Меню
Все публикации
Все 387 События 18 Мониторинг 64 Аналитика 1 Исследования 39 Интервью 222 Публицистика 20

• Голоса войны   • Интервью

Время взять ответственность: Нобелевская лекция Александры Матвийчук

10 декабря 2022 года в Oslo City Hall состоялась церемония вручения Нобелевской премии. Публикуем лекцию главы Центра Гражданских свобод.

• Голоса войны   • Интервью

‘Брат с лежачей мамой остался посреди улицы...’ , — истории из Изюма

Мать Елены умерла в Изюме от анорексии. Несмотря на многочисленные попытки эвакуации, ее так и не удалось вывезти с оккупированной территории. Отсутствие лечения и равнодушное отношение оккупантов и коллаборантов убили пожилую женщину.

• Голоса войны   • Интервью

Ей должно было исполниться 53 года. Житель Тростянца — о задержании и убийстве жены

Игорь Иванов — башкир по национальности, который живет в Тростянце, до сих пор не может поверить, что его жены больше нет. Он не хотел выезжать из города во время оккупации, потому что надеялся, что она вернется.

• Голоса войны   • Интервью

‘Я знала людей, которые погибли в подвалах Бородянки ...’

Жительница Бородянки Валентина Торгонская пряталась вместе с другими людьми в подвале, когда возле дома взорвался снаряд. На склоне лет она стала бездомной и не знает, как жить дальше.

• Голоса войны   • Интервью

‘На нашей улице все дома были разрушены’ — житель Рубежного

Кирилл Куценко стал свидетелем боев за Рубежное дважды. В 2014 году город выстоял. В 2022 россияне разрушили его до основания.

• Голоса войны   • Интервью

‘Нашу машину обстреляли россияне’

Тамара Александровна Бугера — жительница села Козаровичи на Киевщине. Оно было оккупировано в первые дни войны. Когда она с подругой и ее сыном пыталась убежать из Козаровичей, их обстреляли. Все трое были ранены. Ее подруга умерла от ранений.

• Российско-украинская война   • Исследования

Ответственность за обстрелы объектов энергетической инфраструктуры

Обстрелы инфраструктуры сопровождались заявлениями высших должностных лиц РФ, которые подтверждали, что эти объекты были целями обстрелов, и они осознавали, что это объекты гражданской инфраструктуры.

• Голоса войны   • Интервью

‘Страшно было, что покалечат’, — жительница села Мощун на пороге разрушенного дома

У Светланы Головатой из Мощуна дом разрушен до основания. Кровати, шкафы, вся мебель из дерева, даже телевизор — все сгорело. Женщина говорит, у нее такое ощущение, будто в доме ничего не было.

• Голоса войны   • Интервью

‘Внуки плакали и говорили, что не хотят умирать’, — хроники Харькова в первые российского вторжения

Харьковчанка Надежда Браташевская вспоминает, как два месяца жила с мужем в подвале: “За гуманитаркой идешь и Богу молишься каждые полметра. Если что, прижимаешься к стене, ждешь, пока снаряд пролетит или разорвется”.

• Голоса войны   • Интервью

На заводе в Волчанске русские ‘пытали током даже батюшку’, — заместитель директора завода

Мы поговорили с заместителем директора агрегатного завода, который раньше называли ‘концлагерем’ россиян.

• Голоса войны   • Интервью

‘Сашу и Василия Васильевича убило при обстреле, а Славика и Николая застрелили россияне’, — житель села Мощун

Николай Костенко живет в селе Мощун Киевской области. В марте 2022 года в этих краях был настоящий ад.

• Голоса войны   • Интервью

‘Мы видели из окна поезда, как мужчины в Славянске держали ломами дорогу, чтобы мы проехали…’

Жительница сгоревшего дотла села успела эвакуироваться из Краматорска за день до страшных событий на вокзале.

  « 21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  » ... 33