имени весьма популярного сегодня политического бренда.

«Патриот Украины», являющийся ядром Социал-национальной ассамблеи (СНА), под этим названием с первых дней протеста вошел в состав «Правого сектора» – объединения революционно настроенных националистических групп, сплотившихся вокруг движения Тризуб им. Степана Бандеры во главе с Дмитрием Ярошем. СНА не имеет в структуре «Правого сектора» особого авторитета. Ее представители не вошли в состав коллективного руководства объединения, нет представителей СНА среди региональных его координаторов. Однако СНА и в том числе только что амнистированные бандиты и неонацисты из «Патриота Украины» охотно эксплуатируют популярный бренд.

Игорь Мосейчук, сидя в футболке с неонацистским «волчьим крюком» (собственно, это официальная эмблема «Патриота Украины») в эфире телеканала «112», пообещал от имени «Правого сектора» отправить в Крым «поезд дружбы» для подавления сепаратистских настроений. Это угроза активно используется в пропагандистской кампании на территории полуострова, имеющей задачу запугать местное население приездом фашистов-«бандеровцев», которые будут терроризировать русскоязычных крымчан. На следующий день после того, как российская армия совместно с местными вооруженными сторонниками пророссийского сепаратизма, практически полностью взяла под контроль полуостров, неизвестные вандалы осквернили симферопольскую синагогу – впервые за двадцать лет. На фасаде здания, возле двери, наряду со свастикой был нарисован знак «волчьего крюка». Вряд ли до интенсивной эксплуатации видеозаписи с выступлением И.Мосейчука многие в Крыму вообще догадывались о существовании этого символа.

Краткие выводы

В ходе трехмесячной кампании протестов, сопровождавшейся эскалацией насилия с обеих сторон, были отмечены проявления ксенофобии, в том числе – связанные с насилием. Антисемитская пропаганда в незначительных объемах фиксировалась с обеих сторон противостояния. Впрочем, в общем контексте масштабного насилия, сопровождавшегося огромным количеством жертв, ксенофобская составляющая занимает ничтожно малый удельный вес. При сравнении статистики расистских и конкретно антисемитских преступлений в течение ноября 2013 г. – февраля 2014 г. с результатами мониторинга преступлений на почве ненависти в стране за предыдущие десять лет сколько-нибудь заметного роста ксенофобии не отмечалось (исторический максимум количества насильственных преступлений на почве ненависти в Украине приходится на первые три месяца 2008 г.).

В протестах, а также в столкновениях с милицией активное участие принимали национал-радикальные группировки. Некоторые из них – в первую очередь, ориентированное на партию «Свобода» молодежное объединение С14 и входящая в «Правый сектор» Социал-национальная ассамблея (и движение «Патриот Украины») в строгом смысле являются неонацистскими группами. Эти группы были усилены выходом на свободу после амнистии 27 февраля их ранее заключенных наиболее радикальных активистов и лидеров.

Лидеры праворадикальных групп не получили сколько-нибудь серьезного представительства во власти. «Правый сектор» до настоящего дня не имеет никаких постов в органах исполнительной власти. Его лидер, Дмитрий Ярош, заявил о своих президентских амбициях (его рейтинг на настоящее время, согласно социологическим опросам, составляет чуть больше 1% и находится в пределах погрешности). Впрочем, несмотря на революционную и националистическую риторику, не было зафиксировано ни одного достоверного ксенофобского высказывания Д.Яроша. Руководитель Самообороны Майадан Андрей Парубий, в прошлом являвшийся национал-радикальным активистом, стал секретарем Совета национальной безопасности и обороны, однако на настоящее время нет серьезных оснований оценивать его как ультра-правого политика. «Свобода» получила в правительстве три второстепенных министерских поста и пост вице-премьера. Новый министр агропромышленной политики от этой партии Андрей Мохник был замечен ранее в ксенофобской, в том числе антисемитской и гомофобской риторике.

С момента изменения власти после 20 февраля никто из представителей новой власти не был замечен в ксенофобской риторики. Однако общественно-политическая ситуация в стране, в том числе этнополитическая, продолжает оставаться напряженной, в частности, в силу интервенции российских войск в Крыму и угрозы пророссийского сепаратизма, и требует пристального внимания международного сообщества.

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори