пошук  
версія для друку
07.08.2017 | Юрий Асеев

Несколько тезисов о стратегии реинтеграции отдельных районов Донбасса

Авдеевка
   

Уже два года сотрудники ХПГ осуществляют мониторинговые поездки в Донецкую и Луганскую области с целью документации фактов нарушения прав человека в зоне вооруженного конфликта. Нашей главной целью, конечно же, в первую очередь являются граждане, которые проживают в населенных пунктах, расположенных либо на самой линии разграничения, либо примыкающие к ней. Те люди, которые практически ежедневно чувствуют все «прелести» проживания в милитаризованной зоне. Такие случаи как разрушение жилья вследствие обстрелов, случаи ранений и смерти, незаконных задержаний и похищений, естественно, нами активно фиксируются и документируются. Однако наряду с подобными случаями мы фиксируем и другие случаи нарушения прав человека (НПЧ), о которых в среде проукраинских сообществ стараются стыдливо умалчивать…

В этой статье мы хотели бы поднять именно эту категорию НПЧ и вынести ее на публичное обсуждение.

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как в СНБО заявили о том, что существующий юридический формат обоснования проведения АТО на востоке Украины полностью себя исчерпал, и пришло время обновления юридических формулировок. Президент Украины продолжил «развитие темы», заявив о том, что в ближайшее время в Верховную Раду будет представлен законопроект о реинтеграции отдельных районов Донбасса. О подобных планах украинской власти были незамедлительно проинформированы все международные партнеры Украины, в том числе и Президент США Д.Трамп. Однако прошло уже два месяца, и сейчас уже явно видно, что срочность принятия подобных мер на законодательном уровне потеряла свою актуальность. По всей видимости, украинский политический бомонд не совсем правильно понял месседж от партнеров, который побудил высшее руководство страны прибегнуть к подобным заявлениям.

Четвертый год на востоке Украины продолжается вооруженный конфликт, однако до сих пор руководство страны не может определиться с тем, как юридически грамотно закрепить существующий статус конфликта. То, что данный конфликт инспирирован Российской Федерацией и полностью обеспечивается ею – ни у кого сомнений не вызывает. То, что Антитеррористическая Операция, проводимая уже почти 3,5 года, совершенно не вписывается в формат существующей реальности – тоже понятно всем, кто знаком с ситуацией на Донбассе. Фактически, на данный момент, мы имеем локальный вооруженный конфликт, практически в замороженной стадии – объективно нужно признать, что за последние 2,5 года никаких военных операций больше не происходило (по сравнению с 2014 и началом 2015 годов), происходит позиционное вооруженное противостояние. Сейчас речь идет даже не о сдерживании незаконных вооруженных формирований т.н. республик, а о будничном контроле над линией разграничения (ЛР) – пресечении попыток перехода ЛР в обход пунктов пропуска, а также перемещения товаров и материальных ценностей. Есть такие участки ЛР, где обстрелов и разных диверсий не было уже более двух лет.

Надо всеми этими реалиями довлеют Минские договоренности, а также соглашения, достигнутые в Нормандском формате, поэтому у Украины крайне небольшое поле для маневра. Фактически, украинские силовые структуры весьма ограничены в своих действиях.

Теперь оставим за рамками статьи юридическую казуистику и рассмотрим реальное положение гражданского населения, проживающего в районе проведения АТО.

Граждане, проживающие в населённых пунктах, расположенных прямо на ЛР, уже больше года жалуются на то, что украинские силовики (батальоны МВД и ВСУ) расселяются в домах, оставленных выехавшими местными. Проблема заключается в том, что счета за воду, газ, свет и другие услуги начисляются собственникам жилья, и в некоторых случаях суммы уже достигают десятков тысяч гривен. Такие проблемы были зафиксированы в Станице Луганской, Макарово, Малиновом, Старом Айдаре, Трехизбенке, Золотом, Попасной, Троицком, Луганском, Новгородском, Верхнеторецком, Марьинке, Красногоровке, Гранитном и Чермалыке. Список населенных пунктов далеко не полный, и возможности установить всех собственников жилья, на чьи адреса приходят такие платежки, у нашей группы не было. Однако масштаб проблемы и ее системность должны быть замечены и поняты украинским сообществом. Речь идет о тысячах домовладений на протяжении 480 километров линии разграничения от Станицы Луганской до Широкино. Мы также получали подобные сообщения от жителей из населенных пунктов, расположенных на значительном удалении от ЛР. Эту проблему ни в коем случае нельзя перекладывать на самих собственников – это несправедливо. Все подобные случаи могут быть решены силами местных ВЦА.

Расселение представителей силовых структур в жилом секторе влечет за собой и другие последствия. В ряде населенных пунктов нашими группами фиксировались жалобы гражданского населения на то, что украинские силовики ведут обстрел позиций НВФ прямо из места своего поселения. Такие случаи зафиксированы нами в Станице Луганской, Лобачево, Золотом, Новотроицком, Марьинке и Авдеевке. Естественно, ведение боевых действий из заселенного сектора ведет к прямой угрозе ответным огнём для жителей, живущих в непосредственной близости от мест расселения силовиков. Что категорически недопустимо, неприемлемо и не может быть оправдано никакими тактическими соображениями!

Еще один аспект, подлежащий обязательному урегулированию – взаимоотношения между представителями силового блока и местным населением. В последние два года конфликта на Донбассе в силовые структуры пришло много случайных людей, единственной мотивацией которых является размер материального вознаграждения и поощрения за службу. Сотрудники ХПГ в каждой поездке фиксировали не совсем адекватное (точнее, совсем не адекватное) отношение отдельных представителей силовых структур к гражданскому населению, включая и наших сотрудников. Высказывания отдельных представителей силовых структур в духе «Все местные – сепары», «Всех вас надо поставить к стенке», «Вы – не люди», и тому подобное в аналогичном склонении – не может быть оправдано никакими стрессами, которые якобы (по последующим объяснениям командиров этих представителей) они испытали, находясь в зоне АТО. Представитель украинской силовой структуры не может быть очагом распространения подобных высказываний; не имеет морального права на реализацию подобного отношения к гражданскому населению, проживающему в зоне ведения боевых действий. Подобные высказывания должны категорически пресекаться командованием подразделений, базирующихся в населенных пунктах зоны проведения АТО. Очень приятно узнавать от местного населения о том, что между военными и гражданскими в конкретном населенном пункте установились максимально дружественные отношения – военные помогают гражданским с медикаментами, продуктами питания, с восстановлением жилья после обстрелов. И крайне неприятно получать от местных жителей жалобы на противоправные действия украинских силовиков… Увы, но такие жалобы нами были зафиксированы в Станице Луганской, Лобачево, Золотом, Троицком, Марьинке, Чермалыке.

Следующий аспект, требующий реакции руководства АТЦ – это вопрос размещения блок-постов (БП). Весной 2014 года БП создавались с целью не допустить проникновения оружия в центральные районы Украины. Какой-то системы в построении сети БП в Донецкой и Луганской области тогда не было. В 2015 году АТЦ и СБУ приняли Порядок пересечения через линию разграничения граждан и перемещения товаров, в котором более-менее логично выписали все нюансы движения через ЛР. Там же более-менее детально были выписаны действия силовиков, обеспечивающих порядок и пропускные процедуры на пунктах пропуска. К сожалению, нам так и не удалось найти законодательное обеспечение работы БП, расположенных на значительном удалении от ЛР. По личному опыту перемещения знаем лишь о нескольких «неписанных» правилах, прижившихся на функционирующих БП в зоне АТО: в темное время выключить фары и включить аварийку; начинать движение по команде; запрещена фото и видеосъемка; на некоторых БП до сих пор запрещают пользоваться телефоном (видимо во избежание скрытой видеосъемки); никто из персонала БП никогда не представляется (в течении последних двух месяцев сотрудники ХПГ зафиксировали всего 3 случая, когда представители Нацполиции на БП представлялись после просьбы об этом); персонал БП категорически не настроен на какие-либо объяснения гражданам сути своих действий; до начала 2016 года ряд БП работал с закрытием «на сон» или «на обед», сейчас все БП работают в круглосуточном режиме; в каждом втором случае персонал БП, обнаруживая гражданина с регистрацией места жительства на оккупированных территориях требует справку ВПО; крайне редко персонал БП соглашается пропускать граждан, которые предъявляют иные, кроме паспорта, документы, даже из определенного законами Украины перечня «документів, що посвідчують особу». Нами фиксировались случаи, когда персонал БП требовал от граждан с регистрацией места жительства на оккупированных территориях тщательной проверки всех электронных девайсов – планшетов, телефонов, ноутбуков, фотоаппаратов и др., прекрасно отдавая отчет своим действиям и понимая, что подобные действия незаконны. Подобные случаи были зафиксированы в Счастье, Бахмуте, Славянске, Часов-Яре, Мариуполе, Марьинке.
В конце июля группа мониторов ХПГ зафиксировала создание нового БП в с.Долина Донецкой области на 25 км. ближе к Киеву от Славянска от последней линии БП. Смысл его установки состоит в том, чтобы поставить под контроль дорогу на Святогорск.
Отметим, что на всех БП наблюдаются очереди автотранспорта, особенно там, где заступили на службу новые сотрудники. Время прохождения БП может составлять от 10 до 40 мин., на отдельных БП и более. В такое жаркое нынешнее лето столь затяжные пропускные процедуры на каждом БП можно расценить как изощренные пытки …

Изначально система БП была необходима для того, дабы пресечь перевозку оружия из зоны АТО. Однако так сложилось, что перекрыть все дороги оказалось невозможным, те, кто работает с электронными картами прекрасно знает все проселки и тропинки, которыми можно объехать все БП. И те, кто желает что-то вывезти из зоны проведения АТО – делают это в объезд существующих БП. Так зачем же создавать новые БП?

Граждане, проживающие вблизи ЛР и вынужденные ежедневно перемещаться через БП, передвигаясь между населенными пунктами на подконтрольной территории, очень резко и негативно отзываются о работе персонала БП.

Да и статистика выявленных запрещенных предметов очень далека от того, чтобы оправдать такие неудобства. Судя по всему, контроль за незаконным перемещением оружия уже касается не столько потенциальных боевиков  т.н. республик, сколько украинских военных, жаждущих вывезти из зоны проведения АТО трофейное или неучтенное оружие по разным соображениям. Должно ли из-за этого страдать гражданское население?..

Еще один аспект – логистика перемещения граждан через ЛР. Сейчас пропускные процедуры осуществляют 5 контрольных пунктов въезда-выезда (КПВВ) – 4 в Донецкой области и 1 пешеходный  в Луганской. Этого категорически недостаточно для организации цивилизованного перехода гражданского населения с/на оккупированные территории. Ежедневно через КПВВ проходит порядка 30000 человек. Ряд населенных пунктов на линии разграничения оказались рассечёнными. Жители целого ряда населенных пунктов по разные стороны ЛР оказались отрезанными от своих родственников – детей, внуков, дач, земельных участков, рабочих мест… Жители Лобачево, Лопаскино, Трехизбенки, Золотого, Новоолександровки, Новолуганского, Южного, Новгородского, Гранитного, Чермалыка исторически были связаны с населенными пунктами, расположенные ныне по другую сторону ЛР. У многих там проживают родители, дети, внуки. Теперь они вынуждены преодолевать десятки, а то и сотни километров для пересечения ЛР через КПВВ, в то время, когда напрямую это находится всего в паре километров. Этот аспект также требует немедленной реакции АТЦ для того, чтобы снять раздражение гражданского населения таким абсурдным положением. Нужно открыть прямые переходы для местного населения в подобных местах.  

Вышеназванные, а также иные аспекты, которые прямо влияют на формирование дружественного восприятия украинской государственности у местного населения, обязательно должны быть приняты во внимание при выработке стратегии реинтеграции отдельных районов  Донбасса.

Далі буде

Рекомендувати цей матеріал
X




забув пароль

реєстрація

X

X

надіслати мені новий пароль


догори