Меню
Голоса войны
Все 228 Интервью 222
‘Здесь было кладбище’, — житель села Загальцы

Сергей Смирнов живет в поселке Загальцы Киевской области. Вместе с женой они достроили дом как раз перед началом войны. Разводили коз и птиц. Россияне вынудили их покинуть родное село, а когда семья вернулась — ни дома, ни птиц уже не было.

‘Что мы пережили, словами не передать’, — жительница села Загальцы

Елена Шевченко живет в поселке Загальцы, Киевской области. Вместе с внуками женщина несколько недель прожила под нескончаемыми обстрелами. Люди прятались в подвале, а снаружи все пылало.

‘Видела, как самолет сбросил бомбу на мой дом’

Оксана Гальченко — жительница Бородянки. Говорит, что россияне расстреливали дома с танков, если видели кого-то в окне. Женщина эвакуировалась после того, как ее дом был разрушен, а сестра месяц провела в оккупации, отказавшись от “заманчивых” предложений оккупантов эвакуироваться в Россию.

‘240 домов разрушены до основания, 700 повреждены’ — житель села Загальцы

Александр Войналович живет в поселке Загальцы Киевской области. Он бывший работник ГСЧС. Когда началась полномасштабная война и вокруг села уже было немало окупантов, Александр эвакуировал женщин и детей на школьном автобусе.

‘Я сказал россиянам на блокпосту, что еду на Азовсталь’

Суперзвезда-волонтер из Мариуполя говорит, что несколько раз пробивался в окруженный город, когда его непрерывно бомбила российская армия.

‘Всю дорогу мы молились вслух’, — диакон Николай Сердюк рассказывает, как его семья выезжала из оккупации

В начале войны Николай Сердюк находился с семьей в оккупированном селе Гавриловка неподалеку от Гостомеля (Киевская область). Чтобы выехать, им пришлось пробираться через российские блокпосты на свой страх и риск. Они видели колонны российских танков, разбитые машины в кюветах, но с Божьей помощью и молитвой добрались до безопасного места.

‘Один брат погиб, второго едва спасли’, — история жительницы Загальцев

Светлана Заметайло живет в поселке Загальцы Киевской области. Семья женщины потеряла все, что имела: дом, хозяйство. Но самое страшное — война отняла жизнь ее брата, возившего людей и гуманитарную помощь.

‘Россияне убивали со звериной жестокостью’

Волонтер Красного Креста Михаил Тульский попал в оккупацию в Бородянке и собственными глазами видел страшные преступления, которые совершали российские военные против гражданских и военных. Теперь мужчина лечит ПТСР.

‘Здесь невозможно было спастись’, — жительница Бородянки

Анна Шморгун — жительница печально известного дома по улице Центральной 353. Вместе с соседями она пряталась в частном доме, но и там было небезопасно. Россияне били по домам из танков, расстреливали людей на улицах и закапывали погибших в канаве.

В эвакуацию я поехал в одних штанах, сапогах, курточке и с документами

Петр Нещадым — пенсионер из Мощуна. Его дом был разрушен. Петр надеется, что война закончится, и ему хватит здоровья построить новый дом.

Чем занимается и кому нужен военный капеллан?

И при чем здесь чебуреки? Историю со службы вспоминает подполковник ВСУ Олег Сидоренко.

‘Почти вся моя семья погибла’

Жительница Бородянки — Татьяна Букина вместе со своими родственниками пряталась в подвале от российских бомбардировок. Первого марта россияне сбросили несколько авиабомб на их дом. К сожалению, панельные перекрытия не выдержали и погребли под собой целые семьи.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  » ... 19