Меню
Голоса войны
Все 233 Интервью 222
‘В застенках “ДНР” били током и пилили зубы’

Даниил Булгаков — программист из Донецка. После оккупации города в 2014 году он уехал в Харьков на учебу. В 2020 году Даниил вернулся домой, чтобы ухаживать за тяжело больной бабушкой. Но вскоре 22-летнего студента задержали сотрудники так называемого МГБ “ДНР” и обвинили в “шпионаже в пользу Украины”. Три года и четыре месяца Даниил провел в российском плену, где подвергся ужасным пыткам.

Музей детства в недетские времена

Мы встречаемся с Валерием Лейко в квартире, под завязку забитой спасенными из пожара экспонатами его Музея. Музея, посвященного, пожалуй, самой мирной теме – детству. Говорим об уроках каллиграфии в бомбоубежищах, о том, как игрушки формируют будущее ребенка, и почему из кого-то вырастет врач или космонавт, а из кого-то – оккупант.

‘Отсюда ты не выйдешьʼ: история российского плена Константина Давыденко

Константина Давыденко задержали 11 февраля 2018 года во временно оккупированном Симферополе сотрудники ФСБ РФ по обвинению в “шпионаже”. Семь с половиной лет мужчина провел в местах лишения свободы, где подвергался физическим и психологическим пыткам. В колонии строгого режима Константин перенес инсульт и серьезно подорвал здоровье. 24 августа 2025 года его освободили в рамках обмена.

Женщина, которая не сломалась. Часть четвертая

В ночь с седьмого на восьмое сентября 2022 года, в разгар нашего контрнаступления на Слобожанщине, из пыточной, устроенной российскими оккупантами в Купянском отделе полиции, сбежали полторы сотни украинских пленников. Среди них была и директор Лесностенковского лицея. Мы завершаем рассказ о Ларисе Фесенко, которая провела за решеткой 45 дней.

Спасение живых и поиск погибших

Отряд, созданный еще задолго до начала боевых действий в Украине, со временем превратился в одно из самых эффективных кинологических подразделений, работающих в условиях войны. Как работает “Антарес”, какие задачи выполняет, с какими трудностями сталкивается и как собаки превратились в своего рода свидетелей войны — в материале ХПГ.

Женщина, которая не сломалась. Часть третья

Во время оккупации Харьковской области россияне устроили одну из своих пыточных в помещении изолятора временного содержания при Купянском отделении полиции. Именно сюда оккупанты бросили директора Лесностенковского лицея, которая категорически не согласилась на сотрудничество с ними. Мы продолжаем рассказ о Ларисе Фесенко, которая провела 45 дней в российском плену.

Женщина, которая не сломалась. Часть вторая

Мы продолжаем рассказ о директоре Лесностенковского лицея Ларисе Фесенко, которая отказалась учить своих детей под рашистскими флагами и за это попала на 45 дней в российскую пыточную.

‘Вовчик-братикʼ: история бойца, который выжил в Мариуполе и вернулся к жизни

Он приезжает на акции за освобождение военнопленных каждую неделю уже не первый год. Мужчина в инвалидном кресле, который постоянно шутит с окружающими и развлекает детей, благодаря яркому и узнаваемому внешнему виду давно стал своеобразным символом этих мероприятий. О начале войны, оккупации Мариуполя и жизни после ампутации обеих ног рассказывает “Вовчик-братик”.

‘Били по голове, приставляли пистолет к затылку и имитировали расстрелʼ

100 дней в секретной тюрьме т. н. МГБ “ДНР”. 13 лет колонии строгого режима. Побои, имитация расстрелов, сломанные ребра, холодный подвал – история гражданского узника, врача-нейрофизиолога Юрия Шаповалова, который дождался обмена и вернулся домой.

Женщина, которая не сломалась. Часть первая.

Она пережила предательство коллег и 45 дней российского плена. Ларису Фесенко, директора лицея в Купянском районе, бросили в застенки за то, что она отказалась перейти на сторону врага и учить детей под рашистскими флагами.

‘Я боюсь, что меня похитят и вывезут в рашку’

Получить политическое убежище в Украине человеку с российским гражданством непросто. Даже если он отстаивает украинские интересы, а в РФ его за это ждет тюрьма по обвинению в терроризме.

‘Мы привезли в библиотеки книги, а через две недели их уничтожили россияне’

Почему люди на деоккупированных территориях нуждаются не только в гуманитарной помощи и лекарствах, но и в книгах? Как избавиться от “совкового мышления”? Беседуем с Ольгой Бондарь-Резниченко, ведущим специалистом Харьковского литературного музея и волонтёром ОО “Доброчинець”.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  » ... 20