Меню
Все публикации

• Голоса войны   • Интервью

‘Это было похоже на то, как люди спасаются от торнадо...’

Киевская волонтерка Антонина Дембицкая берет интервью у украинцев, которым пришлось спасаться от войны. Чтобы сохранить голоса свидетелей для истории и будущего трибунала над военными преступниками.

• Голоса войны   • Интервью

‘Детей из реанимации на аппаратах спускали в подвал’

В начале войны жительница Лисичанска Юлия вместе с сыном прятались от российских бомбардировок в подвале больницы. Но атмосфера в городе накалялась: усиливались бомбардировки, пропали продукты питания и медикаменты. Ее дом разрушен, а в доме отца поселились российские военные.

• Голоса войны   • Интервью

‘Cнаряды летели без конца и края...’

Жительница Северодонецка Валентина Тулинцева работала в проектном институте “Химтехнологии”. Из города, где у нее было все, она вынужденно эвакуировалась с онкобольной сестрой, внуком и любимой собакой.

• Голоса войны   • Интервью

Люди стучали в двери поезда и умоляли: ‘Впустите нас, мы с детьми!’

Во время бомбардировок Краматорска в 2014 году Валентина Бондаренко пережила инсульт. Через восемь лет чета пенсионеров едва втиснулась в переполненный поезд, чтобы эвакуироваться из родного города, который снова жестоко обстреливают войска РФ.

• Голоса войны   • Интервью

‘В шоковом состоянии я чуть не отдал своего ребенка …’

Во время обстрела россиянами Краматорска, Вадим с женой находились в эвакуационном поезде. Его жена получила тяжелые ранения. К счастью, ее удалось спасти.

• Голоса войны   • Интервью

‘Я был дома, когда снаряд разрушил стену’

У жителя Мощуна Валерия Зинченко восемь детей. Трое сыновей пошли на фронт защищать родину от российских оккупантов. Валерий говорит, что не верил в добрые намерения “братьев” cо времен службы в армии.

• Внедрение норм европейского права   • Исследования

У Совета Европы есть вопросы по поводу адекватности и доступности новосозданного механизма пересмотра пожизненных приговоров в Украине

Публикуем перевод заявления Комитета министров Совета Европы об исполнении украинским правительством решения ЕСПЧ по делу Петухова (№ 2).

• Голоса войны   • Интервью

‘Не смотри! Горит наша хата’

Людмила Шевченко живет в Мощуне. Выстраданный дом, в котором жили три поколения семьи, сгорел на ее глазах. Все, что им удалось спасти, — документы.

• Голоса войны   • Интервью

‘Мы потеряли пятнадцать знакомых, которые погибли в этой войне’

“Вторжение российских войск было таким стремительным, что люди не сразу поняли, чьи вертолеты с буквой ‘V’ кружат над головами”, — рассказывает жительница села Мощун Надежда Заика. Спустя несколько дней село начали накрывать “Градами”.

• Голоса войны   • Интервью

‘Обходили мины и сажали огород’, — жительница Мощуна

Мария Матейцева всю жизнь работала крановщицей. Они с мужем собственными руками построили два дома в Мощуне: для себя и дочери. Оба дома разрушены. Сейчас Мария живет в сарае. Ей некуда ехать.

• Голоса войны   • Интервью

‘Земля кличет, дом кличет. Я хочу домой’

Галина Конончук жила в Славянске. Когда началась война, у нее руках умирала больная мать. Галине довелось самой разыскивать для нее обезболивающие, преодолевая километры на велосипеде. А дома ее ждал ребенок — инвалид первой группы.

• Голоса войны   • Интервью

‘Я понимала, что будет яблонька, будет небо, будет солнце, а меня уже не будет’

Эти слова сказала одиннадцатилетняя дочь Евгении Савинской, жены военного из села Киенка на Черниговщине. Многочисленные обстрелы вынудили семью эвакуироваться в Чернигов, а потом в Хмельницкую область. Евгения признается, что сейчас ее больше всего тревожит моральное состояние ребенка.