Меню
Голоса войны
Все 228 Интервью 222
Человек, который пешком вывел 117 человек из Мариуполя: «Друзья называют меня Моисеем»

Алексей Симонов – 44-летний харизматичный ведущий различных мероприятий, спортивных соревнований. Он говорит, что самое важное – это коммуникации, которые не раз помогали ему не только выжить в военном Мариуполе, но и успешно вывести из него все свое убежище.

«Взял документы, долго смотрел на слово “Украина”». Мариуполька рассказывает о “фильтрации” в Безыменном

Наталья Коваль и ее мать выехали из Мариуполя 20 апреля. Эвакуационный автобус, в который они сели, неожиданно для них уехал в Безыменное. Наталья рассказывает о жизни в Мариуполе, диалоге с чеченцами и процедуре «фильтрации».

«Мама хотела принять яд. А потом ей привезли письмо, что мы живы». История врача из Мариуполя, часть 2

«После выезда мы 10 минут слушали, как поют птички и шелестит трава, а потом долго плакали», — вспоминает детский врач Анна Шевчик. Анна описывает эмоции, которые вызвала у нее встреча с украинскими военными, и которые она сейчас испытывает по отношению к россиянам.

Человек, который был в мариупольском Драмтеатре: «Я не хочу видеть их в суде. Я хочу видеть их мертвыми»

Вадим Заболотный, 59-летний медик, уже бежавший в 2014-м году из Донецка, скрывался в Драматическом театре в Мариуполе. Они с женой приняли решение уехать, осознав, что дальше будет только хуже. Через два дня после их эвакуации на театр сбросили бомбу.

«В теле друга было более пятидесяти пуль»

Детский психолог Виталий Степаненко 36 дней оккупации работал волонтером в Дымеровской больнице. Говорит, видел все: и оторванные конечности, и мертвых людей.

‘Я зашла Metro и расплакалась’, — девушка, которая три недели прожила в Мариуполе под обстрелами

Жительница Мариуполя Ольга Шевченко рассказывает, что каждый день возле их дома погибали люди, пытаясь приготовить еду на костре. Услышав взрывы 24-го февраля, она сказала своему сыну, что это гром, но со временем сама не могла сдержать слез, осознавая, что происходит.

Узнать о беременности 24.02 в Мариуполе. Продолжение истории врача в бомбоубежище

Ранее мы опубликовали и перевели на английский историю о буднях врача в бомбоубежище. В первой части ее рассказа – о начале войны в Мариуполе, переезде семьи в бомбоубежище под фабрикой сладостей и приходе россиян.

Стерилизовать шприцы водкой и обнаружить осколки в спине. Как это — быть врачом в бомбоубежище?

31-летняя Анна Шевчик работала в роддоме в Мариуполе. Ее рассказ отличается от других историй жизни в условиях боевых действий большим количеством медицинских деталей, и дает понять, с какими недугами сталкиваются люди, постоянно живущие в убежище, и как помогать им, когда не хватает медикаментов.

Жительница Мариуполя рассказывает, как находила убитых снайпером гражданских

Елена Яхонтова записала свой выезд из Мариуполя на видеорегистратор. Все фото предоставлены Еленой.

Оксана Стомина: Это средневековая жестокость, умноженная на современные возможности и нездоровые, болезненно-маниакальные амбиции

Оксана Стомина – мариупольская поєтесса и общественная активистка. Сегодня вынужденно живет в Трускавце. Ее рассказ – настоящий документ времени, свидетельство преступлений против человечности в Центре континента, в 21 веке.

«Люди летали в воздухе как листья, — такой сильный был взрыв»

Харьковчанка Елена Гурина двадцать дней пряталась от вражеских обстрелов в метро.

«Страшно было, что ты не умрешь сразу, а тебя покалечат...» – жительница Рубежного

Наталья Штепа выехала из Рубежного 26-го марта 2022 года. От обстрелов пряталась с соседями в тесном необорудованном подвале. Говорит, 17 ночей спала сидя.

  « 11  12  13  14  15  16  17  18  19  ... 19